(макси) Без права на Любовь

(макси) Без права на Любовь
[ Cкачайте файл, чтобы посмотреть ссылку ]

Автор: Серебристая лань
Бета: Зеленые глаза Лили
Рейтинг: NC-17
Пейринг: ГП/ДМ и др.
Жанр: Drama, Fluff, Humor, Romance
Отказ: герои и мир принадлежат Д. К. Роулинг, а стихотворные тексты их авторам (авторство везде указано)
Пейрингов много, основные:
Гарри/Драко, Сириус/Ремус, Северус/Люциус, Виктор/Рон
Каталог: Пост-Хогвартс
Предупреждения: слэш, фемслэш, mpreg, инцест, OOC, AU
Статус: Закончен
Последнее обновление: 2011.06.07
Коллажи: автор работ Муляж.

Аннотация: Одинокий спаситель мира и аристократ с тонкой душой.
Гарри тайно пишет стихи и ищет родную душу в этом холодном мире.
Драко тайно работает моделью, а по вечерам печёт печенье и мечтает о настоящей любви.
Неожиданная встреча меняет всё.
Смогут ли они и их близкие найти выход из лабиринта собственных чувств? Семейные тайны, секреты и Любовь, прекрасная и непостижимая.

Глава 1.

У Гарри опять болел шрам. Его томили неясные предчувствия.

Этим утром он проснулся и сразу понял – его жизнь изменится раз и навсегда. Он вспомнил слова, что сказал Невилл, с некоторых пор обретший дар пророчества: «Ты скоро встретишь его, Гарри. Главного человека в своей жизни».

Гарри долгое время лишь надеялся на верность этого пророчества, но сегодня он понял - оно сбудется, обязательно сбудется! И в его жизнь войдет тот, кто будет видеть в нем просто любимого человека, а не Мальчика-Который-Выжил и убийцу Волдеморта.

Нет, конечно, порой его терзали смутные сомнения. Все-таки, дар пророчества у Невилла проявился совсем недавно, после укуса Сивиллы Трелони. Но надежда освещала душу на темной дороге жизни.

Гарри вылез из-под одеяла, почесал шрам и хмуро уставился в окно.
Похмелье – штука серьезная.

«И зачем было так напиваться?» - подумал несчастный брюнет.
Он редко позволял себе такие вещи, но свадьба лучших друзей – это же не каждый день! Рон выглядел вчера одновременно испуганным, нервным и безумно, просто неприлично счастливым.
Гарри был рад за друзей, но чувствовал, что эпоха «Золотого Трио» подошла к концу. И от этого было грустно.

Но вчера это не помешало ему упиться вдрызг, не подумав, что антипохмельного зелья в доме нет и быть не может!
Именно на этой трагической ноте его размышления прервал стук в оконное стекло.

Он распахнул окно. Министерская сова посмотрела на него также мрачно, как он на нее.
В письме было очередное задание: немедленно проверить деятельность новой лаборатории по производству зелий. Недавно на черном рынке появилось зелье «Розовый воздух», аналог знаменитого «Феликса Фелициса». Но действие нового препарата было еще не изучено до конца, так что он выпускался без лицензии и продавался нелегально.

От Гарри требовали немедленно навестить это осиное гнездо.

Много времени на сборы брюнету не потребовалось. Когда спустя двадцать минут он аппарировал к месту, указанному в письме, его уже ждал один из штатных зельеваров Аврората. Вместе они вошли в здание, в котором, по сведениям осведомителя, располагалось производство этого чертового зелья.

Как только они очутились в холле, им на встречу кинулся человек с папкой в руках:

- Мистер Поттер? Чем обязаны?

- Ну... Это... Хм... то есть, я хотел...

Соображать этим утром было намного труднее, чем обычно. Но угодливый служащий лаборатории уставился на Поттера в полном недоумении.

Гарри облизал пересохшие губы.
«Вот чего он так пялится, а? Все ждут от меня, что я всегда и везде буду на высоте. А я, между прочим, тоже человек! Что, у героя не может быть похмелья?»

- Я хочу узнать, кто участвовал в изготовлении этого зелья.

И он поставил на стол матовую бутылочку с «Розовым воздухом».

- Этого зелья? Секундочку, - мужчина взял флакон в руки и поднес его к лицу. - В разработке принимало участие двое ученых. Один из них сейчас находится за границей, а второй – на своем рабочем месте.

- Это, конечно, замечательно, но вы можете сказать их имена? - не выспавшийся Гарри терял терпение. - Просто имена!

- Уехавший это Энтони Морсон, а второй – Драко Малфой.

«Малфой?! Хотя чему я удивляюсь? Этот слизеринский змеёныш не мог не заняться чем-нибудь противозаконным».

- И как его найти? Где его рабочее место?

- Его кабинет на втором этаже. Но мистер Малфой никогда не приходит на работу раньше полудня, а сейчас только девять утра. Но вы можете подождать. Или пока подышать свежим воздухом. Погода такая чудесная!

Гарри задумчиво посмотрел на дождь за окном.

- Хорошо, я вернусь позже. Ровно в полдень. И хорё... мистер Малфой от меня никуда не денется, так и передайте!

Он зло хлопнул дверью.

«Бесит! Какой-то паршивый хорек может позволить себе спать почти до полудня, а я по его милости тут околачиваюсь с утра пораньше. Этот гад всегда портит жизнь одним своим существованием!»



***

А тем временем, Драко Люциус Малфой просыпался. Он делал это медленно, постепенно привыкая к звукам и запахам нового дня. За окном цвиринькала какая-то птичка. Все было спокойно.

Взглянув на часы, Драко встал, грациозно потянулся и отправился в ванную.

«Мерлин побери этого Блейза! Вставать в девять утра, только для того, чтоб успеть перед работой одобрить вчерашние снимки! Неужели это не подождет до вечера? И вообще, как можно такую работу делать на бегу?»

Драко вообще не понимал, как он согласился на это. Когда пару лет назад к нему в дом ворвался Блейз и провопил что-то про заболевшую модель и сорванный показ, блондину следовало сразу выставить его за дверь...

«Чего уж теперь. Стоит признаться, что мне и самому все это нравится. Если бы еще Забини не требовал ранних подъемов – цены ему как работодателю не было бы!»

Он придирчиво выбрал рубашку, галстук и новую мантию с серебристым отливом.

«Но, конечно, кому еще он мог доверить важный показ. С моим вкусом и умением носить дорогую одежду, - Драко повернулся перед зеркалом, - ну, и с моей царственной осанкой и идеальным сло...»

Но тут Драко сбился с одной мысли, потому что пришла другая.

«И почему я, с моим идеальным сложением, до сих пор один? Хотя, возможно, все дело, как раз, в избытке вкуса».

Блондин еще раз окинул свое отражение взглядом и пришел к выводу, что он, как всегда, прекрасен.

Забини назначил ему встречу в кафе неподалеку от лаборатории. Заведение было тихим местечком, тем более в такую рань. Поэтому кроме Блейза и парочки сонных студентов в помещении никого не было.

- Ты опоздал! - заявил Забини, рассерженно глядя на Драко.

- И что? Обязательно так орать? Я из-за тебя не выспался, между прочим. А это цвет лица!

- Ты бы лучше о его форме подумал! Опять печенье на ночь ешь?! У нас съемка на обложку «Ведьмополитана» через три дня, и примерки, и новый показ готовим. Ты не можешь позволить себе потерять форму!

Драко смерил его ледяным взглядом:
- Ну да. Я ем. Печенье. Какие-то проблемы? Если я его готовлю в таких количествах, должен же кто-то его есть! А мой карликовый пушистик его не любит.

- Ну, так найди того, кого можно кормить этой дрянью, - фыркнул Блейз. - И не сбивай нам весь график! Заведи себе кого-нибудь.

- Например? Маленького лазиля?

- Любовника! Маленького и милого! Или большого и страшного! Только перестань ходить с таким кислым видом. Пей свой кофе и пошли уже!

- С кислым видом? Ну, знаешь, Блейз, это уж слишком! Да будет тебе известно, Малфои никогда не ходят с кислым видом!

- Хорошо, хорошо, - взмахнул рукой Забини, возводя глаза к потолку. - Как скажешь, только идем скорей!

«Заведи себе любовника... Блейз, как всегда, в своем репертуаре. Ну, а где я найду такого, который бы отвечал всем моим требованиям? Мне ведь нужно только самое лучшее. И в постели тоже!»

- Кажется, дождь собирается, - пробормотал Блейз, когда они покинули кафе.

Драко рассеянно окинул взглядом окрестности.

И вдруг заметил что-то очень знакомое.

А точнее, кого-то.



***

Гарри брел по улице, раздумывая, есть ли смысл отправляться домой на несколько часов или все же стоит появиться в отделе, когда почувствовал чей-то пристальный взгляд.

Оглядевшись по сторонам, он понял, кто его рассматривал. Недалеко от него стоял с крайне удивленным видом тот, из-за кого ему пришлось встать в такую рань.

- Хор... Малфой! Ты немедленно должен пройти со мной для дачи показаний!

Драко перекосило, как от зубной боли.
«Вот только этого и не хватало для полного счастья».

- Привет, Поттер. Сто лет не виделись. И еще бы столько же тебя не видеть. Что ты тут делаешь?

Поттер выразительно на него посмотрел.

И медленно, с чувством сказал:

- Я здесь, что бы допросить тебя по поводу нелегального распространения зелья, созданного тобой. Так что, либо ты отвечаешь на мои вопросы, либо я тебя арестовываю за неповиновение властям... Для начала.

- Что значит – арестовываю? Поттер, он мне нужен, это подождать не может?

Блейз вцепился в рукав мантии Драко, явно не желая его никуда отпускать.

Драко, все также морщась, уточнил:

- Я отвечаю на твои вопросы, и ты снова растворяешься где-то вдали?

- Угу, в голубой, - мрачно подтвердил Поттер.

- Хм, ну, пожалуй, я смогу уделить тебе пару минут. - Малфой небрежно кивнул. - Вперед. Поговорим в моем кабинете.

- Пару минут? Малфой, ты чего-то не понял. Разговор займет столько времени, сколько понадобится. А решать это буду я. Вперед.

И так не самое радужное настроение Гарри испортилось окончательно. Драко Малфой, это слизеринский хорёк, снова пытался испортить ему жизнь!

Когда они дошли до кабинета, Малфой соизволил отослать Забини, прошептав ему что-то на ухо, не слушая возражений в духе: «но, Драко, ты уверен?»

- Итак, Поттер, что ты хочешь узнать?



Глава 2.

- Всё. - Поттер мрачно сложил руки на груди, приготовившись слушать откровения этого рецидивиста.

- Всё так все, - Малфой пожал плечами. - Ну, слушай. Я родился в одно прекрасное июньское утро, а точнее, в светлый и радостный день пятого июня...

- Малфой, ты что, издеваешься?! - вскипел Гарри.

- А ты догадливый, Поттер.

- Зелье, Малфой, «Розовый воздух»! - прошипел Гарри, чудом не переходя на парселтанг. - Меня интересует только оно!

- Ну, так бы сразу и сказал, - улыбнулся Малфой, и, не скрывая ехидной интонации, продолжил: - Мы с Энтони как-то задумались о возможностях «Феликса», его побочных эффектах и пришли к выводу, что это связано...


Следующие десять минут аврор терпеливо выслушивал все технические характеристики зелья, надеясь, (где-то в глубине души), что у слизеринца проснется совесть, и он начнет говорить по существу.

Дождь за окном приятно нашептывал что-то на своем языке.

- Понимаешь, Поттер? - переспросил Драко. - Учитывая комбинаторные процессы, инкорпорирующие части агглютинируются, благодаря теории волновой сонорности, дискредитирующей трансцендентальные гиперо-гипонимические связи процессов, что, в свою очередь, приводит к...

Тут Драко прервался, заметив, что собеседник подозрительно свесился со стула и давно уже не подает никаких признаков жизни.

- По-от-тер? - позвал он, привычно растягивая гласные.

Не помогло.
Драко подошел ближе. Так и есть. Поттер мирно посапывал, склонив голову. Изумруды глаз не сверкали, скрытые длинными ресницами, бросавшими густую тень на смуглые щеки.

«А вот мне такого загара ни в жизнь не добиться! - завистливо подумал Драко. – Ну, и что теперь с ним делать?»

Гарри было тепло и уютно. А еще ему чудился мелодичный голос, напевающий что-то на французском... С чувством чего-то неправильного расправиться не удалось, и пришлось открыть глаза.

Он лежал на диване в кабинет Малфоя, укрытый пледом. Самого блондина в кабинете не было.

«Я заснул? И Малфой уложил меня на свой диван? Я все еще сплю, наверное».



Гарри сморщил нос, уловив тонкий аромат малфоевского одеколона, исходивший от пледа.

«Интересно, зачем ему такой удобный диван в кабинете? Видимо, предается разврату. Регулярно. Без отрыва от производства».

Гарри подумал, что надо бы отправиться искать эту белокурую бестию.

«А впрочем, черт с ним, - сонно подумал он. - Устрою засаду прямо здесь. Куда он денется».

И величайший маг современности повернулся на другой бок.



***

Драко вернулся в свой кабинет парой часов позже. В хорошем настроении он распахнул дверь. Взгляд сразу же наткнулся на Поттера, уютно сопящего на том же месте, где он его и оставил.

«Это произвол. Нарушение прав свободных волшебников. Почему у меня в кабинете до сих пор валяется ЭТО?!»

Малфой стиснул зубы и навис над спящим аврором.
Он долго и откровенно разглядывал его. И не мог отвести глаз, словно их приклеили.

«А ведь Поттер очень изменился за лето!» - блондин застыл, пораженный этим неожиданным открытием.

Спать было мягко, тепло и очень правильно. Неправильным был только голос, который проникал сквозь пелену сна, донося с детства ненавистные интонации.

- По-от-те-р! Вста-а-авай! Ну сколько можно тебя будить? - блондину надоело играть роль любящей мамочки и, достав палочку, он разбудил спящее лихо. Зря, ой, зря...

- Малфой! Соплохвост тебя задери! Хорек недоделанный! Какого гиппогрифа ты вытворяешь?! Совсем шкурку свою белобрысую не жалко?! Сейчас спущу к Мерлиновой бабушке! - Гарри вскочил, и начал судорожно отплевываться и отряхиваться от последствий слизеринского «Агуаменти». - Придушу, как флобберчервя! И скормлю гриндилоу!

- Ой, Потти-Потти, а ты, оказывается, смешной, когда злишься! - хорек явно веселился.

- Смешной? Я – смешной?! Да я! Тебя! Сейчас!

- Что? Ты? Меня? Сейча-а-с? - Малфой резко подошел к Гарри, заставив того непроизвольно сделать шаг назад. - Ты забыл, на чьей ты территории? И по какому поводу пришел? Или то, как ты беспардонно уснул, пока я давал тебе показания?

Гарри смутился. Он вдруг вспомнил, где он и что он тут делает. И очень некстати вспомнился заботливо предоставленный диван и теплый плед.

- Э... Малфой...


«А с другой стороны, что это всякие белобрысые слизняки будут тут нотации читать? Этого добра мне и от Гермионы хватает», - подумал Гарри.

- Малфой, кто же знал, что у тебя такой нудный голос! Под него только заснуть и можно.

«Голос, конечно, вполне приятный, но ему об этом знать незачем. И вообще, лучшая защита – нападение».

- А вот ты несанкционированно покинул помещение во время допроса.

Поттер шагнул вперед, схватил тонкое малфоевское запястье и резко дернул к себе.

- И сейчас мы продолжим нашу увлекательную беседу, Малфой.

Серебристые глаза, опушенные длинными светлыми ресницами, оказались вдруг близко-близко.


Драко как-то вмиг растерял все слова.
Он запрокинул голову, с вызовом глядя на Поттера.
И облизнул нежные розовые губы.

«Поттер, все-таки, ОЧЕНЬ изменился за лето», - подумал трепещущий блондин.

Секунды шли, а Поттер так и продолжал держать Малфоя совсем близко. Он никак не мог отвести глаз от ярких губ, по-девчоночьи нежных на вид. И это было как-то уж слишком неправильно.

«Пить надо меньше, Гарри. И девушку завести пора бы. Чтоб не пялиться на всяких Хорьков».

Он чуть резче, чем нужно было, отпустил Малфоя и тяжело вздохнул.

- Малфой, мне нужны твои показания. Подожди, не ерничай! Да, я знаю, что ты уже всё-всё рассказал, но это не совсем то, что я хотел знать. Вернее, совсем не то. Меня не интересует происхождение и уникальные свойства вашей разработки. Я хочу знать, какого соплохвоста вы распространяете незарегистрированное министерством зелье? Ты хоть понимаешь, что за торговлю без лицензии тебя ждет минимум три года Азкабана?


А Малфой все так же стоял и смотрел на брюнета и, казалось, что все слова оного прошли мимо него.

«Да... Точно, изменился. И не только внешне! Он научился связно излагать мысли и даже не спустил с меня шкурку, хотя мог. Стоп. Какая шкурка?! Mon Dieu,* Драко, у тебя от недосыпа и гриффиндорского присутствия произошло помутнение рассудка.
Но, все-таки, как же здорово он выглядит! Откуда взялись эти крепкие мускулы? А глаза сияют майской зеленью. И в росте он, кажется, прибавил – теперь выглядит совсем не как задохлик. Правда, эта его безвкусная одежда... но, наверняка, под ней скрывается идеальное тело... Так, стоп, Драко! Вернись на землю! Это же Поттер, о чём это ты только думаешь?!»


- Малфой! Малфой, эй! Отзовись! - до сознания Драко начало постепенно доходить, что Поттер взволнованно зовёт его, при этом слегка встряхивая за плечи.

- Отпусти меня, Потти! Что ты себе позволяешь?

- Слава Мерлину! Хорёк, ты меня напугал. Стоял тут посреди комнаты с мутными глазами и не реагировал ни на что

«Ничего себе, задумался».

- Эй, а что это так вкусно пахнет? - воскликнул брюнет и стал внимательно оглядывать кабинет Драко.

Его взгляд привлекла плетёная корзинка, прикрытая сверху белоснежной салфеткой, и Гарри без колебаний направился к ней. Под накрахмаленной тканью оказалось печенье: ещё теплое, свежее, так и манящее попробовать его.

В животе у Гарри заурчало, и аврор, не долго думая, сунул в рот сразу несколько печеньиц. Драко затаил дыхание. По лицу Гарри расползлась блаженная улыбка, и он сунул в рот очередную порцию печенья.

- Вкусно? - неуверенно спросил блондин.

- Малфой! Это лучшее печенье, что я ел в своей жизни!!! Оно бесподобно! Кто готовил, эльфы из Мэнора? Они у вас кудесники, правда! - Гарри пребывал в полнейшем восторге.

Гриффиндорец ничто и никогда не любил сильнее домашней выпечки, которую ему не часто доводилось отведать. И теперь волны хорошего настроения и любовь ко всему миру, исходящие от него, можно было потрогать руками.

Драко стало безумно приятно. Это печенье готовили не эльфы, а он сам.
Это был второй страшный секрет Серебряного принца. Еще больше зельеварения Драко любил готовить. Это недостойное занятие потомка чистокровных волшебников держалось в строжайшей тайне, только Блейз был в курсе, так как на нём опробовались новые рецепты.

- Слушай, Малфой, - прожевав очередную порцию, счастливый до неприличия Гарри улыбнулся так, что у Драко потемнело в глазах. - А может, можно договориться с твоими эльфами, чтобы они хоть иногда и мне готовили такую вкуснятину?

Поняв, что и кому сказал, Гарри заметно сконфузился:
- Ну... эээ... то есть... Это, наверное, совсем наглость с моей стороны... Забудь.

- Думаю, можно это устроить, - Драко был польщён похвалой, но старался сдержать эмоции.

Улыбка Поттера затмила солнечное сияние, а Драко вспомнились недавние слова Блейза «Ну, так найди того, кого можно кормить своим печеньем. Заведи себе кого-нибудь».

«Что же я делаю? Это ведь Поттер!», - пронеслось в голове слизеринца.


Поттер так и стоял, улыбаясь и уплетая печенье, пока в распахнутое окно не влетела черная сова, бросив в руки Гарри письмо. Брюнет нахмурился – письмо было от Ремуса.

- Малфой, сейчас мне нужно срочно уйти. Я жду тебя завтра с утра у себя в кабинете для продолжения допроса. Не придешь сам – я пришлю за тобой конвой.

Не успел Драко ничего возразить, как Поттера и след простыл. Вздохнув, Малфой стал размышлять, что бы такого приготовить к завтрашней встрече.

«Может, испечь мой любимый пирог с вишней?
А Поттер любит вишню?
СТОП!!! О чём я думаю! Il ne manquait plus que зa!** Пойду, найду Блейза, нам нужно работать».


А несколькими часами ранее, на площади Гриммо...



________________

*(франц.) «ОМГ»

**(франц.) «Только этого мне не хватало!»



Глава 3.

- Сири, нужно позавтракать! Я прошу тебя, хоть пару кусочков, хоть пару ложечек! - Люпин очень осторожно подкрадывался ближе к супругу, отклоняясь от вилок, ложек, салфеток и всего прочего, затянутого в смерч стихийной магии любимого.

- Люпин, достал! Сказал – НЕ ХОЧУ!!! Тебе этого мало?! - он широким жестом указал на свой живот, который ничем не отличался от нормального живота мужчины средних лет. - Ты хочешь, чтоб я еще и раскормился и стал совершенно похожим на свиноматку?!

- Ну, Сири, ну что ты! Родной мой, ну какая свиноматка? Там же столько поросят выходит, а у нас только один. Два максимум...

- ПОРОСЯТ?! Люпин, убью! Не подходи! Ты! Ты назвал нашего ребенка поросенком! Да ты бесчувственная сволочь! - на этой фразе Сириус горько всхлипнул и разревелся.

Ремус вздохнул. За последние четыре часа это уже двенадцатое настроение любимого. И пятый выброс стихийной магии. А ведь они только узнали о предстоящем пополнении.

Оборотень безумно хотел семью и детей, да и сам Сириус тоже. Просто никто из них двоих не ожидал, что вынашивать их «щеночков» будет анимаг. Это было неожиданно, хотя бы потому, что Сириус за много лет их отношений снизу был раз пять. И, уж конечно, никто не думал, что последний раз будет иметь такие последствия.

Люпин продолжал продвигаться к Сириусу, прикрыв глаза руками.

- Шшш... Тихо, любимый. Я тут, я рядом. Я очень тебя люблю. И деток наших будущих люблю не меньше. - Ремус, обойдя все столовые приборы, подошел к Блэку и обнял его за трясущиеся плечи. - Все будет хорошо, вот увидишь. Может, если не хочешь кушать, хоть шоколадку съешь?

- Муни, я помереть хочу. Меня тошнит, будто внутри слизняки копошатся. И ты вот тут стоишь, а от тебя несет шоколадом. Лучше уйди. Серьезно. А то я снова взбешусь. Ненавижу это.

Люпин поцеловал Сириуса в макушку и, увернувшись от пролетающей мимо диванной подушки, побежал на чердак за совой. Он знал, что если и есть в мире человек, ради которого Сири будет и кушать, и пить витаминки и даже делать зарядку, то этот человек – его крестник.

Нацарапав на пергаменте:

«Гарри, приходи срочно! У нас новости. Хорошие, не бойся! Только мне нужна твоя помощь. Аппарируй только ко входу – я хочу с тобой для начала поговорить. Ты меня очень выручишь!

Р. Д. Л.»

Он вручил Блэки (черной сове, подаренной им с Сириусом на свадьбу Гермионой) письмо и сел возле окна. Он знал, что Гарри не подведет.


***

Гарри появился довольно скоро. На лице брюнета крупными буквами было написано, как удивило его неожиданное письмо от его бывшего учителя.

- Привет, Ремус! - с тех пор, как его крестный и оборотень стали жить вместе, Гарри стал звать Люпина по имени.

- Здравствуй, Гарри! Как твои дела? Как работа в Аврорате? - было видно, что бывший преподаватель оттягивает беседу.

- Что случилось? Ты писал, что дело срочное! Ремус, ты начинаешь меня пугать. Что-то с Сириусом? - в голове брюнета вихрем начали проноситься самые страшные картины.

Только бы с крестным ничего не случилось, еще раз он не мог его потерять. В памяти яркой вспышкой промелькнула арка из отдела тайн.

- Гарри, понимаешь, у нас тут такое... радость такая...

- Ремус, какая «такая»?

- Унасбудетребенок! - зажмурившись, скороговоркой пробормотал Люпин.

- Что? - Гарри решил, что общение с Малфоем, все-таки, привело к тяжелым последствиям – у него явно появились проблемы со слухом.

- Гарри, у нас будет ребенок. Или два. - Ремус пытался увидеть отражение хоть каких-то эмоций на лице бывшего ученика. - Ты же знаешь, мы давно хотели...

- Ремус!!! Здорово-то как! Как же это чудесно! Ой, а как ты себя чувствуешь?

- Гарри... В этом-то и вся проблема. Я себя чувствую прекрасно.

- Не вижу проблемы! Это же чудесно! - ничто не могло испортить Гарри радость за крестного и его супруга.

- Гарри, ты не слушаешь... Понимаешь, так вышло, что ребенка вынашивает Сириус... - Ремус замолчал и отвел взгляд. Отчего-то он боялся осуждения в глазах молодого аврора.

- Ох... Это... ммм... Неожиданно... Вот же черт... И как он? - Гарри мигом осознал весь масштаб проблемы. Он, как никто, знал своего крестного.

- Ну, ты же знаешь его... А теперь представь, что все осложняется постоянными сменами настроения... - Люпин глубоко вздохнул.

- Хорошо, хоть токсикоз пока не дал о себе знать. Когда я оставил его на кухне, он плакал.

Гарри постарался представить плачущего Сириуса и не смог.

- А еще он отказывается есть, утверждает, что хочет умереть и прочие глупости! - продолжал нагнетать обстановку Ремус. - Ты хоть представляешь, как это вредно для него и ребенка?

Гарри не представлял, но догадывался. Поэтому, оттолкнув оборотня с дороги, брюнет взлетел по ступеням и ворвался в дом, с порога начиная уговаривать крестного:

- Сириус, в твоем положении ты обязан нормально питаться! А будешь вредничать, я позову Молли на помощь!

- Что?! Гарри, ты не посмеешь... Она же откормит меня до размеров слона! - с этими словами Сириус опять разрыдался.

Ремус оттолкнул стоявшего столбом Гарри и принялся успокаивать любимого:
- Сири, зайчик мой, скушай печенюшку! И кашку! И шоколадку!

- Нееет!!! Только не шоколад!!! - Сириус побледнел и выбежал из комнаты.

Ремус кинулся за ним.

Гарри вздохнул и побрёл следом. В голове не укладывался сам факт того, что Рем и Сириус скоро станут счастливыми родителями, у них будет полноценная семья... Гарри был рад за них, но чувство жгучей зависти к крёстному и оборотню прочно поселилось в душе.


И тут, как молния его пронзила мысль: «Если у них будет семья, то они забудут обо мне. Появится свой ребёнок, не нужна будет замена, которой сейчас являюсь я, Гарри. Сначала они перестанут приходить ко мне в гости, потому что ребёнок занимает кучу времени, потом постепенно прекратят приглашать к себе, а потом ограничатся лишь открытками на Рождество и день рождения. И опять я буду один, опять никому не нужен... Сначала Рон с Гермионой, потом вот Сириус с Ремусом... Все отдаляются от меня».

Гарри сам был готов разреветься, но Ремус надеялся на него, а значит, нужно, хотя бы пока они ещё нуждаются в нем, помочь всем, что в его силах.


А за окном, все так же, бушевала стихия. И, как ни странно, это умиротворяло. Гарри вспомнил, что утром проснулся с предчувствием и надеждой. Оставалось только сохранить в себе это чувство. В этот момент почему-то вспомнились теплое, ароматное печенье в кабинете Малфоя. И запах его пледа. И странный ждущий взгляд серых глаз...

С этими размышлениями он добрался до двери ванной, за которой слышались рыдания Сириуса.

- Сири, счастье мое, открой! - Ремус стоял под дверью и пытался докричаться до любимого.

- Крестный, ну, в самом деле, мы не хотели тебя расстроить, мы просто переживаем за тебя, - присоединился к уговорам Гарри.

Блэк в ответ только включил воду на полную мощность и увеличил громкость рыданий.

- Ладно, сейчас попробуем тяжелую артиллерию, - шепотом сказал Гарри Ремусу. - Сириус, может быть, ты не хочешь этого ребёнка? Я могу найти хорошего докт...

Дверь с грохотом распахнулась, и Гарри оказался прижатым к стенке взбешенным анимагом:

- Даже думать не смей, жалкий гадёныш! Что ты себе там напридумывал, натурал недоделанный! Думаешь, что двое мужчин не могут воспитывать ребёнка??

- Сириус, успокойся, я думал, что раз ты отказываешься от еды, ты хочешь навредить ребёнку...

- Глупости! Никогда не допущу такого! Ремус! Тащи сюда свою кашу! И убери от меня шоколад!

Ремус счастливо подмигнул аврору.

Пока оборотень быстро накрывал на стол, Сириус упорно извинялся перед Гарри за свои слова:
- ... а еще позовем тебя в крёстные, хорошо? Гарри, ты меня слушаешь?

Поттер, задумавшийся о чем-то своем, встрепенулся и кивнул:
- Конечно, слушаю. Очень приятно, что ты предлагаешь мне стать крестным вашему ребенку, но может, не будем пока спешить?

Сириус опять помрачнел.

Увидев очередную перемену настроения крестного, Гарри поспешил распрощаться с друзьями:

- Ну, я, пожалуй, пойду. Отправьте сову Гермионе, пусть осмотрит Сириуса. Я очень рад за вас, до встречи!


Герой магического мира переместился к себе в кабинет в очень задумчивом состоянии, и мысли его были совсем невеселыми. Да, он рад был за Ремуса и крестного, но как он сам хотел детей, семью, которой у него никогда не было. Сердце сжалось, когда Гарри подумал о своих родителях.

И тут брюнет опять вспомнил о Малфое, о том, как тот стоял к нему близко-близко и смотрел своими необыкновенными глазами. Поттер улыбнулся чему-то и набросал на листе бумаге несколько строк:


Хочу влюбиться.
Хочу замирать каждой клеточкой,
От одного звонка.
Ночами не спать,
И весну
Приручать,
Изучать
По веточкам
Терновника.

Хочу влюбиться.
И сердцем гореть до немой золы,
До дрожи в руках,
До ладоней сжатых в тиски.
Чтобы петь от тоски.
Сладкой тоски.
И чтобы в черновиках
До рассвета писать стихи.

Хочу влюбиться.
Чтобы жить, как в пламени.
Как в реке
Тонуть.
Чтобы не свернуть.
Чтоб не вынырнуть,
А лежать на дне.
Чтоб в строке –
Вся суть.
И рука в руке. *



***

- НЕТ! Нет, Блейз! Даже не проси!

- Ну, Драко, в этом нет ничего такого, это же просто работа!

- А вдруг меня в таком виде кто-то из знакомых увидит? А если УЗНАЮТ? Рара меня проклянёт!

- Драко, не истери. Ты уже давно в модельном бизнесе, и никто пока не узнал. Так что может случиться на этот раз? Тем более, тебя загримируют...

- Но как я могу изобразить ДЕВУШКУ? Если ты ещё помнишь, то я ПАРЕНЬ!

- Драко, ты отличный актёр, а сейчас в моде плоскогрудые модели. Это маггловское дефиле, тебя накрасят, мы отрастим тебе волосы при помощи магии, и никто ничего не узнает!

- Блейз, ты спятил.

- Ну, давай, малыш, тебе ведь нравится быть в центре внимания. Ты ведь поэтому стал моделью.

- Il ne manquait plus que зa, ** - простонал блондин. - Ладно, Гриндевальд с тобой. Уговорил...


Драко нервничал не просто так. В последнее время его дражайший отец вел себя слегка... неадекватно. Сначала он развелся с Нарциссой, когда та заявила, что нашла свое счастье. Все бы ничего, но он отдал ей несколько счетов, на которых хранилась кругленькая сумма!

После этого Люциус внезапно озаботился своими обязанностями члена Попечительского Совета Хогвартса. Правда, на этот счет у Драко имелись свои соображения...

Но это не столь важно, как то, что он стал требовать от сына предоставить наследника, каждый раз, когда тот появлялся в поместье. При этом постоянно вспоминая – к месту и нет – про честь, долг и обязанности перед семьей.


***

А мистер Поттер, тем временем, вертел в руках приглашение на маггловский показ мод. Этот показ был организован газетой, в которой он публиковал свои стихи. Шарлотта, его редактор, настоятельно просила прийти, обещая незабываемое зрелище. Гарри решил, что такой повод отвлечься пропускать не стоит: возможно, именно там он встретится со своей судьбой.


***

*Немного ранее в Малфой-мэнор*


- Северус, ты должен со мной пойти!

- Нет, Люциус, ты с ума сошел! Ты ничего не знаешь о маггловской культуре, что мы будем там делать? Я никуда не пойду, твои бредовые идеи мне уже надоели! Только такой идиот, как ты, мог отдать Нарциссе столько денег.

- Ты как хочешь, а я пойду. Ты не понимаешь, сколько возможностей мы упустили, не общаясь с магглами. Как ты думаешь, этот наряд достаточно маггловский?

А зельевар все и больше и больше хмурился. Блондин, вертевшийся перед зеркалом в обтягивающих кожаных штанах, вызывал необъяснимые порывы, которые Северус не мог опознать. Нахмурившись еще больше, он проговорил:

- Я иду с тобой. Но только попробуй что-нибудь натворить! Мы немедленно оттуда аппарируем.


***

Драко вернулся домой за полночь. Репетиция показа порядком его утомила.

«А ведь ещё завтра к Поттеру с утра в аврорат надо. Этот очкарик иначе не отцепится, а у меня показ после обеда. Блейз, чтоб его! Как всегда в последний момент сообщил».

В памяти внезапно всплыла сцена поедания Поттером за обе щеки свежего печенья, и каким счастливым и добродушным может быть гроза аврората – самый молодой старший аврор и победитель одного из самых сильных темных волшебников.

«А что, если опять накормить его выпечкой? Может, он от меня отвяжется? Как раз и рецепт один давно хотел попробовать...»

Усталость как рукой сняло, и Драко, в предвкушении любимого хобби, напевая, пошел на кухню.


***

В это время в доме Гарри разгорался нешуточный скандал.

- Джеймили, я не возьму тебя с собой! Нет, нет и еще раз нет!

- Ну почему?

- Прийти на показ мод со змеёй в кармане – это как-то необычно, ты не находишь? А я не хочу привлекать внимание!

Джеймили рассерженно зашипела и уползла в свою «нору», сооруженную Гарри под четким руководством Гермионы.

Поттер до сих пор не понимал, как он допустил появление этой эгоистки в своем доме! Эту змейку он подобрал в драконьем вольере, когда проходил стажировку в Румынии летом и заехал повидаться с Чарли. Она никак не могла выбраться из-под защитного купола, а Гарри не мог не помочь бедному животному. Змея оказалась на редкость приятным собеседником, и Гарри предложил ей поселиться у него. С тех пор Джеймили прочно обосновалась в доме бывшего гриффиндорца. Несмотря на то, что у змейки был на редкость вредный характер, они с Гарри быстро нашли общий язык.

Из норы раздавалось обиженное шипение.

- Нет, Джеймили! Даже не проси! Там же магглы!

- Ну и что, среди них тоже попадаются со странностями! Просто не будешь со мной разговаривать на людях и все! А за это я помогу выбрать одежду!

- Ты шантажистка! Ладно, будь по-твоему!

Змея радостно зашипела.

Гарри поплелся в душ, попутно соображая, что ему надо сделать завтра. Список выходил внушительным, но главное - завтра ему опять придется встретиться с Малфоем, чтобы нормально его допросить. А то сегодняшнее «дознание» было вообще ни на что не похоже.

Уже засыпая, аврор вспомнил про обещание хорька договориться с эльфами насчет печенья: «С его стороны это было очень... мило?!»


***

Гарри проспал. Громко ругаясь, он успел сделать только несколько глотков кофе, перед тем как аппарировать на работу.

Там тоже позавтракать не удалось, сначала была летучка, потом срочно надо было доделать несколько отчётов. К одиннадцати часам Гарри ненавидел весь спасённый им магический мир в целом и каждого мага в отдельности. Подчинённые благоразумно разбежались по отделам, и ни одна живая душа старалась не попадаться на глаза старшему аврору.

И тут в двери вплыл Драко. Вплыл – по другому и не скажешь. Он неторопливо шёл, плавно покачивая бёдрами. На губах играла развратная улыбочка, а в руках он держал корзинку, источающую неземной аромат.

Желудок Гарри сжался в предвкушении.

- Малфой, там то, о чем я думаю?

- Потти, ну я же обещал. Малфои всегда держат слово, - небрежно протянул зельевар, ставя корзинку на стол.

Гарри еще раз принюхался, сглотнул слюну и умоляюще посмотрел на блондина:

- Мы ведь можем поговорить за чашкой чая?

- Ладно, давай свой чай.

Гарри радостно метнулся за чашками. Когда аврор, держа в одной руке чашку, второй потянулся за аппетитно пахнущим пирогом, Драко, с ангельской улыбкой, отодвинул корзинку к себе.

- Итак, Потти. Услуга за услугу. Я тебе пирог, а ты быстренько спрашиваешь всё, что надо, и я ухожу. Договорились? У меня и без тебя дел много.

Гарри, чьи мысли были полностью прикованы к ароматному шедевру кулинарного искусства, смог только кивнуть

- Вот и славненько.

Корзинка вернулась на место, и Гарри с упоением принялся поглощать пирог.

Пирог был вкусным. Нет, не так – он был божественно вкусным. Пока Драко с непонятным умилением во взгляде смотрел на Поттера, тот успел съесть уже четверть выпечки. Затем он поднял голову и внимательно посмотрел на блондина. Кроме уже отмеченного умиления, в его глазах светилось что-то еще... И, похоже, Драко сам этого не осознавал.

- Поттер, ты чего на меня уставился? Я жду вопросов!

- А, да, вопросы... - Гарри постарался придать себе официальный вид, но это было очень сложно сделать с набитым ртом. - Как вышло, что твоё зелье продается, не будучи лицензированным?

Драко хмыкнул:

- Ну, как бы ни было неприятно признавать, оно не только моё. Над его разработкой мы трудились в паре с мистером Морсоном, который сейчас в отъезде. Проволочка с лицензированием целиком на его совести. Он что-то не поделил с проверяющим из министерства, и тот задержал нужные бумаги. Лицензия должна быть получена на следующей неделе, так что всё будет в порядке.

- Но, тем не менее, факт продажи зелья без лицензии...

- Поттер, - Драко перегнулся через стол и оказался на расстоянии нескольких дюймов от Гарри, - может, мы можем как-то договориться, чтобы ты закрыл дело?

Сердце Гарри замерло, а потом застучало с удвоенной силой. В комнате стало жарко, и Гарри невольно сглотнул.

- К-как договориться? - прохрипел аврор.

- Ну, например... - палец Драко нежно скользнул по подбородку Гарри, стряхивая крошки пирога. - Я... то есть, мои эльфы могли бы готовить тебе что-нибудь вкусненькое.

- Согласен! - выпалил герой магической Англии.

Малфой довольно улыбнулся:
- Вот и хорошо.

«Видишь, Гарри, со всеми можно договориться, и не обязательно при этом идти напролом», - подумалось блондину.

- Малфой, но если тебя еще раз поймают на чем-то подобном, я тебя покрывать не буду! - Поттеру пришлось собраться, чтобы не обращать внимания на расплавленное серебро глаз Малфоя и сосредоточиться на диалоге.

- Конечно, конечно, - согласился Драко. - Так я могу идти?

Гарри оставалось только кивнуть.


________

* (с) «Хочу влюбиться», автор Черная-Белая

** «Только этого мне не хватало»



Глава 4.

- Драко! - раздался жаркий шепот над ухом. - У меня для тебя классная новость!

- Чего тебе, Блейз? Не мешай, видишь, мне причёску делают! Ай, больно, дура набитая! Аккуратнее! - Драко обратил свой пылающий ненавистью взгляд на стилиста. Та даже и бровью не повела.

- Ну, говори! И если эта новость меня не порадует, ты ответишь за то, что затащил меня на этот никчёмный показ!

- Потерпи, дорогуша. Новость, и правда, потрясающая! Мне удалось узнать, что твой обожаемый поэт Джеймс Эванс тоже приглашён на показ!

- Что? Тот самый Эванс?! Быть не может! Я же мечтал с ним встретиться!

- Твой любимый Блейз не так прост, как может показаться! Я уже договорился с его редактором о знакомстве. С тебя поцелуй, крошка!

- Иди ты к гиппогрифу! Как я ему покажусь в таком виде?!

- А что не так с твоим видом?? Ты выглядишь просто потрясающее, - нахмурился Забини.

- Я выгляжу, как ДЕВУШКА! - вскипел Малфой. - Этого, по-твоему, недостаточно?

- Ну и что? Встретишься с ним один раз как девушка, и хватит с тебя. Ты же не замуж за него собираешься. Или я не прав? - Блейз, окончательно ушедший в мысли о предстоящем показе, кинулся в очередной раз проверять костюмы моделей.

- Блейз, подо... - Драко попытался, было, удержать его, но получил расческой по затылку. - Ах, ты!..

Стилист, в очередной раз, промолчала.


***

Гарри собирался на показ мод под чутким руководством Джеймили. Под её неусыпным надзором был выбран строгий маггловский костюм молочного цвета (по правде говоря, единственная в гардеробе приличная вещь, которую когда-то заставила купить Гермиона).
Волосы он магически удлинил и перекрасил в светло-каштановый цвет, а потом завязал в хвост, очки заменили контактные линзы серого цвета. Подумав, Гарри нанёс немного зелья на лицо и стал обладателем усиков и аккуратной бородки.

Полностью преобразившись, Гарри посадил Джеймили в карман и аппарировал в безлюдный маггловский переулок.

Итак, на этом показе он появится как Джеймс Эванс, довольно популярный молодой поэт.
Псевдоним у него появился благодаря Шарлотте. Если точнее, он и печататься начал из-за нее.

Как-то раз, сидя в небольшом магловском кафе после рейда, он в ожидании заказа написал несколько четверостиший на салфетке. Когда ему принесли заказ, он даже не заметил, как смахнул её со стола. Спустя какое-то время к нему подсела молодая девушка, представившаяся Шарлоттой. Она держала в руке эту злополучную салфетку.

Она уточнила, он ли это написал, а потом яростно стала убеждать его опубликоваться в литературном издании, в котором Шарлотта работала редактором. Упрямством и целеустремленностью она не уступала Гермионе, поэтому у Поттера не нашлось сил возразить.

С тех пор у Гарри появился секрет. Даже друзья не знали об этом его маленьком увлечении, благодаря чему, Гарри, не стесняясь, изливал душу в стихах. К его огромному удивлению он быстро приобрел популярность и стал желанным гостем на вечеринках, модных тусовках и всех значимых событиях богемного мира. Однако приглашения Джеймс Эванс принимал крайне редко.

Этот ничем не примечательный показ мод тоже остался бы проигнорированным, если бы не чувство, что он ДОЛЖЕН там оказаться, во что бы то ни стало.

Это чувство лишь усиливалось по мере его приближения к известному клубу, где должен был состояться показ. Еще на подходе Гарри заметил странное столпотворение у входа. Когда он понял, что стало причиной этого, пришлось придержать челюсть рукой.

В центре толпы, окруженный не меньше, чем десятком светских львиц, стоял Люциус Малфой!


***

Люциус Малфой был напуган. Да, он знал, что его лицо ни в коей мере этого не выдает. И только память о службе у Волдеморта и солидный уже возраст не позволяли ему спрятаться за спину вечно хмурого зельевара.

- Сев, почему тут так много людей? Они же все магглы... Они выглядят опасными. Почему все эти женщины на меня смотрят, как на кусок сочного бифштекса? Эх, Волдеморта на них нету... - причитал бедный лорд Малфой на ухо своему другу – единственному, перед кем он мог забыть о своем имидже.

- Люциус, либо ты сейчас отпускаешь мою руку и топаешь на показ гордой малфоевской походкой, либо мы разворачиваемся и аппарируем домой. Как маленький, ей-Мерлин! - Северусу тоже очень не нравились взгляды этих размалеванных девиц, которыми они буквально поедали Малфоя. Зельевара это насторожило, но он решил, что только из-за того, что он заботится о благополучии старого приятеля.

- Нет, все, идем-идем! Я очень хочу это видеть! Говорят, что этот модельер известен на весь маггловский мир. И да... Он всегда выбирает только лучших моделей.

Северус стиснул зубы и молча пошел за вмиг оживившимся блондином, по дороге распугивая всех и вся своим фирменным взглядом.


***

Гарри подумал, что в нынешнем облике его бы и Гермиона не узнала, и спокойно прошел в здание клуба.
Найдя свое место, он приятно удивился, что Шарлотта достала ему билет в самый первый ряд перед подиумом. Сама она уже была на месте и весело щебетала со своим женихом.

«Да, в этом мире же все по парам», - настроение Гарри заметно ухудшилось.

- Джейми! Джейми, иди к нам! Ой, как же я рада, что ты выбрался! Ты же знаком с Полом? Пол, это Джеймс Эванс - талантливейший поэт и человек, благодаря которому у нас такие замечательные места! Джейми, а где же твоя спутница? Ведь твое приглашение позволяло привести с собой кого-нибудь! Пол не хотел идти, но когда же еще выдастся такой шанс!

Гарри уже привык к манере Шарлотты разговаривать за всех вокруг. Он вежливо улыбнулся Полу и присел на свое место. И тут он осознал одну вещь.

- Шарлотта, ты говоришь, что обязана мне этими местами? Как такое получилось и почему я об этом не знаю?

- Ой, Джейми, я забыла совсем тебе сказать! Ты же почти не появляешься в редакции! Мы брали интервью у этого модельера, и как-то всплыло, что одна из его лучших моделей просто без ума от твоего таланта! Ну вот, слово за слово, и у нас появились эти пригласительные! Правда, здорово? Ой, может и лучше, что ты один пришел! Вдруг это – судьба? Было бы так романтично!

Гарри хмыкнул, но настроение само собой поднялось: «А вдруг, на самом деле, судьба?»

Джеймили тихонько прошипела из кармана: - Смотри, уже начало! Свет гаснет! Слава Мерлину! А то эта дама меня утомила своей болтовней.

И Гарри стал всматриваться в темноту за кулисами, ожидая, что может быть, ведь может...


***

Драко волновался и с каждой минутой все больше. От волнения он даже стал грызть ногти, но потом опомнился. Идеальный маникюр был его радостью и гордостью.

«Тот самый Эванс! Эванс, тот самый!»

Блейз заглянул за сцену:

- Что ты мечешься? Сейчас твой выход. Приготовься!

Драко нервно дернул его за руку:

- Как я выгляжу? Как я выгляжу?!

- Шикарно! Просто фея! Кстати, Эванс уже в зале. Вперёд!

И Драко выпихнули на сцену.


***

Гарри места себе не находил. Которая из моделей его поклонница? Эта, чёрненькая, а может эта – шатенка? Как, всё-таки, здорово, что появился человек, которому Гарри нравится не из-за славы народного героя, не из-за внушительного наследства, которое ему оставили родители, а именно из-за стихов. Стихов, которые являлись отражением его души.

Мысли Гарри резко прервались, потому что на сцену выплыла ОНА! Вздох восхищения разнёсся по залу. Белокурый ангел парил над подиумом, приковывая к себе все взгляды. Она была прекрасна!

Сероглазая, статная, будто богиня любви Фрейя, в ниспадающей до изящных щиколоток светлой одежде с голубовато-жемчужным отливом, которая не могла скрыть от жадных взглядов колдовски прекрасного тела с узкой талией, широкими плечами и стройными длинными ногами... Гарри был покорён.

Достав из кармана блокнот, он быстро написал несколько строк:

Ты мне явилась, как виденье,
Как сон, как утренний туман,
Зари багровое рожденье,
Иль вновь ниспосланный обман.
Твоим волшебным озареньем,
Твоею радостью пленен.
Души чистейшей наважденьем.
И ликом светлым опьянен... *


Подозвав жестом распорядителя, Гарри потребовал доставить ему букет из ста алых роз к концу показа. Приняв решение непременно познакомиться с этой девушкой, герой магической Англии с нетерпением стал ожидать следующего выхода его Богини.


***

Драко ощущал, как зрители пожирают его взглядами, но он страстно желал почувствовать только взгляд одного-единственного человека! Он пытался различить его в толпе.

«Кто же он? Какой же он? Когда я смогу поговорить с ним, и сказать, как давно и сильно восхищаюсь его творчеством? У нас так много общего, судя по его стихам».


***

Гарри был словно опьянен красотой этого восхитительного создания, парящего над подиумом.

Девушка выходила еще трижды. Наряды шли ей один лучше другого.
Последний выход должен был состояться в конце показа. Гарри весь истомился в ожидании своей богини.

Заиграла нежная мелодия, прекрасные девушки-модели застыли по обеим сторонам сцены, занавес снова открылся, и на подиум выпорхнула ОНА!

Модельер вел под руку ослепительную фею в длинном белоснежном платье. Искрящийся свадебный наряд подчеркивал идеальную фигуру, в руках девушка сжимала букет белых лилий, а ее лицо скрывала длинная полупрозрачная вуаль.

Она остановилась на краю сцены, на миг приподняла фату и бросила призывный взгляд в зал, словно кого-то искала.

Гарри решил, что обязательно подойдет к ней после показа.

- Шарлотта, ты должна немедленно нас познакомить! - потребовал он.

- Кстати, Джейми, это, похоже, и есть твоя поклонница, - зашептала в ответ радостная девушка.

«Удивила! Я это уже давно понял!»

Белокурое создание в белоснежном платье было настолько нереально божественно, что Гарри забыл, как дышать. И в этот момент их взгляды, наконец, встретились. Волна тепла, нежности и странного узнавания, будто нашел дорогу домой, омыла их обоих в тот же миг.

Гарри с трудом оторвал взгляд от этого совершенства, когда ему поднесли заказанные ранее цветы. Он мог поклясться, что успел разглядеть улыбку, спрятанную под тончайшей вуалью, и это прибавило решительности.

Когда все вокруг поднялись и зааплодировали, Гарри подошел к подиуму и протянул букет ЕЙ. Она грациозно наклонилась, и ее длинные локоны скользнули по запястью Гарри. Его пробила дрожь, и он поспешил вернуться на свое место, чтобы не стоять тут столбом, околдованным ее красотой.

И тут он узнал в модельере Блейза Забини, бывшего однокашника и товарища Хорька. Тот стоял настолько спокойно, будто вся эта красота его не трогала.

«Конечно, он, наверняка, не по девочкам. Недаром с Хорьком по утрам шатается. Может, и по ночам они тоже вместе».

Эта мысль неприятно поразила Гарри. Но он быстро отбросил воспоминания о Малфое.

«Меня такая девушка ждет, нечего вспоминать всяких Хорьков», - решил он.

После показа Поттера отвели в большой зал, где сливкам общества, собравшимся на прием, подавали шампанское.

Поттер стоял с бокалом в руке, а его сердце стучало в ритме болеро.
Навстречу шла его поклонница и королева подиума!


***

Эванс застыл в охотничьей стойке. Драко нетерпеливо облизнул пересохшие губы, направляясь к нему через весь ярко освещенный и полный людей зал.

Малфой даже не успел переодеться, его так и вытащили на прием в свадебном платье.

- Он жаждет с тобой познакомиться! Ты поразил его в самое сердце! - сладко пел Блейз, твердой рукой подталкивая «невесту» вперед.

Драко решил, что вуаль – очень удачное дополнение наряда. И он не станет ее поднимать. Еще чего не хватало. Первая встреча с самим Эвансом, а он в таком виде! И надо еще придумать, что ему сказать... и...

Все слова вылетели из головы, когда они оказались рядом.

«Mon Dieu, это, и правда, он!» - подумал Драко.



***

«Странная девушка», - подумал Поттер.

Прелестная незнакомка вела себя загадочно. Девушка держалась напряженно и не поднимала вуали. Однако сквозь полупрозрачную дымку Поттера обжигал страстный взгляд.

«И чего это Забини рядом с ней крутится? - ревниво подумал Поттер. - И кто бы мог подумать, что у него такие таланты и свой бизнес в маггловском мире. Не только я веду двойную жизнь».

Гарри пропустил мимо ушей все комплименты, которые наперебой расточали ему Шарлотта и Блейз, представляя незнакомке.

- Как вас зовут? - не выдержал он.

- Дддд... Дафна!

«И голос у нее какой-то странный!»

«Il ne manquait plus que зa» **, - в очередной раз за вечер подумал Драко. Руки предательски тряслись от волнения.

«Надо собраться! - подумал Малфой. - Еще не хватало, чтобы Эванс принял меня за малолетнюю фанатку-истеричку, готовую на все, лишь бы оторвать кусочек от своего кумира».

- Меня зовут Джеймс Эванс. Очень рад познакомиться с вами, Дафна.

Поттер взял с подноса официанта бокал с шампанским и предложил его этой красотке.

- Благодарю вас, мистер Эванс, - сдержать постыдную дрожь так и не удалось.

- Дафна, я бы предпочел, чтобы вы называли меня Джеймс, - улыбнулся Гарри. - В моей жизни и так достаточно официоза.

Девушка нервно хихикнула:

- Конечно, мистер Эванс. То есть... Джеймс.

Она мило улыбнулась сквозь вуаль.
Гарри растаял.


_________

* (с) Автор: Gtyrich Kjhgfoiuuytrew

** «Только этого мне не хватало»



Глава 5.

«Удивительная девушка. Похоже, она очень скромная и славная. Таких сейчас не часто встретишь!»

Поттер придвинулся ближе к собеседнице.

- Так вы увлекаетесь поэзией, Дафна?

Драко крепко сжал бокал с шампанским. И как его пить, не поднимая вуаль?

- Да, Джеймс, я обожаю ваши стихи! Просто обожаю! А мое любимое – вот это:

Я хочу от любви умереть.
От любви неестественно сладкой,
В её пламени жарком сгореть,
До конца, всё отдав без остатка.

Я хочу умереть от любви.
Я хочу от любви не проснуться.
В мир блаженства с тобою уйти.
Навсегда, чтоб назад не вернуться.*


Драко читал стих так легко и вдохновенно, эти строки всегда сияли в его памяти.

Поттер почувствовал, как у него перехватило дыхание. Это прелестное существо понимало его, как никто другой! Она смогла оценить его самые сокровенные мысли и чувства!

А еще у этого божества был потрясающий голос – глубокий, нежный, с легкой хрипотцой и... отчего-то смутно знакомый.

«Конечно, - подумал Гарри, - ведь так и бывает! Когда встречаешь ТУ САМУЮ, всегда должно быть чувство, что вы знакомы уже вечность. Все правильно».

Драко же внимательно смотрел на Джеймса, стараясь уловить и запечатлеть все эмоции поэта. Тому явно было приятно столь искреннее восхищение, внимание к своему творчеству. А еще на лице мужчины читалось удовольствие от беседы именно с ним, с Драко... Ну, точнее, с Дафной.



***

- Нет, ты представляешь, Северус! Какова наглость, а? Забини даже не удосужился сообщить мне о показе! Мне, лорду Малфою!

- Люциус, ты же раньше не горел желанием общаться с магглами, - устало ответил зельевар.

- Ну и что, что не хотел?! По правилам этикета, он должен был прислать приглашение, а принимать его или отказаться – это уже моё дело! - негодовал Люциус. - Никакого уважения к старшим! Драко тоже, наверняка, о показе знал, и ни словом не обмолвился. Ну, ничего, я с ним ещё поговорю на эту тему! Северус, ты хоть представляешь, как можно раскрутить всё это с талантом Блейза и моими деньгами и связями?! К тому же, это благоприятно скажется на имидже Малфоев...

Когда лорд Малфой начинал подсчитывать предполагаемую прибыль и придумывать новые пути обогащения, он становился просто неудержим. Северус уже устал от жалоб блондина и, желая переключить внимание последнего на что-либо другое, начал осматривать банкетный зал.

В противоположном углу помещения мило расположился виновник словесных излияний Люциуса в компании своей лучшей модели и ещё каких-то людей.

- ... если к делу подключить того магната из Франции, ну, ты помнишь, он ещё в прошлом году на приёме в Малфой-мэнор угодил в чашу с пуншем, то реклама нам обеспечена уже в Европе... - заливался соловьём блондин.

- Люциус! - Северус был на пределе. – Может быть, ты расскажешь это не мне, а сразу мистеру Забини? Вон и он, кстати. Пойдём, поздороваемся. – И, схватив Малфоя под локоть, зельевар направился в другой конец зала.


***

- Дафна, золотце, ты только сильно не волнуйся, – раздался шепот Блейза, – но к нам, кажется, направляются твой ненаглядный родитель с крёстным.

- Что? – не понял блондин. Он пребывал в состоянии, близком к нирване, купаясь в атмосфере обожания, исходившей от Эванса.

- Голову, говорю, поверни, радость моя.

Драко оглянулся и не поверил своим глазам. К нему уверенными шагами приближался отец и Северус – человек, который знал его с пелёнок. Таким маскарадом их не проведёшь: непременно узнают, а что тогда будет – лучше даже не представлять. Его охватила паника. Бежать! Нужно срочно сбежать!

Гарри тихо бесился. Мало того, что Блейз постоянно ошивается вокруг Дафны, так ещё и шепчет ей на ухо какие-то гадости, отчего его девочка начинает нервничать и, быстро попрощавшись, спешит к выходу.

Гарри догнал Дафну уже в дверях.

- Подожди! Это из-за того, что сказал мелкий гадёныш Блейз? Я убью его, только останься!

- Нет, нет! Это совсем по другой причине. Мне срочно надо уйти!

- Мы ещё встретимся? Как? Когда?

- Я пришлю тебе сову, – не подумав, сказал Драко и тут же испуганно зажал рот ладонью. – Ой! Ну... то есть... как это...

- ... так ты не маггла? - последовал удивлённый ответ.

Глаза Драко округлились в страшном понимании, но поздно было обсуждать что-либо. Из-за страха разоблачения он вынужден был покинуть общество того, кто был так приятен и красив.

Бросив короткое и полное раскаяния «Извини!», он выбежал из зала и кинулся за кулисы, зная, что доступ туда ограничен для всех, кроме участников показа.


***

Гарри пребывал в смятении.

«Неужели она – волшебница? Как? Мы же примерно одного возраста, почему я ее не знаю по Хогвартсу? А может, она училась в Бобатоне? Да, скорее всего так».

Но тот факт, что его ангел оказалась ведьмой, изрядно портил ощущение эйфории, которое все еще витало вокруг него.
«Она рано или поздно узнает, что я – Гарри Поттер. И ВСЁ».

Его размышления были прерваны самым неприятным способом - его хлопнул по плечу Блейз Забини, незаметно подошедший к нему в компании Люциуса Малфоя и Северуса Снейпа. Гарри резко захотелось выбежать вслед за Дафной. Худшей замены собеседников не придумать. Благо, он был неузнаваем.

- Мистер Эванс, я так рад, что вы почтили своим присутствием мое скромное представление! - Блейз был сама вежливость.

- Что вы, что вы! Я счастлив быть тут. Особенно после знакомства с Дафной. Она – прекрасна. Как и ваша коллекция. - Гарри хотел, было, ретироваться после пары обязательных фраз, но, увы и ах...

- Мистер Эванс? - вкрадчивый и дружелюбный голос никак не вязался с острым взглядом ужаса хогвартских подземелий.

- Ох, простите, что забыл вас представить, господа! Это старый друг моей семьи – лорд Люциус Малфой, а это мой любимый преподаватель еще со школьных времен – Северус Снейп. А этот молодой человек – светило современной поэзии Джеймс Эванс. - Блейз был счастлив, что показ удался, и не смог уследить за выражением лиц всех участников беседы.

Люциус быстро пожал руку Гарри и продолжал осматривать зал, в поисках той самой модели, которую он хотел привлечь к будущему процессу слияния своего капитала и таланта Забини.

- Джеймс Эванс, наша новая знаменитость! - Снейп слегка наклонил голову набок.

«Узнал, черт! Узнал-узнал-узнал! Да еще с моим именем... Вот проклятье».

- Рад знакомству, мистер Эванс, - приветствовал остолбеневшего Поттера Малфой. - Мистер Забини, у меня есть к вам интересное предложение. Господа, надеюсь, вы не будете против, если мы вас оставим.

Глаза Блейза загорелись в предчувствии интересной сделки, и он проворковал:

- Джеймс... могу я вас так называть? Мы покинем вас на некоторое время. Прошу наслаждаться обществом друг друга. Профессор очень любит поэзию, думаю, вы найдете общие темы для разговора.

Знай гриффиндорец французский, он, без сомнения, проговорил бы: «Il ne manquait plus que зa» **, а так он просто мысленно поминал Мерлина в самых извращенных ситуациях.

«А мне начинает тут нравиться», - подумал зельевар, глядя на пылающее лицо брюнета.

Настроение профессора начало стремительно подниматься, он наклонился к Поттеру и проговорил бархатистым голосом:

- Я смотрю, что лавров героя ТОЛЬКО магического мира вам не достаточно. Ничего другого я от вас и не ожидал, самовлюбленный мальчишка.

Гарри сначала побледнел, потом покраснел.

«Да как он смеет!!! Сальноволосый урод!!! Да что он обо мне знает!!!»

- Тшшшшш, ссссспокойно... - прошипела Джеймили уже готовому броситься в драку юноше.

- Что, мистер Поттер, язык проглотили? - участливо поинтересовался зельевар, театрально выгнув бровь.


Перед Гарри стоял нелегкий выбор. Он мог или устроить полномасштабный скандал с криком, истерикой (правда, этот вариант был отметен сразу – практики не хватало) в свою защиту, или же попробовать состязаться в сарказме с бывшим учителем. Но и в этом случае он мог не рассчитывать на «победу».

А Джеймили все продолжала:

- Не обращай внимания. Сссскажи, что он обозналссся, и отойди от него...

Единственное, что помешало реализации этого предложений – сверхтонкий слух Снейпа:

- Поттер, почему из вашего кармана доносится шипение?

«Мерлиновы подштанники! И почему именно здесь оказалась эта сальноволосая ворона? Ну, раз он все понял, отпираться бесполезно», - подумал Гарри, подходя поближе к профессору.

- Моя личная жизнь вас не касается! - зло прошипел брюнет. - Почему бы вам не оставить меня в покое?!

- Как я могу упустить возможность пообщаться со знаменитым мистером Эвансом? - профессор ехидненько ухмыльнулся.

Поттер понял, что проиграл. Соревноваться с профессором в язвительности бесполезно.

- Чего вы хотите? Броситесь рассказывать Забини и Малфою, кто я?!

- Я еще не решил, что с вами делать, - Снейп бросил на Гарри пронзительный взгляд.

Взгляд этот не предвещал ничего хорошего. И Поттер опять стал закипать.

«Не собирается ли этот гад меня шантажировать?»

Слова уже были готовы сорваться с губ, но в этот момент к ним подошли Малфой и Забини. Последний сиял, как начищенное серебро в родовом поместье. Малфой тоже имел весьма довольный вид.

- Что ж, Блейз, нам нужно будет только уточнить все детали. Я пришлю вам сову. А сейчас нам пора идти.

- Мистер Эванс, надеюсь, у вас нашлось, о чем поговорить? - Люциус повернулся к Гарри. - Жаль, что нам не удалось пообщаться. К сожалению, дела не ждут. Всего хорошего, мистер Эванс.

- Всего хорошего, Блейз. - Снейп уже поворачивался, что бы уйти, но вдруг оглянулся и посмотрел в глаза Гарри: - Надеюсь увидеть вас снова, мистер Эванс.

Стоящий рядом Блейз не заметил ни странного взгляда профессора, ни побледневшего лица знаменитого поэта.



***

Медовый месяц – замечательная штука. Медовый месяц на морском побережье – еще замечательнее.

Вернее, не месяц, а три недели. У Рона начинались тренировки по квиддичу, а Гермионе нужно было закончить какой-то очень важный доклад по колдомедицине. И даже сюда она набрала целую кучу книг, и теперь сидела, обложившись ими по самые уши.

Рон всегда считал, что молодожены должны сутками не вылезать из кровати, а вечером гулять под звездами. Как показала практика, его супруга не отличалась повышенным романтизмом. Впрочем, Гермиона всегда была такой.

«Великий Мерлин, иногда мне кажется, что она мне изменяет со всеми этими книгами», - вздохнул Уизли, подняв глаза от шахматной доски и покосившись на кудрявую макушку жены, торчащую из-за стопки книг.

- Герми, тебе не жалко меня? Играть с самим собой в шахматы – не лучшее времяпрепровождение, - протянул Уизли, надеясь привлечь внимание супруги.

- Еще пару минут и я закончу. - Девушка, неопределенно махнула рукой, не отрывая глаз от книги. - Еще пара минут... так, что у нас тут... и все будет готово.

Рыжий, поняв, что сегодня ничего внятного ему больше не скажут, решил пойти прогуляться.


***

Вдоль набережной курсировали парочки. Влюблённые были везде: гуляли по пляжу, сидели в летних кафе, катались на роликах, ели мороженое на лавочках.

Рон ощутил жгучее чувство зависти. Ну как, скажите, как, его угораздило влюбиться в Гермиону? Возможно, это было какое-то временное помутнение рассудка? А может, последствия неправильного сваренного зелья?

С такими мыслями новобрачный добрёл до ближайшей пустой скамейки и, тяжело вдохнув, опустился на неё.

Рон смотрел на море. Ему нравилось наблюдать, как волны неспешно наползают на берег, тихий рокот прибоя успокаивал. Взгляд непроизвольно наткнулся на два силуэта, на фоне заходящего солнца. Это были два парня, они шли по пляжу босиком, неся в руках сандалии, разговаривали, бурно жестикулируя, и громко смеялись.

«Как было бы здорово, если бы Гарри поехал с нами!» - подумал Рон.
Ему очень не хватало человека, с которым можно было поговорить о последнем матче «Пушек Педдл» или обсудить новинки в области спортивных мётел. Гермиона считала разговоры на такие темы ниже ее достоинства, и рыжий искренне недоумевал, как они с женой вообще находили общий язык.

- Можно здесь присесть? – неожиданно раздался смутно знакомый голос.

Рон резко обернулся.


_______

*(с) Автор kostyas

**«Только этого мне не хватало»



Глава 6.

К огромному удивлению Рона обладателем «смутно знакомого голоса» оказался Виктор Крам.

- А ты стал лучше говорить на английском, Крам, - не подумав, заявил Рон.

- Рон! Я не ожидал тебя здесь встретить, - расплылся в улыбке болгарин. - Как у тебя дела, как Гермиона?

- Спасибо, замечательно,- непроизвольно скривился Уизли. - Вот, поженились на днях...

- А почему так безрадостно?

- Ну, знаешь... - и Уизли поведал болгарину обо всех своих переживаниях.

«Всё-таки, здорово иногда высказаться», - подумал Рон.

Крам внимательно слушал и временами кивал головой в знак согласия. Когда Рон выдохся, тот рассказал, что прекрасно понимает проблему рыжего. Виктор сам недавно развёлся: его бывшая жена была красива, но невероятно глупа и тщеславна. Она могла часами болтать о моде, новых платьях или светских сплетнях; кроме денег мужа её абсолютно ничего не интересовало. Сейчас Крам недоумевал, как позволил такой девице затащить себя под венец.

- Эй, друг! - спохватился Рон. - А как ты оказался на этом побережье?

- Просто приехал отдохнуть, ну, и изучить кое-какие предложения от местных команд, - пожал плечами Виктор. - Так что, возможно, я скоро перееду сюда.

- Будешь играть в Англии? - в рыжем проснулся профессиональный игрок. - И какие же команды сделали тебе предложения? Или это секрет?

- Ну, вообще-то, этой информацией лучше не делиться, - ухмыльнулся Крам. - Но ведь ты меня не выдашь журналистам?

- Что? - взвился Рон. - Ты издеваешься? Я к журналистам добровольно не пойду, ни за какие коврижки!

«Наверное, Крам не знает, куда и спрятаться от этих назойливых писак. Да и поклонниц, хоть метлой отгоняй. Странно, что к нам еще ни кто не подскочил с визгом и просьбой дать автограф», - подумал Рон, глядя на кумира своего детства.


- ... он! Рон! - Виктору пришлось потрудиться, чтобы вернуть рыжего в реальность. - Мы почти пришли. Ты уверен, что Гермиона будет мне рада?

Уизли тут же принялся убеждать болгарина, что только его появление сможет отвлечь девушку от ее драгоценных книг. Он оказался не совсем прав.

Когда мужчины вошли в дом, Гермиона уже складывала в сумку последние книги, вспоминая, все ли она взяла. Заметив мужа, она скороговоркой выпалила:

- Дорогой, ты не поверишь!!! Случилось такое! Мне надо срочно в Лондон к Сириусу – это, буквально, на пару дней, ты ведь не очень расстроишься? - заметив Крама, она переключилась на него. - Виктор, я так рада тебя видеть, извини, нет времени, ты развлечешь Рона, пока меня не будет? Я скоро вернусь, и мы обо всем поговорим...

Не дожидаясь реакции на ее заявление, Гермиона аппарировала, оставив мужа и гостя в недоумении.

Такого не ожидал даже сам Рон. Стоя посреди комнаты, он все с большей силой ощущал всю глупость своего положения.

«Вот это пригласил человека в гости», - Уизли начал понимать, что пора бы нарушить затянувшееся молчание.

- Виктор, прости, так неловко получилось... Наверное, что-то серьезное, раз Гермиона так резко сорвалась...

- Да ладно, ты не переживай. Надеюсь, с этим Сириусом все в порядке?

- Даже не знаю, что там такое могло произойти. Потом свяжусь с Гарри, наверняка, он в курсе.

- Ну что, Рон? - Крам ткнул рыжего локтем в бок. - Раз нас бросили, может, сходим выпить куда-нибудь? Не торчать же дома. Тут недалеко есть неплохое местечко, на днях на него набрел.

- Конечно, пошли.

Провести время в приятной компании, выпить, поболтать о квиддиче – это сейчас самое то.



***

Гермиона появилась в доме на площади Гриммо как раз вовремя, чтобы застать очередной скандал. Сириус метался по комнате, издавая непонятные звуки, больше всего смахивающие на рычание. Люпин, в свою очередь, пытался его успокоить и не попасть под горячую руку своего возлюбленного.

- Сириус, ты что творишь? - Гермиона взяла за образец интонации Молли Уизли, эта женщина, как никто, умела руководить мужчинами.

- Гермиона, ну ты же колдомедик, скажи ему, - устало взмолился Ремус, - меня он не слушает, а ему ведь нельзя нервничать!

- Нет, но это же невозможно, - Сириус, казалось, не заметил появления девушки, продолжая хаотичное движение по комнате. - Абсолютно невозможно!

Заняться пациентом Гермионе удалось лишь спустя полчаса. Сначала они с Ремусом никак не могли уложить Сириуса, потом потратили кучу времени, чтобы его успокоить. Наконец, она приступила к обследованию.

- Что я могу сказать... Срок, приблизительно, три месяца, беременность протекает без осложнений. - Девушка поднесла к губам чашку с чаем. - Завтра я схожу с ним к одному из моих учителей, он как раз специализируется на подобных случаях...

- Спасибо, Гермиона, - оборотень смущенно улыбнулся, - извини, мы тебя оторвали от отдыха. Кстати, как тебе начало супружеской жизни?

Новоявленная миссис Уизли пожала плечами:

- Даже не знаю, все так... сложно. Я не знаю, как это объяснить. Часто мне кажется, что мы явно поспешили со свадьбой.

- Гермиона, все будет хорошо, вы ведь любите друг друга...

- Да, конечно. Ты мне лучше скажи, почему Сириус так завелся?

- Не знаю. Ему пришло письмо из Департамента, занимающегося семейными связями, титулами, наследством чистокровных семейств. Про это подразделение Министерства знают немногие, а вспоминают про него только в экстренных случаях.

- Странно, я никогда о нем не слышала, - нахмурилась девушка. - А чем именно они занимаются?

- Ведут строгий учет, кто кем кому приходится, решают, при необходимости, кто может принять титул и так далее, - развел руками Люпин. - Обычно к ним обращаются перед свадьбой чистокровные семейства, чтобы узнать, не слишком ли близкое родство между будущими супругами, какие семьи будут иметь право на предполагаемых наследников и так далее.

Девушка на секунду задумалась, пытаясь сопоставить полученную информацию с происшедшим:

- То есть, пришедшее письмо касалось вашего будущего ребенка?

- Точно нет, - Люпин отрицательно покачал головой, - они фиксируют младенцев только на третий день после их рождения.

- Тогда что?

Ответ девушке дал Сириус, появившийся в дверях кухни. За то время, что он пробыл наверху, мужчина успел успокоиться окончательно. Поэтому ничто не выдало его ярости, когда прозвучала фраза:

- Они утверждают, что Снейп – родной брат Джеймса!


***

Драко задумчиво склонился над чашкой с кофе. Круги под глазами с радостью объявляли всем желающим это заметить, что ночь у Серебряного принца была бессонной, однако желающих, в пределах видимости, не находилось.

Вчера, аппарировав домой из гримёрки клуба, Драко весь вечер пытался успокоиться. Всё-таки, день был более чем насыщен событиями: дебют в образе Дафны, встреча с кумиром, внезапное появление родителя.

Но больше всего мысли Драко занимал Эванс.
В том, что он понравился поэту, даже сомневаться не стоило, но вот как бы поделикатнее дать понять предмету мечтаний блондина, что он не совсем девушка... точнее, совсем не девушка...

Ситуация осложнялась ещё и тем, что Эванс знал о магах, возможно, даже был одним из них, в таком случае, он непременно знает фамилию Малфой, а это, опять же, сопряжено с множеством сложностей.
Горячая ванна не успокоила метавшиеся, словно загнанные лани, мысли, и поэтому серебряный принц, выбежав из дома, долго бродил в парке неподалёку. В свой небольшой коттедж в престижном районе магического Лондона, он вернулся далеко за полночь, но и после этого не смог сомкнуть глаз.

И вот теперь, ранним утром хмурого осеннего дня, один из самых завидных женихов Англии сидел на своей холостяцкой кухне над чашкой с кофе и пытался придумать, как завоевать Эванса.

Люциус появился внезапно. Подняв взгляд от стола, Драко увидел его стоящим в дверях кухни и с интересом разглядывающим помещение.
Визит отца не предвещал ничего хорошего сам по себе, а уж после вчерашнего показа, тем более. Драко пришлось призвать всё свое хвалёное малфоевское самообладание, чтобы в панике не выскочить из-за стола.

- Доброе утро, рара. Если бы ты предупредил о своём визите, я бы подготовился. Чем обязан? Не желаешь ли кофе? - только Мерлин знал, с каким трудом Драко удалось подавить дрожь в руках.

- Сын, я по делу, - сухо начал Люциус. - Я всё знаю. Мы с Северусом вчера были на одном чрезвычайно интересном маггловском показе...

Драко весь похолодел от ужаса. Кажется, его тайна раскрыта.

- Почему ты ничего мне не сказал? - склоняясь к сыну, продолжил лорд Малфой. - Думаешь, я бы не понял? Я, между прочим, человек очень широких взглядов. Более того, могу даже сказать, что это было, хоть и весьма необычно, но не лишено очарования. Думаю, на этом можно сделать как хорошее имя, так и неплохие деньги.

Драко замер, ничего не понимая. Отец видел, как его единственный наследник, переодевшись в женщину, вертел бёдрами на подиуме и потом заигрывал с мужчиной. И не только не проклял на месте, но еще и предлагает на этом заработать?!

- ... я уже договорился с мистером Забини, так что следующий показ мы планируем во Франции, - голос отца донёсся до Драко как будто издалека. - Ну, что ты молчишь? Не ожидал, что мне понравится идея работать с магглами? Кстати, а почему ты сам вчера не пришёл на показ? Не может быть, чтобы мистер Забини не пригласил тебя. Насколько я знаю, вы с ним дружны ещё со школы.

«Ах, вот в чём дело», - с облегчением подумал Драко.
Напряжение отступило, и блондин обессиленно обмяк на стуле, что не могло остаться незамеченным.

- Ты, часом, не заболел? - обеспокоено глядя на тёмные круги под глазами ненаглядного чада, спросил Люциус, сразу утративший аристократическую надменность. - Мы немедленно идём к Северусу! У него обязательно есть нужное зелье!

Вялые попытки Драко отказаться от визита к крёстному не имели успеха. Глава семейства Малфой, хоть и казался строгим человеком, но любил сына без памяти.

Споткнувшись о мягкий коврик в личных апартаментах нынешнего директора Хогвартса Северуса Снейпа, лорд Малфой упал прямо в заботливые объятья хозяина кабинета. Нисколько не смущаясь столь неаристократичного поведения, взволнованный родитель сразу же начал требовать лекарство для сына.

Драко устало привалился к камину. Всё-таки, бессонная ночь и сильные эмоции не способствовали приливу энергии в его молодой, но хрупкий организм.

Северусу достаточно было только одного взгляда, чтобы понять, что его крестник не при смерти, как упорно твердил Люциус, а просто очень вымотан.

Налив коньяк в хрустальный бокал паникующего родителя, и усадив его в кресло, мастер зелий увёл Драко в другую комнату под предлогом тщательного осмотра.

- Ну-с. И что случилось?

- Ничего особенного, просто не выспался.

- Неужели, наконец-то, нашёл себе девушку? Люциус будет очень рад.

- Крёстный, какая девушка, - смущенно пробормотал Драко, - просто на работе было много дел. А ещё эти разборки с «аврором Поттером», - лицо блондина приняло недовольное выражение.

- Поттером, говоришь? – зельевар хмыкнул. – Кстати, вчера мы с твоим отцом побывали на маггловском показе мод, который устраивал мистер Забини. Тебя там не было, случайно?

- Нет, - Драко напрягся, - было много работы.

- И ты многое пропустил. Например, там был этот маггловский писака, возомнивший себя поэтом. Ты мне ещё приносил книгу его стихов. Эванс, кажется. Хоть творчество у него довольно посредственное, не удивительно, что он столь популярен. В наше время не редкость, когда выбиваются в люди не своим талантом, а связями с нужными людьми.

- С нужными людьми? – переспросил Драко. – Какими людьми? О чём ты говоришь, Северус?

- Ну, скажем так, сам мистер Поттер приложил руку к становлению молодого и перспективного поэта Джеймса Эванса.

- Что?! Они знакомы с Потти?!

Снейп многозначительно хмыкнул: - Даже ближе, чем ты можешь себе представить...

Представить Драко мог многое, на отсутствие фантазии он никогда не жаловался. Несколько картинок тут же пронеслись перед глазами, и все они, решительным образом, блондину не понравились.

Вот Поттер и Эванс беседуют в пабе, вот они смеются и едят мороженое, а вот они сидят в темной гостиной, возле разожженного камина, и держатся за руки.

Блондин постарался поскорее отогнать неприятные мысли. Тот факт, что Эванс был не против отношений с мужчиной, не мог не радовать, но то, что он был близок с Поттером, неимоверно раздражало. Почему именно с этим очкариком?! Неужели Эванс купился на ослепительную, завораживающую улыбку «золотого мальчика», на его яркие зелёные глаза, которые словно гипнотизируют собеседника. Или на его чувственный голос?

Драко очнулся от неприятных мыслей, услышав хлопанье крыльев. Серая министерская сипуха принесла Северусу конверт официального вида. Быстро вскрыв послание и прочитав содержимое, Снейп выругался сквозь зубы.

- Не могли прислать извещение раньше? Бюрократы! А теперь я должен всё бросить и бежать в этот непонятный ДРСНТиКРС? Что это вообще такое? – негодовал зельевар.

- Это «Департамент разрешения споров наследования титулов и контроля родственных связей», - сказал Люциус, заходя в комнату. – Советую сходить, там, наверняка, нашли какую-то интересную информацию.


***

«Департамент разрешения споров наследования титулов и контроля родственных связей».

Именно от этого подразделения Министерства Гарри получил утром письмо. Сова, принесшая его, была еще более хмурая, чем ее товарка, навещавшая аврора днем ранее.

В письме было предложено посетить этот самый отдел, причем было указано даже желательное время посещения - полдень. Поттеру ничего не оставалось, как за десять минут до назначенного срока выйти из собственного кабинета и спуститься на самый нижний этаж министерства.

Ровно в полдень он вошел в кабинет начальника Департамента, мистера Ричардсона. Мужчина поприветствовал его тихим: «Добрый день, можете пока присесть».

- Простите, может, вы мне объясните, в чем дело? - Гарри искренне не понимал, зачем его вызвали. - Какое отношение я могу иметь к вашей работе?

- Мистер Поттер, я прошу вас подождать несколько минут, пока не появится еще один заинтересованный человек.

- Он уже появился, хотя я не понимаю, в чем связь между мной и Поттером, и в каких вопросах мы можем быть совместно заинтересованы!

Этот голос Гарри узнал бы из тысячи.

- Профессор Снейп? А вы тут зачем?

- Поверьте, Поттер, мне бы тоже очень хотелось это знать!

- Что ж, раз теперь все в сборе, я начну, - мистер Ричардсон поставил на стол компактный думосбор, несколько флаконов с жемчужно-серым содержимым и поудобнее сел в кресле. - Разговор будет долгим.



Глава 7.

- Итак, господа. Если обрисовать всю ситуацию, та начать следует с одного моего воспоминания, датируемого первым апреля тысяча девятьсот шестидесятого года. Прошу взглянуть в думосбор.

Гарри внимательно посмотрел на Снейпа, потом на чашу, стоящую на столе. Выбора не было, он, в очередной раз, погрузился в чужие воспоминания.

- Больница Св. Мунго не изменилась с годами, - зельевар стоял рядом с ним и оглядывался по сторонам. - А вот и Ричардсон, он заходит в чью-то палату.

Мужчины последовали за ним. Палата была просторной, светлой. Вид портили только хмурые авроры, мрачно слушающие расстроенную женщину, сидящую на постели и прижимающую к себе ребенка.

- Я вам в сотый раз повторяю, когда я засыпала, в колыбели было двое детей, когда проснулась - уже один. Что вам еще от меня надо? Найдите моего сына! - она сильнее прижала к себе ребенка, словно боясь, что исчезнет и он.

- Миссис Поттер, вы уверены, что ничего подозрительного не заметили? - видно было, что начальнику авроров не комфортно рядом с женщиной, которая смотрела на него, как на врага.

«Миссис Поттер? Первое апреля? То есть, это моя бабушка?» - Гарри не знал, что и думать. По всему выходило, что так оно и есть, а значит, младенец у нее на руках был отцом Поттера. Но что она говорила про второго ребенка?

Гарри внимательно взглянул на женщину. Красивая брюнетка с длинными волосами и аристократичной внешностью, но несколько тонковатым носом, который, как ему помнилось, унаследовал Джеймс, и выразительными карими глазами. Сейчас все портило выражение горя и страдания на ее лице.


Дальнейшее развитие событий им увидеть не дали.

Мистер Ричардсон вернул их в настоящее:

- Я догадываюсь, что происходящее яснее не стало. Но все же, вы должны были это увидеть.

- Отчего же, - вздернул бровь Снейп, - я понял, что у Поттера-старшего был брат-близнец, пропавший вскоре после рождения. Но причем здесь я?!

- А если я скажу, что тот брат – это вы, мистер Снейп?

- Я скажу, что вы спятили! - не церемонясь, ответил мужчина.

- А я, в кои-то веки, соглашусь с ним, - поддакнул Гарри, все еще не отойдя от шока.

- И все же, я продолжу, - нахмурился чиновник.

Все, что он говорил дальше, воспринималось, как сюжет какого-то детектива.


Миссис Поттер поступила в больницу на рассвете двадцать седьмого марта тысяча девятьсот шестидесятого года. Ей было сорок лет, это были ее первые роды после нескольких неудачных беременностей. Врачи, по понятным причинам, волновались, но, вопреки всем опасениям, роды прошли без осложнений.

К обеду мистер и миссис Поттер стали гордыми родителями двух замечательных мальчишек-близнецов. Родившегося первым назвали Дорианом, его младшего брата – Джеймсом.

Все шло хорошо, и на третий день детей зарегистрировали в документах Департамента, а на шестой день случилась беда – пропал один из малышей. Его вынесли ночью из палаты, не разбудив при этом ни мать, не второго ребенка.

Для авроров дело усугублялось тем, что украли наследника, а значит, нельзя было исключать и корыстные мотивы. Ребенка искали несколько лет, но затем аврорат прервал поиски. Но Департамент был просто обязан их продолжить.


Вся правда вскрылась совсем недавно, после ухода на пенсию одной крайне заслуженной медсестры родильного отделения Св. Мунго.

В начале января все того же шестидесятого года к ним поступила женщина, потерявшая ребенка. Звали ее Эйлин Снейп. Она легла в больницу, когда стало ясно, что ребенка ей не выносить, скрываясь от гнева супруга, который был крайне властным мужчиной.

После выкидыша она проходила долгий курс реабилитации, так и не сообщив мужу о трагедии. Она видела, как в палату прикатили каталку с роженицей, а потом принесли двух детей. В сознании исстрадавшейся женщины появились смутные мысли о несправедливости, которые позже оформились в чудовищную идею. Воплотить ее помогла та самая заслуженная медсестра.

Именно она, за неплохое вознаграждение, спрятала ребенка у своей матери, после того, как Эйлин вынесла его из палаты. А потом, в суматохе, никто не обратил внимания на быстро выписавшуюся женщину.

Эйлин заменила воспоминания медсестры другими, поставив надежный барьер. Он должен был блокировать воспоминания вплоть до выхода той на пенсию.

Сама же миссис Снейп, забрав ребенка, несколько дней провела с ним в отеле, где ей никто не мешал провести магический обряд, придававший младенцу новый, чуждый ему облик. Дома она появилась с мальчиком, похожим на ее мужа. Тот был доволен, в семье воцарился мир... на какое-то время.

А что до Поттеров, то Эйлин считала, что одного ребенка им вполне хватит.


Теперь, спустя столько лет, у нас есть возможность исправить эту ситуацию. - Ричардсон довольно улыбнулся. - Вы, мистер Снейп, а точнее, мистер Дориан Поттер, - являетесь главой семьи Поттер со всеми вытекающими отсюда последствиями. Сейчас я схожу за документами, и мы закрепим все это документально.

С этими словами чиновник скрылся за дверью.

Первым не выдержал Гарри:

- Всегда хотел, чтобы у меня был хоть один родственник, но от вас я отказываюсь!

- Я тоже не рад такому стечению обстоятельств. Уверен, это какая-то чудовищная ошибка!

- Надеюсь, - пробурчал Гарри и насупился.

Несколько минут прошло в молчании.

- Все равно, это просто бред какой-то! - Поттеру казалось, что мир сошел с ума. - Он же нам пересказал сюжет любимой мыльной оперы тети Петунии! Такого не бывает!

- В кои-то веки вы додумались до чего-то стоящего, мистер Поттер!

- Знаете, что... мистер Поттер, - Гарри выделил обращение интонацией, - теперь вам не с руки произносить мою фамилию как ругательство. Она ведь и ваша!

- Не смей мне об этом напоминать, негодный мальчишка! Моя фамилия Снейп, а это просто какое-то недоразумение! Не мог твой паршивый папаша быть моим братом!

- Не смейте так говорить! Он, хотя бы, не был трусом!

- Это я трус?! И от кого приходится слышать подобные слова? От человека, который боится показать своё истинное «я» окружающим! Или я не прав, мистер Эванс?

- Вы ни черта не знаете о причинах, по которым я так поступил! Дьявол! Это ведь не вас всегда жаждали растерзать на кусочки поклонники, не давая и шага ступить! Это не вам приходилось напоминать всем, что шрам - не единственное, что у вас есть примечательного!

- Вы ещё забыли пожаловаться на тяжёлое детство, и как вас заставили сражаться за судьбу магической Англии, - яда в голосе Снейпа хватило бы на целый выводок кобр.

- Да, у меня было тяжелое детство, но ведь я не выдумывал из-за этого опасные заклинания и не винил во всех своих бедах других! Я не стал помощником безумного мага только потому, что меня отвергла девушка! - Гарри понимал, что бьет по самому больному месту, но остановиться уже не мог.

- Да как ты смеешь? - Снейп задохнулся от гнева, но вдруг резко побледнел и начал оседать на пол.

Как бы Гарри не ненавидел этого человека, оставить его без помощи он не мог.

- Что с вами? - аврор кинулся к профессору.

- Поттер, у меня в правом кармане мантии пузырек темно-синего стекла, достаньте его, только не перепутайте, если не хотите меня убить.

Гарри колебался лишь секунду.
Жизнь человека. Скольких он не смог спасти? Сколько жизней он погубил своей глупостью или нерасторопностью? Седрик, Грюм, Эдвин, Николас, Тонкс, Колин, Добби...
Его разногласия со Снейпом - это ведь всего лишь эмоции, а жизнь гораздо важнее.

Найдя зелье Гарри влил содержимое бутылочки в рот Снейпа и испуганно замер. Подействовало или нет?

«Только бы он остался жив! - вертелась в голове единственная мысль. - Только бы всё было хорошо! Ведь он мой единственный, хоть и не очень любимый, родственник».
Гарри сам не заметил, как на глаза начали наворачиваться слёзы.

- Поттер, я вас прошу, не лейте эти крокодиловы слезы, они вам не идут, - морщась, пробурчал Снейп.

- Про-про-фессор! Вы живы! - переполнявшие юношу эмоции нашли выход в потоке слёз. Гарри уже не мог остановиться. - Простите меня! Я наговорил вам кучу гадостей, вам из-за этого стало плохо, и вы... вы... Я бы никогда не простил себе! Это всё не правда! Я не откажусь от вас как от родственника, я, правда, рад, что у меня есть дядя! Я понимаю, если вы не захотите меня признать, но я...

- Мистер Поттер! Поттер! Гарри! Успокойтесь!

- Действительно, мистер Поттер, не стоит так переживать, - Ричардсон вернулся с пачкой бумаг в руках. - Если я не ошибаюсь, то ваш новообретенный дядя – сердечник, как и ваш дед.

- Какая осведомленность, - сквозь зубы процедил зельевар. - Поттер, да помогите мне встать, наконец!

Когда все снова расселись, бумаги тут же перекочевали в руки Снейпа. Он внимательно просматривал их, периодически неопределенно хмыкая.

- Я не подпишу это, - произнес он, завершив просмотр, - у меня нет ни малейшего желания становится главой рода Поттеров и, тем более, принимать эту фамилию.

- Боюсь, у вас нет выхода, мистер По... Снейп. Ваш родной отец поступил крайне опрометчиво, указав в завещании, что его приемником становится Дориан Поттер, а Джеймс лишь замена, если можно так выразиться.

- И что? Я откажусь в пользу этого вот Поттера, пусть наслаждается!

- Вы меня не поняли. Вы не можете отказаться. Иначе завещание просто потеряет свою силу, и тогда мистер Гарри Поттер потеряет все, что унаследовал от родителей. Все перейдет к наследникам по ближайшей родственной линии - Блэкам.

Снейп и Ричардсон еще долго спорили, пытаясь найти выход, устраивающий обоих, Гарри же все это время пытался понять, как, все-таки, изменится его жизнь теперь.

- Черт с вами, где подписывать? - Снейп, казалось, готов был просто разнести все вокруг. - Можно хоть имя свое оставить?!

- Можно, можно, - закивал работник Министерства. - Временно.

Оставив несколько «автографов», мужчина резко встал и направился к выходу, бросив на ходу:

- Поттер, за мной. Нам надо поговорить.

Остановившись в одном из пустых коридоров министерства и хмуро уставившись на Гарри, зельевар заговорил:

- Итак, мистер Поттер, думаю, нам нужно обсудить создавшееся положение. Я, как глава клана, не намерен лишать вас наследства ваших родителей. Однако в замен попрошу сохранить происшедшее в тайне, ибо для меня нежелательно оказаться в колонке светских сплетен.

- Вопреки вашему мнению обо мне, профессор, я также не горю желанием общаться с журналистами. Но у меня тоже есть условие...

- Надо же? Вы ещё осмеливаетесь ставить мне условия? В вашем-то положении? Очень интересно. Я, пожалуй, выслушаю, до чего вы смогли додуматься.

- Понимаете, так получилось, что вы – мой дядя. И я... я рад, что вы живы. У меня больше никого нет... И если уж так сложились обстоятельства, можем мы, хотя бы, попробовать нормально общаться?

- Поттер, вы хорошо себя чувствуете? - обеспокоено спросил зельевар. - Мне кажется, вы ещё не отошли от шока. Поверьте, вам нет необходимости быть со мной любезным, я не собираюсь использовать свои нынешние привилегии, чтобы лишить вас наследства или как-то испортить вам жизнь...

- Деньги не имеют для меня никакого значения! Но, профессор, поймите, там, в кабинете, когда вам стало плохо... Если бы с вами что-нибудь случилось, я бы никогда себе этого не простил! Мы должны встретиться, и обсудить все наши разногласия, прошу вас, ради памяти наших общих родственников!

- Поттер, не смотрите на меня глазами побитой собаки! К вашим родственникам я не имею никакого отношения, попрошу это запомнить раз и навсегда. Что касается случая в кабинете... Я бы предпочёл, чтобы о нём вы тоже не распространялись. Вы можете гарантировать мне полное соблюдение этой тайны? Или мне придётся взять с вас нерушимую клятву?

- Да успокоитесь вы! Я даю вам слово, об этом никто не узнает! Вы можете поверить слову гриффиндорца? Или лучше дать клятву? - с досадой проговорил брюнет. - Как вы не можете понять, я всего лишь хочу семью, которой у меня никогда не было! Хотя кому я это говорю, вам этого не понять...

- Поттер... - устало сказал Северус, - не стоит делать поспешных выводов. Моя семья тоже была далека от идеала. Я не смогу дать вам любовь и заботу, не смогу стать вам «любимым дядюшкой». Обратитесь к Люпину или Блэку, они гораздо лучше меня знают, как дать вам семью. А ещё лучше – женитесь.

- А как же Хорёк - ваш любимый крестничек??? Его вы отлично умеете любить и баловать?! - ревниво выпалил Гарри - А крестному сейчас не до меня, они... очень заняты, как и мои друзья. И не вам говорить мне о женитьбе, сами-то почему до сих пор не женаты?! Думаете, так просто найти ту самую, единственную? А мне осточертела слава Мальчика-Про-Котрого-Болтают-Все, я хочу любви, заботы, понимания родного человека! Думаете, мистер Эванс – это просто прихоть?!

Гарри начинал все больше распаляться, нервно вышагивая туда-сюда и сверкая глазами, он походил на взъерошенного обозленного ежика.

- Поттер, что вы так разнервничались? Может быть, дать вам успокоительное? Драко – это другое дело: его я знаю с момента рождения, он вырос у меня на глазах, а о вас я не знаю ничего, кроме того, что вы – вздорный мальчишка, вечно перечащий старшим. Ваша двойная жизнь в роли мистера Эванса стала для меня сюрпризом... Что ж... Не буду скрывать. Вы меня порядком заинтриговали. Если вы так мечтаете об общении со мной, то, думаю, я смогу выделить немного времени в своём плотном графике. Только давайте договоримся, что наши отношения останутся в тайне. А сейчас позвольте откланяться, Гарри, - зельевар позволил себе слабую улыбку, - меня ждут в школе.


***

Распрощавшись с Поттером, Снейп отправился отнюдь не в школу. Он решил навестить человека, который наверняка все знал, но почему-то промолчал. Надо было выяснить, как во всем этом замешан Альбус Дамблдор, бывший директор Хогвартса.

Зельевар аппарировал прямо к дому, находившемуся в глухой деревушке на юге Шотландии, в родных краях Минервы МакГонагалл. Его уже ждали.

Как Альбус Дамблдор всегда всё знал наперед, оставалось для Северуса тайной. Даже сейчас его визит не стал сюрпризом. Снейп был настроен решительно, сегодня он твёрдо собирался получить ответы на свои вопросы.

- Здравствуй, мальчик мой! - приветствовал его бодрый голос бывшего главы ордена Феникса. - Заходи, не стесняйся.

- Альбус, какого дьявола? - Снейп решил не затягивать с вопросами. - Почему вы мне не сказали, что я – Пот... Что Поттер – мой брат?!

Проницательные глаза за очками-половинками весело заблестели.

- Давай зайдём в дом и поговорим за чашечкой чая. Минерва, как раз, испекла замечательный лимонный пирог.

- Альбус, мне сейчас абсолютно не до того... А, Минерва, добрый день, - ругаться с этой представительницей львиного факультета в ближайшее время Северус не планировал. - Как вы себя чувствуете? Спина больше не беспокоит?

Профессор МакГонагалл с выходом на пенсию, наконец-то, позволила себе жаловаться на возраст и болезни, нещадно эксплуатируя бывшего коллегу на предмет приготовления мазей.

- Благодаря твоей мази, Северус, уже гораздо лучше! Я всегда говорила, что ты прирождённый зельевар. Очень приятно, что ты заглянул к нам на чай.

- Минерва, я, вообще-то, по делу. У меня очень серьёзный разговор к Альбусу. Ты позволишь нам поговорить наедине?

- Ох, уж эта молодёжь, - вздохнула Минерва, направляясь в сад. - Только о делах и думают...

- Альбус? Так мы можем поговорить?

- Ох, ради Мерлина, Северус! - заворчал Дамблдор. - Когда я отказывался поговорить? Только давай присядем, а то возраст, сам понимаешь.

Пришлось пройти в гостиную, подождать, пока один из величайших магов современности примостит свое бренное тело в кресле и все это под радостное бормотание: «Где же мои лимонные дольки?»

- Итак, Северус, - как-то слишком радостно улыбнулся Альбус. - что именно ты бы хотел узнать?

- Что? А ты не догадываешься? - мгновенно вскипел нынешний директор Хогвартса. - Как оказалось, что ты знал, кто я на самом деле, и промолчал?

- О, это довольно длинная история, - погладил бороду старик. - Все началось с одного пророчества...

- Пророчества? Альбус, только не говорите, что мою жизнь искорежило не одно высказывание полубезумных женщин?

- Северус, не будь таким скептиком. В конце концов, оба предсказания сбылись! - возмутился Дамблдор. - Ну, одно пока лишь отчасти. А если ты будешь меня перебивать, мы застрянем здесь до ночи!

Снейпу пришлось покориться и смиренно внимать историям давно минувших дней.

- В общем, то пророчество было произнесено при обстоятельствах, никак к тому не располагающих – на свадьбе твоих бабушки и дедушки. Меня самого тогда еще на свете не было, однако материалов о том происшествии было множество, что позволило его досконально изучить.

Некая полубезумная ведьма, пробравшись на торжество, устроила скандал, а когда ее попытались вывести, словно пришла в себя. Пользуясь всеобщим замешательством, она произнесла следующее: «И родится в семье сбежавшего от Смерти дитя, что не будет знать своих родителей. Мальчик станет великим магом, и склонятся пред ним сильнейшие. А после, когда родятся его дети, да получат они наследие, что было давно утеряно магами, и возрадуется мир наш».

Меня эта история крайне заинтересовала. По всему выходило, что речь ведется именно о семье Поттеров, вот только ни твой отец, ни брат под описание не попадали. Только перерыв кучу документов, я узнал о пропавшем наследнике, но Дореа отказалась говорить со мной об этом и запретила мужу. Я ждал, ждал одиннадцатилетия Джеймса, а значит, и твоего. Я верил, что ты появишься в Хогвартсе. И я не ошибся.

Я знал, что поступаю не очень этично, не сообщая твоим родителям о тебе, но твоя судьба, как мне казалось, была в ином. Хуже всего было то, что тебя и Джеймса, как магнитом, тянуло друг к другу. Не понимая природу этого, вы старались как можно больнее задеть и унизить. Все чуть было не сорвалось, когда стало ясно, что вы влюблены в одну девушку. Если бы Дореа больше внимания уделила рассказам сына, она, несомненно, заподозрила бы обман и ложь, но... Вы все решили сами, ты стал еще более замкнут, мне казалось, что ты на пороге перемен. Мне жаль, что я пропустил момент, когда ты подался к Волдеморту...

- Вот об этом не будем, - Снейпу казалось, что все это дурной сон. - Когда вы поняли, что ошиблись?

- Когда услышал пророчество Трелони. Точнее, когда оно сбылось. - Дамблдор казался расстроенным. - Я не стал рассказывать тебе всю правду, посчитав, что тебе это ни к чему. И разве я был не прав, Северус?



Глава 8.

Все еще прибывая под впечатлением от услышанного рассказа, Гермиона поднималась по ступенькам больницы «Святого Мунго».

Встреча с профессором Августом Асклепием была назначена на четыре часа.
Бывший преподаватель был магглорожденным, что отнюдь не помешало ему достичь огромных высот в медицине. Авторитет его был настолько велик, что ни одна чистокровная семья не брезговала обратиться к нему за помощью. Несколько лет назад Асклепий решил заняться более подробным изучением вопроса мужской беременности, так как в маггловском мире это было невозможно, а в магическом не так часто, но встречалось.

Причины данного феномена были не известны, теории выстраивались одна за другой. Как вариант, очень серьезно изучалось наличие родства с вейлами и влияние их крови. Но для возникновения беременности должны были присутствовать и другие благоприятные факторы. Профессор уже много лет углубленно занимался этим вопросом и написал не одну диссертацию на эту тему.

Девушка остановилась у дверей кабинета и обернулась к Блэку:

– Не волнуйся, все будет хорошо.

Брюнет мрачно кивнул.

Ремус не смог пойти с ними. Работа на курсах социальной адаптации для юных вервольфов занимала много времени, но найти другую Люпину было крайне сложно. Хотя к нему и стали относиться намного терпимее как к ветерану последней магической войны, не всякий спешил взять на работу оборотня.

Но, конечно же, Люпин был готов бросить к чертям любую работу ради того, чтобы быть рядом с любимым и поддержать его в столь нелегкой ситуации.
Новоиспеченная миссис Уизли потратила все утро на уговоры бывшего преподавателя. И только получив клятвенное заверение о том, что как только прием будет окончен, Гермиона отправит ему сову со всеми подробностями, Ремус согласился передать возлюбленного заботам девушки.


***

Гермиона подтолкнула Блэка в кабинет и прошла следом за ним.

В просторной светлой комнате за столом сидел врач.
Он приятно улыбался, его серо-зеленые глаза светились добротой и участием, а седина в темно-русых волосах говорила о том, что ему много пришлось повидать и пережить. Внимание также привлекал вертикальный шрам на щеке под глазом, протянувшийся тонкой полоской по направлению к носу.

Кругом лежали различные причудливые инструменты и незнакомые предметы, о предназначении которых можно было только гадать. На стенах висели различные плакаты по медицинской тематике, причем изображение на них не только двигалось, но и кардинально менялось каждые тридцать секунд. В кабинете пряно пахло зельями и травами.

Сириус окинул взглядом помещение и нахмурился, ему тут не нравилось, а нюх на неприятности еще никогда его не подводил.

- О, мисс Грейнджер! О, Мерлин, о чем это я – миссис Уизли! Так это и есть ваш знакомый? Мистер Блэк, очень приятно познакомиться!

- Здравствуйте. Может, мы уже приступим?

- Мистер Блэк, в таком деле торопиться нельзя, к тому же, мы будем с вами общаться на протяжении еще нескольких месяцев! Нам надо, хотя бы, пару минут поговорить о вас.

- И о чем же вы хотите поговорить? Со мной все в порядке, и мне совершенно не зачем было сюда идти! Давайте уже, говорите, чего вы там хотели, и побыстрее закончим с этим, я хочу домой!

- Гермиона, вы не могли бы налить мистеру Блэку воды? Графин, кажется, в соседней комнате, - врач дождался, пока девушка выйдет, и повернулся к собеседнику. - Мистер Блэк, во-первых, можно я буду вас называть Сириус? Во-вторых, никто вам не угрожает, прекратить на меня кричать.

- Я пока еще ни на кого не кричал! А вы прекратили на меня смотреть как... как... как Снейп на зелье! Прекратите! Я не буду для вас подопытной крысой!

- Успокойтесь, вы ни в коем случае не подопытный кролик. Я уже пятнадцать лет занимаюсь наблюдением и консультированием беременностей у магов. Поверьте, вы не первый, кто так реагирует на эту новость. Один мой пациент швырнул в меня креслом, в котором вы сидите... А смотрю я на вас, чтобы провести первичный осмотр, очень многое можно сказать по состоянию кожи, волос и так далее.

- Простите я... в общем... что мне нужно сделать? - эмоциональный взрыв прошел также быстро, как и начался, и теперь Сириусу было неловко, еще и Гермиона куда-то пропала.

- Для начала – успокоиться. Ни вам, ни ребенку не к чему лишние стрессы. Теперь скажите – вы ведь оставляете его? Или же решили прервать беременность?

- ЧТО??? Да как вы могли такое подумать? - Блэк судорожно схватился за живот и попятился в сторону кушетки.

- Тихо, тихо, - примирительно поднял руки Асклепий, поднимаясь со стула и медленно приближаясь к мужчине. - Никто вам насильно аборт не сделает. Задавать вопросы входит в мои обязанности. К сожалению, не все хотят иметь детей, и я рад, что вы не относитесь к таким людям.


Сириус уже упал на кушетку, выхватил палочку и был готов проклясть врача, когда вошла Гермиона:

- Что здесь происходит? - девушке пришлось встать между Сириусом и врачом. - Что ты творишь?

- Он хочет убить моего ребенка!

- Мистер Блэк, не порите чушь!

- Сириус, что ты несешь? Отдай мне немедленно палочку!

- Не отдам! Ты с ним заодно! Зачем ты меня сюда притащила? Не смейте трогать моего ребенка! - зажатый в угол Гермионой и Асклепием, Сириус уже был на грани истерики и начал судорожно всхлипывать.

- Гермиона, будьте добры, выйдите из кабинета.

Та удивленно посмотрела на врача, но послушалась.

Как только девушка покинула помещение, врач с понимающей улыбкой посмотрел на плачущего Блэка:

- Успокойтесь, никто у вас ребенка не заберет. А вот если вы продолжите плакать, то навредите ему сами. Психическое здоровье для будущего отца важно не меньше, чем физическое. Уж поверьте мне...

- Мерлин, что со-со мно-мной? Про-сти-те... Я поста-ста-раюсь сдерживается... Я больше та-а-ак не могу! - с этими словами брюнет уткнулся в плечо доктору, все еще продолжая всхлипывать - И что же мне делать?!

- Ничего страшного с вами не происходит! Наоборот, все просто чудесно: через шесть месяцев у вас появится замечательный малыш. А пока вам необходимо пройти обследование, сдать ряд анализов и получить рекомендации по питанию и распорядку дня. Так что давайте приступим к первой части.

Спустя какое-то время в дверь постучалась Гермиона:

- Простите, уже можно?

- Да, Гермиона, заходи. А мы уже закончили! - на той же кушетки сидел улыбающийся во все тридцать два зуба брюнет.

- Все верно, юная леди. Мы провели осмотр, и можно сказать, что все просто прекрасно. Вот вам направление на анализы, там все подробненько написано, - врач протянул пачку бумаги девушке и снова заговорил с Сириусом. - Надеюсь, вы меня поняли? Никаких истерик и рыданий. Придерживайтесь данных мной рекомендаций. Встретимся с вами после того, как вы сдадите все анализы.

- Ну, теперь-то мы можем идти домой? - спросил Сириус, когда они, наконец, вышли в коридор.

- Можем, Сириус, можем, - устало вздохнула Гермиона. - Ты мне только объясни, то ты на него палочку направляешь, то улыбаешься, как Локхарт фотографу. В чем дело?

- Когда забеременеешь – поймешь, - лукаво ухмыльнулся Блэк. - Пока мы с малышом решили ему доверять.

Гермионе ничего не оставалось, как отправиться домой с этим любителем загадок.


***

Гарри пришел домой разбитым.
В последнее время он чувствовал себя всё хуже и хуже, нервное напряжение последних дней грозило вылиться в полномасштабный приступ, в приближение которого Поттер был уверен: через несколько дней его ждут мучения, по сравнению с которыми Круциатус – детская забава.

Такое уже случалось с героем магической Англии, и в эти моменты Гарри жалел, что Волдеморт не убил его.
Приступы были кошмарны: начинала сильно болеть голова в том месте, где её украшал шрам от Авады, зелья и заклинания были бессильны, оставалось терпеть, сжав зубы. Боль была такой, что глаза застилала пелена тумана, а двигаться не было сил. Самым лучшим способом хоть как-то отвлечься от чувства, будто в лоб вбивают раскалённый гвоздь, была выпивка.

Последний раз с ним было такое после того, как Джинни бросила его за неделю до свадьбы и сбежала с любовником.
Тогда она, кажется, заявила, что поцелуи поцелуями, но она не намерена проводить свой медовый месяц с человеком, который краснеет при слове «секс» и боится дотрагиваться до её груди.

Что Гарри мог ей ответить? Да, он был абсолютно неопытен в плотских утехах, потому как до сих пор он только и делал, что спасал мир, и ему было некогда заняться другими вопросами.

А грудь... Тут Джинни была права, он, и правда, боялся её трогать. У его невесты эта часть тела была большая, даже огромная. Она смешно подпрыгивала при ходьбе и была такая упругая, что казалось, если её немного сжать, непременно лопнет, как воздушный шарик.

Гарри бы предпочёл, чтобы его избранница не обладала такими выдающимися размерами, а была плоской, как доска.
Разлад в самой знаменитой паре избавил героя от проблемы несоответствия внешности любимой его предпочтениям, но наградил нервным срывом и неделей ада.

А тут еще навалилось все сразу: и свадьба друзей, и новость о будущем пополнение у Сириуса и Ремуса.
Нет, он, конечно, был рад за них, но брюнета не покидало вновь возникнувшее ощущение гнетущего одиночества. Так было только тогда, когда он оставался у Дурслей на лето. Ни голод, ни постоянные издевательства, ничто не угнетало его так, как отсутствие теплоты и ласки от близких.

«Сегодня, когда Снейпу – нет, Северусу, - мысленно поправил себя Гарри - стало плохо, я почувствовал такую боль, будто теряю родителей. Я обязан подружится с ним, ради мамы и отца!»

Подойдя к дивану, гриффиндорец с размаху плюхнулся на него, а спустя мгновение на том же месте уже лежал черный кот с белой зигзагообразной полоской на лбу.

«А Дафна? О чем она будет думать, когда узнает правду о Мальчике-который-выдавал-себя-за-Джеймса Эванса? Решит, также как и Снейп, что это – прихоть избалованного мальчишки?»

Животное свернулось клубочком и тихо застонало.

Вот и еще одна тайна, которую Гарри скрывал от всех, даже от самых близких людей. Слишком много таких тайн было в жизни юного мужчины, они отравляли ее, заставляли метаться в поисках того, кому можно доверить их все, кому будет не все равно, кому будет важно знать причину, а не следствие.

Найти такого человека, который поймет и примет все его стороны, даже самые худшие, как сделала его мать, приняв заносчивость и эгоизм Джеймса. И как же хочется верить, что таким человеком окажется именно он...

«Она!»

Кот недовольно мяукнул, когда понял, что, рассуждая о таком человеке, в первую очередь, почему-то, вспомнил серые глаза и растянутые гласные собственного имени, произнесенные со слизеринским ехидством и аристократической манерностью, а не восторженные нотки в голосе юной модели.


Гарри постарался выбросить из головы образ Хорька.
Получилось с трудом, наверное, потому что Дафна чем-то напоминала Малфоя. Сейчас Поттер осознал, что она была так же изящна, такого же роста, и, к тому же, блондинка. Да и осанка у неё была, как и у Малфоя – великолепна и царственна.

Неспешно перебирая в мыслях события того вечера, Гарри не заметил, как заснул. Происшествие с Северусом всколыхнуло в Гарри воспоминания, которые он предпочёл бы забыть, но подсознание упорно подсовывало ему их во снах.

Гарри оказался под высоким деревом, а люди, которых он не смог спасти, – те, кто погибли по его вине или от его бездействия, – все они смотрели на него из тумана.
Но вот, из серого небытия отделилась какая-то тень, она приближалась, и гриффиндорец смог различить Буклю. Она подлетела к дереву, под которым он сидел, и опустилась на ветку.

Все звуки смолкли, не ощущалось дуновение ветра, не слышно было шелеста деревьев. Она сидела, не шевелясь, и смотрела ему в глаза. Гарри не мог оторвать взгляд, хотя и очень хотел. Он был словно загипнотизирован, а сова всё сидела и смотрела. И тут ее перья стали медленно осыпаться... Одно за другим...

Ничего более страшного Гарри видеть не приходилось, он зашелся в беззвучном крике, но тут раздалось шипение Джеймили. Она нежно обвила его за шею и шипела в ухо успокаивающие слова, поглаживая хвостом лоб мечущегося в кошмаре героя.

Брюнет глубоко дышал, пытаясь придти в себя. Шрам болезненно пульсировал, но это были только цветочки, настоящая боль его ждала позже.

«Ликвородинамическая психалгия смешанного генеза» – так назвали это врачи. Пожалуй, Гарри стоило обсудить свою болезнь с Гермионой, или рассказать хотя бы крестному, но он предпочитал терпеть боль в одиночестве.

- Хосссзяин в порядке? - прошипела ему на ухо змея.

- Да, Джемили, все в порядке, спасибо, дорогая. Ты всегда знаешь, когда мне нужна твоя помощь!

- Ссспи! - Джеймили обвила руку Гарри и устроила свою голову у него на плече.

«Какой ужасный сон. Что бы все это значило? Надо будет попросить у Снейпа зелья «Сна без сновидений», теперь-то он мне не откажет».

С этими мыслями Гарри опять уснул. Никаких кошмаров ему, к счастью, не снилось, только смутные образы сероглазых ангелов.


***

Неделя прошла в каком-то хаосе: куча работы, постоянное недосыпание, кошмары по ночам. Все это не способствовало хорошему настроению. А тут еще нарастающие приступы боли.

Гарри все больше погружался в депрессию. К тому же он так и не придумал, как ему найти Дафну.

Однажды утром его разбудил стук совы. Гарри с удивлением уставился на Блэки и взял письмо. «Неужели что-то с крестным?» - взволновано подумал брюнет.

«Гарри,
прости, что бужу тебя так рано в твой законный выходной, но мне просто необходимо поговорить с тобой! Думаю, ты уже побывал в ДРСНТиКРС, так что нам есть, что обсудить. К тому же, у меня есть новости про твоего будущего крестника...»

Дочитав письмо, Гарри помотал головой, пытаясь отойти от такого сумбурного изложения мыслей.
Крестный явно был в ударе, когда писал текст. К радости аврора, в письме также упоминалась Гермиона, хоть кто-то даст ему вразумительные ответы на интересующие его вопросы. Ждать этого от воодушевленного Сириуса и уже замученного им вконец Ремуса не приходилось.

Стиснув зубы, Поттер поплелся в душ, надеясь, что тот поможет ему прийти в себя. Боль все набирала силу, а значит, денек предстоял нелегкий.


***

- Сириус! Зачем ты лазил на чердак? - Гермионе приходилось сдерживаться, чтобы не кричать на этого... чудака.

Вчера, стоило им прийти от врача, на него напала жажда деятельности: убрать, переставить, поменять, выкинуть. А заниматься всем этим пришлось Ремусу, который заявил, что не позволит любимому напрягаться. Правда, на девушку, его благородство не распространялось.

- Ты и там решил провести генеральную уборку?!

- Нам вредна пыль, а там ее много! И вообще, скоро придет Гарри, он нам поможет. Еще столько всего нужно сделать. Нам СРОЧНО нужна детская!

- Сириус, дорогой, не рано нам ещё детскую? Ещё шесть месяцев до появления малыша, - робко подал голос оборотень.

- Сириус, он прав! - девушка с сочувствием посмотрела на синяки под глазами Ремуса.

- Вы хотите навредить ребенку? - прорычал Сириус. Пару раз вздохнув, он проговорил уже более спокойно. - Я всего лишь хочу, чтоб все было готово вовремя. Идите-идите, нужно что-нибудь приготовить к приходу Гарри, и нам с ребенком, не мешало бы, подкрепится.

- Что бы ты хотел? - устало спросил Люпин.

Гермиона только покачала головой, видя, что Ремус сдался без борьбы. А если дело так пойдет и дальше, то до родов оборотень точно получит нервный срыв.

- Сириус, ты пока еще способен двигаться. Сходи и приготовь сам!

- Но, Гермиона, а ему не вредно столько двигаться, он, наверное, устал, я приготовлю сам...

-Устал? Вредно двигаться? Беременным нужно двигаться! - решительно заявила миссис Уизли.

- Хочу поджаренного Снейпа с горчицей и орехами, - злобно усмехнулся Сириус. - А приготовите вы, юная леди. Надо же когда-то учиться готовить, список одобренных блюд на кухне. А Ремус поможет мне передвинуть вон тот шкаф.

- Снейп теперь Поттер, смирись с этим, крестный, - в пылу спора никто не заметил появления Гарри. - Герми, идем на кухню, я тебе помогу. А то я ту твою лазанью до сих пор вспоминаю с трепетом.

- Что??? Какой он Поттер?! Этот грязный выродок не может носить великую фамилию!!! - после этих слов Сириус глубоко вздохнул - Я спокоен, я совершенно спокоен. А с тобой, Гарри, я еще поговорю! Ремус, пошли двигать шкаф, а эти двое пусть, наконец, займутся едой. Ребенку важен режим.

- И давно он так, Герми? - Гарри даже не знал, как правильно обозначить это «так».

- Как от врача пришли вчера, так и началось, - удрученно пожала плечами подруга.

- Кстати, как прошел визит к врачу? Никаких неожиданностей? - Гарри начал с самого животрепещущего вопроса.

- Ну, Сириус сначала чуть не убил врача, потом меня выставили за дверь, а когда я вернулась, он просто светился от счастья. В целом, все отлично. Пока никаких неожиданностей нет, но я, все же, решила остаться на некоторое время и понаблюдать за ним, тем более, Ремусу нужна помощь, Сириус со своей жаждой деятельности совсем его замучил.

- О, я понимаю, о чем ты. Когда закончилась война, он полностью вымотал меня походами по Министерству и магазинам. Мы везде выбивали какие-то бумаги, что-то покупали... Он утверждал, что раз начались изменения, нужно им соответствовать...

- А как дела у тебя? Что-то ты неважно выглядишь. Что-то случилось?

- Да так, плохо спал ночью, снилась какая-то чепуха...

- Гарри, но это все очень серьезно! Сновидения – это систематизированное объяснение бессознательных связей через ассоциативный процесс. В частности, подтверждение существования бессознательных когнитивных, аффективных и мотивационных процессов, амбивалентность аффективной и мотивационной динамики, и их функционирование в параллельном режиме, происхождение многих личностных и социальных диспозиций в детстве, ментальные репрезентации «Я» и «Других», и их взаимоотношений, динамика развития. Ясно? Значит, тебя что-то волнует? Это из-за Снейпа?

- Герми... Я все понимаю, ты будущий колдомедик, но не могла бы ты дальше говорить по-человечески? - взмолился Гарри, не понявший ничего из пространного объяснения подруги. - Северус не является причиной всех моих бед. Мы с ним пришли к определенному компромиссу, и пока причин для волнения нет.

- Я рада, что вы смогли наладить отношения. Но я же вижу, что тебя что-то беспокоит. Ты, наконец-то, нашел себе девушку? - Гермиона лукаво улыбнулась.

- Эм... это тут совсем не причем, - начал, было, отнекиваться Гарри, но против лучшей ученицы Хогвартса за последние семьдесят пять лет не попрешь.

- Ах, так вот в чем причина! Кто она? Ты должен непременно мне все рассказать!

- Думаю, это неважно, так как у меня, похоже, нет шансов, - сник аврор. - Она даже не знает, как меня зовут...

- Гарри, но как такое могло получиться? И не смей отчаиваться, ты же гриффиндорец! А мы не сдаемся! Расскажи мне все! Как вы познакомились?

- Герми, это сейчас не имеет значения! Ты мне вот лучше скажи, ты здесь, а где Рон? - Гарри перешел от защиты к нападению.



Глава 9.

Это утро ознаменовалось для Рона Уизли сразу несколькими неожиданными событиями.
Для начала, проснувшись, он понял, что не может открыть глаза. Ощущения были такими, будто голова сейчас взорвется. А если при этом еще и глаза открыть, то смерть будет яркой и неотвратимой, как вспышка Авады.
Полежав неподвижно какое-то время, он, все же, сделал над собой усилие и открыл один глаз. Яркий свет тут же полоснул по нему, и рыжий, застонав, поспешил опустить веко.

- С добрым утром, Рон! Ты как там, живой? – голос, проникавший в многострадальный мозг как через толстый слой ваты, казался очень знакомым.

Уизли снова застонал:
– Где я? И кто ты?

- Ну, парень, видать, ты совсем плох. – Кто-то склонился над ним, загораживая от невыносимого света. – Открывай глаза, будем приводить тебя в порядок.

Обладателем знакомого голоса был Виктор Крам, он стоял возле кровати в одних шортах и держал в руке какой-то предмет.

- Вот, выпей антипохмельное зелье, – брюнет протянул руку, предмет в ней оказался кружкой.

Выпив предложенное, гриффиндорец сразу почувствовал, как проясняется голова, мысли перестают путаться, а воспоминания возвращаются. Оглядевшись, рыжий окончательно сообразил, что находится у себя.

«Что здесь делает Виктор с утра пораньше? Видел, что я вчера перебрал, и решил навестить? Тогда почему он в шортах?» - вопросы, на которые у Уизли не было ответа.

- Ты есть будешь? - голос из кухни прервал ход его мыслей.

- Да, сейчас приду, - вопросов стало еще больше.

Они с Гермионой сняли домик на побережье, включавший в себя все удобства, в том числе, и небольшую кухню. Но за время пребывания на отдыхе они ни разу ей не воспользовались, хотя рыжий часто мечтал о романтическом ужине при свечах. И чтобы только вдвоем.

Но, во-первых, Гермиона была еще та повариха, а во-вторых, она часто засиживалась за своими книгами, и, в итоге, они шли ужинать в ближайший ресторан. В самый разгар сезона там всегда было шумно и полно народу. И никакой тебе романтики.

Умывшись холодной водой, Рон зашел на кухню.

- Садись уже, пока омлет не остыл. - Виктор поставил на стол две кружки с кофе.

- Виктор, ты только не обижайся, но что ты здесь делаешь? – гриффиндорец взлохматил рыжие вихры на макушке.

- Видать, тебя еще не совсем отпустило, раз не все вспомнил, – брюнет отхлебнул кофе. – Ты вчера получил письмо от Гермионы и с расстройства напился так, что мне тебя тащить пришлось. А когда я тебя, наконец, уложил, было уже поздно возвращаться, и я остался здесь.

И действительно, накануне вечером пришло письмо от Гермионы.
В нем она недвусмысленно давала понять, что вернуться не сможет, так как Сириус и Гарри очень нуждаются в ее помощи. Очень жаль, но Рону придется провести остаток отпуска без нее.

Это письмо настолько повергло рыжего в шок, что когда пришел Виктор, то тот застал Уизли сидящим на диване с пустым взглядом и зажатым в руках пергаментом. Отняв злополучный листок из непослушных пальцев, Крам пробежал по нему глазами и потащил несчастного молодожена проветриться.

К концу вечера Рональд так напился, что стал жаловаться своему приятелю на все превратности судьбы, с которыми когда-либо сталкивался. Последним воспоминанием было то, как они с Виктором сидят на пляже и глушат огневиски прямо из горла. Рыжий жаловался Виктору на несостоявшийся медовый месяц, а последний понимающе кивал. Дальше – пустота в мыслях.

- Ну, как, вспоминается? – спросил спортсмен, когда Рон поднял на него глаза.

- Да, вроде.

- Ммм... – Крам вздернул бровь и загадочно улыбнулся.

На секунду Рону показалось, что что-то важное ускользнуло из его воспоминаний. Он напряг память, но так ничего и не вспомнил.


***

Во второй половине дня у Виктора должен был состояться пробный матч с одной из команд по квиддичу.

Ему были предложены очень хорошие условия и приличная оплата. Но нужно было сыграть несколько игр, чтобы посмотреть, как он вольется в команду. Предыдущий ловец упал с метлы и получил травму, положившую конец его карьере. Именно его место, если все срастется, и предстояло занять Краму.

Болгарин еще накануне позвал Уизли посмотреть игру. Отказаться от такого рыжий не мог ни при каких обстоятельствах, даже если бы мир вдруг решил рухнуть. И вот сейчас он шел по направлению к полю для квиддича, борясь с остатками похмелья и стараясь восстановить в памяти недостающие куски вчерашнего вечера.

- Виктор, а ты где готовить научился? - Рон поднял глаза на широкую спину идущего впереди болгарина.

- Ты знаешь, это не так сложно, как кажется. – Крам остановился, дожидаясь отставшего спутника. - Спартанский образ жизни и не такому научит.

- А вот у Гермионы с этим проблемы.

- Моя бывшая готовить тоже не умела. Да это и не нужно было, все делали домовые эльфы. – Виктор улыбнулся и потрепал хмурого Рона по плечу. – Не переживай, хочешь, дам тебе несколько уроков кулинарии?

- Почему бы и нет, – ответил рыжий, непроизвольно отметив про себя размер ладони, лежащей на своем плече.

Еще тогда, на четвертом курсе Хогвартса, его удивляло, как такой здоровый парень мог стать ловцом. Обычно крупным телосложением отличались загонщики. Ловцы же были невысокого роста и довольно худые. Это давало больше возможностей для маневра.

Но к Виктору Краму эти стандарты не имели отношения. Он прекрасно ощущал себя в воздухе, и был настолько проворен и быстр, что у маленького и юркого снитча не оставалась шансов. Хотя с тех пор прошло много лет, и Рон Уизли давно перестал быть худым подростком, но, идя позади болгарина, он не мог не обратить внимания ни на широкие плечи, ни на мощные мышцы спины, перекатывающиеся под тканью черной майки.

«Наверное, такого телосложения можно добиться лишь годами тяжелых тренировок», - в этот момент его размышления были прерваны.

- Слушай, Рон, занимай место на трибуне, a я пока поговорю с тренером и капитаном.

Прошло минут двадцать, прежде чем команда в полном составе вышла на поле. Брюнет шел позади, что-то обсуждая с тренером. Еще пять минут и все по свистку взмыли в небо. Тренировка началась.


***

После пробной игры Крам и тренер еще какое-то время стояли неподалеку от трибун, что-то обсуждая. Прошло минут пятнадцать прежде, чем Виктор окликнул сидящего на скамейке Рона.

- Ну, как тебе? – болгарин подождал, пока Уизли спуститься вниз.

- Потрясающе! Я так никогда летать не смогу! – рыжего переполняли эмоции.

Игра была, и вправду, интересной. Виктор очень гармонично вписался. Конечно, ловец всегда действует немного отдельно от команды, ведь его задача – поймать снитч. Тонкости стратегии игры не столь важны для него. Но поймать снитч, так как это делает Виктор Крам, надо еще суметь. Техника его полета просто потрясала воображение. Он мог с легкостью выполнять самые сложные финты, при этом находясь на большой высоте, где сила ветра, порой, была просто чудовищной.

- Так ты определился с командой?

- У меня еще одна пробная игра на днях. После этого будет окончательно видно. Но могу сказать тебе уже сейчас, что я был бы не прочь играть с этими ребятами. У них очень толковый капитан, с нестандартным мышлением и, вроде, неплохой парень. При этом видно, что он авторитет для своей команды.

За разговорами о квиддиче они успешно добрались до раздевалки. К тому времени вся команда уже успела переодеться и уйти.

- Ты подождешь, пока я душ приму, я недолго, – Крам стаскивал с себя форму.

- Ага, давай, – рыжий постарался отвести взгляд от голой спины брюнета.

Почему-то именно сейчас он испытывал непонятную неловкость от взгляда на обнаженное мужское тело.
Раньше таких проблем не возникало. В силу своей профессии Рону постоянно приходилось переодеваться на глазах своей команды. По-другому и быть не могло. Времени всегда в обрез, и никто не стал бы создавать стеснительному вратарю особые условия.

Но в этот раз все по-другому. Может, сказалось то, что в раздевалке, кроме них, никого не было, а может, дело в самом Викторе.
Ни один из членов команды, в которой играл Уизли, не мог похвастаться таким отменным телосложением. Широкая спина, сильные руки, упругие ягодицы. Рон тряхнул головой и, придав лицу невозмутимое выражение, поднял глаза на Крама. Прихватив полотенце, тот шел в сторону душевой.

- Я быстро, – кинул брюнет через плечо и, прошлепав босыми ногами по влажному полу, скрылся в дверном проеме.

Именно в этот момент Рону Уизли было видение. Что стало его причиной, сказать было сложно: то ли похмельная пелена, наконец-то, отпустила измученный мозг, то ли странный взгляд, брошенный через плечо уходящим Крамом.

Но события вчерашнего вечера вдруг с невероятной четкостью пронеслись у рыжего перед глазами. Вот он получает злополучное письмо от Гермионы, вот приходит Виктор и, пытаясь вывести его из ступора, тащит в какой-то кабак, вот они возвращаются домой, прихватив с собой бутылку огневиски.

А потом они сидят на пляже, так и не дойдя до дома, допивают несчастную бутылку, и Рон жалуется на неудавшийся медовый месяц, на Гермиону, погруженную только в свои книги и лишившую его внимания, и еще на что-то там.
И видит лицо Виктора, и его карие глаза очень близко от своих глаз, и чувствует его губы на своих губах. И эти губы мягкие и теплые, а сам Рон охотно отвечает на поцелуй.

«Не может этого быть! – прижав ладонь ко рту, он затряс головой, пытаясь сбросить наваждение. – Как такое, вообще, могло случиться? Я не мог! Точно не мог! Великий Мерлин, он меня поцеловал. А я ответил на его поцелуй, и еще как ответил».

Так страстно он не целовался никогда. Даже будучи долго влюбленным в Гермиону и, наконец-то, получив от нее поцелуй, Рон не был таким страстным. И в их первый раз, и на свадьбе. Наверное, сказалась обстановка: пляж, шум волн, звезды. Все это создавало необычайно романтичную атмосферу. Подходящую атмосферу для новобрачных, но никак не для двух парней.

«Может, у меня фантазия разыгралась? Или я с похмелья вспоминаю то, чего не было? Нужно как-то аккуратно спросить у Виктора о вчерашнем. Только так, чтобы он не понял, о чем я. А то вдруг мне все приснилось, и он решит, что я псих, - размышляя Рон мерил шагами раздевалку, запустив руку в рыжие вихры. – Да, нужно непременно все выяснить, иначе эти воспоминания не дадут мне покоя».

Ход его мыслей был прерван приятным голосом брюнета:

- Слушай, я тут подумал, надо сходить куда-нибудь поесть. А то после игры у меня желудок... - он прервал себя, уставившись на застывшего посреди раздевалки приятеля с всклокоченными волосами и горящим взглядом.

- Ты чего? – ловец сделал шаг вперед. – Что-то случилось, пока я был в душе?

Очнувшись, Рон поднял глаза на собеседника и попытался придать лицу более спокойное выражение.

- Нет, ничего.

- Как скажешь. – Отвернувшись, Крам сбросил полотенце и стал одеваться.

Капля воды скатилась по мокрой шее ловца, продолжая свой путь между лопаток к пояснице, и пропала под резинкой плавок. Проследив ее путь глазами, рыжий сел на скамейку и глубоко вдохнул.

- Слушай, Виктор, а что мы еще вчера делали? – да, вот это спросил, так спросил, аккуратней некуда.

- А что? Вспомнил что-то? – Крам сделал несколько шагов к Рону.

- Не то, чтобы вспомнил... Я не уверен... - вот размямлился, но не в лоб же спрашивать.

- Рон, если тебя что-то беспокоит, спроси меня прямо.

Ловец уже вплотную подошел к сидящему на лавке рыжему.

Гриффиндорец поднялся на ноги: именно сейчас смотреть на брюнета снизу вверх ему не хотелось.

- Ты только не подумай, что я спятил, – он смело посмотрел Краму в глаза. - Но я с чего-то взял, что мы вчера целовались.

- Ты не спятил. Это чистая правда, – Виктор не отводил взгляда от голубых глаз Рона. – Я просто не стал тебе утром ничего говорить. Думал, ты сам все вспомнишь и обдумаешь, как следует.

- Что?! Да что тут можно обдумывать! Я целовался с парнем! Это ужас какой-то!

- Вчера тебе это не казалось таким уж ужасом.

Брюнет придвинулся чуть ближе.
Рон стоял, опустив голову, безуспешно пытаясь обработать полученную информацию.

- Так, мне надо выпить. – Он, наконец, поднял глаза на собеседника.

- То есть, я, по-твоему, настолько ужасен, что целовать меня можно, только напившись в стельку? – Виктор грустно улыбнулся.

Уизли от удивления широко распахнул глаза и явно собирался что-то ответить. Воспользовавшись замешательством, Виктор схватил его за плечи и, припечатав спиной к шкафчикам, прижался к его губам. Прошла, казалось, целая вечность прежде, чем Рон пришел в себя и отпихнул настойчивого брюнета.

- Ты хоть соображаешь, что творишь?

Виктор опустил глаза и не ответил.

- Я ухожу, мне нужно побыть одному. - Рон развернулся и быстрым шагом покинул раздевалку.


***

Как добрался домой, Рон Уизли не помнил. Ввалившись в комнату, он сбросил кеды и, рухнув на кровать, закрыл глаза.

В голове царил полный хаос, сердце колотилось, как бешенное. Нужно было успокоиться и обдумать все произошедшее, начиная со вчерашнего вечера.

А произошедшее вчера, как бы этого ему не хотелось, не было фантазией. И самым прямым подтверждением было то, что произошло сегодня в раздевалке. Больше всего гриффиндорца пугал не сам поцелуй, а то, как он отреагировал на происходящее.

Нужно было разобраться в себе, в своих эмоциях. Как же он не любил заниматься самокопанием! Опыт показывал, что ни к чему хорошему оно привести не может, так как, начав, уже не можешь остановиться, а ведь еще не известно, до чего можно докопаться. Но сегодня это было просто необходимо. Оставить все как есть не было никакой возможности, а сделать вид, что ничего не произошло, тем более.

По всему понятно, что инициатором вчерашнего поцелуя был Крам. Конечно, можно было бы списать все на то, что Рон был пьян, и им просто воспользовались. Если бы не одно «но» – он ответил на поцелуй.
Пусть он был пьян, но не настолько же, чтобы перепутать здоровенного парня с девушкой.

Хотя о каких девушках может идти речь, когда ты только что женился? Пусть твоя семейная жизнь началась не совсем идеально, это еще не повод кидаться на кого попало.

Но даже если попробовать списать вчерашний инцидент на совершенную невменяемость из-за выпитого, то как объяснить произошедшее сегодня?

По всему полагалось заехать обнаглевшему ловцу по физиономии и высказать, в самых крепких выражениях, все, что Рон об этом думает. А вместо этого рыжий смутился и, что-то промямлив, поспешил сбежать.
При этом проклятое чувство смущения не давало покоя Уизли весь этот день. Первый раз он смутился, когда застал утром полураздетого Виктора в своем доме, потом когда тот положил ему руку на плечо, а уж что говорить об эмоциях, которые он испытал в раздевалке.

И именно эти эмоции пугали гриффиндорца больше всего. Почему ему так неловко поднять глаза на переодевающегося болгарина? И ведь хотелось не просто украдкой взглянуть, а совершенно бессовестно и долго рассматривать.

Подлая память тут же подбросила Рону несколько очень ярких картинок. Широкая спина Виктора, по которой катиться капелька воды. Как же хочется проследить ее путь рукой, от шеи, между лопатками, к пояснице и вниз...
Воспоминание было настолько ярким, а вспыхнувшие эмоции так сильны, что рыжий поспешил открыть глаза. При этом он обнаружил, что лежит с вытянутой рукой, будто, и впрямь, пытаясь провести ей по загорелой спине ловца. И то, что при этом он умудрился возбудиться, окончательно выбило его из колеи.

- Да что, ради Мерлина, со мной происходит? – простонал Рон вслух и, перевернувшись, уткнулся лицом в подушку.

Подождав несколько минут пока сердцебиение войдет в нормальный ритм, а напряжение в штанах спадет, младший сын Молли и Артура снова попытался собраться с мыслями.

Подумав немного, он пришел к выводу, что отрицать явную привлекательность Виктора Крама глупо. А если учесть, что до этого представители своего пола никогда не интересовали Рона, вывод напрашивался сам. По какой-то причине ему был симпатичен именно Виктор и никто другой.

Даже поход на днях в стриптиз-бар не вызвал ни физического, ни эмоционального отклика, и это несмотря на отсутствие секса в последние несколько дней. А вот мимолетное воспоминание о сцене в раздевалке тут же дало о себе знать. При этом стоило отдать брюнету должное – целовался он хорошо. Нельзя сказать, что у Уизли был большой выбор для сравнения, но из тех, с кем он целовался, Виктор делал это лучше всех.

«А вдруг мне так понравилось целоваться с Крамом именно потому, что это был Крам?» - додумавшись до этого, Рон вскочил и стал расхаживать взад-вперед по комнате.


Почему-то вспомнился четвертый курс, их поход на чемпионат по квиддичу и то, как он восхищался игрой уже тогда известного спортсмена.

Вспомнилось, как Рон был удивлен, увидев своего кумира в Хогвартсе, и то, как хотел получить его автограф. А еще вспомнилось чувство ревности от того, что Гермиона стала встречаться с соперником Гарри. Он даже устроил ей сцену на тему того, что непорядочно встречаться с представителем команды противников.

«А если я тогда ревновал не Гермиону к Краму, а наоборот?» - помнится, ему было неприятно узнать о том, что эти двое переписываются.

Проведя весь день в размышлениях, Рональд не придумал ничего лучшего, как увидеться с Виктором и обсудить ситуацию. Ведь как не крути, заварил эту кашу не Рон, так пусть Крам даст ему нормальное объяснение своего поступка. Почему его вдруг потянуло к Рону, в чем причина, ведь, по словам самого Крама, он был женат, пусть недолго и не очень удачно, но ведь был же.

Может быть, попытавшись понять чувства Виктора, он сможет разобраться и в своих. А в том, что у брюнета были к нему чувства, рыжий не сомневался. Не может один человек так целовать другого просто оттого, что гормоны разыгрались. И взгляд Виктора в раздевалке тоже говорил о многом, его явно задели слова Уизли о необходимости выпить.

- Поздно-не поздно, но я должен все выяснить до конца, – сказал себе Рон, выходя из дома. – И на этот раз, никакой выпивки.



Глава 10.

Добравшись до домика, который снимал Виктор Крам, Рон растерял половину всей своей уверенности. Всю дорогу он пытался мысленно построить предстоящий диалог, но ничего не получалось, так как он и представить себе не мог, какие ответы даст Виктор.

Подойдя к двери, рыжий еще раз напомнил себе, что представителю львиного факультета не пристало отступать на середине пути и, глубоко вздохнув, постучал.

Шли секунды, но никто не открывал. Уизли уже успел малодушно подумать, что он сделал все, что мог, и раз уж не судьба... Но тут щелкнул замок, и последняя надежда, что разговора удастся избежать, испарилась. Крам чуть приоткрыл дверь, но, увидев гостя, распахнул ее шире.

- Журналисты узнали, где я живу. Замучили просьбами об интервью. А я... - Крам тяжело вздохнул. – Я не хотел никого видеть.

- Может, мне тоже стоит уйти?

- Нет. Ты заходи. – Виктор отодвинулся, приглашая пройти.

Рон набрал в грудь побольше воздуха и перешагнул порог.
«Я это сделал».

Ловец проводил его в небольшую гостиную и предложил сесть в кресло. Сам он устроился в таком же напротив. Одет он был в легкие светлые штаны, что в сочетании со смуглым обнаженным торсом смотрелось весьма эффектно.

«Ну вот, опять началось», – Рон отвел глаза от кубиков пресса на животе Виктора.

- Послушай, если я тебя смущаю, я могу майку накинуть.

«Мерлин всемогущий, по мне что, так все видно?»

Рон лишь помотал головой.

- Рон, ты так и будешь молчать? – вот уже пять минут никто из них не произнес ни слова. - Ты хотел поговорить о чем-то?

Уизли вздрогнул и с трудом оторвал взгляд от ставшей вдруг безумно интересной шнуровки на кедах. Подняв смущенный взор, он встретил теплый взгляд карих глаз Виктора.

- Я хочу понять, что между нами происходит?

Виктор улыбнулся.

- А мне кажется, ты больше хочешь понять, что происходит с тобой.

И опять проницательность брюнета заставила Рона вздрогнуть.

- Ладно, говорить ты сейчас не в состоянии, тогда послушай. – Виктор поднялся и стал расхаживать по комнате. – Не знаю, что ты там обо мне подумал после всего, но у меня раньше все тоже было не так. Как ты знаешь, я был женат, и у меня даже есть ребенок.

Уизли на секунду поднял глаза на Виктора и снова уставился в пол.

- Он сейчас у моей мамы. Не мог же я оставить сына с этой безмозглой девицей. Ты не подумай только, что я ко всем женщинам так отношусь. Я встречался со многими девушками, и с большинством из них у меня до сих пор хорошие отношения.
В случае с моей супругой, я просто поторопился сделать предложение и не успел узнать ее, как следует. Но тогда я был безумно влюблен, и она казалась мне идеальной женщиной. Но когда мы поженились и пожили вместе, я понял, что ее ничего не интересует, кроме развлечений и тряпок. Я пытался объяснить ей, что хоть иногда надо быть серьезней, а она говорила, что я давлю на нее, а потом мы стали ругаться постоянно.

И именно в это время в нашей команде появился новенький. Один из охотников получил травму, и тренер нашел на замену Питера. Он был очень приветливым и располагающим к себе парнем.

Крам снова опустил взгляд. Рон с замиранием сердца ждал продолжения.

- Питер легко влился в команду. Сначала я даже не замечал его особого отношения ко мне. Потом стал догадываться, но упорно убеждал себя, что мне кажется. А однажды, во время празднования очередной победы он подошел и признался, что влюблен в меня и даже поцеловать пытался. Помню, я тогда неслабо ему засветил, как только нос не сломал. Никто так и не понял, из-за чего мы подрались. Он больше не совершал попыток поговорить. Понял, что здесь ему ничего не светит. Только я видел, как он иногда смотрит на меня. От этого взгляда становилось неловко. Казалось, стоит мне позвать, и он тут же бросится мне на шею.

И я подумал, что если бы так жена смотрела, я был бы самым счастливым человеком. Но я постоянно в разъездах: игры, тренировки. Мы даже переписываться перестали. А потом, перед рождеством, был очень важный матч.

Мы собирались закатить вечеринку по случаю победы. Но я отказался. Сказал, что хочу побыть с семьей. Помню, ребята на меня даже обиделись. Я в команде один семейный был. Но моя благоверная уже успела спихнуть сына к бабушке и вовсе не собиралась сидеть дома. У нее намечалась шумная вечеринка с кучей народу.

Виктор печально усмехнулся. Он по-прежнему избегал смотреть на Рона.

- В тот вечер мы разругались, как никогда. Орали друг на друга, перепугали всех домовых эльфов. Я не выдержал первым и аппарировал прочь. Не знаю, что меня дернуло пойти к нему. Хотелось побыть с кем-то, но возвращаться в шумную компанию не хотелось. А я был уверен, что Питер остался дома, а не отмечает с командой.

Когда я собирался домой, то видел, как он на меня смотрит. Столько тоски было в его глазах. В общем, я аппарировал к его дому, как и ожидалось, в окне горел свет. У Питера были такие удивленные глаза, когда он увидел меня на пороге.
Мы долго болтали, потом я собрался уходить, а он взял меня за руку и попросил остаться. И я остался. И не разу не пожалел об этом. Ни одна моя бывшая подружка не была такой нежной и не отдавалась мне с такой страстью. Он действительно любил меня.

Мы какое-то время скрывали отношения. Потом о них узнали и, чтобы не раздувать скандал, Питеру предложили тихо уйти из команды, хотя наш охотник еще не поправился. Замену нашли быстро, и Питер уехал. Мне никто и слова не сказал, слишком боялись потерять хорошего игрока. Но я сам ушел и, как видишь, ищу новую команду.

Развод прошел быстро и безболезненно, супругу интересовала только финансовая сторона дела. Когда я сказал, что хочу оставить ребенка себе, она не стала сильно возражать. Я пробовал встречаться с другими парнями, но эти отношения были мимолетны и не принесли счастья. А потом я встретил тебя, и что-то изменилось. Я бы никогда не решился ничего предпринять. Но в тот вечер на пляже, ты на меня так смотрел... И я подумал, что у меня есть шанс.


Рон и сам не заметил, что уже давно во все глаза смотрит на собеседника. Такая откровенность из уст сдержанного и даже сурового Виктора Крама казалась невероятной. И рыжий понимал: раз Виктор решился обнажить перед ним душу, это значит, что Рон, и вправду, для него что-то значит. Такие откровенные вещи не рассказывают простым приятелям, с которыми общаются всего несколько дней. От этого понимания приятно щемило в груди, и сердце начинало биться чаще.

Искренность Виктора позволила Рону расслабиться. И он уже открыто блуждал глазами по телу брюнета, а воображение услужливо рисовало вполне откровенные картинки.

- Вот, собственно, и все. Думаю, тебе нужно спокойно переварить услышанное. Надеюсь, это поможет тебе разобраться в себе.

Уизли молча поднялся и направился к двери. К этому часу за окном стемнело окончательно, и полумрак комнаты не дал ему, как следует, рассмотреть лицо хозяина дома. Рон замер у входной двери, взявшись за ручку, но выходить в темноту улицы не хотелось совершенно.

- А если я не хочу уходить... – конец фразы прозвучал совсем тихо.
Рон успел сам испугаться тому, что произнес вслух.

Казалось, прошла вечность, прежде чем он услышал ответ.

- Если ты уверен, то оставайся.

Слова прозвучали у самого уха, а сильные руки обхватили его талию.

Виктор развернул Рона лицом к себе и прижал к входной двери, впиваясь требовательным поцелуем.
От неожиданности у рыжего перехватило дыхание, а сердце, пропустив удар, припустило галопом. Уизли смутно помнил вчерашний поцелуй, но то, что он испытывал сейчас, было настолько приятно, что не ответить не было никакой возможности.

Виктор целовал его настойчиво и нежно. От этих ощущений кружилась голова. С трудом оторвавшись от губ гриффиндорца, Виктор посмотрел в глаза рыжего. Теплые глаза брюнета словно пытались рассмотреть, действительно ли Уизли уверен в происходящем. И не найдя и тени сомнения в голубых глазах, Виктор просунул руки под футболку Рона и потянул ее вверх.

Спустя несколько секунд Рональд оказался на диване, а сверху его придавило горячее тело любовника. Тепло чужой обнаженной кожи дарило массу новых и невероятно острых ощущений.

Брюнет оторвался от губ и принялся целовать шею и ключицы рыжего. Руки Уизли сами собой стали выписывать узоры на спине Крама.
Когда губы Виктора захватили его сосок, Рон не смог сдержать стон. Пока одна рука любовника ласкала его грудь и живот, другая расстегивала ремень и замок на брюках. Избавившись от помехи, Виктор обхватил рукой возбужденный член Рона.
Рыжий широко распахнул глаза и выгнулся навстречу любовнику. Крам снова вернулся к губам гриффиндорца. На секунду осознание того, что последует за этими ласками, испугало Рона.

Наверное, заметив что-то в глазах рыжего, Виктор оторвался от его губ и выдохнул в самое ухо:
- Не переживай раньше времени, все будет хорошо.

От жаркого дыхания брюнета на своей шее Рон возбудился еще сильнее. И когда терпеть сил больше не было, горячий рот любовника захватил его возбужденную плоть. Ощущений было явно через край, и Уизли застонал уже в полный голос. Сказывалось долгое отсутствие секса.

Спустя пару минут Рон почувствовал приближение разрядки и попытался отодвинуться, но Крам удержал его бедра на месте. Оргазм накрыл его яркой вспышкой, а потом появилось ощущение полной пустоты. Виктор, помогая себе рукой, кончил через несколько секунд и упал рядом с опустошенным любовником.



Рон медленно всплывал на поверхность из расслабляющей неги. Виктор лежал рядом, собственническим жестом перекинув руку через живот любовника.

- Почему ты не стал ничего делать дальше? – Уизли был рад, что в комнате темно, и Виктор не видит, как вспыхнули его щеки.

- Ммм... – брюнет перевернулся на спину и притянул к себе гриффиндорца.

- Я подумал, что для одного вечера с тебя хватит впечатлений.

Судя по голосу, он улыбался.

- Ты прав, впечатлений через край, – Рон улыбнулся в ответ.

Прежде, чем Рон окончательно заснул, где-то на границе сознания мелькнула мысль о том, что придется как-то объясняться с Гермионой. Но это произойдет не завтра, а когда-нибудь в далеком-далеком будущем. И сейчас, лежа в темноте и слушая мерное сердцебиение Виктора, Уизли нисколько не жалел, что остался.



***

Драко отвязал от лапки филина нераспечатанное письмо.
Снова неудача. Уже вторую неделю Малфой пытался связаться с Эвансом, но совы возвращались, так и не найдя адресата.

После того памятного разговора с Северусом Драко решил, что у него есть отличный шанс устроить личную жизнь.
Как оказалось, Эванс не против встречаться с мужчинами, а значит отбить его у Поттера – просто вопрос времени. Восхищение в глазах Джеймса в вечер показа невозможно было не заметить, пусть даже оно было адресовано Дафне.

Но сначала надо сделать первый шаг и открыться Эвансу, ведь тот по-прежнему считал, что Драко – девушка.

После долгих размышлений, блондин решился назначить свидание поэту от лица Дафны, а потом, уже при личной встрече, открыть правду. Однако, все грандиозные планы серебряного принца летели тестралу под хвост: письма с незавидной регулярностью возвращались непрочитанными.

Узнать в редакции адрес Эванса тоже не получалось: поэт сам всегда звонил Шарлотте и договаривался о встрече, а кроме неё никто не знал, как с ним связаться.

Осталась только одна возможность – выведать адрес у Поттера. Действовать надо осторожно, нельзя допустить, чтобы гриффиндорец о чём-то догадался.

Драко решил втереться в доверие Мальчику-Который-Стал-Крутым-Аврором и узнать, как связаться с Эвансом.

Идея возникла внезапно, стоило Малфою бросить взгляд на корзинку, в которую он обычно складывал только что испечённое печенье. Теперь надо придумать повод для визита и выбрать подходящий момент.


***

- Рон... Он... на отдыхе и прекрасно справляется без меня. А я нужна здесь Сириусу и Ремусу. И, вообще, небольшая разлука укрепляет чувства. Я читала об этом у...

- Герми, когда ты начинаешь цитировать, значит, дела плохи. Что у вас случилось?

- У нас все отлично! Мы наслаждаемся семейной жизнью...

Друзей вдруг отвлек грохот в гостиной.

- Что у них там еще случилось? - коротко выругавшись, Гарри бросился прочь из кухни.

Вбежав в гостиную, Гарри и Гермиона замерли. Что-то, смутно напоминавшее Ремуса, шевелилось под грудой книг, пустой шкаф, каким-то образом еще левитируемый, парил сверху... Рядом стоял Сириус, взиравший на все это с очень озадаченным выражением.

- Знаешь, Ремус, я думаю этот шкаф лучше вернуть обратно.

- Сириус, что у вас произошло? - Гарри медленно опустил шкаф на место и помог подняться несчастному оборотню.

- Ремус немного не справился с управлением. Пойдем, Гарри, мне нужно с тобой поговорить. Ремус, любимый, поставь шкафчик на место, - чмокнув ошеломленного оборотня в макушку, Сириус поспешил к кабинету.

Гарри только и смог, что сочувственно улыбнуться растерянному Люпину и пойти вслед за крестным.

- Ну? - юноша подождал, пока Сириус устроится в кресле. - Что ты хотел обсудить?

- Думаю, ты уже понял, что нам нужно обсудить одного сальноволосого гада. Я так понимаю, ты уже был в ДРСНТиКРС?

- Да, был. И, пожалуйста, прекрати так называть Северуса. Отныне он такой же член моей семьи, как и ты.

- ЧТО??? Северус?! Значит, теперь он уже «Северус»? Да как ты можешь?! Подумай о своем отце! Он никогда бы не допустил, чтобы этот мерзавец носил фамилию Поттер. Да еще и глава рода! Нам нужно что-то с этим сделать!

- А почему нет?! Это право всегда принадлежало ему! - медленно, но верно, закипал Гарри. - А мой отец был эгоистичным мальчишкой, задирающим того, кто не соответствовал его представлениям о мире. Я могу это признать!

- Как ты смеешь порочить память отца, негодный мальчишка! Твой отец был самым храбрым и благородным человеком, которого я знал. А этот... этот... этот Снейп пудрит тебе мозги так же, как когда-то твоей матери! - начал гневную тираду Сириус.

- А причем тут моя мать?! В конце-то концов, вы взрослые люди! - Гарри не знал, как объяснить Сириусу все то, что он почувствовал: что у него есть родной человек, есть семья. - К тому же, он теперь Поттер!

- НЕ ПЕРЕБИВАЙ БЕРЕМЕННОГО!!! - зарычал Сириус.

Глубоко вздохнув и немного успокоившись, он решил достучаться до упрямого мальчишки другим путем, и, сделав несчастное лицо, продолжил. - А как же мы, Гарри, твои друзья? Реми? Я? Мы тебе больше не нужны?

- Сириус, ну не дуйся... - увещевания Гарри лишь подстегнули актерские потуги Блэка. - Я вас всех очень люблю, но ты не понимаешь, каково это – знать, что есть родной тебе по крови человек.

- Гарри, я очень хочу, чтобы ты был счастлив. Просто будь осторожен. Он – слизеринец, помни об этом! И все-таки, я надеюсь избежать встреч с ним в дальнейшем, - ласково улыбнулся Сириус.

«А как помешать вашим встречам, я еще придумаю, - размышлял он. - Твой отец не хотел бы твоего общения со скользкими тварями... И я за этим прослежу».

- Сири, ты не представляешь, как я тебе благодарен за понимание... - договорить Гарри было не суждено, ибо из гостиной опять послышался чей-то приглушенный вскрик.

- О, боги, Ремус! - не на шутку перепугавшись, Сириус бросился в комнату.

Шкаф явно не нашел общего языка с Гермионой и Ремусом, предпочтя погибнуть смертью храбрых, нежели быть перенесенным. Поэтому сейчас, вытаскивая Люпина из-под обломков под причитания Сириуса, Гарри сумел отвлечься от всех других проблем. Если бы он знал, как это не надолго...

- О, Ремус, милый, прости! Как ты? Пойдем, я сделаю тебе массаж.

Гарри и Гермиона опять остались наедине.

- Гарри, ну как? Сириус не сильно расстроился из-за профессора Снейпа? - Гермиона взмахом палочки навела порядок и внимательно посмотрела на друга.

- Мне кажется, он смирился, но ведет он себя очень странно. Настроение меняется каждую минуту, все-таки беременность на него очень сильно повлияла... - тут из спальни донеслись стоны, и явно не вопли боли.

- Кхм, Гарри, думаю, тебе пора, - смущенно зарделась девушка. - А я пойду, напомню некоторым, что доктор посоветовал снизить некую «физическую активность».

- Ну что ж, я пошел... Удачи тебе в... кхм, профилактических мерах.

Уже выходя из дома, юноша услышал вопль крестного:

- Гермиона, что ты себе позволяешь?!

Уверившись, что оставляет Блэка в надежных руках, Поттер аппарировал домой.


***

После разговора с Сириусом прошло пять дней, полных мигрени и кошмаров. На работе был полный завал, словно преступники сговорились устроить аврорату внеочередную проверку на прочность.
В конце концов, Гарри просто ушел с работы во время обеденного перерыва, чтобы хоть немного поспать.

Но вскоре Поттер понял, что сегодня ему точно не дадут отдохнуть. Придя домой, он обнаружил под дверью конверт с приглашением. Таким экстравагантным способом бывший директор Хогвартса сообщал о своем желании видеть бывшего ученика.

После очередной аппарации юноша оказался прямо в холле дома Дамблдора и МакГонагалл. Бывший декан Гриффиндора уже спешила ему навстречу:

- Мистер Поттер, как я рада вас видеть! - Минерва на секунду приняла тот строгий вид, что так пугал школьников, но потом улыбнулась и продолжила: - Прости, если отвлекли тебя от дел, Гарри.

- Здравствуйте, профессор МакГонагалл, - Гарри хоть и давно окончил школу, но все равно никак не мог отвыкнуть называть ее так, - не волнуйтесь, не отвлекли, хотя я, порядком, устал. Нет ли у вас чего-нибудь бодрящего, кофе, например? А где профессор Дамблдор? Он хотел со мной поговорить?

Почему-то Гарри казалось, что говорить придется о чем-то крайне неприятном, но он отмахнулся от этого ощущения. К тому же, головная боль вновь начала набирать силу.

- Конечно, проходи, мы как раз собирались пить чай. - Минерва улыбнулась Гарри. - Альбус в столовой, присоединяйся к нему, а я принесу пирог.

- Гарри, мальчик мой! - Дамблдор поприветствовал Гарри кивком головы, продолжая выуживать из пакета последние лимонные дольки. - Присаживайся, нам надо поговорить о Северусе.

- О Северусе? - Гарри неверяще тряхнул головой - Профессор Дамблдор, вы все знали?! Вы знали, что он мой дядя?! И ничего мне не сказали?! Я жил без кровных родственников целых двадцать пять лет!

Брюнет был в бешенстве, казалось, еще немного, и всплеск неконтролируемой стихийной магии перебьет все чашки в шкафу.

- Гарри, тише, этот сервиз мне дорог, - пожилая ведьма появилась в дверях как раз вовремя, чтобы предотвратить масштабные разрушения. - Поверь, я тоже не в восторге от роли, которую Альбус сыграл в этой ситуации, но что поделать?

Гриффиндорец постарался взять себя в руки. Не отрывая взгляда от небесно-голубых глаз Альбуса, он продолжил: - Так вы знали?! Знали все еще до того, как я родился?!

- Да, Гарри, знал. Я думал, что в пророчестве говорится о Северусе, я никак не предполагал, что могу ошибаться. Но дело это прошлое, сейчас я могу надеяться, что и ты, и профессор Снейп, найдете в себе силы простить меня. Сейчас я хочу знать, что ты собираешься делать? - в глазах старого интригана читался неприкрытый интерес.

- Я?! А что я могу? Он же мне... эээ... родственник теперь, получается, - Гарри вздохнул. - И теперь нам нужно налаживать отношения со Сне... - он осекся, - с Северусом. А они ведь у нас, и без того, непростые. Хотя он, кажется, смирился с этим.

Брюнету с трудом давался разговор. В голове крутилась сотня мыслей. О Драко, о его музе, о Снейпе. Он облегченно вздохнул, увидев в дверях Минерву, несущую свое кулинарное творение.

- Ну, как тебе, Гарри? - спросила МакГонагалл, внимательно глядя на бывшего студента. - Вкусно?

- Ммм, - Гарри с трудом оторвался от пирога, - да, очень, спасибо. Только... мне кажется, я уже ел что-то подобное.

Аврор задумался.

- Точно, Драко приносил мне похожий пирог. Его эльфы замечательно готовят.

- Да, неужели? - Минерва задумалась, а Альбус вдруг начал улыбаться. - Этот рецепт я давала именно ему, но вот никаких эльфов у него точно нет. Он любит готовить сам, часто приходит, чтобы обсудить со мной новые блюда.

- Как? - Гарри даже показалось, что он на минуту потерял дар речи.

«Какого черта этому слизеринскому хорьку вообще надо?! Зачем было обманывать и говорить, что это работа эльфов?»

Тут многострадальную голову Золотого мальчика пронзила новая вспышка боли, заставив застонать сквозь стиснутые зубы. Следующие несколько минут были посвящены поискам зелья, вливанию его в Гарри и ожиданию результата.

- Спасибо, профессор МакГонагалл, - поблагодарил Гарри, когда боль притупилась. - Извините, но мне надо поговорить с Драко, так что я вас покину. Профессор Дамблдор, мы еще поговорим.

Не дожидаясь ответа, Поттер вылетел на улицу и отправился на встречу с одним очень лживым слизеринцем, который замечательно умеет пудрить мозги.



Глава 11.

Драко проснулся от неприятного ощущения. Так и есть: на пижамных штанах расплывалось влажное пятно, – он опять кончил во сне. Сегодня ему снова снился сон про Поттера и Эванса.

Воображение несколько ночей подряд играло злую шутку и подсовывало ответ на волнующий блондина вопрос, от которого Драко неизменно просыпался на скомканных простынях и с влажным пятном ниже пояса.

В последнее время Малфою не давали покоя мысли о том, как могло случиться, что Эванс встречается с Поттером.
Как такое вообще возможно? Что его кумир нашёл в этом очкарике, которого, к тому же, весь магический мир считал натуралом? Может быть, Поттер обладает какими-то скрытыми талантами, которые привлекли поэта?

Память услужливо подкинула пару картинок из сегодняшнего сна, и Драко сразу бросило в жар. Два гибких тела на шёлковых простынях, Поттер склонился между раскинутых ног Эванса и его розовый язычок вытворял там такое...

Блондин постарался отогнать воспоминание, но на смену первому пришло второе, ещё более возбуждающее: пламя камина отбрасывает причудливые тени на два сплетённых в экстазе тела. Поттер плавно двигается, опираясь на руки, его партнёр, закинув Гарри ноги на плечи, непрерывно постанывает в такт уверенным толчкам гриффиндорца. Спина брюнета блестит от пота, мышцы рельефным узором выделяются под смуглой кожей, которая на вид восхитительно мягкая и нежная. Толчки ускорились и раздался стон двух голосов, полный нескрываемого восторга и удовлетворения...

Драко снова возбудился. Со стоном откинувшись на подушки, он пришёл к выводу, что дальше так продолжаться не может. Нужно немедленно выведать адрес Эванса и наладить личную жизнь.


***

Драко по праву носил звание Серебряного принца Слизерина. Ради своей цели он готов был пойти на все. Его даже не смутил тот факт, что накормить героя магической Англии недавно изобретённым и не до конца протестированным зельем было явно не лучшей из идей. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что это немного опасно, но воспоминания о живучести Поттера отогнали её как несостоятельную.

«В конце концов, ничего с очкариком не случится! – думал Драко, рассматривая на свет пузырёк синего стекла. – Ну, максимум, пронесёт нашего Героя или походит пару деньков с аллергией. Ничего. Ему полезно. Опять же, от Эванса подальше».

Зелье было гордостью Драко. Это была его первая самостоятельная разработка, через месяц должны закончиться испытания, и можно подавать бумаги на патент. Добавленное в еду или питьё, зелье действовало как Веритасерум и заклинание болтливости одновременно. Ни одна мысль не могла остаться неозвученной, при этом человек не испытывал неловкости или стеснения.

Единственная проблема, которая ставила Драко в тупик: как сделать так, чтобы Поттер слопал печенье в присутствии блондина, но без ненужных свидетелей, а то, мало ли что...

Решив подумать об этом позже, слизеринец уверенно двинулся в сторону кухни. Раскрыв самую любимую кулинарную книгу, Драко застыл в предвкушении. Что же приготовить сегодня? На чём остановить выбор?

Наследник дома Малфоев наугад открыл рецепты французской выпечки и наткнулся на «Macarons». Это миндальное печенье было восхитительно, и если бы Драко любил есть, а не печь, то он, определённо, питался бы только им.

Решив, что оно точно не оставит Поттера равнодушным, Драко с упоением приступил к любимому занятию.

Аккуратно заполнив воздушной смесью кондитерский мешок, Драко выдавил небольшие холмики на пергаментную бумагу и поставил в духовку.
Теперь можно заняться начинкой: постепенно взбивая размягченное масло в миндальную пасту, Драко осторожно добавил две капли зелья. Этого должно хватить на час откровенности Поттера.

Немного подумав, блондин решил усовершенствовать рецепт и приправить крем ванилью и малиной. До него доходили слухи, что Поттер обожает малину и, представив выражение счастья на лице всеобщего Героя, Драко ещё раз похвалил себя за отличную идею.

Когда печенье запеклось до золотистого цвета, блондин влил немного воды между горячим противнем и пергаментной бумагой, чтобы пар помог отделить от бумаги выпечку. Теперь оставалось только подождать, когда оно остынет, и склеить по два печеньица с помощью начинки, как вдруг...

- Малфой! Ты не хочешь мне ничего рассказать?!

Драко испуганно обернулся, задев рукой пузырёк с зельем. Половина содержимого вылилась на раскалённый противень и мгновенно испарилась, но Малфой ничего не заметил.

Ведь в его кухне, прислонившись к двери, стоял Гарри Поттер собственной персоной и с интересом наблюдал, как Драко, одетый только в передник и лёгкие домашние штаны, стоит босиком, низко склонившись над духовкой.


- Подарочки от эльфов, значит, готовим? Что у тебя за привычка молчать, когда я спрашиваю?!

- По-по-поттер?! - Драко не мог вымолвить и слова. В голове отчаянно вертелась мысль «я пропал».

- Так, Хорек, я жду объяснений! - с этими словами брюнет вальяжно расположился на стуле и уставился на юного зельевара своими зеленющими глазами.

Гарри устроился поудобнее и придвинул к себе миску с кремом для печенья. Драко затаил дыхание, а Герой, не церемонясь, сунул палец в воздушный крем и с наслаждением облизал его.

- Вкусно, Малфой! Правда, вкусно. Но я всё ещё требую объяснений!

- Объяснений? Каких объяснений? - блондин кокетливо захлопал ресницами и засуетился над духовкой. - Хочешь печеньице, Потти?

- Хочу! - немедленно отозвался Гарри и тут же снова сунул палец в крем. - А ты классно смотришься, когда стоишь в такой позе, Малфой!

Малфой тут же обернулся и с изумление посмотрел на Поттера, на очень изменившегося за лето Поттера.
Взъерошенный, со странным блеском в этих зеленных омутах, брюнет просто катастрофически развратно посасывал палец.

«Интересно, он соображает, как это выглядит со стороны?»

- А как я выгляжу со стороны? - невинно спросил Гарри.

«Я что, это вслух сказал?» - испуганно подумал Драко.

- Как идиот, Поттер. Ты всегда выглядишь, как идиот! Печенье будет готово через несколько минут. У тебя тоже есть несколько минут, чтобы сказать, что тебе от меня надо. Я не понимаю, почему должен тебе что-то объяснять, - совсем растерявший самообладание Малфой решил прикинуться невинной овечкой. - Ты мне ещё не объяснил, что ты забыл на моей кухне!

- Что забыл?! - брюнет в считанные секунды преодолел расстояние, отделяющее его от блондина, оказавшись с ним в опасной близости. - Это лучше ты мне скажи, какого черта ты пудришь мне мозги?! - прорычал гриффиндорец.

- Какие конкретно обвинения вы мне предъявляете, аврор Потти? - не удержался от язвительного комментария Драко.

Запах Поттера кружил голову, хотелось придвинуться ещё ближе и прижаться к мускулистой груди.

- Ты знаешь, Малфой... твои эльфы прекрасно готовят. Вот только, ни за что бы не стал есть их стряпню, зная, что эти самые эльфы – никто иной, как слизеринский хорёк собственной персоной! - в глазах цвета Авады плескался гнев.

- Ещё скажи, что тебе не понравилось - усмехнулся Драко. - Ты, наверное, пришёл выразить благодарность моим эльфам?

Гарри смотрел на губы слизеринца, изогнутые в презрительной усмешке, в его голове пролетали мысли о том, как бы ему хотелось сейчас впиться в них поцелуем и стереть эту самую усмешку.

Драко видел этот взгляд. Взгляд голодного зверя.
Он понял, что сейчас самый лучший момент, чтобы узнать то, что ему нужно.

- Гарри, - спросил он хриплым шёпотом, - как мне связаться с Эвансом?

«Господи, этот голос сводит меня с ума, - Поттер сглотнул. Он был в смятении. - Откуда этот хорек знает Эванса? Хотя... Это ли не повод заставить хорька замолчать?»

- С Эвансом, говоришь? Уже связался. Он перед тобой, - гриффиндорец усмехнулся.

- Чт... Что? О чём ты говоришь?! Нет! Это не может быть правдой! Я отказываюсь верить! Ты смеёшься надо мной?! Ты знал, что я влюблён в Эванса, и так надо мной издеваешься?! - в голосе Драко прорезались панические нотки.

- Влюблен в Эванса?! - в животе у Гарри, словно, что-то взорвалось. - Я... я... я понятия не имел. Как? Когда?! Вы же даже не виделись... то есть, мы... то есть... Ох, черт... - Гарри схватился за голову. - Я уже не знаю, где моя жизнь, а где его.

Он сложил два и два, а в итоге получилось...

- Так это ты был Дафной?! - у Поттера явно не хватало слов, чтобы выразить всю степень своего удивления.

- Да. Это я. - Драко был потрясён. - Так ты, и правда, Эванс?! Ты не разыгрываешь меня?

Гриффиндорец рассмеялся:
- С чего бы мне тебя разыгрывать? Ты хоть понимаешь, что я попал в самую глупую ситуацию, какая только возможна?

Он смотрел в серебристо-ледяные глаза Драко.
Вот она перед ним – его Дафна, которую он так долго искал. Так что же он медлит?

Драко не уловил момент, когда злоба в глазах Гарри превратилась в нечто другое, совершенно другое. А Поттер, казалось, принял какое-то очень важное решение.

Неожиданно аврор прервал зрительный контакт и потянулся к мисочке с кремом:
- Очень вкусно, Драко, правда. Хочешь сам попробовать?

Лукаво улыбаясь, он с вызовом взглянул прямо в серые озера глаз слизеринца, обмакнул палец в крем, и поднес его к губам блондина.

Пристально глядя в глаза брюнета, Малфой решал для себя очень важный вопрос: что сильнее, его любовь к Эвансу или нелюбовь к Поттеру. Губы Драко были неподвижны всего несколько секунд, а потом они раскрылись, и Гарри ощутил тёплое дыхание на своей коже.

Не прошло и секунды, как язык гриффиндорца проник в горячую пещерку рта Малфоя. Их языки слились в неистовом танце. Руки зеленоглазого брюнета блуждали по телу блондина.

«Меня целует Эванс или меня целует Поттер? Да какая, к дементору, разница», - успел подумать блондин перед тем, как плотнее прижаться к аврору и аппарировать с ним в спальню.

На мгновение разорвав поцелуй, Драко повалил гриффиндорца на кровать и завел его руки к изголовью.

- Ну, разве так целуются, дурачок! - с этими словами Драко прижал Поттера к кровати, прочно перехватив инициативу.

И начал тщательное исследование горящего рта брюнета. Нежно лизнув нижнюю губу, он вновь проник во влажную пещерку страсти.

Гарри не протестовал. Поцелуи Драко лишали последних мыслей и резко отличались от слюнявых лизаний с его бывшей невестой. Несколько минут спустя Поттеру стало мало того наслаждения, что ему дарил умелый язычок Драко, и язык брюнета сплёлся с нахальным захватчиком в древнем, как мир, танце.

А потом и этого стало мало. Хотелось большего, и ждать Поттер не собирался. Драко даже не понял, когда они успели поменяться местами. Хотя это его и не волновало, в отличие от губ Гарри, которые пустились в путешествие по телу Драко. Каждое их прикосновение оставляло пылающую метку на теле блондина, заставляя его выгибаться и негромко стонать, поощряя и прося большего.

И тут Поттера осенило: «Что мы делаем? Это же... Он же... Он – парень. Он – Малфой. Это мой первый раз! А я с ним... Мы...»

И Поттер так и замер, оседлав бедра блондина, все больше и больше краснея, с ужасом и вожделением глядя на распластавшегося под ним небесного ангела.

- В чём дело, Гарри? - Драко приподнялся на локтях. - Что-то случилось?

- Да. Случилось. Что мы делаем?! Это же не правильно! Мы оба парни!

- Гарри, - нежный голос успокаивал разволновавшегося брюнета, - ты не хочешь меня? - во взгляде застыл вопрос, и искорки в глазах обречённо потухли.

- Хочу! Хочу! - Поттер резко приблизился к блондину и нежно взял его лицо в ладони. - Но что же мы делаем, Драко? Это же...

- Мы? - вздохнул Малфой и попытался отстраниться.

Гарри понимал, что должен встать и уйти, но вот только покинуть это расстроенное чудо сейчас, когда зацелованные распухшие губы дрожат, а в газах явно видны слезы, которые вот-вот прольются, стало невыносимо трудно.

- Драко... - брюнет не дал юноше отодвинуться, прижав его к постели и впиваясь губами в шею, стремясь заклеймить, сделать своим...

Малфой тихонько всхлипнул, откидывая голову, чтобы Поттеру было удобнее.

Но Поттер неожиданно опять остановился.

- Ну, что еще такое, Поттер! - блондин почти застонал в голос и потерся изнывающим членом о бедро брюнета.

- По-онимаешь... Мне... То есть, я... - начал мямлить брюнет.

Драко разочарованно зарычал.

- Уменяэтовпервыйраз! - выпалил скороговоркой брюнет.

- Что???

- Что – «что»? Я... Я девственник и вообще не представляю, как это... то есть, представляю... Но это... Мы же... Мы оба парни! - Поттер покраснел так, что сильнее, казалось, уже нельзя, и с каждым словом опускал голову все ниже и ниже.

- Гарри. Гарри! Посмотри на меня! - Драко поднялся на колени и встал рядом с ним на кровати. - Ты, правда, девственник?

Брюнет обречённо кивнул.

- И ты хочешь... со мной... В свой первый раз?

Снова смущенный кивок.

- Тогда я тоже должен сказать. Я знаю, как это всё делать, но у меня не так много опыта. Ну... точнее... - пришла очередь блондина смущаться. - Я тоже ещё ни с кем раньше не делал это!

- Правда? - в зелёных омутах плескалось неприкрытое обожание. - Ты позволишь мне быть у тебя первым, Драко?

- Я не могу доверить себя никому, кроме тебя. Я только сейчас это понял.



Глава 12.

- Я так рад! Драко! Это... Это для меня так много значит, правда! - брюнет был растроган до глубины души. - Но... Я не знаю, как... Для меня ведь это вообще в первый раз, понимаешь? Я и с девушкой-то ни разу не был.

- Ничего, я помогу. Я читал, как это надо делать. Не волнуйся, у нас всё получится. Давай пройдём через это вместе, - серые глаза поймали смущенный взгляд зелёных, и парни слились в страстном поцелуе.

Блондин начал стаскивать с гриффиндорца футболку, отмечая про себя, как великолепно тот сложен. Его смуглая кожа выделялась на нежно-персиковом постельном белье. Драко целовал шею Поттера, медленно опускаясь, ведя дорожку поцелуев к пупку аврора.

Нежно кружа вокруг пупка, влажный язык зельевара скользнул внутрь, чем вызвал очень интересную реакцию: Поттер дернулся и стал лепетать что-то очень нежное и бессвязное.

«О, Гарри, я запомню это местечко, и еще много других...» - с этими мыслями блондин двинулся ниже, продолжая нежно вылизывать каждый сантиметр тела героя.

Поттеру казалось, что каждое прикосновение горячих губ и нежного язычка разжигает в его теле огонь. Он приподнялся на локтях и посмотрел на Малфоя. Тот уже проложил дорожку из поцелуев к самой кромке джинсов, и обиженно надулся, наткнувшись на это препятствие.

- Драко, позволь... - Гарри быстро расстегнул хитрую застежку, позволяя Драко продолжить.

Но Драко не спешил. Он подтянулся выше и прижался грудью к груди Поттера. Жесткая ткань фартука была единственной преградой, разделяющей разгорячённые тела, и Гарри начал нетерпеливо теребить завязки, чтобы убрать прочь мешающую тряпку. Наконец, фартук полетел в сторону, и кожа прижалась к коже.

Гарри обхватил Драко за плечи и не смог сдержать стона. Дрожащие пальцы заблудились в волосах Драко, и брюнет понял, что не желает отпускать его никогда. Даже если то, что они делают, считается неправильным. Пусть весь мир катится в Тартар, но он никому не отдаст Драко – они ведь созданы друг для друга.

Слизеринец снова вернулся к джинсам Поттера и, не мешкая, стянул их вместе с бельем. Драко с вожделением смотрел на гриффиндорца, такого открытого ему и такого развратного. Он смотрел на его багряный член, стоящий уже, как кол. Ему хотелось дотронуться до него, провести по нему языком, заставить Гарри стонать и просить о большем. Слизеринец взял в руку член аврора и заглянул в зеленые очи, как бы спрашивая разрешения. Ответом ему послужило нетерпеливое «ну же, Драко...»

«Если бы я еще знал, как это делается...» - с этими мыслями блондин нырнул в омут с головой, нежно проведя языком по всей длине пульсирующей стальной скалы.

Заслужив при этом благодарный всхлип, он взял в рот пламенеющую головку и начал посасывать и облизывать, словно леденец. На мгновение прервавшись, он поднял голову. Бедра брюнета тут же метнулись вверх, пытаясь вновь обрести влажное тесное блаженство.

- Тссс... - шепнул Малфой, удерживая их руками и лишая возможности двигаться, и развратно промурлыкал: - А ты сладкий мальчик, Гарри!

Его как будто охватила какая-то магия, он знал, определенно знал, как сделать все правильно и доставить удовольствие партнеру так, чтобы он не забыл этого никогда.

И блондин стал вбирать в себя этот длинный, твердый, словно камень, ствол на всю длину.

Гарри показалось, что сейчас он умрет от наслаждения. Горячие губы так плотно обхватывали его, игривый язычок скользил по всей длине...
Брюнет приглушенно застонал и попытался двинуть бедрами, чтобы погрузится глубже в это наслаждение. Драко с трудом удерживал его на месте, но не останавливал эту сладкую пытку, продолжая ласкать, нежить...

- Драко! - удовлетворённый крик значил для блондина очень многое.

Малфой отпустил бедра Гарри и переплел их пальцы. Прерывистое дыхание брюнета нарушало тишину комнаты, время словно остановилось, зелёные глаза поймали его взгляд, и Драко пронзила волна магии, наполненная обожанием.

Зрительный контакт прервался, и Гарри откинул голову назад, на смятое покрывало. Такого блаженства, что подарил ему Драко, он не испытывал никогда в жизни, и даже представить не мог, что ему может быть настолько хорошо. Он долго лежал не двигаясь, пытаясь придти в себя и успокоить сбившееся дыхание. В голове не было ни одной мысли, только огромное желание схватить своё сероглазое чудо в объятья и никогда, ни при каких обстоятельствах, не смотря на мнение окружающих, не отпускать его.

Резко перевернувшись, Гарри подмял под себя Драко.

- Теперь моя очередь! - жарко прошептал он, нежно покусывая ушко блондина.

Затем Гарри спустился ниже, и его губы долго играли с напряженными сосками. Драко задыхался от удовольствия, погрузив свои пальцы в растрёпанную шевелюру любовника. Руки Гарри проскользнули под лёгкие шелковые брюки блондина, и горячие ладони обхватили нежные полушария.

- Я правильно делаю? - неуверенный тон никак не вязался со смелыми движениями брюнета.

Драко потерялся в ощущениях.
Тяжело дыша, он еле смог выдавить:

- Да, малыш, продолжай.

Гриффиндорец потянул шелк вниз, стаскивая брюки с узких бедер блондина. Гарри снова втянул слизеринца в долгий поцелуй. Он покусывал и облизывал губы Драко, не переставая гладить его тело, находя все новые и новые чувствительные точки, прикосновение к которым заставляло Драко извиваться под аврором.

- Гарри, ну же... давай, возьми меня...

- Сейчас, - прошептал Поттер и потянулся за палочкой.

Драко удивленно смотрел на него.
Гриффиндорец приставил палочку к такой желанной дырочке слизеринца и прошептал «любрикус».

Малфой напрягся:
- Прохладно. Откуда ты знаешь такие заклинания?

Гарри замялся:
- Ну, самому мне использовать не приходилось, но я слышал, как Дин и Симус занимались этим в гриффиндорской спальне и использовали такие заклинания. И одно я запомнил, - он покраснел.

Малфой хмыкнул:
- Ну, тогда вперед, мой герой!

Гарри улыбнулся и вдруг зашипел, одновременно скользя пальцем в тугое отверстие:
*Я разрываюсь...*

Малфой округлил глаза: «Как странно, я не понимаю ни слова. Но мне кажется, смысл врывается в мое сердце одновременно с чарующим движением пальца в...»

*От тепла и нежности к тебе...* - Поттер нежно шипел, добавляя второй палец и продолжая размеренно двигать ими в упругой попке Малфоя.

- О... Аааах... Поттер, Мерлин, Гаааарриии... Еще!!! - Малфой тонул в удивительных ощущениях: чарующий голос Гарри и его гибкие длинные пальцы.

*Я не могу cдержать или скрыть это*, - и вот уже три пальца скользят в блаженную глубину.

Малфой стонет и матерится во весь голос, умоляя о большем.

*Что полностью твое...* - Поттер сам уже еле сдерживается от нахлынувших ощущений. Его палец в этой тугой, жаркой, упругой пещере страсти.

*Я не могу... Держи... Тебе...* - Поттер, наконец-то, нащупал упругую фасолинку и помассировал ее своими чуткими пальцами.

- Гарри, ВОЗЬМИ МЕНЯ!!! Если ты сейчас же не сделаешь этого, я тебя зааважу!!!

Малфой извивается и умоляюще смотрит на своего мучителя.

*Одному тебе... Моя любовь...*

Малфой всхлипнул от неожиданного ощущения пустоты.
Гарри убрал пальцы и замер с растерянным выражением на лице.

«Любовь... Я его люблю».

Гарри посмотрел на Малфоя, который застыл от напряжения, не понимая, почему брюнет прекратил эту сладкую пытку.

- Люблю тебя, - он поудобнее устроился между бедер Драко и поднял его ноги к себе на плечи.

- Люблю тебя, - дождавшись молчаливого кивка в знак согласия, он начал проникать в столь желанное тело: медленно, не спеша, чтобы не причинить боли.

Блондин стонет сквозь сжатые зубы, мотает головой по подушке, сам подается бедрами навстречу.

- Люблю тебя, - замирая на секунду, давая время обоим привыкнуть к ощущению полноты, заполненности. Глаза в глаза, и Гарри уже тонет в этих озерах расплавленного серебра.

- Я тебя люблю, - полувздохом-полустоном, двигаясь в этом потрясающем теле, таком горячем, нежном.

На глазах Драко выступили слёзы, но они не имели никакого отношения к боли, что ему пришлось испытать несколько секунд назад. Это были слёзы счастья.
«Я люблю тебя». Эти слова отдавались райской музыкой в ушах и дарили неземное наслаждение. Да и как же могло быть иначе, когда вторая половинка твоей души произносит самые желанные слова, глядя на тебя нежным взглядом зелёных глаз.

Как бы ни хотел Гарри обладать Драко, он немедленно остановился, хоть это было очень трудно сделать, как только заметил блестящую дорожку на щеке блондина.

- Драко! Милый! Я сделал тебе больно? Прости, прости! Только, пожалуйста, не плачь... - собирая губами солёные капли, шептал брюнет.

- Это не... - блондин обвил руками его шею и притянул голову Гарри к своей груди. Он чувствовал, что юноша дрожит, и попытался его успокоить – сначала погладил по волосам, затем решительно потянулся к нему губами. - Это не от боли. Пожалуйста, не останавливайся!

Брюнет нерешительно взглянул на Малфоя:
- Тогда почему ты плачешь, солнце моё?

- Я... Я тоже тебя люблю! Очень-очень сильно! У меня такое чувство, что все эти годы я ждал именно тебя. Ты – моя вторая половинка, и я плачу от счастья, что и ты испытываешь ко мне чувства! Пожалуйста, возьми меня, Гарри. Люби меня!

Блондин был на седьмом небе: его любимый двигался в нём, ласкал его тело, шептал нежные глупости. Таким счастливым Драко не был никогда. Острые осколки удовольствия пронзали его естество с каждым уверенным движением брюнета. Их тела стали единым целым, сердца бились в одном ритме, стоны наслаждения дополняли друг друга.

Глаза в глаза, не размыкая крепко сплетенных ладоней, двигаясь в древнем танце любви. Они тонули во взглядах друг друга, умирали и рождались вновь, обновлёнными, больше не одинокими душами, потерявшимися в потоке вселенной.

Волны удовольствия возносили их всё выше на вершину наслаждения,
они хотели кончить, но желали продлить невероятные, ранее неизведанные ощущения, как можно дольше.

Когда Гарри почувствовал приближение развязки, он приник ко рту любовника, – нет, любимого! – в жадном поцелуе.

Они впитывали стоны друг друга, и никто не заметил, как в момент оргазма волна магии прокатилась по дому, выплеснулась в раскрытые окна и на улице, несмотря на дождливый день, выглянуло солнце.


***

Немного придя в себя после оглушительного оргазма, парни начали медленно и нежно целоваться.

- Не жалеешь? - старательно скрывая неуверенность, спросил Драко.

- Ни одной секунды! Ты лучшее, что случалось в моей жизни!

- Я тоже тебя люблю, - уткнувшись носом в шею брюнета, прошептал Драко.

Гарри нежно поцеловал его в висок, но блондин этого уже не почувствовал. Он сладко спал, уютно устроившись в объятиях любимого.

Несмотря на усталость, Поттер не мог заснуть. В голове вертелись сотни мыслей. Он ещё не до конца осознал, что вот это самое сероглазое чудо и есть его сбывшаяся мечта. Всё-таки, ещё сегодня утром они с Малфоем не были даже друзьями, а сейчас Драко нежно сопит у него под боком, и вид сонного блондина вызывает у Гарри чувство счастья, безграничной нежности и любви.

В голове, сами собой, сложились стихи, и поэт, заметив на тумбочке перо и блокнот, вывел на листе бумаги немного кривые строчки:


Я бы плоть твою нежно зажег,
Я бы тело твое остудил.
Лесной песней, словно рожок,
Эрогенных зон тишину разбудил.

Я грозою все чувства сжигаю.
Я дождями жажду губ утолю.
Даже трепет я твой умоляю,
Опуститься в твою теплоту.

Будто свечи от пламени тают,
Парафина, испуская, струю,
Так и губы мои припадают,
Там, где слезы оставят шлею.

И дрожащие нежные руки,
Я в ладонях крепко сожму.
И дыханья тревожные звуки,
По ветрам в темноту отпущу.

И от этих стихающих стонов,
И от сладости той теплоты,
Не забудешь рожковых тех звонов,
Что эрогенных зон тишину разбудил.*


Перечитав написанное ещё раз, Гарри чему-то улыбнулся и, поцеловав своё новообретённое счастье в нос, неохотно вылез из кровати.
В пылу страсти они разворошили постель, и теперь, чтобы укрыться одеялом, надо было встать и поднять его с пола. Укутав своего любимого, Гарри собрался, было, примоститься рядом, как вдруг его скрутил приступ боли.

За переживаниями последних часов, о надвигающемся кошмаре забылось, но болезнь никуда не делась. Приступ был такой силы, что перехватило дыхание, сознание затуманилось, стоять на ногах удавалось, только держась за столбик кровати.
Когда боль немного утихла, и удалось снова нормально дышать, в голове осталась только одна мысль: «Домой. Надо домой. Там Джеймили. Она знает, как немного облегчить боль. Там заглушающие чары. Там моих криков никто не услышит. Нельзя пугать Драко. Надо домой».

Бросив последний взгляд на мирно спящего блондина, Гарри, собрав последние силы, вышел из комнаты и аппарировал к себе.

- Джеймили, кажется, началось... - последнее, что смог сказать Поттер, прежде чем потерять сознание на полу своей спальни.


_________

* (с) «Я бы плоть твою нежно зажег», автор Дмитрий Богатов.


Глава 13.

Драко проснулся в отличном настроении. Сладко потянувшись, он ощутил дискомфорт во всем теле, а особенно ныло место пониже спины.

Сопоставив ощущения с воспоминаниями вчерашнего дня, он, всё ещё не открывая глаз, улыбнулся и сказал:
- Знаешь, Гарри, у меня всё болит. Ты был таким страстным вчера...

Не дождавшись ответа, Драко открыл глаза и увидел, что в комнате он один.

«Может быть, Гарри в душе?»

Осторожно встав с постели, Драко добрел до ванной, но и там аврора не оказалось.
«Куда же он делся?» - заволновался блондин, когда не нашел любовника и на кухне. Гарри словно исчез, будто не было вчерашнего дня. Тут взгляд бывшего слизеринца упал на календарь. Пятница...

«Ну, конечно, он ушел на работу и, наверное, меня будить не стал. Скорее всего, Гарри вернётся вечером и останется на все выходные... - губы блондина тронула мечтательная улыбка. - Надо приготовиться и показать, как сильно я соскучился!»

Вернувшись в спальню, Драко обнаружил на тумбочке у кровати блокнот со стихотворением. Он прочел его, и в груди блондина разлилась волна тепла и нежности.

«Мой котёнок, как же я тебя люблю! Значит, он, и правда, Эванс, хотя, какая теперь разница, как конкретно зовут человека, с которым я готов провести всю жизнь!»

А в том, что именно с Гарри он готов засыпать и просыпаться каждый оставшийся день, юный зельевар не сомневался. И плевать, что и отец, и крестный, наверняка, будут против. Плевать, что мать, недавно сама переехавшая к молодому любовнику, будет смеяться и утверждать: «А я тебе говорила, что гриффиндорцы хороши!». Неважно, что Грейнджер и Уизли будут изо всех сил стараться разлучить его с Гарри. Слизеринский принц добьется своего!

Решив для себя раз и навсегда проблему непонимания окружающих, (которая, Драко ни секунды не сомневался, обязательно будет), блондин, тихонько напевая, пошёл в душ.

Как ни крути, а идея с зельем оказалась весьма удачной, и привела к последствиям, о которых слизеринец не мог даже и мечтать. Правда, под действие, каким-то образом, попал и сам Драко, но это даже на руку.
Едва они утратили возможность скрывать свои чувства, стесняться или лукавить, ни одному из любовников не пришло в голову выяснять причину, по которой они оба скрывались под масками и, опустив все неважные детали, они пришли к главному: они любят друг друга и хотят быть вместе всегда.

Теперь оставалось только дождаться Гарри и просветить его насчет их прекрасного и светлого будущего, которое, казалось, совсем рядом.

Именно в этот момент Драко словно царапнуло изнутри какое-то нехорошее предчувствие, которое тот поспешно откинул, стараясь не вдумываться. Только, почему-то, так захотелось увидеть Поттера, словно тот больше никогда не появится в жизни блондина.


***

Когда некто крайне настойчиво зовет тебя по имени, при этом, периодически, трогая раздвоенным кончиком языка твое ухо, продолжать спать очень сложно.

Именно по этой причине Гарри и открыл глаза, недовольно глядя на свою компаньонку:
- Джеймили, какого дементора ты вытворяешь?

- Ну, наконесс-то, - змея облегчённо вздохнула. - Я думала, ты, ко вссему прочему, голову разбил.

Гарри удивлённо осмотрелся. Он лежал на полу собственной спальни. Затылок немного саднил, на полу, возле лица, запеклась небольшая лужица крови. В голове привычное ощущение тяжести и дискомфорта.

- Ой-ё... - с трудом ворочая неповоротливым языком, простонал герой и, ощупав многострадальную голову на предмет целости, медленно сел. - У меня всё тело болит. Джеймили, что вчера случилось? Как я оказался в таком состоянии?

- Я ззззнаю? Ты вчера вечером заявилсся просссто никакой, пробормотал, что «началосссь», и упал в обморок. Я головную боль тебе ссняла немного, но привесссти в чувсство не сссмогла. - Змее явно не нравилось происходящее, к тому же, ей пришлось спать рядом с Гарри на холодном полу, а это не прибавляет хорошего настроения.

- А откуда заявился? - Гари безуспешно попытался вспомнить события вчерашнего дня. - Я разве не говорил, куда иду?

- Ты утром ушшёл на работу, а потом ночью вернулссся в таком жалком виде и сразу отключилссся. Ты что, ссам не помнишшь, где шшасстал полночи?

Гарри попытался напрячь память, но очередной приступ головной боли явно не способствовал мыслительному процессу. С трудом поднявшись с пола и размяв затёкшие конечности, гриффиндорец вяло поплёлся в душ.
Теплые струи воды помогли снять напряжение и немного взбодрили. Мысли слегка прояснились, но воспоминания о вчерашнем дне не желали возвращаться. Выйдя из душа, Гарри заметил страшно недовольного филина, который сидел на подоконнике и теребил клювом привязанное к лапке письмо.

«Мистер Поттер, напоминаю Вам, что Вы жаждали общения со мной на предмет прояснения наших новых родственных отношений. Сообщаю, что сегодня смогу уделить Вам пару часов, желательно до обеда или в обеденное время.

Профессор С. Снейп»

Перечитав письмо несколько раз, чтобы вникнуть в смысл, аврор уточнил:
- Джеймили, а который сейчас час?

- Одиннадцать часссов, - прошипела змея, и, глядя на тихо ругающегося Поттера, который в спешке пытался впрыгнуть в брюки, спросила: - Ты куда-то торопишшшься?

- К Снейпу, - пытаясь застегнуть рубашку, ответил Гарри. - Он, как всегда, в своём репертуаре – не может заранее предупредить. Если я опоздаю, ещё и выгнать может. Вот же, наградила судьба родственничком!

- Поешшь хотя бы, - змея с жалостью посмотрела на взлохмаченного Гарри, который рассеянно оглядывал комнату в поисках палочки.

- Некогда, а то дядюшка меня проклянёт за опоздание! - Поттер нашёл искомый предмет на полу в куче одежды, и аппарировал.


***

Северус не знал, почему именно сегодня решил пообщаться с Поттером. За прошедшие две недели, в течение которых он пытался осознать произошедшее, такого желания у него не возникало. Ему и без того хватало проблем, и главная из них – требование департамента о смене имени и фамилии.
Ему дали месяц на улаживание всевозможных юридических проблем, связанных со сменой имени. Снейпа начинало просто трясти, когда он представлял, что к нему буду обращаться «профессор Поттер».

За эти две недели Северус придумал множество способов, как избежать процедуры смены имени, но все они имели существенный недостаток: требовали убийства всех работников министерства, которые настаивали на соблюдении этого дурацкого требования.
Один раз даже замаячила идея попытаться достать хроноворот и помешать Чарлусу Поттеру вписать этот пункт в завещание, или, ещё лучше, вообще избавиться от проклятого документа. Но, к огромному сожалению зельевара, достать хроноворот не представлялось возможным, и великолепный план не мог быть реализован.

В своих бесплодных попытках избежать принятия нового имени, Северус уже даже начал рассматривать перспективы заключения фиктивного брака для смены фамилии на менее ненавистную. Развить эту мысль ему помешал драгоценный новоявленный племянничек, или же его хроническая головная боль на протяжении многих лет.

- Поттер, когда вы научитесь стучаться, и кто вам сказал пароль от комнат?

- Ну... Э... Извините, проф... Извини, Северус, - казалось, мальчишка в восторге оттого, что может называть Снейпа по имени. - Ты на меня только, пожалуйста, не сердись, я так спешил, что не заметил заклинания на двери.

- Поттер! Вы не заметили... - профессор на секунду замолк, а потом неожиданно пожал плечами. – Хотя, чему я удивляюсь, ваша привычка переть напролом досталась вам от папаши.

- Северус, давай не будем искать тему для того, чтобы поругаться. Пожалуйста! - щенячий взгляд из-под густых ресниц заставил зельевара немного смягчиться. - Ты ведь сам меня позвал!

- Главное, напоминайте мне об этом почаще, мистер Поттер, - поджал губы зельевар. - Лучше скажите, почему у вас такой вид, будто вы всю ночь шлялись по Запретному Лесу?

- Я... Я не помню, сэр, - знакомые со школы интонации заставили снова почувствовать себя учеником. - Кажется, я вчера перенапрягся на работе и свалился от усталости, так и не дойдя до кровати.

- И часто вы так перенапрягаетесь? - привычка заботиться об этом лохматом недоразумении вновь подняла голову. - Да сядьте уже, ради Мерлина, вы же еле на ногах держитесь!

- Спасибо, дядюшка, - казалось, паршивец пробует это слово на вкус, и оно ему страшно нравится, - так ты не сердишься?

Снейп обречённо покачал головой.

- На вас, Поттер... То есть, на тебя, Гарри, бесполезно сердиться. Это не имеет никакого смысла – ты всё равно не извлекаешь никаких уроков из прошлого.

Тираду Северуса прервало бурчание племянникова желудка.

- Судя по всему, позавтракать ты не удосужился? - зельевар возвел глаза к потолку. - Сказать об этом язык не повернулся?

- Ну, как-то не было подходящего повода... Ты же не думаешь, что ввалиться к тебе в кабинет и сразу заявить о том, что я голоден, как волк, было бы хорошей идеей?

- Я бы не удивился этому. К тому же, стоит заметить, что у меня сложилось впечатление о хроническом недоедании, недосыпании и прочем. Уж больно плохо ты выглядишь.

- Ну, - Гарри смутился, - не всё так плохо, как ты думаешь. Я нормально питаюсь, и на работе обычно не так сильно устаю, просто сейчас я не очень хорошо себя чувствую из-за... - Поттер прикусил язык и выругался про себя. Ещё не хватало жаловаться Северусу на свои приступы – у него и без новоявленного племянника проблем хватает.

- Поттер, сказали А, говорите и Б, живо! - Снейпу пришлось поднапрячься, чтобы вспомнить, какой именно из многочисленных оттенков его голоса вызывает нужную реакцию именно у этого бывшего студента.

- Ну... Э... Просто немного голова болит, сэр, - опустив голову и сжавшись в кресле, промямлил герой.

- Так выпейте зелье и не морочьте мне голову! - Северус поднялся из кресла и начал рыться в своих бесчисленных склянках.

- Зелье не поможет, я уже всё испробовал, - робко подал голос Гарри из своего угла.

- Тааак, и что же это за головная боль, от которой не помогают даже зелья?

- Ну, я точно не помню, как мне врачи говорили... Что-то вроде «психалгии смешанного генеза».

- Поттер, я боюсь даже спрашивать... Но для борьбы с симптомами этого заболевания вам необходимо принимать определенное лекарство. Где вы его брали? - Снейп весь подобрался, угадывая предположительный ответ.

- Ну, мне его профессор Дамблдор давал.

- Я точно убью этого старого интригана! - Северус медленно опустился в кресло, сжимая виски. - Если бы я знал, для кого конкретно варю зелье, оно ведь было бы гораздо эффективнее!

- Так это вы мне варили лекарство? Спасибо, Северус! Оно очень хорошо помогает при первых признаках приступа!

- Что значит при «первых признаках», Гарри? Оно, что, не эффективно при основном приступе?

- Нет, к сожалению. Основной приступ укладывает меня на несколько дней в постель. Его как-то облегчает только Джеймили, но и она не всесильна.

- Кто такая Джеймили? Ваша девушка?

- Моя змея. Хотя, по-моему, она и с вашим вариантом согласится.

- Поттер, ты не перестаёшь меня удивлять! Сначала выясняется, что ты поэт, теперь появилась змея... Но сейчас это не главное. Гораздо важнее разобраться, что там с болезнью. Насколько я знаю, это страшные головные боли, маги сходят с ума, не в силах их вытерпеть. Как ты снимаешь симптомы во время основного приступа? Мне надо знать, чтобы сварить более эффективное зелье! Давай с самого начала: как давно у тебя эта болезнь, сколько приступов уже было?

- Сколько? Даже не знаю... На самом деле, все началось, когда Волдеморт впервые залез ко мне в голову. Потом развитие болезни я путал с болями в шраме, ну, а после того, как война закончилась, у меня случалось два-три приступа в год. А снимать боль у меня не получается. Я просто лежу бревном в постели, а Джеймили глушит ее, как может.

- Что? - глаза зельевара округлились, - Ты просто лежишь и терпишь? Два-три приступа в год? Это невозможно! Никто не выдержал бы столько! Люди, даже находясь в специально вызванном состоянии искусственной комы, сходили с ума за три-четыре года, а тут восемь лет! Без помощи колдомедиков, без наблюдения у специалистов!

- Ну, я же уникален? Как всегда? - пожал плечами Поттер, тут же пожалев о столь резком движении. Убаюканная на время боль решила вернуться. - Черт, а Джеймили дома...

- Тебе нехорошо, Гарри? - глядя на вмиг побледневшего аврора, Северус стремительно подошёл к нему. - У тебя, что, скоро очередной приступ?

- Ну да. Судя по всему... - договорить Поттер не успел, тело решило все за него и отключило сознание.

Первые несколько секунд Снейп просто не понимал, что Гарри упал в обморок. Когда пришло осознание, Северус попытался привести его в чувство. Применять заклинания было опасно, поэтому пришлось дать юноше пару пощечин, однако Поттер не желал приходить в сознание.

- Гарри, немедленно очнись! Гарри, - профессор знал, что если не привести юношу в себя, то тот может просто впасть в кому. - Ну же, мальчик, давай.

- Северус? - через пару минут национальный герой все же очнулся. - Можно я домой, там Джеймили...

- Нет, - немедленно отреагировал зельевар. - Ты немедленно отправишься в больницу Св. Мунго! - профессор подхватил на руки ослабевшего юношу и шагнул с ним в камин.

Ни Снейп, ни, тем более, Гарри не заметили стоящего в дверях Люциуса, в глазах которого сейчас так отчетливо читались жгучие обида и ревность.


***

Появление в холле больницы ныне действующего директора Хогвартса, председателя Мировой гильдии зельеваров, обладателя Ордена Мерлина 1-й и 2-й степеней, почётного гражданина Магической Британии Северуса Снейпа произвело непередаваемый эффект.
А уж то, что на руках у столь знаменитой личности лежало тело легендарного спасителя магомира, причем, не подавая признаков жизни, вообще повергло персонал больницы в хаос и смятение.

- Профессор, что с ним? - один из молодых врачей, которому посчастливилось учиться не в Хогвартсе, кинулся к разъяренному мужчине.

- У него приступ ликвородинамической психалгии смешанного генеза. И ему срочно нужна помощь. Надеюсь, это понятно?! – рявкнул на медика Снейп.

- К-к-конечно, сэр! Нам на второй этаж, в третью палату.

Северус последовал за врачом в указанном направлении, продолжая прислушиваться к невнятному бормотанию Поттера, который снова собирался лишиться чувств. Тот нес какой-то бред про прекрасные серые озера, любовь до безумия и прочую романтическую ерунду. Когда же его удалось уложить на больничную кровать, он попытался свернуться клубочком, стремясь хоть так закрыться от боли.

- Это первый приступ? - врач стоял около шкафа с зельями и искал необходимое.

- Нет. Не первый вообще и не первый в этом году. - Снейп позволил себе погладить юношу по голове. - Он говорит, что приступы случаются два-три раза в год последние пять лет. Так что...

- Вы уверены в количестве и продолжительности? - доктор застыл на секунду, пытаясь представить масштабы болезни.

- Да, ему нет смысла врать мне.

- Простите, профессор, но я не думаю, что вам стоит находиться здесь. К тому же, если вы знаете кого-нибудь, чье присутствие облегчит страдания мистера Поттера, то его лучше привести сюда.

Снейпу ничего не оставалось, как выйти из палаты. И он знал, кого необходимо привести к Гарри: «Говоришь, ее зовут Джеймили...»

Снейп аппарировал к квартире Поттера и спокойно вошел внутрь с помощью обыкновенной «аллохоморы».
«Это идиот даже не оставил никак защитных заклинаний. О чем он вообще думает?! Безответственный мальчишка! Ладно, с этим я разберусь потом! Сейчас надо найти эту чертову змею!»

Поежившись, Северус начал исследование квартиры. Змей он боялся с детства. Ходят слухи, что однажды маленького Северуса укусила ядовитая змея. Ребенка удалось спасти, но после этого мальчик резко изменился. И, якобы, именно этим случаем Северус обязан своему ядовитому характеру и знаменитому сарказму. Правда ли – не известно, но факт оставался: змей Северус Снейп, мягко говоря, недолюбливал. Возможно, это и послужило причиной того, что зельевар попал на змеиный факультет, а потом и стал его деканом. Все из-за постоянного желания идти наперекор своим страхам: видимо, это была семейная черта всех Поттеров. Размышления зельевара прервало угрожающее шипение.

- И кто ты такой? - Джеймили откровенно не нравился этот мужчина, нагло ворвавшийся в их с Гарри дом. И от него пахло страхом. В этом она убедилась, попробовав на вкус воздух.

Северус несколько мгновений просто стоял в ступоре: несмотря на маленький размер, змея выглядела угрожающе. «И как же я собираюсь ее доставить к Поттеру? Мне нужно объяснить, что случилось... Но как это сделать?»

- А ты, по всей видимости, Джеймили?

- Надо жже, боисссьшшсся, но ссспрашшиваешшь. - Змея чуть откинула назад верхнюю часть тела. - Да, я-то – Джеймили, а ты кто?

- Я Северус Снейп – директор школы чародейства и волшебства Хогвартс, - каким-то неведомым образом, зельевар понял, что змея спрашивает его имя. - И ты немедленно отправляешься со мной в больницу Св. Мунго.

С этими словами Северус сделал резкий шаг вперед и протянул руку к змее.

- Сссейчассссссс, уже ползу изо всех сссил, - Джеймили не была ядовитой змеей, но и ее укус был очень болезненным. Именно это она и собиралась продемонстрировать обнаглевшему мужчине, но перед тем предупреждающе зашипела: - Почему я должна ссслушатьссся тебя?

Вовремя опомнившись, Северус испуганно отдернул руку: «Как же ей объяснить, ведь это всего лишь животное...»

- Ты должна пойти со мной, - зельевар говорил, как всегда, тоном, не терпящим возражений, но потом умоляюще добавил: - Я прошу тебя. Гарри нужна твоя помощь... Пожалуйста!

- Гарри? - змея тут же опустилась на пол всем телом, лишь приподняв голову. - Что ссс ним? Присступ?

Почувствовал, что Джеймили его поняла, Северус продолжил:
- Ему больно, очень больно. Нам срочно нужно в больницу. Врач просил!

- Вот уж, посссслала Великая хозяина, вечно ссс ним то одно, то другое. - Джеймили подползла ближе к Снейпу: - Руку давай!

Зельевар, заметив движение змеи, испуганно отскочил назад.

- Дурак, как ты ссссобираешшьсся меня несссти? - змея растерянно осмотрелась по сторонам, и, к счастью, заметила на полу небольшую коробку. Ей пришлось потратить буквально минуту, чтобы заползти в нее и прошипеть уже оттуда: - Так не боишшьссся?

Подскочив к коробке, Северус моментально закрыл ее крышкой, лежавшей неподалеку: «Теперь никуда не денешься!». И он прижал коробку к груди.

«Дурак – он и ессссть дурак, - подумалось змейке. - К тому же, он меня боитсся, что ещщще один минуссс. И он тогда обидел Гарри. Надо было, вссе-таки, его укусссить».

А Северус посильнее прижал коробку и аппарировал.



Глава 14.

Влетев с коробкой в больницу, Северус сразу же побежал к палате Гарри. Люди, еще не отошедшие от шока «Северус Снейп с героем на руках», с изумлением взирали на новое представление: «Северус Снейп, несущийся по коридорам больницы с коробкой наперевес».

- Ну что ты так несссешшьссся? Ему помогли, я же чувссствую...

Не обращая внимания на грозное шипение змеи, Северус продолжил свои путь, лишь остановившись перед палатой, он отдышался и вошел внутрь.

- Северус? - Гарри приподнялся, не обращая внимания на недовольный возглас врача. - Где ты был?

Северус вдруг почувствовал, как сердце окатило волной нежности к этому мальчишке. Глядя на его беззащитное растерянное лицо, он поклялся себе, что этот ребенок больше никогда не будет страдать. И сделал уверенный шаг вперед, открывая крышку коробки.

- Гарри, он – идиот!!! - Джеймили редко позволяла себе столь яркие эмоции, за исключением показных истерик. - Он меня боитссся, предссставляешшь? Пришел за помощью и даже в руки не взял!

- Джеймили, - Поттер лишь растерянно улыбнулся, протягивая руку и помогая змея обвиться вокруг нее, - тебя это так задело?

- Ваша змея меня чуть не укусила. Хорошо, что я вовремя поймал ее в коробку, - видя, что Гарри уже легче, зельевар начал недовольную тираду.

- Северус, ты уж определись – «ты» или «вы». А моя змея говорит, что вы идиот, - неожиданно заулыбался аврор.

- Говорю, говорю. Поймал он меня, ага, как же, - согласно закивала рептилия.

- Чтооо? Ах ты, наглый мальчишка, с такой же наглой змеей! - заорал Северус, но потом тон его смягчился: - Как ты себя чувствуешь?

- Лучше, чем могло бы быть. А с ней, - брюнет приподнял руку с пригревшейся на ней змеей, - все будет просто замечательно.

- Я не наглая, - надулась Джеймили, плотнее сжимая кисть юноши. - Я на него обиделасссь.

- Да, Северус, Джеймили на тебя очень разозлилась.

- Мне плевать на мнение какой-то рептилии! Твоя зверюшка чуть не тяпнула меня за руку! - обиженно пробормотал зельевар.

- Господа, здесь не место для выяснения разногласий. Сейчас состояние мистера Поттера стабилизировалось. Необходимо...

- Простите, доктор. Но, можно, мы сначала проясним один маленький вопрос, а потом я целиком ваш? - смиренно попросил Гарри, улыбаясь врачу так же, как когда-то улыбался Гермионе, выпрашивая передышку в зубрежке.

- Ладно, но только десять минут, я пока схожу за документами, - с этими словами врач выскользнул из кабинета.

- Ну, и что ты хочешь прояснить, Гарри? - зельевар вопросительно вздернул бровь.

- Ваши отношения с Джеймили.

Услышав это заявление, змея протестующе зашипела.

- И чего ты от меня хочешь? - бровь поползла еще выше - Твоя змея – сам с ней и разбирайся.

- Но, проблемы-то с ней у тебя, - хитро улыбнулся юноша.

- Меня это не касается. Это у нее проблемы, а не у меня. Или тебя что-то не устраивает? Решил начать воспитывать меня, мальчишка?

- Что ты, до такого мне еще далеко, - пожал плечами Гарри. - Она хочет, чтобы ты ее погладил.

- Я не собираюсь трогать эту рептилию!

- Почччему? - Поттер прекрасно слышал, как в голосе его чешуйчатой подруги сквозит обида. - Я же не ссобираюссь его куссать.

- Она спрашивает – почему?

- Тебя это не касается, Поттер! Мне не нравятся змеи. Вы что-нибудь знаете о ее виде? Что может сделать ее яд?

- Она не ядовита, профессор, - засмеялся Поттер. - И кусаться она не собирается.

- Хм... - Северус сложил руки на груди.

- Северус, ну серьезно, не ядовита. Поэтому и род ее не принимал, и служение Великой ей не позволили... - Гарри чуть надулся. - Тебе с ней еще жить, а ты контакт налаживать не хочешь.

- ЧТО ЗНАЧИТ «МНЕ С НЕЙ ЕЩЕ ЖИТЬ»?!

- Ты же не думал, что мне позволят оставить в больнице змею?

- Я жже говорила, шшто он идиот? - если бы змеи могли мурлыкать, то именно этим бы сейчас занялась Джеймили.

- Что? Я должен взять ее с собой? Что я буду с ней делать? И что эта тварь все время шипит?! Меня это раздражает!

- Прости, а как еще она должна с тобой разговаривать?

- Я ее все равно не понимаю, пусть лучше молчит, так она выглядит менее опасной!

- Профессор, просто погладьте ее, пожалуйста. - Гарри начало казаться, что уговорить этого упертого человека не получится уже никогда.

- Гарри, ну сспроси его, чего он так упрямитсся? Я обещщаю не шшшипеть, не куссатьсся...

- Я не буду трогать эту рептилию. Но если ты так хочешь, я могу забрать ее – пусть лезет обратно в коробку!

- Гарри, подержжи его пару ссекунд.

Поттеру ничего не оставалось, как выполнить просьбу подруги.

Снейп вздрогнул, когда Гарри вдруг схватил его за руку. И испуганно уставился на быстро скользящую к нему змею.

Аврор внимательно наблюдал за Снейпом, готовый, в случае чего, удержать его от необдуманных действий. Наконец, змея добралась до мужчины и обвила его руку от запястья до локтя, стараясь при этом не пугать его шипением.

- Что? Что она делает?

- Сейчас поймешь сам, Северус. Джеймили, ты как, скоро?

- Подожди... Ну, как, Ссеверуссс, теперь ты меня понимаешшь?

Редко людям представлялся шанс увидеть мастера зелий, потерявшего дар речи. Он выдернул свою руку у Гарри и поднес змею к глазам.
С лица его при этом не сходило удивленно-неумевающее выражение, знающие его люди решили бы, что зельевар сошел с ума. На его лице никогда не было подобного выражения. «Она, что, разговаривает?» - пронеслось у него в голове.

- Северус, ты в порядке? - Поттер видел, что с его дядей явно что-то не то.

- Гарри, не видишшшь, мы налаживаем контакт. Похожже, он ссчитал, шшшто мое шшшипение – это так, звуковой фон.

А Северус все продолжал стоять и смотреть на змею: - «Она не может разговаривать!»

- Почему не могу? - Джеймили притворно надулась.

Гарри смотрел на эту парочку и улыбался. Похоже, Снейпу долго придется привыкать к новой собеседнице с такими удивительно человеческими эмоциями, неуемной фантазией и довольно действенной магией.

- Ссеверусс, что-нибудь сскажешшшь или так и будешшь сссмотреть на меня, как на восссьмое чудо сссвета? - казалось, еще чуть-чуть, и змея рассмеется над зельеваром.

- Красавица, не издевайся над человеком, у него шок, - тихо попросил брюнет.

- Подумаешшь, какие мы нервные, - если бы змея имела плечи, она непременно бы ими пожала. - Теперь не боишшшься? Не укушшу, если не будешшь вессти ссебя, как дурак. Опуссти меня к Гарри.

Северус послушно протянул руку, и Джеймили свернулась клубочком на кровати Поттера.

- Северус, так что? Ты за ней присмотришь? - жалобный взгляд покрасневших глаз и несчастное лицо новоявленного родственника не могли не разжалобить Снейпа и, нехотя, он всё же согласился.

- А пока пусть она побудет с тобой до вечера, - заявил зельевар и быстро покинул палату.
Ему срочно требовалось посетить одного непутёвого крёстного, который совершенно не заботился о здоровье крестника, вследствие чего этот крестник страдал запущенной формой очень серьезной болезни.

Аппарировав на площадь Гриммо, Северус нетерпеливо постучал.

- Иду-иду, - Гермиона открыла дверь, продолжая смотреть куда-то себе за спину: - И пусть Сириус выпьет те настойки, слышишь, Рем?

- Здравствуйте, мисс Грейнджер. Блэк дома? Я к нему, - заявил зельевар и, обойдя изумлённо застывшую девушку, вошёл внутрь.

- Добрый день, профессор, - девушка растерянно посмотрела на бывшего преподавателя. - Дома, он на кухне.

- Благодарю вас, - зельевар прошествовал в указанном направлении и нос к носу столкнулся с Сириусом, выходящим из кухни.

- Снейп?! Какого дьявола ты здесь делаешь???

- Да вот, шел мимо, думаю, дай заскочу поболтать со старым другом. У нас и тема для разговора появилась - о твоей чудовищной безответственности.

- Что?! Как ты смеешь такое мне говорить, ты... - Сириус, казалось, задохнулся от гнева.

- Сири, счастье мое, тебе нельзя нервничать. Северус, немедленно прекрати его расстраивать, - примчавшийся на звуки зарождающегося скандала Ремус сразу встал между двумя брюнетами.

- Тебя это тоже касается. Ты, - палец зельевара толкнул оборотня в грудь, - тоже несёшь ответственность! Если бы вы не были безответственными, ничего не замечающими кроме своей жалкой парочки кретинами, Гарри сейчас не лежал бы в больнице!

- Что значит – в больнице? - Сириус начал медленно оседать на пол, и если бы не оборотень, точно рухнул бы.

- А то и значит! У него очередной приступ, а вы даже не удосужились поддержать парня! И нечего тут недоумение изображать!

- Какой приступ, Северус? - Люпин быстрее сориентировался в происходящем и понял, что скрытность сына Джеймса опять сыграла с ними злую шутку.

- Ликвородинамического генеза, конечно! Только не говорите, что вы не в курсе! Он уже восемь лет болен!

- Снейп, ты серьезно?! - Блэк судорожно сглотнул, пытаясь прийти в себя от такой новости.

- Ты не знал... Или, скорее, и не хотел знать... - медленно протянул зельевар. - Что ж, в таком случае, мне не о чем разговаривать с тобой, - быстро развернувшись, Северус направился к выходу.

- Стоять! - перед Северусом мгновенно оказалась Гермиона. - Где он сейчас?!

- Я не обязан отчитываться перед вами о местонахождении моего племянника, - неожиданно оказалось, что Северусу приятно произносить это слово. - Насколько я понял, так называемые «друзья» тоже не в курсе его болезни.

- С так называемыми «друзьями» он соглашается встречаться только на нейтральной территории, строго по расписанию, - девушку откровенно понесло. - Потому что с детства его приучили, что его проблемы никого не волновали и волновать не будут. Он когда с гриппом и температурой лежал, никому не позвонил, хорошо, хоть Луна подняла тревогу... Так что, я спрашиваю, где он?

- В Мунго. Да, да, не делайте такие глаза! Именно в Мунго. В палате интенсивной терапии! И всё по вине его друзей и близких, которые за восемь... за ВОСЕМЬ лет не поняли, что он очень болен, и не начали лечение! Да он жив только благодаря тому, что он Гарри Поттер! Любой другой уже давно умер бы или сошёл с ума!

- Профессор, а вам ли в нас камни кидать? - прищурилась Гермиона. - За все эти годы вы, со всем вашим опытом, тоже ничего не заметили. Сириус, ты идешь?

- Да, только мантию надену.

- Если вы не страдаете склерозом, мисс Грейнджер, то должны были заметить, что за эти восемь лет мы с мистером Поттером пересекались всего раз десять, и всё это происходило на официальных приёмах, в вашем присутствии.

- Профессор, восемь лет – это с пятого курса. Не на пятом ли году обучения вы постоянно общались с Гарри на уроках окклюменции?

- А не вы ли жили с ним в одном общежитии пять лет до этого? Не вы ли потом доучивались с ним до седьмого курса? Нет? Вероятно, я слишком хорошо думал о вас, считая, что вы весьма наблюдательная и умная ведьма.

- Профессор, если бы я знала, я бы не просила помощи. – Гермиона посмотрела на Снейпа полными слез глазами. - Если бы Сириус знал, разве он бы позволил единственному наследнику Джеймса умирать от боли и одиночества?

- То, что вы не знали, не уменьшает вашу вину перед Гарри, - устало проговорил Северус. - Вы собираетесь в Мунго? Вас, скорее всего, не пустят. Ему нельзя нервничать.

- Собираемся. Даже если не пустят, я хочу поговорить с врачом. А Сириусу все равно надо навестить доктора. Он сегодня, как раз, собирался в Мунго, – юная миссис Уизли выглядела крайне решительно.

- Гермиона, я в любом случае поговорю с ним, даже если придется перестукиваться азбукой Морзе через стену. - Сириус, наконец-то, присоединился к ним.

- Блэк, если ты и сам болен, то я не пущу тебя и близко к палате Гарри. Ему ещё твоих микробов не хватало! - Северус был настроен серьёзно.

- Сдурел? Я бы и сам к нему больной не подошел. Я жду ребенка! - Сириус явно был на взводе.

- Чего? Блэк, ты рехнулся? На тебя так подействовало сообщение о болезни крестника?

- Северус, просто прими это. Через шесть месяцев мы с Сириусом станем родителями. - Ремус стоял, прислонившись к косяку.

- Это коллективное помешательство... Я понял. Вы тут все сумасшедшие. Какой ребёнок? Вы оба мужчины, если вы ещё не заметили!

- Ну да... Профессор, я вас очень удивлю, если скажу, что прапрадед Сириуса был не очень верным мужем, а его жена – бесплодной?

- Ну, в ЭТОМ семействе меня ничто удивить не может. Так что значит «будет ребёнок»? Как такое возможно? Блэк, будь добр объясниться! - в зельеваре просыпался интерес профессионального исследователя.

- Снейп, не поверишь, когда я узнал, что жду ребенка, тоже удивился. Мы с Герми сходили к врачу, тот и объяснил, что мужчина может забеременеть в одном конкретном случае. У него должна быть некая доля крови вейлы или еще некоторых магических существ, которые в Европе просто не живут, он или его партнер должен быть сильным магом, и оба должны хотеть детей.

- Очень интересно. А ты, значит, у нас вейла... Кто бы мог подумать. Всегда знал, что ты животное. Ладно, сейчас мне от тебя нужно только одно – ты должен поддержать Гарри, ему очень тяжело приходится, и любая помощь близких людей ему просто необходима. Не знаю, как он обходился все эти годы, но теперь я не позволю этому вздорному мальчишке забиваться в свой угол и решать все проблемы в одиночку.

- Ну надо же, Снейп, с чего вдруг... - договорить Блэку не дал Ремус, подошедший к нему и что-то тихо прошептавший на ухо. Сириус смутился, но промолчал.

- Что ж, идите к Гарри, а я пока свяжусь с авроратом и предупрежу о больничном. - Оборотень развернулся и пошел в сторону кабинета.

- Идём, Блэк, но если ты заставишь Гарри нервничать, я лично выставлю тебя из палаты пинком под твой блохастый зад! - с этими словами Северус аппарировал в Мунго. Сириус и Гермиона последовали за ним.


Гарри лежал в кровати и разговаривал с Джеймили о Северусе. Та ругалась, шипела, утверждала, что Снейп идиот, а в конце призналась, что он ей нравится. Поттер все пытался вызнать у змеи, чем же ей приглянулся его дядя, когда в дверь кто-то постучал.

- Войдите!

В приоткрытую дверь просунулась лохматая голова крёстного:

- Привет, Гарри. Ты как?

- Сириус, что ты здесь делаешь? Тебе нельзя волноваться!

- Я и не волнуюсь, я просто мимо проходил...

- Блэк, заходи, давай, ты не умеешь врать - Северус подтолкнул Сириуса в палату. - Гарри, как ты себя чувствуешь? Приступы ещё были?

- Нет, скоро, наверное, отпустят, жаль, не сегодня. Так что Джеймили точно будет ночевать у тебя.

- И я страшно этому рад, - процедил Северус сквозь зубы.

- Ой, ну не надо так, Северус. Она же обещает не касаться и не шипеть, - принялся убеждать Гарри.

- Гарри, если профессор против, ее могу взять я, - вошедшая Гермиона застыла возле двери.

- Привет, Гермиона. Ты тоже мимо проходила? - Гарри недовольно взглянул на Снейпа. - Зачем ты им рассказал?

- Профессор, извините меня, я обещала его не волновать, но... Гарри, ты идиот! - девушка подошла к кровати и вдохновенно продолжила: - Почему о твоей болезни я узнаю спустя восемь лет, причем не от тебя, а от бывшего преподавателя, пусть он нынче хоть трижды твой дядя? Неужели ты считал, что мы отвернемся от тебя?

- Нет, но... - Гарри смущенно умолк. - Я просто не хотел вас лишний раз напрягать. У вас и без моей болезни полно проблем!

- Гарри, - в голосе Сириуса явно послышалось рычание, - да как тебе такое вообще в голову пришло?! Как ты посмел все скрывать от нас?! Неужели настолько не доверял?!

- Извини, Сириус, - смущённо опустив взгляд, промямлил победитель Волдеморта. - Не злитесь на меня, пожалуйста, я понимаю, что поступил глупо, не рассказав сразу, а потом мне казалось, что уже поздно.

- Знаешь, Гарри, мне почему-то кажется, что ты все равно не договариваешь. - Снейп присел на кровать. - Или я, все-таки, ошибаюсь?

- Я не понимаю, о чём ты, дядя, - искренность во взгляде Поттера наводила на мысль о вранье, но Северус не стал пока заострять на этом внимание.

- Извините, но у меня вопрос. - Гермиона явно не собиралась оставаться в стороне. - Гарри, что говорит врач?

- Что мне надо отдохнуть несколько дней в тишине и покое, возможно, тогда удастся избежать повторения приступа.

Северус недоверчиво изогнул бровь, но перебивать не стал.

- А ещё, они выпишут мне лекарства, и я смогу отлежаться дома.

- Даже так? - девушка в задумчивости прикусила губу. - Но тогда с тобой кто-нибудь должен посидеть эти дни. Вот только кто?

- Герми, если ты нас покинешь на пару дней... - начал было Блэк, но шатенка не дала ему договорить.

- Если я покину вас на пару дней, ты Рема до изнеможения доведешь!

- Хм... - зельевар попытался замаскировать смешок покашливанием. - Так ты не просто животное, а ещё и озабоченное животное... - и, не дав Сириусу ответить гневной тирадой, продолжил - Я считаю, что за Гарри должен быть ДОСТОЙНЫЙ уход, поэтому сам за ним присмотрю. Ты не против, Поттер?

- Что ты, дядя, - намеренно подчеркнув последнее слово, улыбнулся Гарри. Ему не нравилось, что Северус продолжает оскорблять его крестного. - Сириус, кстати, а почему тогда уж и Рем не пришел?

- Он решил связаться с авроратом, и сказать, что ты на больничном.

- Да, это хорошо, а то меня уже, небось, потеряли, - с облегчением вздохнул Гарри.

Неожиданно Герми замялась, и, наклонившись к уху парня, быстро-быстро зашептала:
- Гарри, нам надо с Сириусом к врачу, ты ведь не обидишься. Я понимаю, мы должны остаться с тобой подольше, но все-таки...

- Конечно, конечно! Идите! Я очень рад, что вы меня навестили! Мне уже лучше, правда! Сириус, иди с Герми к врачу, и позаботьтесь о моём крестнике... Если ты ещё не передумал... - смущенно закончил он.

- Гарри, да как ты можешь?! - эмоции из анимага били через край. - Конечно же, нет! Я буду просто счастлив, если ты станешь крестным отцом моему ребенку.

- Это здорово, Сириус! Спасибо! А теперь иди, и, пожалуйста, будь осторожнее и постарайся не нервничать!

Сириус тут же вскинулся и начала доказывать, что он осторожен, как никогда, но Гермиона, схватив его за руку, уже тянула за собой прочь из палаты.

Когда эта пара покинула помещение, Джеймили выползла из-под одеяла.

- Ну, вот видишшь, ты им рассказал, и ничего сстрашшного не сслучилоссь... только зачем ты им сссоврал, что тебе уже лучшшше и присступов можно избежать?

Северус внимательно посмотрел на змею:
- Поттер, почему я не понимаю, что она говорит?

Гарри вскинул на него глаза, в которых плескалось смущение пополам с виной:
- Понять ее вы сможете, если она обратится именно к вам.

- Значит, у вас секретный разговор? Ну-ну, тогда не стану мешать. Я сейчас уйду, только скажи мне честно, - зельевар наклонился и внимательно взглянул в глаза Гарри, - как ты себя чувствуешь?

- Профессор, нет у нас никакого секретного разговора, - Поттер протянул змею Снейпу. - Я чувствую себя просто замечательно. А ее вам лучше забрать, мне врач уже сказал все, что думает по поводу змей в палате.

Северус посмотрел на Джеймили, змея кивнула, подтверждая последнюю фразу Гарри.

- Хорошо, но если она меня укусит, то станет ингредиентом для зелья! - с этими словами Снейп протянул руку.

Когда Джеймили переползла на неё, он пожелал Гарри спокойной ночи и вышел из палаты.

Поймав дежурного врача, Северус приказал в случае ухудшения состояния мистера Поттера немедленно дать знать об этом, а затем покинул больницу.



Глава 15.

Северус шел по пустым коридорам Хогвартса и прижимал к себе увесистый пакет. После того, как он вышел из Св. Мунго, Джеймили настояла, чтобы они сначала побывали в квартире Гарри. Змея утверждала, что если Северус не возьмет с собой ее корм и любимую подушку, то она превратит его жизнь в ад.

Когда они оказались в квартире Поттера, зельевар, первым делом, упаковал все необходимое для чешуйчатой скандалистки, а потом позволил себе отвлечься на колдографии. Их оказалось неожиданно много, отчего складывалось впечатление, что юный аврор стремился окупить недостаток душевного тепла. Одна фотография особенно заинтересовала профессора. Во-первых, она оказался маггловской, поэтому запечатленный на ней человек навек застыл в неподвижности. Во-вторых, Северус Снейп готов был поклясться, что такого Джеймса Поттера не видел никогда – ни в своих воспоминаниях, ни в чужих. Он, вообще, сомневался, что многие могли бы похвастаться тем, что видели такого Поттера-старшего.

Снимок был сделан в незнакомом Снейпу помещении. Джеймс Поттер сидел на подоконнике, свесив одну ногу за окно, а на его руке, на фоне ночной темноты, танцевала огненная фигурка. Из пламени парень соткал миниатюрную девушку в цыганском платье, и теперь, когда она кружилась на его ладони, он с затаенной нежностью в глазах, протягивал ее кому-то, кого не было в кадре.
Снейп не знал, кому же предназначался этот хрупкий дар – Блэку, Лили или же Люпину, да это было и не важно. Важно, что Поттер, несносный ублюдок Поттер, оказался человеком, а не монстром, образ которого так успешно создал себе Северус.

Сейчас, входя в собственные комнаты, Северус знал, что как только все проблемы с Гарри будут разрешены, он пойдет к Блэку и будет слушать его, долго и внимательно, чтобы спустя столько лет узнать, каким же человеком был его брат, Джеймс Поттер.

Продолжая пребывать в мире собственного подсознания, нынешний директор Хогвартса медленно опустил змею на пол, не реагируя на недовольное шипение. Распаковал ее пожитки, положил в миску корм (ему с самого начала показалось странным наличие корма у змеи), и, все-таки, решил узнать, кого же ему подсунули в качестве соседки.
В личной библиотеке Северуса Снейпа можно найти почти любую книгу, в том числе, и справочник по змеям. Именно с этим толстым, красочно иллюстрированным фолиантом, подаренным Альбусом на день рождения со словами «Своих надо знать в лицо», профессор уселся в кресло и углубился в чтение, изредка поднимая голову, чтобы окинуть змейку внимательным взглядом.

Когда часы издевательски пробили полночь, мужчина осознал, что за несколько часов так и не понял, кто же его новая квартирантка. Змея, лежавшая чуть в стороне от камина на своей подушке, лениво приподняла голову:

- Может, уже ссспроссишшь?

- Кто ты? - Северус решил, что легче обойтись малой кровью. - Я уже весь справочник перерыл, нашел несколько похожих на тебя видов, но и различия есть. А ведь среди змей не бывает метисов, так?

- Отчего же? - змея сползла с нагретого теплом места и подползла ближе к Снейпу. - У обычных змей, может, и не бывает, а вот у детей Великой бывает все.

- Ну, так кто же ты? - напрягся зельевар, медленно подаваясь назад, подальше от Джеймили.

- Я? Помесь эфы и крайта. Только вот цветом непонятно в кого пошла... - змея, казалось, улыбнулась. - Мама – она же темно-песчаная, с белым зигзагом на боку, а папа – тот поперечно-полосатый... А я, почему-то, медная...

Пока рептилия рассуждала о странностях наследования цвета, Снейп старался сдержать панику. «Не бойся, она не ядовитая», - мысленно передразнил он Гарри. Ага, помесь эфы и крайта, и не ядовитая! Он сейчас же должен избавиться от такой угрозы собственной жизни!

- Сссеверусс, ты меня ссслушшаешшь? - Джеймили была крайне недовольна, что мужчина перестал обращать на нее внимание, и попыталась подползти ближе.

- Не подходи! То есть, не подползай, - зельевар понял, что еще немного, и он сорвется на писк.

И тут, он мог поклясться, змея расхохоталась:
- Правду тебе ссказал Гарри, правду. Я дейссствительно не ядовита, хотя и куссаюсссь больно. Я из-за этого и ушшшла из дома.

- Мне все равно, откуда ты там ушла, - начал отповедь Снейп, потом осознал сказанное и переспросил: - Ушла из дома? Вы можете сбежать из дома?

- Давай мы сссс тобой сссейчасс ляжем в посстель, и я расскажу тебе о сссебе.

«Мир сошел с ума», - думалось мужчине, когда он уже лежал в одной постели со змеей и, кажется, собирался слушать на ночь сказку о ее прошлом.

- Знаешшшь, Сссеверуссс, я тебе ссейчасс расскажу то, что ссскрывалосссь сстолетиями. Так что, будь добр, не перебивай, мне и так тяжело.

Хотя Гарри и подобрал меня в Румынии, моя родина - это Индия. Прекрассссная Индия, ссо ссвоей, чуждой вам, магией и магичесскими созданиями. Ты, наверняка, ссслышал о Нагах. Ссоздания ссс торссом человека и телом змеи... Так вот, Наги имеют сссвою мифологию и магию, они взывают к Великой Змее, матери-прародительнице. Они же сссделали когда-то из нассс – тогда еще проссстых змей – ссвоих друзей и помощников. Они расстили нассс, даровали нам чассть ссвоей магии. Взамен мы помогаем им, а еще предоссставляем сссвои тела Великой и ее ссслугам. У насс есть сссвои касты. Есссть те, в кого может всселиться Мать, ессть те, кто сслужат ей и охраняют. Многие лишшшь помогают нагам, а еще большая часть – просто живут...
Я из рода сслужителей. Мы быссстры, ссильны, крассивы и опассны. Природный яд и магия, пусть и не ссамая ссильная, делает из насс великолепных охранников. Так должно было быть. Но родилассь я.

Мама была рада мне – вссе же, я ее ребенок, но отец, глядя на моих братьев и сессстер, родившихссся в один день ссо мной, ссказал, что здесссь мне себя не найти. Он был прав. Ссс самого детсства меня гоняли родные же братья. Дети – они в любом мире дети, и жесстоки к непохожим на них всссегда и везде. Я была меньшшше, отличалассь цветом и не могла убить одним укусссом. Для сслужителя – это нассстоящий позор, когда твое дитя не ядовито. Отец ссстеснялсся меня, мать прятала от всссех. Было очень одиноко и груссстно.

А потом меня призвали к Великой. В тот день она всселилась в сстарую Сссильсс. Она огромна по ссравнению ссо мной, я ссмотрела на нее и понимала, что ессли меня прикажут убить, как позорящую чесссть кассты, то я ссмирюссь и позволю это ссделать. А она поссмотрела на меня и ссказала, что проссто моя сссудьба не здесссь, не сс ними. Она где-то там, в таком огромном мире, и предсстоят долгие поиссски...

Мне дали время попрощатьсся ссс матерью и отцом, а потом магией отправили к ссстаршим. Никто не ожидал, что я попаду не к ссвободным, а к людсским. Они прятали меня, сссколько могли, а потом пришел Гарри. Я не знаю, он ли моя ссудьба, но то, что он без меня пропадет, я знаю. Так что, теперь я от него никуда... - Джеймили прервала монолог, внимательно посмотрела на уснувшего мужчину, хихикнула и тихо сказала себе под нос: - А еще, мы умеем усспокаивать и утихомиривать, и насс часссто осставляют ссс детьми нагов, чтобы те бысстрее засссыпали. Ссспи, Ссеверуссс, пуссть тебе сснятся хорошие сссны.

А профессор Северус Снейп спал и видел, как улыбчивый кареглазый парень лет двадцати, сидя напротив него, протягивает ему огненную змейку, держа ее на раскрытой ладони, и смеется: «Ну, сколько можно, Сев? Теперь, надеюсь, мир?»


***

Медовый месяц, а теперь, не покривив душой, его можно назвать именно так, пролетел для Рона слишком быстро. Наступил последний день его пребывания на отдыхе и последний день, который он мог провести с Виктором.

За все это время от Гермионы прилетала только одна сова. В письме она, наконец, объяснила причину, по которой не могла вернуться, а также напомнила, что завтра отпуск кончается. И еще в нем была куча указаний, что нужно не забыть сделать. В конце письма стояла сухая подпись «Гермиона» и постскриптум «Передай привет Виктору». Последняя фраза была бы самой обычной, если бы не одно обстоятельство...

Дочитав письмо до конца, Рон тяжело вздохнул. Перед глазами предстала картина, в которой он пытается объяснить жене, что их отношения не так идеальны, как он хотел. И да, он влюбился в другого человека. И да, кстати, это мужчина... И, вот еще что, это – Виктор Крам.

А в том, что он влюбился всерьез и надолго, у Уизли не было сомнений. За эти дни он окончательно потерял голову от кареглазого ловца. И это оказалось совсем не страшено, терять контроль над своими чувствами, особенно, когда получаешь взамен столько же любви.

Рыжий закрыл глаза. Воспоминания вспыхнули в его голове. Когда он проснулся после их первого раза, то безумно смутился. А поняв, что лежит на плече у Виктора и тот по-хозяйски обнимает его, почувствовал, как щеки заливает румянец. Уизли даже попытался незаметно выползти из-под руки брюнета, чем разбудил его. Крам открыл глаза и улыбнулся любовнику.

- Доброе утро, Рон! – брюнет перевернулся на бок, подминая Уизли под себя, и поцеловал.

От этого поцелуя все смущение гриффиндорца исчезло, мелькнувшая мысль о роковой ошибке ушла, а губы растянулись в совершенно счастливой улыбке.

После этого они провели несколько просто восхитительных дней, а ночи были еще лучше. Виктор был требователен и напорист, но при этом очень нежен. Он постарался сделать все, чтобы первый раз стал для Рона замечательным.

Тот день казался рыжему пыткой, он постоянно думал о том, что будет ночью. Нет, он не боялся, напротив, желал, чтобы быстрее наступил вечер. Находиться рядом с Виктором, смотреть в его лучистые карие глаза было невыносимо. Хотелось прикоснуться, поцеловать и быть только вдвоем.

Вместо этого они пошли на пробную тренировку с еще одной квиддичной командой. Вокруг крутилась куча народу, все хотели пообщаться со знаменитым ловцом.
Все это безумно раздражало. Рональд еле дождался, когда закончится игра. И когда Крам с последними игроками, наконец, вышел из раздевалки, гриффиндорец был уже на взводе. Прочитав все по лицу любовника, Виктор поспешил попрощаться с тренером.

- Слушай, если у тебя будет такое лицо, все сразу все поймут.

Рон побледнел и постарался придать лицу нейтральное выражение. Но посмотрел на Виктора и увидел, что тот улыбается.

- Эй, ты что, издеваешься? – он попытался разозлиться, но губы сами расплылись в улыбке.

- У тебя на сегодня еще что-то запланировано? – Рон старался, чтобы голос его не выдал.

- А что, у тебя есть идеи, куда пойти? – вопрос был задан обычным тоном, но глаза брюнета смеялись.

- Я предпочел бы пойти домой, - рыжий опять смутился.

- Что, так не терпится остаться наедине? - Виктор изогнул левую бровь и опять улыбнулся.

Щеки Уизли загорелись еще сильнее.

- Эй, не смущайся так, я тоже хочу поскорее свалить отсюда. – Ловец притянул его к себе, и они аппарировали.

Как только они оказались дома, Рон тут же был опрокинут на кровать, а сверху его прижало горячее тело. Руки брюнета забрались под футболку.

- Я думал, эта тренировка никогда не кончится, – выдохнул Крам в ухо рыжего и тут же накрыл его губы страстным поцелуем.

Уизли был полностью с ним согласен, но отвечать уже не было ни сил, ни желания. Поцелуй сводил с ума, а руки, ласкающие его грудь и живот, заставили все мысли куда-то улетучиться.
Он даже не заметил, когда Виктор успел раздеться. И понял это лишь тогда, когда его рубашка отправилась куда-то на пол, а к груди прижалась горячая грудь любимого. Во вчерашней темноте у него не было возможности, как следует, рассмотреть ловца. Но сейчас, при дневном свете, он мог отчетливо разглядеть и кубики пресса, и родинку на левом бедре, и большой твердый член. Крам был великолепен.

Не переставая выцеловывать узоры на груди рыжего, Виктор опустил руку и, нашарив возле кровати палочку, прочитал заклинание смазки.

- Скажи, если будет неприятно, – брюнет опустил руку между ног любовника и ввел один палец, второй рукой он обхватил возбужденный член Уизли.

Ощущения были весьма необычные. Стало больно, когда внутри оказались уже три пальца, и Виктор стал двигать ими более активно, растягивая узкое отверстие. Но потом пальцы задели что-то внутри, и Рона прошибла волна удовольствия, отчего тело выгнуло дугой. Он вцепился в простыню и застонал.

- Нашел, – выдохнул Крам.

И тут же пальцы сменил упругий член любовника. Он стал потихоньку проталкиваться внутрь. Войдя уже наполовину, Виктор остановился, давая Уизли привыкнуть к ощущениям, а потом одним толчком вошел до конца. Рон вскрикнул и вцепился в плечи брюнета.

- Обхвати меня ногами и расслабься, так будет легче. – Виктор уже начал двигаться в нем, наращивая темп и стараясь при каждом толчке задевать ту чувствительную точку внутри.

При каждом движении внутри его тела Рона накрывала волна наслаждения, он вцепился в плечи брюнета и, уже не сдерживая себя, стонал в голос.

Ощущая приближение развязки Крам обхватил напряженный член любовника и стал двигать рукой в такт своим движениям. Оргазм накрыл их одновременно и вскоре Виктор без сил упал на любовника, ощущая, как тот неровно дышит под ним.

От этих воспоминаний Рон Уизли ощутил, что возбудился. Но все возбуждение как ветром сдуло, стоило напомнить себе о предстоящем разговоре с женой.

Он уже решил для себя, что не будет скрывать от нее правду. В конце концов, он гриффиндорец и не привык пасовать перед трудностями. Однако разговор с Гермионой казался ему менее пугающим, нежели разговор с матерью.
Выяснение отношений с женой приведет их к разводу, а как объяснить миссис Уизли причину их расставания, Рон не знал. Рыжий тяжело вздохнул и постарался выбросить эти мысли из головы. Скоро должен прийти Виктор, и омрачать последний вечер их «медового месяца» совсем не хотелось.


***

«- Ну же, мальчик, давай.
- Северус?»

Эти слова прочно засели в голове чистокровного мага.
Люциус не помнил, сколько времени стоял там, глядя на опустевшую комнату, на камин, как будто еще надеялся, что ему показалось. Что Северус сейчас выйдет, иронично заломит бровь, и скажет какую-нибудь колкость. А потом тяжесть в груди исчезнет, и на душе станет легко-легко от его язвительной усмешки.

Но Северуса не было, и Люциус знал, кому он дарит свой ласковый взгляд и необычную улыбку.

«Ну же, мальчик, давай.
- Северус?»
Слова отдавались в голове с каждым шагом, каждым вздохом.

«Ну же, мальчик, давай...»
Люциус не помнил, как добрался до поместья и заперся у себя в кабинете. Блондин даже не подходил к столу, просто стоял, опершись на дверь, и судорожно дышал.

«Мальчик...», «Мальчик...», «Мальчик», – это слово, произнесенное бархатным голосом с такой нежностью и заботой, которой старший Малфой никогда не получал от зельевара. А как он хотел, как он жаждал этого. О, да, теперь он понял, что упустил свой шанс, свое счастье, свою... любовь?!

«Мерлин, как больно...» – слезы, все-таки, прорвались сквозь вековую аристократическую маску. Малфой сполз вниз и, раскачиваясь из стороны в сторону, беззвучно вздрагивал.

Сколько он так просидел, Люциус не знал. Один раз он, все-таки, встал и разогнал эльфов, которые неоднократно пытались выяснить, в порядке ли хозяин, и надо ли ему что-то. После чего опять вернулся в ту же позу, прокручивая в памяти воспоминания о Северусе, об их общих бедах и радостях, об этом непостижимом человеке, которого он любил уже очень давно, но не мог себе в этом признаться.
«А теперь я потерял свой шанс... Хотя, возможно, у меня его никогда и не было... Я даже жену-то не смог удержать. Сын, и тот, живет отдельно».

Он вспомнил, как маленького Северуса третировали и слизеринцы, и гриффиндорцы, как он, почему-то, стал его защищать. А потом они как будто поменялись ролями: это Северус всегда был невидимой поддержкой и опорой лорда Малфоя, несмотря на то, что он младше на шесть лет. Много еще вспомнил Люциус: о том, как Северус всегда был за спиной, не давая упасть; о том, как оправдывал его перед Дамблдором после падения Темного лорда; о том, как помог справиться с уходом жены. Зельевар постоянно подбадривал, наставлял.

«Почему? Почему за всеми язвительными репликами в свой адрес я никогда не видел, что он всегда рядом?».

«Ну же, мальчик, давай.
- Северус?»

Картинка с зельеваром, бережно сжимающим юношу в объятьях, опять всплыла перед глазами. Давящее чувство в груди становилось все сильнее. Малфой пришел к выводу, что избавится от него, только напившись до беспамятства. Да, он знал, что это не выход, и потом будет только хуже. Но сейчас это был единственный способ хоть как-то притупить давящее, болезненно пульсирующее нечто внутри.

- Салли, принеси мне огневиски! - крикнул он эльфийке и отправился в гостиную.


***

Драко был занят подготовкой к романтическим выходным. Он целый день что-то готовил, пек печенье и пирожные, расставлял повсюду цветы и свечи. «Гарри будет очень рад. Как же я уже соскучился, мой зеленоглазый львеночек, а ведь еще и суток не прошло», - Драко улыбнулся своим мыслям и продолжил готовиться к самым лучшим выходным в жизни.

Закончив подготовку, он вспомнил, что должен передать какие-то бумаги от Блейза отцу. Оглядев квартиру и удовлетворившись полученным результатом, он отправился в поместье, решив, что если Гарри и придет без него, то ожидание только усилит радость встречи.

То, что он увидел в гостиной, просто лишило юного Малфоя в дара речи. Таким Драко не видел отца никогда: глава семейства в мантии, накинутой поверх пижамы, лежал на диване, прижимая к себе уже почти пустую бутылку огневиски и альбом со школьными колдографиями. Выражение его лица менялось каждые несколько секунд от блаженно-мечтательного до очень печального, казалось, лорд Малфой вот-вот расплачется.

- А, сын, здравствуй! - оторвавшись от созерцания очередного снимка, пролепетал Люциус.

- Отец... Ты... Что? Что случилось?!

В голове Драко пронеслась куча вариантов: от их разорения до возвращения Того,-кого-уже-можно-называть,-но-не-нужно.

- О, да, собственно, сущий пустяк, - Люциус горько усмехнулся и продекламировал: - Сенсация месяца – у Гарри Поттера роман с его бывшим учителем Северусом Снейпом!

- Что?! Этого... этого не может быть! Отец, ты что-то путаешь! - сердце Драко остановилось и понеслось с бешеной скоростью.

«Ошибка! Ошибка! Это какая-то ошибка!»

- А что ты так удивляешься? - Люциус снова усмехнулся. Он никогда бы в жизни не рассказал об этом, но огневиски развязал ему язык, и он продолжил: - Твой крестный – очень привлекательный мужчина и я...

- Но ведь это НЕ ПРАВДА! Этого НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! - Драко уже был на грани истерики.

- Драко, я не понимаю, почему ты так переживаешь? Но, да, это правда. Я сам видел, как они обнимались на ковре у Северуса, сегодня днем, в его комнате, а потом отправились к мальчишке домой, продолжать начатое, - Люциус печально улыбнулся.

- Прости, отец, мне надо кое-что проверить, - с этими словами Драко швырнул на стол документы от Блейза и исчез в неизвестном направлении.




Глава 16.

А старший Малфой продолжил просмотр колдографий, горестно вздыхая каждую минуту, пока его взгляд не наткнулся на документы, оставленные Драко. Недоуменно разглядывая их, Малфой вспомнил, наконец, что ему нужно от зельевара. Блейз просил оборотное зелье, оно требовалось для очередного показа.

«А что мне мешает сделать это сейчас?» - еще некоторое время у Люциуса заняли попытки принятия вертикального положения и время, которое он добирался до камина. Когда он, наконец, взял горсть дымолетного порошка, за окном уже была глубокая ночь. Совершенно не думая о том, который сейчас час, что делает зельевар, и с кем, Люциус шагнул в камин, громко назвав адрес:
- Личные покой директора Хогвартса.

Камин директора находился в спальне. Поэтому первым, что увидел Малфой, был мирно спящий в своей постели зельевар.

Люциус подошел к кровати и присел на краешек, аккуратно поправив сползающее одеяло. Сердце его наполнилось нежностью, когда он увидел, как Северус улыбается чему-то во сне. И поддавшись порыву, Малфой отвел прядь волос со лба зельевара и нагнулся, ласково касаясь губами теплых губ спящего мужчины. Слева на подушке вдруг раздалось яростное шипение, а Северус открыл глаза.
Малфой испуганно вскочил с кровати.

- Люц, это ты? Что случилось? - раздался хриплый сонный голос.

- Сев-верус... А я... Это все ты виноват! - и Люциус спрыгнул с кровати, угрожающе глядя на друга и гадая, в какой конкретно момент тот проснулся.

- Люциус, - Северус сонно жмурился, пытаясь поймать какое-то смутное чувство, - что ты здесь делаешь? И в чем я виноват?

- Где ты сегодня был весь день? Я пришел за помощью, а ты... а ты...

Снейпу категорически не нравились ни явно пьяный Малфой, ни вся ситуация в целом. К тому же, разбуженная Джеймили начала шипеть на незваного гостя. Надо было ее успокоить, но сначала Люциус:
- У меня были неотложные дела в Мунго, но это тебя не касается.

- Что? Ты! Ты – мерзкий... подлый... ОБМАНЩИК!!! Значит, вот что для тебя друг? - выпитый виски сильно давал о себе знать, и благородный лорд Малфой был уже на грани истерики. Единственное, что останавливало его перед желанием разрыдаться – это не менее сильное желание дать по морде жалкому изменнику.

- Сссеверуссс, сскажи ему, чтобы не орал, - Джейм обвила руку Снейпа.

- Мистер Малфой, будьте любезны, убавьте громкость. А если не верите мне, можете спросить у сестры в приемной.

Зельевар поднялся с постели, чуть поморщился из-за тяжести змеи на руке, и подошел к блондину.

- И зачем вы так напились?

- Я НЕ ПЬЯН! И не смей мне указывать, как хочу, так и разговариваю! С кем ты там был?

- Ты пьян, и если не прекратишь на меня орать, я выставлю тебя вон. - Северус нахмурился. - А был я там с...

Он не успел договорить, потому что рептилия позволила себе встрять в разговор:
- Ссскажешь про Гарри – укушшшу.

- ... был я там с Блэком, - не моргнув глазом, продолжил Снейп. - Но это тебя никак не касается.

- С Блэком? Что у тебя с ним?! Ты с ним спишь!- запутавшийся в конец блондин, обиженный и озлобленный, решил винить Северуса во всех грехах.

- Люциус, что ты несешь??? - директор Хогвартса начал уже жалеть, что не выставил этого пьяницу сразу. - Как я могу встречаться с Блэком, если тот ждет ребенка от другого мужчины?

- А почему я должен тебе верить?! Ты же не говоришь, что делал в Мунго с этой шавкой. - Малфой продолжал гнуть свою линию, подозрительно прищурившись.

- А почему я должен отчитываться перед тобой? - змея вторила рассерженным шипением. - Ты мне кто: брат, сват?

- Я.. Ты... Как... как ты можешь? - Люциус истерически всхлипнул и замахнулся для пощечины.

Позволить этому пьяному представителю магической аристократии начать драку Северус не решился. Перехватив занесенную руку так, чтобы Джеймили обвилась уже вокруг двух кистей, фиксируя их, мужчина прижал к себе практически рыдающего друга.

- Отпусти! Отпусти меня сейчас же! Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! Пусти меня! - судорожно всхлипывающий, отчаянно пытающийся вырваться Малфой, вместо этого прижимался к зельевару все плотнее.

- Люц, прекрати, - устало попросил Снейп. - Давай ты сейчас ляжешь спать, а утром уже выскажешь претензии, а я обещаю ответить на все твои вопросы, договорились?

Легко продолжая удерживать мужчину, который хоть и был выше ростом, но совершенно не умел пользоваться своим физическим превосходством, зельевар ждал ответа.

- Я не хочу спать! Ты ничего не понимаешь! Как? Как ты мог так поступить? Ведь я... - дальнейшие слова потонули в потоке рыданий. Но Люциус прекратил вырываться, а только плотнее прижался к зельевару, судорожно вцепившись в его пижаму. Казалось, только поддержка Северуса удерживает блондина на ногах.

- Нет, не понимаю... - Снейп усадил ревущего друга на кровать и начал снимать с него мантию. К его удивлению, под ней обнаружилась пижама, а это значительно упрощало дело. - Давай, прекращай лить слезы и ложись.

- Сев... Не бросай меня... - Люциус судорожно хватался за зельевара и продолжал всхлипывать, как маленький ребенок, у которого отняли любимую игрушку.

- Наказание ты мое, - Северус позволил себе легко провести рукой по волосам друга, - ложись. Я сейчас выйду и вернусь буквально через пять минут. Честно.

- Нееет!!! К-ко-конечно, за-за-чем тебе та-а-кой неудачник... - блондин еще сильнее вцепился в зельевара и всхлипывания возобновились.

- Люц, прекрати себя вести, как маленький. - Мужчина с трудом вырвался из рук друга, затем посадил змею на кровать и твердо произнес: - Сейчас я выйду, схожу в лабораторию и принесу зелье, чтобы твоя голова утром не развалилась на куски. А когда я вернусь, ты будешь тихо лежать в кровати, ясно?

С этими словами зельевар покинул спальню.

- Я ведь его люблю! Но разве такой неудачник, как я, сможет быть рядом с ним? Он сам сказал, что я ему никто. А я уже со змеей разговариваю... - пробормотал Люциус подползшей к нему Джеймили, немного успокоившись, но все еще вздрагивая и сжимая подушку, вместо покинувшего его брюнета.

А Джеймили внимательно слушала излияния блондина, запоминая их на всякий случай, и сочувственно шипела:
- Не переживай так...

Когда Северус вернулся, то застал умилительную картинку: Малфой уже почти спал, свернувшись клубочком и уткнувшись носом в подушку, одной рукой прижимая к себе довольную змею. Подойдя к постели, мужчина на секунду задумался, стоит ли будить друга, но все решила перспектива созерцания утром его мучений.

- Люциус, проснись, алкоголик-недоучка.

- Сееее-верус, - Люциус с необычайно нежной улыбкой протянул руки к зельевару, пытаясь притянуть его в объятия.

- Стоп-стоп, - зельевар отстранился от блондина и протянул ему стакан с зельем, - вот, выпей и ложись.

- Не буду, ты тогда уйдешь, - и блондин недовольно надул губки, очень напоминая при этом своего сына в детстве, и, на всякий случай, схватил Северуса за край пижамы.

- Куда я уйду из собственной спальни? - на самом деле, Снейп хотел уйти спать на диван в гостиной, но понял, что его просто не отпустят. - Я лягу спать здесь.

- Подожди, сначала ответь мне на один вопрос, - Малфой выжидательно уставился на Снейпа, не отпуская несчастной пижамы.

- Сначала выпей, тогда отвечу, - тактику разговора с упрямыми и капризными Малфоями Северус отработал еще на крестнике.

- Не буду! Ты должен ответить, а от твоего зелья я сразу усну! - все-таки блондин был Малфоем до мозга костей, и уступать не собирался.

- Ладно, несчастье мое, задавай свой вопрос, - пришлось смириться с неизбежным. - Но потом – зелье и спать, идет?

- Я, правда, для тебя ничего не значу? Кто я для тебя? Если я «не сват, не брат», почему ты меня не выгнал? - выпалил вопросы Малфой, и даже алкоголь не мог скрыть промелькнувшего страха в его глазах.

- О, Мерлин, послал же ты мне это чудо... - возвел глаза к потолку Северус. - Ты самое постоянное, самое надоедливое и самое близкое, что есть у меня. А теперь пей.

Послушно выпив зелье, Люциус все-таки изловчился и притянул Северуса к себе, сразу же заключив его в кольцо рук, и что-то пробурчал в пижаму зельевара.

- Что ты там бурчишь? - поинтересовался мужчина, устраиваясь поудобнее, но, впрочем, не пытаясь отодвинуться от блондина.

«Мы еще посмотрим, кому ты достанешься, Северус. Даже национальному герою я тебя не отдам. Малфои просто так не сдаются», - вслух он, естественно, этого не сказал, только уютно склонил белокурую голову на грудь зельевара. Лорд Малфой еще немного поерзал, и, заключив Северуса в кокон из рук и ног, не дав ему даже шанса возразить вырваться, пробормотал:
- Спокойной ночи, Северус!

- Спи уже, несчастье мое, спи.

Вскоре друзья сами не заметили, как уснули в объятьях друг друга, не обратив внимания на змею, смотревшую на них очень внимательно.

Джеймили смотрела на блондина, вжимающегося в тело Снейпа, на самого Северуса, который защитным жестом прижимал к себе друга.

«Нда... Кажетссся, мне будет, о чем расссказать Гарри. А Сссеверусс еще наплачетсся ссс этим чудом... Хотя это, уж точно, не мои заботы».

С такими мыслями змея уснула под равномерное дыхание спящих. Уже на самой грани сна и яви ей послышался тихий смех, но сил обращать на это внимания уже не было.


***

Северус проснулся, по своим меркам, неприлично поздно.
Люциус все еще спал, умудрившись во сне почти полностью лечь на друга, уткнувшись носом в шею. Пришлось выбираться из-под него, причем крайне аккуратно, чтобы не разбудить.

Мужчина сел на краю кровати, окидывая взглядом аристократа, который свернулся в клубок, чтобы сохранить исчезающее тепло. Змея скромно пристроилась в ногах блондина и тоже пока не собиралась открывать глаза.

«Пасторальная картина – ребенок и его зверушка», - зельевар улыбнулся своим мыслям и направился в ванную. Он был уже на пороге, когда послышался звук чьих-то шагов за спиной. Резко обернувшись, Снейп оглядел комнату, но никаких чужаков в ней, конечно же, не было. Решив, было, что ему просто померещилось, он еще раз окинул взглядом комнату, и тут его взгляд зацепился за яркое пятно на прикроватной тумбочке.

«А это что такое?»

При ближайшем рассмотрении это оказалось... купидоном. Абсолютно тривиальным, пухленьким младенцем с крылышками и луком на перевес. Другое дело, что сделан он был из застывшего огня, который не обжигал, а всего лишь грел озябшие руки.

Пока мужчина пытался понять, как такое возможно, в его голове появилась смутная ассоциация. Лишь через пару минут до зельевара дошло, где он видел подобное – фотография Джеймса и фигурка из пламени у того на руке! Именно в это мгновение соизволил проснуться Малфой.

- Северус?! Ты где? - проснувшийся аристократ, еще толком не открыв глаза, начался ощупывать пространство вокруг себя в поиска зельевара.

Зельевар продолжал в удивлении рассматривать странный «подарок», не реагируя на вопрос друга, но присел на кровать. Люциус, найдя, наконец, зельевара, вновь заключил его в объятья, используя колени брюнета вместо подушки, и решил продолжить сон.

Почувствовав это, Северус запротестовал:

- Люциус, немедленно прекрати. Либо ложись на подушку, либо вставай.

А Малфой ничего не ответил. Он просто перевернулся на спину так, что его голова осталась на коленях Северуса, и обижено надул губки, что на заспанном лице после буйной пьянки смотрелось весьма комично.

- И нечего дуться, мне надо работать. Сидеть с тобой здесь я не собираюсь, - Снейп потянулся к тумбочке и очень аккуратно поставил на нее купидончика.

- Что это? Это мне? Ты сделал это для меня? - блондин словно вспыхнул от счастья и весь светился. Он судорожно сжал Северуса в объятьях и уже собрался покрыть опешившего зельевара поцелуями...

- Нет, похоже, это подарок для меня... - Северус решил сказать вслух то, во что сам, практически, не верил.

- И от кого же?! - Люциус вскочил с колен зельевара и начал закипать, продолжая вчерашнюю тираду - От твоего молодого любовника? Обманщик, ненавижу тебя! Как ты мог?!

Северуса окончательно достало все происходящее, он встал, сделал шаг навстречу Малфою и отвесил ему слабую пощечину:

- Прекрати немедленно.

Малфой судорожно глотал воздух и смотрел со злобой пополам с обидой, а в глазах уже стояли слезы.

- Можешь делать, что угодно, но оскорблять меня, только потому, что мне сделали подарок, я не позволю, ясно? - Снейп нахмурился, бросая очередной взгляд на фигурку.

- Оскорблять?! Что ты, друг мой, я говорю чистую правду, то, что видел собственными глазами!

- Люц, тебе от выпивки мозги отшибло? - профессор позволил себе повысить голос.

- Мне отшибло? И кто кого оскорбляет! Это не я завел себе молодого любовника, который тебе в сыновья годится!

- А чем тебя оскорбит тот факт, что у меня появится любовник?

- Ты... Я... Ты... Ах, ты... - от возмущения Малфой даже сбился с темы разговора.

- Что? Что я? Что ты? - Северус продолжал забрасывать друга вопросами, неотвратимо тесня его к стене.

- Ты... Ты... Что, счастлив, что трахаешь Золотого мальчика? Да он ровесник моего сына! Тебя привлекла его молодая попка?

От такого предположения Снейп застыл в шоке:

- Я сплю с Гарри?! В каком кошмаре ты это увидел?

- Ну вот, для тебя он уже Гарри, куда же делся Поттер? И ты еще смеешь что-то отрицать! Позарился на молоденького, а еще директор школы!

- Мистер Малфой, - зельевар снова начал медленно приближаться к блондину, - или вы немедленно прекращаете оскорблять меня и близкого мне человека, или же я...

- И ты что? - аристократ элегантно выгнул бровь и очень странно посмотрел на зельевара, была в этом взгляде и обида, и злость, и вызов, и гордость, и что-то такое, неподдающееся определению.

Северус вскинул руку и толкнул Малфоя к стене, прижимая его к ней всем телом и шепча на ухо:

- А не то я с куда большим, чем сейчас, удовольствием возьму фамилию Поттер. И приглашу тебя в качестве свидетеля...

Люциус безрезультатно пытался вырваться из сладостного плена и, собрав все остатки гордости и малфоевского высокомерия, сказал своим обычным высокомерным тоном, за которым скрывались бушующие в душе блондина страсти:

- Куда? На свадьбу? Вы, наконец-то, признали, что у вас есть настолько «близкий» человек, мистер Снейп! Теперь я убедился, что вы – лицемер и лжец! - ярость, злоба и обида боролись в нем с все возрастающим желанием, а также с вдруг напомнившей о себе гордостью. Малфой продолжил попытки вырваться, сам не замечая, что распаляется еще больше, усиливая контакт с чужим телом: - ПУСТИТЕ МЕНЯ УЖЕ, НАКОНЕЦ! Меня ждут дела.

- Буквально пятнадцать минут назад у вас никаких дел не было, и вы спокойно собирались спать у меня на коленях, мистер Малфой, - ехидно напомнил профессор. - И я все жду объяснения, чем же вас так раздражает перспектива вхождения в мою жизнь любимого человека?

- Ваша личная жизнь меня не касается, пока она не касается общественности. Гарри Поттер может входить и выходить куда угодно и сколько угодно раз. Но если директор школы спит со своим бывшим учеником, меня как члена Попечительского совета это волнует в первую очередь, - Малфой зашипел в ответ не менее язвительно. - И потрудитесь меня, наконец, отпустить, я вам не ваш миленький мальчик, которого можно тискать по углам!

«Ты что не понимаешь? Если ТЫ меня сейчас не отпустишь, то потом уже Я тебя никуда не отпущу!»

- Ну, он, все же, БЫВШИЙ ученик, - уточнил Северус, неосознанно прижимая Люциуса к стене еще крепче. - К тому же, могу вас уверить, встречаться с близкими родственниками у меня нет никакого желания.

Зельевар замер, когда понял, что проговорился.
Малфой же был занят тем, что усиленно пытался извернуться так, чтобы спрятать доказательство своей заинтересованности: достаточно внушительное доказательство и более чем заинтересованности.

Но он, все-таки, спросил:

- Какие еще родственники? Что вы несете?! Опять пытаетесь извернуться?! Я не Темный Лорд – со мной эти штучки не пройдут! И будьте так любезны, господин директор, если уж вам так приспичило меня держать – отодвиньтесь, мне жарко...

Северус продолжал машинально удерживать Малфоя какое-то время, а потом вдруг отпустил. Не обращая внимания на удивленного блондина, он вернул свое внимание странному подарку.

Купидончик больше не был застывшим. Пламя плясало, взметаясь вверх, искажало черты детского лица. А еще по комнате поплыл легкий, почти незаметный запах – мужчине в нем чудились нотки столь любимой им корицы... На грани восприятия послышался мужской тихий голос: «Пойду я пока...»

Люциус тоже чувствовал необыкновенный запах, кружащий ему голову: терпкий, пряный, пьянящий аромат вина, приправленного нежными нотками цитруса и страстными аккордами кардамона и гвоздики.
Этот запах пьянил, возбуждал и, как будто, подталкивал его прижаться к зельевару и слиться с ним в волшебном дурманящем поцелуе.

Однако, воспользовавшись, тем что внимание зельевара поглощено не им, Люциус стал пробираться к камину:

- Северус, я жду от тебя письменные объяснения по вопросу совращения студента. У меня всегда были подозрения, что ваши отношения начались еще до времен великой битвы. А сейчас меня ждут дела, я вынужден...

Понимая, что Малфой его о чем-то спрашивает, Снейп взял фигурку в руку, и развернулся к другу:
- Извини, я прослушал. Что ты сказал?

- Я сказал, что ухожу и жду письменный отчет о твоих развратных действиях со студентами! - угрюмо пробормотал Малфой, развернулся к камину и потянул руку за летучим порохом.

- Люц, брось, ты и сам в это не веришь! - скорость, с которой у него менялось сегодня настроение, удивляла самого Снейпа. - К тому же, повторюсь, у меня ничего нет, и не может быть, с Гарри Поттером.

Аккуратно обойдя блондина, Северус водрузил купидона на каминную полку.

- Северус, прекрати уже врать. Я все прекрасно видел своими собственными очами!

- Что ты видел???

- Как ты обнимался с Поттером у себя в кабинете, носил его на руках и шептал нежные слова!

- Ну, видел ты, как я ношу больного племянника на руках, и что?! - Снейп решил идти ва-банк и поделиться гнетущими его мыслями с другом.

- Нет, ты шептал ему на ухо всякие пошлости! Подожди, больного... КОГО?!

- Не шептал я ему пошлостей!

Северус замолчал на мгновенье, а потом продолжил:

- Племянника, Люциус, племянника.

- Какого племянника?! У тебя нет ни братьев, ни сестер! И прекрати отпираться, я ВСЕ ВИДЕЛ!

- Как оказалось, есть... Мне буквально пару недель назад сообщили, что я старший брат-близнец Джеймса Поттера, представляешь?

Люциус ошарашено посмотрел на зельевара и покачал головой:

- Ты что, спишь со своим племянником???

- ЛЮЦИУС!!! - Северус испытывал крайне постыдное желание дать Малфою подзатыльник. - Ты совсем с ума сошел?! Я тебе уже сказал, я с ним не сплю! С чего такая бредовая идея?

- Ты его обнимал... И говорил ему... таким голосом... ты... - Люциус опустил голову, уже начиная понимать, как он ошибся.

- Ему было больно, плохо. Я хотел его поддержать, - Снейп не знал, как можно было так извратить проявление почти отцовских чувств.

- Я... Я не знал... Но почему ты мне сразу ничего не объяснил? А начал выкручиваться? И причем тут Блэк? Зачем ты мне говорил про твой брак? Решил поиздеваться? - на Люциуса вдруг накатила волна стыда, заливая непривычные к такому проявлению чувств, бледные щеки румянцем. - Мне нужно выпить!

- Только если чай, - уточнил Северус, - мне не нужно повторения вчерашнего.

Следующие полчаса зельевар потратил на то, чтобы пересказать Малфою информацию, полученную от Ричардсона. И о настоящих родителях, и о наследстве.

Отдельно упомянул необходимость смены фамилии:

- ...ты себе представляешь меня с фамилией «Поттер»?! Я уже все пути перебрал, даже о фиктивном браке думал...

- А ведь это мысль! - ответил Малфой, коварно улыбаясь.

Он был еще под впечатлением от рассказа, но нормальное общение с зельеваром возвращало его к обычному малфоевскому состоянию.

- В смысле? - вынырнул из собственных мыслей Северус.

- Фиктивный брак, конечно, мой дорогой друг.

- И кого же ты предлагаешь мне в жены? - Снейп решил, что с сумасшедшими спорить - себе дороже.

- А я не предлагаю тебе жену, я предлагаю тебе МУЖА, - продолжал гнуть свою линию Малфой, мило улыбаясь, а мозг уже просчитывал все расходы на свадьбу и искал место для медового месяца.

- Люц... Что ты, в очередной раз, задумал?

- Свадьбу, дорогой мой, свадьбу. Это будет знаменательное события, пригласим небольшой круг лиц – человек двести-триста, не больше.

- Люциус, какая свадьба? - что-то подсказывало опытному шпиону, что он влип.

- Как – какая?! Твоя свадьба. С этим нужно покончить как можно быстрее. К вечеру ты должен подготовит свой список гостей, а остальное я беру на себя. Свадьба будет в следующую субботу, ты у нас человек занятой. Так что выходной день – идеальный вариант.

- И кто же второй счастливый новобрачный?!

- Я конечно! Ты хочешь быть Малфоем-Поттером или просто Малфоем? - проговорил блондин с невинной-невинной улыбкой.

Северус потерял дар речи. С ним такое происходило редко, но чаще всего было связано с неугомонной семейкой Малфоев. Что Драко, что Люциус умели загнать его в тупик.

- Да, а почему я в пижаме? И где моя мантия? - лукаво улыбнувшись, Люциус продолжил: - Милый, это ты меня раздел? Боюсь, тебе придется потерпеть до нашей брачной ночи, не переживай – всего неделя, потерпишь.

Снейп продолжал молчать, в глубине души надеясь, что ему все это снится.

- Ой, змея! Сев, откуда у тебя змея, ты же их терпеть не можешь? Странно, ночью мне приснилось, что я с ней разговаривал...

- Ты... ты серьезно?

- Не знаю, я много выпил. Но мне действительно снилось, что я с ней разговаривал.

- Нет, я про свадьбу.

- А что свадьба? Не волнуйся, от тебя требуется подготовить только список приглашенных и явиться в нужное время в соответствующем виде. А мне пора идти. Столько надо успеть сделать, столько сделать. Северус, что ты такой хмурый? Ты не рад?

- Малфой, ты понимаешь, что ты несешь? Какая свадьба?

Никто из мужчин не заметил, что огненный купидончик вновь застыл, словно улавливая измену настроения.

- Я не понимаю... ты, что, не рад?

- Зачем тебе это, где выгода?

- Какая выгода? Я всего лишь хочу помочь другу. - Люциус делал вид явно обиженного, а сам представлял, в каких позах и сколько раз он будет извлекать эту выгоду.

- Дементор с тобой, делай, что хочешь! - Снейп решил, что терять уже нечего. - Извини, но мне надо к Гарри, я обещал забрать его из больницы.

- Вечером я жду от тебя список приглашенных, иначе я решу за тебя и никаких Гарри в нем не будет!

- Да, конечно, - зельевар уже не обращал внимания на блондина, спешно собирая вещи. Он почти забыл, что будет жить у племянника какое-то время.

- А хочешь, я пойду с тобой? Представишь меня как своего будущего мужа! - с надеждой предложил Малфой.

- Гарри нужны тишина и покой, а ты явно не соответствуешь этим требованиям. Да, кстати, неделю эту я проведу у него. В Хогвартсе вместо меня останется Флитвик.

- У него, говоришь... А он точно твой племянник? - сузив глаза, процедил Малфой.

- Прекрати. Или ты хочешь, в очередной раз, поссориться?

- Нет. Как скажешь, - ссориться Люциус не хотел, поэтому смирился. В итоге зельевар будет его, и теперь уже никто не отнимет добычу. - Я пришлю тебе место и время проведения церемонии завтра. Жду от тебя список. Ну, я пошел... Поцелуешь меня на прощанье, дорогой?

- Фиктивный брак, Люц, фиктивный.

Обогнув Малфоя так, чтобы не задеть его, Северус подошел к кровати и взял с нее змею:
- Джеймили, попрощайся с Люциусом, он нас уже покидает.

Рептилия послушно зашипела:
- Катиссссь уже.

«Фиктивный? А это мы еще посмотрим», - усмехнувшись, Люциус продолжил:
- Я смотрю, ты изменил отношение к змеям. А вы мило смотритесь вместе.

- Джеймили – подруга Гарри, а ты, кажется, спешишь.

- Пока, Джеймили, смотри, чтобы этот тип тебя не покусал, он очень ядовитый. А я могу еще задержаться минут на пять... как раз хватит для поцелуя. Что ты упрямишься, Сев, я же должен убедиться, что ты умеешь целоваться, и...

Как только Джейм поняла, что происходящее отнюдь не радует дядю Гарри, она зашипела, намекая, что еще один шаг, и Люциус пожалеет.

- Хорошо-хорошо, я ухожу. Сев, ты только не забудь, что на свадьбе тебе все равно придется целоваться, и не один раз. Или ты хочешь, чтобы все знали, что наш брак фиктивный? - подмигнув зельевару, Малфой, наконец, исчез в камине.

- Ты хоть понял, на что сссоглассилсся? - уточнила змея.

- Еще не совсем, но чувствую, скоро пойму, - устало вздохнул зельевар. - Но это потом, а сейчас нас ждет Гарри.



Глава 17.

В больнице Св. Мунго уже ждал лечащий врач аврора:
- Мистер Снейп, отлично! Сначала подпишем документы, я расскажу вам, какие меры необходимо принимать...

За следующие полчаса зельевар узнал, что Поттеру необходимо обеспечить полный покой, физические нагрузки снизить до минимума, принимать кучу лекарств три раза в день, больше дышать свежим воздухом, перейти на другой рацион питания...

Когда мужчина вырвался из кабинета и дошел до палаты Гарри, ему хотелось взять и вытрясти из головы всю лишнюю информацию.

- Вот скажи, ты представляешь, сколько инструкций мне дали?
- Представляю, меня ими уже завалили, - вздохнул юноша, приветствуя дядю взмахом руки. - Ты меня отсюда заберешь, правда?
- Именно за этим я и пришел. Сам идти можешь?
- Нет, голова кружится, - развел руками Поттер.

Снейп на это только неопределенно хмыкнул и протянул пакет с вещами:
- Переодевайся.

Спустя пять минут аврор возвестил:
- Я готов.
- Слава Мерлину, а сейчас, - зельевар подхватил удивленно вскрикнувшего Поттера на руки, - мы пойдем домой.

Персонал больницы понимал, что больше они такого не увидят. Директор Хогвартса степенно вышагивал по коридорам, а у него на руках возлежал спаситель мира магов, причем с таким видом, будто всю жизнь провел в таком положении. Эта парочка пересекла холл и исчезла в одном из каминов.


***

- Ненавижу каминную сеть, - пробурчал Гарри, уткнувшись носом в шею Снейпа, - у меня от нее голова вечно кружиться.
- А что я мог сделать, мне запретили с тобой аппарировать. - Зельевар обеспокоено уточнил: - Тебе стало хуже?
- Нет, все нормально.
- Тогда, пойдем, я тебя уложу.
- А ты со мной посидишь немного?
- Посижу, куда я от тебя денусь?

Услышав это, Гарри широко улыбнулся и сильнее прижался к дядюшке.


***

Сбежав из Малфой-мэнор, Драко аппарировал в парк недалеко от дома. Надо было собраться с мыслями. Слизеринец не может себе позволить действовать сгоряча, не разобравшись в ситуации – это правило он запомнил ещё до того, как впервые сел на свою игрушечную метлу.

Люциус был склонен к преувеличениям и паникёрству, только если дело касалось его любимого наследника, но сегодняшнее состояние лорда Малфоя не имело к Драко никакого отношения.

Блондин тяжело вздохнул и присел на скамейку. Сердце упорно отказывалось верить в происходящее, не мог Гарри после ночи любви сбежать к другому. Да и не в характере гриффиндорца так бессовестно врать и использовать людей для своих целей.

«В конце концов, отцу могло померещиться, а драгоценный крёстный мог обниматься с каким-то посторонним брюнетом, - подумал Драко. - Мой Гарри придёт сегодня вечером, мы отлично проведём выходные и посмеёмся над этой глупой ситуацией».

Немного успокоившись и придя в себя, Драко помчался домой, встречать аврора с работы. Но, просидев до поздней ночи в пустой квартире, блондин начал понимать, что Гарри уже не придёт. Захотелось обнять подушку, всё ещё хранящую запах любимых волос, и разрыдаться. Перед глазами отчётливо возник образ отца, напивающегося перед камином, и громом прозвучали те слова: «Сенсация месяца – у Гарри Поттера роман с его бывшим учителем Северусом Снейпом!»
Всё ещё отказываясь поверить, Драко решил непременно найти Поттера и поговорить, узнать правду, понять, что происходит. Не мог он ошибиться, ведь прошлой ночью зелёные глаза его возлюбленного были полны любви и нежности.

Ранним утром хмурый и не спавший всю ночь блондин отвязал от лапки совы письмо. Своё собственное письмо, которое он ночью написал Гарри. Ситуация с Эвансом повторялась – письма не находили адресата. Сжав в кулаке злосчастный конверт, Драко со злостью ударил кулаком в стену.

- Ты не сбежишь от меня, Поттер! - в голосе слышалась зарождающаяся истерика. - Я не отпущу тебя, Гарри! Не теперь, когда я понял, что нашел именно того, с кем хочу быть до конца своих дней! Гарри! Гарри... не бросай меня, прошу... - блондин сполз вдоль стены на пол и забился в рыданиях.

Часа через два немного успокоившийся Драко решил, во что бы то ни стало, найти Гарри и лично выяснить, что произошло.
Однако узнать адрес Героя магической Британии оказалось не лёгким делом: за последние годы интерес к жизни Героя немного поутих, в скандалы он не ввязывался, разгульную жизнь не вёл, повода для сплетен не давал. Журналисты больше не осаждали дом национального спасителя, им вполне хватало присутствия последнего на торжествах по случаю очередной годовщины победы и на мероприятиях Министерства.
Приложив массу усилий, и задействовав множество связей, Драко удалось узнать, где живёт Поттер всего за каких-то четыре часа и тысячу галлеонов.

Аппарировав по указанному адресу младший Малфой с интересом оглядел окрестности. Переехав с площади Гриммо, Гарри купил себе квартирку в пригороде Лондона, в уютном домике на две семьи. Окружённый палисадником забор скрывал от взглядов окружающих отдельный вход и всё, что происходило на частной территории.

«Ну вот, Драко, ты и на месте, - сказал он себе. - И что теперь?»
Взойдя на невысокое крыльцо, Малфой замер. Осталось набраться смелости и постучать, но вот её-то, как раз, и не было. В горле пересохло, ноги стали ватными, но неимоверным усилием воли ему удалось загнать все сомнения в угол сознания и постучать. Дрожа, то ли от холода, то ли от предстоящего разговора, блондин стоял у порога, но в доме не раздавалось ни звука. Постучав ещё раз, уже немного смелее, он прислушался вновь. Тишина.

Решившись на отчаянный шаг, Драко достал палочку. После быстрой проверки он с удивлением обнаружил, что на квартиру наложено всего пара охранных заклинаний и одно отводящее взгляд магглам. Справиться с такой простой защитой для лучшего ученика Хогвартса – пара пустяков. Замок тихонько щелкнул и дверь плавно приоткрылась.

Драко несмело шагнул в темноту коридора.
Неслышно притворив за собой дверь, он, стараясь ступать как можно тише, прошёл внутрь. Квартира, к оформлению которой явно приложило руку одно из ведущих дизайнерских агентств, поражала своей необжитостью. Кухня сияла первозданной чистотой, в гостиной был образцовый порядок и ни одной вещи, которая могла бы указать, что здесь живут. Ни одной книги, забытой на столике у кресла, ни одной колдографии на полке над камином, ни одного сувенира, привезённого из поездок.

В комнате, которая показалась Драко гостевой спальней, вся мебель стояла в чехлах или была запакована в целлофан. Блондин был уверен, что с момента покупки ей не пользовались ни разу. Это угнетало. Малфой не мог поверить, что всегда общительный, весёлый и улыбчивый гриффиндорский мальчишка превратился в одинокого, покинутого друзьями человека.

Только хозяйская спальня создавала впечатление жилого помещения, но Драко очень не понравилось, как она выглядела: смятая постель, разбросанная одежда.
«Как будто её срывали в порыве страсти», - блондин поскорее постарался отогнать от себя дурные мысли.

Стоя в раздумьях посреди комнаты, Драко внезапно услышал шум в гостиной. Стараясь производить как можно меньше шума, он осторожно выглянул из спальни и остолбенел.

Северус Снейп, собственной персоной нес на руках уютно устроившегося там Поттера, который что-то шептал в мантию Грозе Подземелий и улыбался.

Все сомнения враз отпали: прав был Люциус, а Драко – дурак. Последний дурак, которого использовали и бросили, ничего не объяснив, не считаясь с его чувствами. В голове помутилось, глаза заволокло пеленой, и блондин понял, что готов произнести третье непростительное. С трудом взяв себя в руки, он опустил палочку и, вынув из кармана листок бумаги, положил на подушку.

- Прощай, любимый. Если бы даже против нас был весь мир, я бы всё равно боролся, но ты выбрал не меня... Будь счастлив, я не стану тебе мешать... - с этими словами Драко аппарировал, а на подушке сиротливо белел листок со стихами.

«...Я бы плоть твою нежно зажег.
Я бы тело твое остудил...»


***

Устроив Гарри на диване в гостиной, Северус отправился готовить обед. Вернувшись немного позже, он вручил Гарри тарелку с весьма аппетитной на вид и запах пастой по-милански и уселся напротив.

Гарри с удивлением взирал на еду:
- Ты умеешь готовить?
- Гарри, неужели ты думал, что я доживу до своих лет и не научусь этому простейшему из занятий?
- Ну... я вообще не думал... Просто не представлял тебя готовящим еду. - Гарри улыбнулся и стал уплетать за обе щеки - Ммм... Вкусно, спасибо. Ты останешься у меня? - с надеждой спросил он.

- Пока ты не отойдешь от приступа, ведь тебе нужен постоянный уход. Врачи запретили напрягаться.
- А как же твои дела в Хогвартсе? Я не хочу быть обузой и...
- Там я пока оставил Флитвика, к тому же, я надеюсь, что тебе хватит ума спокойно полежать в постели несколько часов без моего надзора. В таком случае, я смогу заниматься и своей работой.
- Хорошо, - Гарри счастливо просиял. - Расскажи, как Джеймили? Она не доставила тебе хлопот?
- Нет. Вот только то, что она потенциально крайне ядовита, меня все же настораживает. Правда, заснуть с ней оказалось намного проще, чем я предполагал.
- Расскажи мне про маму, - внезапно попросил Гарри. - Я понимаю, об отце ты не станешь говорить, но я и не прошу об этом. Просто мне хочется узнать о родителях, как можно больше.
- Про Лили? Неужели тебе за столько лет не у кого было спросить про нее? - Северус недоверчиво посмотрел на юношу.
- Ну, кроме того, что у нее были такие же глаза, мне особо не рассказывали. Сириус и Ремус всегда говорили об отце. А мама... ты ведь дружил с ней? Так у кого мне спрашивать кроме тебя?
- Дружил... Знаешь, твою маму сложно описать, тем более мне, слишком неоднозначно я к ней относился. Ты похож на нее.
- И чем же?
- Открытостью, честностью, желанием помочь всем без исключения... Это у тебя от Лили. Она всегда была убеждена, что может изменить мир, если очень постарается.
- А мне всегда говорили, что я похож на отца. И ты в первую очередь, - усмехнувшись, съязвил Поттер. - Ну, так ты мне что-нибудь расскажешь?
- О, поверь, от отца ты унаследовал не меньше. Так что бы ты хотел узнать? Рассказывать тебе все десять лет знакомства с ней я не могу.

Однако рассказал он много, и, казалось, сам рассказчик светился изнутри, когда тихим, завораживающим голосом рассказывал истории про одинокого маленького мальчика и девочку с огненными волосами, которая была светлым лучиком солнца в судьбах многих людей. Они и не заметили, как проговорили до позднего вечера, а Гарри начал уже зевать.

- Так, ты уже спишь. Ложись, давай, а я все же наведаюсь в Хогвартс. Ты не будешь вскакивать с постели, я надеюсь?

- Я постараюсь. Спокойной ночи... дядя, - с этими словами, лукаво улыбнувшись, гриффиндорец побрел в свою спальню.

Уже собираясь ложиться, Гарри неожиданно заметил листок на подушке. Аврор точно помнил, что ничего подобного, когда он уходил, здесь не было. Пытаясь понять, что происходит, он поднял лист и прочитал первые строки:

«Я бы плоть твою нежно зажег.
Я бы тело твое остудил...»

Поттер с удивлением смотрел на почему-то смутно-знакомые строчки:

«Что это? Это мой подчерк. Странно, так знакомо. Но я этого не писал...»

Гарри продолжил чтение:

«Будто свечи от пламени тают,
Парафина, испуская струю,
Так и губы мои припадают,
Там где слезы оставят шлею»

И уже зная, что прочтет в последних строках, Гарри проговорил в слух:

И дрожащие нежные руки,
Я в ладонях крепко сожму.
И дыханья тревожные звуки,
По ветрам в темноту отпущу.

И от этих стихающих стонов,
И от сладости той теплоты,
Не забудешь рожковых тех звонов,
Что эрогенных зон тишину разбудил. *

«Откуда я знаю стихотворение, если я точно такого не писал?» - тут в голове Гарри вдруг возникли смутные образы разбросанных по подушке светлых волос и капелек пота на светлой коже.

«Мне это когда-то снилось...» - пытаясь погрузиться в воспоминания, Гарри начал чувствовать тупую нарастающую головную боль, поэтому он просто отогнал странные мысли, убрал листок со стихотворением, и лег в постель.

Еще ослабленный болезнью организм нуждался в отдыхе, поэтому Гарри почти сразу погрузился в сон, стирающий непонятные загадочные образы.



***

Взяв с Гарри слово, что тот будет прилежно исполнять предписания врачей, Снейп отправился в Хогвартс. К великому сожалению, в кабинете его поджидал неприятный сюрприз.

- Я вам еще раз повторяю, все должно быть готово в пятницу вечером. Нет, лучше днем! И мне не важно, что вы будете для этого делать, меня это не интересует. Я плачу вам деньги, поэтому все должно быть готово в срок! - восседая в директорском кресле, Люциус раздавал указания странной компании: двум эльфам, пухленькому мужчине в шляпе и серьезной леди, чем-то напомнившей Северусу Минерву.

- Люциусссс, - прошипел зельевар не хуже любимицы Гарри, - какого дементора здесь творится?!

- Вы можете быть свободны, господа. И не забывайте мои слова! - строго продолжил аристократ и уже совершенно другим тоном, когда посетители покинули кабинет через камин, произнес: - А, Сев! Ты принес список гостей?

- Спи... список? Нет.

- Почему, Сев? Я же просил сделать это, как можно быстрей!

- Этих трех людей я могу перечислить и так: Гарри, так как он единственное, кроме меня, заинтересованное лицо, Альбус и Минерва. Последние давно просили меня купить им билеты в цирк, вот и сэкономлю. К тому же, я требую исполнения ряда моих пожеланий.

- Пожеланий?! Все, что угодно, дорогой, но за это выполнишь одно мое.

- Сначала я, или у тебя есть возражения?

- Нет, что ты... Разве я когда-нибудь тебе возражал? - недавно появившаяся ухмылка на лице блондина становилась все шире.

- Прекрасно, - тон Северуса не предвещал ничего хорошего. - Во-первых, если в этом балагане будет участвовать более полусотни человек, я просто там не появлюсь. Во-вторых, если я увижу хоть одну статью, посвященную данной теме, или же замечу около себя журналиста в течение последующего полугода, то мне придется рассмотреть перспективу скорого вдовства. И еще, мы подпишем соглашение о необязательности исполнения так называемого «супружеского долга».

- А что будет, если нарушить твои условия?

- Я очень сильно расстроюсь, - зельевар внимательно посмотрел на блондина, - и, вероятно, совершу несколько необдуманных действий... с крайне плачевными для тебя последствиями.

- Как интересно... «Крайне плачевные последствия»... И что это значит? - Малфой загадочно улыбнулся и продолжил: - А как ты думаешь, что будет, если вдруг появится слух о пикантном романе между директором знаменитой школы и не менее знаменитом ее выпускником, победившем известного темного мага? Думаю, попечительский совет будет очень недоволен. А как же наш выпускник? Это будут крайне плачевные для милого юноши и директора последствия.

- Поверь, Гарри найдет способ заткнуть такие «источники». - Снейп присмотрелся к другу: - А если я узнаю, что этот источник – ты, то вспомню молодость и найду припрятанное издание «Сто самых редких ядов 11-15 веков».

- Я?! Северус, как ты мог подумать обо мне такое? Я твой друг, и знаю, что будет лучше для тебя и твоего племянника. Если пойдут слухи, их уже не остановишь... А зачем мальчику лишние волнения? Так что, лучше тебе придерживаться моего варианта событий.

- И я смею надеяться, что ты меня сейчас с ним ознакомишь? К тому же, отмечу, что ранее ты говорил лишь об одном условии в обмен на исполнение моих.

- Северус, я просто желаю тебе добра. Напомню тебе, что ДРСНТиКРС – очень серьезный отдел. Они принципиально подходят к вопросу наследования титула и фамилии, а также сохранения чистокровных традиций, и обходные пути не приемлют. И если будет хоть малейшее сомнение в истинности брака, департамент начнет расследования. А если их сомнения подтвердятся, на род Поттеров падет тень, и ты, и Гарри будете стерты с родословного дерева, и ваши потомки до восьмого колена не будут иметь права называть себя Поттерами. По крайне мере, так говорится в семейном кодексе Поттеров... – Малфой снисходительно улыбнулся: – Ты не знал? Советую почитать. Поэтому нам необходима пресса, но не беспокойся – этот вопрос будет решен в лучшем виде, а тебя никто беспокоить не станет. Они напишут только то, что нам будет нужно.

Блондин помолчал, а потом продолжил:
- А что касается свадьбы и количества гостей, в наших же интересах убедить всех, что мы горячо и трепетно любим друг друга, это и поможет избежать проблем в будущем. Но если ты так хочешь, я слегка уменьшу список.

- Люциус, пятьдесят человек – это максимум. Никаких журналистов, выкручивайся, как хочешь. Если увижу свое имя в любом месте, кроме колонки «Помолвки, Рождения и Бракосочетания» в «Ежедневном Пророке», то пеняй на себя.

- Хорошо... Все это можно выполнить, но при одном условии – брак должен быть истинным!

- Что? - Северус решил, что ему показалось. Тяжелый день, он устал, а Люциус, наверное... - Ты опять пил?

- Я не пил, ты теперь всегда мне будешь об этом напоминать? Если у департамента возникнут сомнения, они вызовут нас для проверки в течение недели после заключения брака. - Люциус сделал паузу, но вдруг выдал следующее: - Сев, а может, ты – девственник?

- Смею тебя разочаровать, нет, - казалось, еще немного, и Снейп взорвется. - Что ж, ночь на подтверждение я тебе обещаю. Потом я собираюсь продолжать жить своей жизнью. Надеюсь, ты не против?

- Нет, что ты... Одна ночь, – «и ты никуда от меня уже не денешься», – и ты свободен, как птица! Да, Сев, ты забыл – еще мое желание!

- А разве оно уже не прозвучало?

- Когда? Я всего лишь о тебе забочусь. Какой мне от этого толк? Я не понимаю, чего ты так злишься? Тебе же лучше! - блондин продолжал изображать невинную овечку, кокетливо хлопая ресницами.

- Я тебя слушаю, и давай быстрее, мне еще надо просмотреть кое-какие документы и возвращаться к Гарри.
- Между прочим, это даже не желание! Я всего лишь беспокоюсь о нашем общем деле.

- Я. ТЕБЯ. СЛУШАЮ.

- Поцелуй! Это всего лишь поцелуй! - гордо объявил блондин.

- И? - зельевар вздернул бровь. - Если это все – возьми, что хочешь, и выметайся вон. Мне нужно к Гарри.

- Что взять? – Малфой, заготовивший аргументы в свою пользу, слегка растерялся от быстрого согласия зельевара.

- Ну, ты же хотел поцелуй? Вперед, целуй меня, я весь твой, - саркастично протянул брюнет.

- А ты? - робко спросил блондин.

- Что я?

- Ну, это ты должен меня поцеловать!!!

- Да? Извини, в столь неясно изложенном требовании это не указывалось.

- Ну, так в этом-то весь смысл! Я должен убедиться, что ты не опозоришь меня на свадьбе, - нашел, наконец, решение Малфой.

- На свадьбе? И чем это я могу тебя опозорить?

- Тем, что не умеешь целоваться!

- Ну, так проверь меня. К тому же, именно тебе на свадьбе играть ведущую роль. Вот и оцени мои актерские данные.

- Но ты тоже должен выглядеть страстно влюбленным!

- Отчего же... Я просто буду собой, ведь только рядом с тобой, милый, я могу позволить себе не играть никаких ролей, - слова мужчины были пропитаны сарказмом. - Это Малфои могут проявлять чувства в открытую, мне же не пристало походить на мартовского кота.

- Ты просто не умеешь целоваться, Северус! Или боишься! Признай это, и я оставлю тебя в покое... до свадьбы.

- Люциус, а, по-моему, это ты боишься. Твое предложение, тебе и претворять его в жизнь. Я подыгрывать не намерен. Если ты не желаешь взыскать с меня долг сейчас, можешь приплюсовать его к брачной ночи.

- Хорошо, я это сделаю, но если мне что-то не понравится – будешь приходить тренироваться каждый день! - оставив последние слова за собой, Люциус уверенно шагнул к зельевару и остановился, встав почти вплотную.

- Я ошибаюсь, или речь шла о поцелуе? - Северус подавил инстинктивное желание отступить назад. - Да и зачем тебе мое умение целоваться? Практиковать это в нашем «браке» я не намерен.

- Я уже говорил про свадьбу, и про то, что нам должны поверить. Я просто сомневаюсь в твоем знании вопроса, - руки блондина нежно скользили по груди зельевара. - Или ты, все-таки, боишься? А, Северус?

- А ты проверь, - предложил зельевар, непроизвольно облизывая губы.

Вместо ответа, взбудораженный этим невинным движением, Люциус потянул голову зельевара к себе и нежно коснулся губ своего упрямого жениха. Проведя языком по нежным лепесткам, он как бы просил открыться этот бутон, расцвести для одного-единственного человека.

Северус на секунду опешил от неприкрытой нежности, а потом позволил себе расслабиться. Он теснее прижался к блондину и приоткрыл рот, разрешая тому углубить поцелуй.

Шаловливый язычок блондина тут же воспользовался представившейся возможностью, скользнул внутрь и начал исследование, осторожно дразня зельевара, побуждая его ответить.

«Порадовать это белобрысое несчастье или нет?»

Решив, что все же можно доставить немного удовольствия будущему супругу, Северус ответил на поцелуй. Теперь уже он целовал блондина нежно и ласково. Руки, против воли, зарылись в мягкие светлые волосы, медленно перебирая их.

Вдохновленный таким пламенным ответом, блондин попытался вернуть себе инициативу. И поцелуй из нежного становился все более горячим, языки сражались за первенство, пока руки блондина страстно сжимали зельевара.

Как только стало ясно, что Люциус не собирается останавливаться, Северус оттолкнул его:
- Что ж, ты получил, что хотел, а теперь мне надо идти. Я обещал племяннику вернуться как можно скорей.

Все это мужчина произнес так спокойно, будто его сейчас не целовали, а сообщали новости типа «Завтра будет солнечно, небольшие осадки во второй половине дня».

- Что ты сказал? - Люциус, еще не отошедший от поцелуя, вновь потянулся к зельевару.

- Что тебе пора домой, а мне к Гарри. Так что, думаю, на сегодня наше общение исчерпало себя.

- Подожди. Я же сказал, что если мне что-то не понравится... - и, ухмыльнувшись, блондин опять приблизился к зельевару вплотную.

- Поверь, по твоей реакции видно, что тебе очень даже понравилось. Но об избавлении от мучающей тебя эрекции разговора не было, так что покинь мой кабинет.

Малфой чуть не растерял все свое самообладание, но все же собрал волю и, скопировав любимый жест зельевара, скрестил руки на груди:

- А если я никуда не уйду?

- Воля твоя, можешь здесь хоть ночевать, - с этими словами брюнет воспользовался той привилегией, что есть только у директоров Хогвартса: он аппарировал прямо из замка.

Оказавшись, наконец, в квартире Гарри, он, первым делом, проверил юношу. Тот спокойно спал, и Северус направился в гостевую комнату. Быстро приняв душ, зельевар залез в постель и мгновенно отправился в объятия Морфея.

А Люциусу осталось только отправиться к себе для избавления от насущной проблемы. Но воспоминания о поцелуе и их будущей ночи – «Ночах!» – поправил себя аристократ, - придавали Малфою уверенность, что в этом споре он, все-таки, выйдет победителем.

___________

* (с) «Я бы плоть твою нежно зажег», автор Дмитрий Богатов



Глава 18.

Драко не помнил, как вернулся домой.
Не раздеваясь, он упал на кровать. Его мир рухнул, погребя под обломками надежду на счастье, но слёз не было. Злости ни на Гарри, ни на крёстного, как ни странно, тоже. Просто пустота.
Все мысли и чувства, словно заволокло туманом, у которого был привкус безнадёжности. Он был липким, как патока, и густым, как желе. Драко казалось, будто он видит дурной сон, где всё происходит не с ним, а с кем-то еще.

Малфой не знал, сколько времени он пролежал, глядя в потолок. Очень хотелось пить и, поднявшись, Драко медленно пошел на кухню.

На столе стоял великолепный торт, вершина кулинарного мастерства блондина, который он вчера приготовил в ожидании любимого. Внутри будто лопнула какая-то струна, сердце болезненно сжалось, а мысли стали чёткими и ясными. Теперь Драко отчётливо понял, как ему поступить.

Включив воду в ванной, он прошёл в комнату, сел за письменный стол и каллиграфическим почерком вывел несколько строк на гербовой бумаге Малфоев.

Раздевшись и аккуратно сложив свою одежду, Драко залез в ванну. Немного полежав в теплой воде, он ещё раз всё обдумал. Это был лучший выход и, больше не сомневаясь, блондин взял бритву.


***

Блейз аппарировал в гостиную, как всегда, без предупреждения. К его огромному удивлению, Драко не появился, произнося возмущённую речь о праве на частную жизнь и неприемлемости внезапных визитов, хотя явно был дома: на диване лежала скинутая мантия, а рядом валялась волшебная палочка.

Окликнув хозяина, Забини не получил ответа, и пошел искать Драко самостоятельно. Он услышал из ванной шум льющейся воды. На лице Блейза заиграла похотливая улыбка. Наконец-то! Такой шанс застать Малфоя в душе голышом выпадал крайне редко.
Тихонько приоткрыв дверь, Забини замер на месте. В ванной, полной кровавой воды, лежал бледный, как мел Драко, а из хрупкой руки, что свисала с бортика, тонкой струйкой сочилась кровь.

Блейз отреагировал мгновенно. Быстрым движением палочки он остановил кровь, затянул раны и, схватив безвольного Драко, тут же аппарировал к знакомому колдомедику, который, хоть и брал за приём огромные суммы, но был хорошим врачом и не отличался болтливостью.

- Вы вовремя остановили кровь, - хмуро сказал доктор, осмотрев пациента. – Ещё несколько минут, и этого молодого человека уже ничто не могло бы спасти. Его жизнь уже вне опасности, а я больше ничем помочь не могу. Сейчас дам вам лекарства, и можете забирать этого господина. Теперь ему необходим покой и регулярный прием зелий. В физическом плане он скоро будет в порядке, однако настоятельно рекомендую внимательно за ним наблюдать, во избежание повторения этого неприятного инцидента.

Блейз с облегчением аппарировал с Драко к себе домой, предварительно закутав блондина в свою мантию. Аккуратно уложив в постель всё ещё бессознательного Малфоя, Забини устало опустился рядом.

- Да что же ты творишь, Драко? – на всегда невозмутимого Блейза было страшно смотреть. Руки дрожали, голос срывался, в глазах застыли слёзы. – Что же с тобой случилось? Почему не пришел ко мне? Почему не поделился проблемами? Мы бы вместе всё решили!

Драко слабо застонал.

Убедившись, что Малфой пришел в себя, и его жизни уже ничто не угрожает, Блейз решил вернуться к нему домой и привести квартиру в порядок. К Драко мог в любой момент придти отец, а ему ни к чему было видеть окровавленную ванну.

- Потерпи, Драко! Я вернусь через пять минут! - убрав, на всякий случай, все опасные предметы и заперев все двери, Забини снова аппарировал в квартиру Малфоя.


***

Блейз очистил ванну от крови и огляделся. В бритву, которой Драко резал вены, Забини со злости запустил заклинание, и она рассыпалась кучкой пепла.

Немного успокоившись, он стал осматривать квартиру. Надо проверить, не осталось ли ещё чего-либо, связанного с неудачным самоубийством. Внезапно вспомнив, что забрал Драко абсолютно голым, Блейз пошел за вещами блондина.

На столике в спальне он заметил аккуратно свёрнутый лист бумаги. Бегло прочитав его, Забини зло скомкал бумагу и сунул в карман.

- Идиот! Я-то думал, что-то серьёзное случилось, а у него любовь несчастная! Я ещё поговорю с тобой на эту тему, Драко. Придётся хорошенько вправить тебе мозги!

Взяв несколько вещей для друга, Забини аппарировал обратно. Палочку Малфоя он пока решил тому не отдавать.


***

Драко медленно приходил в себя. Он слышал хлопок аппарации, но даже не стал задумываться, куда мог направиться Блейз. Больше всего ему хотелось сжаться в комочек, забиться в какой-нибудь угол и постыдно разреветься. Хотелось просто исчезнуть...

Так он и пролежал, предаваясь грустным мыслям, пока не услышал тихие шаги. Повернувшись посмотреть, кто это, он встретился взглядом с весьма рассерженным другом.

- Очнулся? Может быть, тогда объяснишь, что за фигня происходит?

Драко продолжал смотреть в одну точку, не реагируя на Забини. Затем он перевел взгляд на друга:
- Ничего не происходит.

- Да ты что? Неужели? Мне, наверное, тогда показалось, что мой лучший друг решил вскрыть себе вены?!

- Тебя это не касается, никто не просил тебя вмешиваться.

- Знаешь что, я всегда считал тебя сильной личностью, а ты, оказывается, жалкий трус, который бежит от проблем! - голос Блейза сорвался на крик. – Ты – Малфой, но забыл об этом из-за того, что тебе отказала какая-то шлюшка?

- Не смей его так называть! - Драко в гневе попытался вскочить с кровати и дать друг пощечину, но не рассчитал силы и в изнеможении повалился обратно.

- Драко, он это или она, мне абсолютно без разницы, ты же знаешь. Я просто сегодня увидел, как мой лучший друг чуть не ушел из жизни. Я боюсь потерять тебя. Пожалуйста, расскажи мне! Давай попробуем решить всё без радикальных мер!

- Блейз, не стоит. - Драко зарылся лицом в подушку, подозрительно всхлипывая. - Не хочу об этом говорить. Он счастлив, а это главное.

- Да чихать мне на него! Я же о тебе, кретин, беспокоюсь! Драко, ну, пожалуйста, поговори со мной! - Блейз присел на кровать и ласково погладил блондина по спине.

- Блейз, понимаешь... он сам... ко мне, - Драко продолжал плакать в подушку, судорожно вздыхая после каждого слова, - а потом... он же обещал, понимаешь?

- Ну-ну... иди сюда... - Забини прилег рядом и обнял Драко.

Малфой вцепился в него и разрыдался. С каждой минутой напряжение отступало, ласковые слова друга, которые тот шептал ему на ухо, успокаивали, и Драко сам не заметил, как уснул.


***

Блейз проснулся на рассвете. Вечером он заснул рядом с Драко, прижимая его к себе. А потом ему приснилось, что он не успел, и Малфой умер. И Забини пришлось объяснять убитому горем Люциусу, что это он, Блейз, виноват в смерти юноши.

«Слава Мерлину, всего лишь сон!»

Драко заворочался в объятиях друга и открыл глаза.

- Драко, тебе лучше? - модельер понимал, что вопрос звучит глупо, но, все же, именно этого волновало его сейчас больше всего.

- Блейз?

- Что? Я волнуюсь, доктор, конечно, сказал, что все в порядке, но...

- Если доктор сказал, наверное, так и есть, - Драко вновь прикрыл глаза и устало вздохнул.

- Драко, ты можешь объяснить, что произошло? - попросил Блейз.

- Ничего. Я не хочу жить, - тихий безэмоциональный голос пробирал до костей.

- Послушай меня, это тебе сейчас так кажется. Давай, ты мне все расскажешь, и мы с тобой решим, как все можно исправить, - предложил Забини, крепче прижимая друга к себе.

- Зачем? Он счастлив с ним...

- Кто – он? Еще пару недель назад ты утверждал, что у тебя никого нет.

- Не было... А может, и было? Может, было что-то раньше? Столько возможностей, а я все упустил...

- Драко, я ничего не понимаю... Что было раньше, о ком ты? Какая дрянь могла за полмесяца влюбить тебя в себя, а потом бросить?

- Не смей его оскорблять!!! - рассерженно зашипел Малфой. - Это я виноват. Надо было раньше понять. А я так себя вел... А в школе... Был таким идиотом...

- В школе? Я его знаю? И кто же из наших бывших соучеников довел тебя до такого состояния?

- Знаешь? Его все знают, - Драко горько усмехнулся - И никто не знает его настоящего.

- Все знают?! Драко, только не говори, что это чертов Поттер!!!

- Поттер? - Драко грустно улыбнулся и нежно прошептал: - Гааарри... Какая сейчас разница?

- Какая разница? - Блейз просто не понимал, что происходит. - А такая, что теперь я знаю, что мне надо мстить этому Мальчику,-Который-Выжил-И-Стал-Образцовой-Сволочью... Что ты в нем нашел?!

- Не смей!!! - Драко навалился на Блейза и схватил на плечи: - Слышишь, не смей!!! Ты не приблизишься к нему, или я тебя прокляну!!!

- Из-за этой шлюхи ты поссоришься со мной? Какого черта ты вообще с ним связался?! Чем тебя не устроил тот маггловский поэт, Эванс? Ты же так им восхищался!

- Эванс?! - Драко истерически расхохотался и отпустил опешившего Блейза.

- Драко? Драко, что происходит? - Блейз резко сел и отвесил Малфою слабую пощечину. - Драко, прекрати!

Малфой, немного успокоившись, закрыл лицо руками, и устало повторял: - Эванс, Джеймс Эванс... Поттер... Джеймс... Гарри. Чертов Гарри Джеймс Поттер-Эванс!

- Что?!

- Блейз, уйди, пожалуйста. Ты не видишь, мне плохо. Я хочу побыть один...

- Драко, послушай себя...

- Не хочу. Я ничего не хочу. Пусть он будет счастлив с ним.

- Но ведь эта дря... Поттер не единственный человек на свете! Не стоит так убиваться из-за него.

- Он единственный... Таких больше нет... И не будет, никогда.

- Драко, - Блейз внимательно посмотрел на Малфоя, - тогда почему ты сдался?

- Потому что он любит другого. Он счастлив. Я лишний и должен уйти. Мерлин, зачем я тебе все это говорю?

- Потому что тебе НАДО выговориться...

- Блейз, я ничего не понимаю...

- Я тоже ничего не понимаю! Ты ведь слизеринец, а мы всегда добиваемся желаемого! Что есть у этого пресловутого другого, чего нет у тебя?

- У него есть любовь Гарри.

- Так отбери! Докажи Поттеру, что ты лучшее, что может с ним произойти.

- Я не могу... НЕ могу им мешать! Ты бы их видел...

- Кого их? Поттера и...?

- Неважно, - Драко грустно усмехнулся.

- Почему? Очень даже важно. Трудно будет помочь тебе отбить Поттера, если не знать, с кем надо бороться, - пожал плечами Забини.

- Я не хочу никого отбивать! Я ничего не хочу! Я ничего не понимаю! Зачем он... А, теперь это не важно... Ему хорошо. Я не буду мешать.

- И с кем же так хорошо нашему Золотому Мальчику?

- Крестный... Он... Он выглядел таким нежным.

- Чей крестный? Твой???

- Ну, не его же!

- Во второй вариант я поверю больше, - Блейз удивленно глядел на Драко. - Ты уверен? Снейп же его ненавидит!

- Я тоже не верил... Пока не увидел своими глазами... И отец, он застал их, когда они сплелись в объятиях прямо на ковре. Но я не понимаю, почему? Почему, после нашей ночи...

- Драко, а ты уверен? Ну, мало ли, почему он мог обнимать Поттера?

- А зачем же, по-твоему? Почему двое мужчин обнимаются, носят один другого на руках и наслаждаются обществом друг друга? И все это в доме Поттера! Почему?

- Нуууу...

- Вот видишь. Все ясно. Мне нечего делать в этой любовной идиллии. Только до конца дней вспоминать, как подарил девственность Мальчику,-который-пришел-увидел-победил. Блейз, я не выдержу! Эти воспоминания... Они давят... Зачем, зачем ты меня остановил? Почему я не умер? Так было бы проще. Всем.

- Нет, так не проще! Ты подумал об отце? Что бы он почувствовал, если бы я не успел?

- Он... он... Не знаю. Он бы справился. Зачем ему сын-неудачник?

- Драко, то, что тебя бросила какая-то сволочь, еще не делает тебя неудачником.

- ЕСЛИ ТЫ ЕЩЕ РАЗ СКАЖЕШЬ, ЧТО ОН СВОЛОЧЬ, Я ДАМ ТЕБЕ В ГЛАЗ!!!

- А как я должен называть его? Он довел моего лучшего друга до такого...

- Теперь можешь никак не называть. Это не важно.

- Хорошо, если ты так хочешь – пусть. Но гробить себя, я тебе не дам!

- И что мне предлагаешь? Сплясать на их свадьбе? - язвительно процедил Малфой.

- А хоть так! Ты должен показать ему, что он потерял! И чтобы он на коленях к тебе приполз!

- Я не знаю. Я устал и ничего не хочу, - Драко перевернулся на бок и закрыл глаза.

- Хорошо, продолжим разговор позже. Пока отдыхай.



***

Гарри страдал от безделья.
Сутки провалявшись в больнице под присмотром врачей, и ещё почти двое суток дома, под пристальным наблюдением Северуса, он был готов лезть на стену.
Головная боль немного притупилась и практически не мешала, однако заботливый дядюшка не разрешал юному герою даже подниматься с кровати, пока разъярённая Джеймили, которую Гарри довёл просьбами уговорить Северуса разрешить ему вставать, не пригрозила зельевару укусом.

Первые несколько часов Снейп неотступно следовал за Гарри по пятам по всей квартире, вероятно, думая, что тот свалится по дороге. Но опасения Северуса не подтвердились: Гарри выглядел бодро, на плохое самочувствие не жаловался, и ему, наконец-то, было разрешено вести нормальный образ жизни, а не изображать из себя овощ на грядке. Однако на работу ходить ему категорически запретили, и в этом все его друзья были единодушны. Ремус договорился в аврорате, и Гарри получил долгий отпуск.

Поттер решительно не знал, куда себя деть. Раньше весь его день был расписан по минутам, а теперь, лишённый работы и вдохновения герой прибывал в унынии.
Физическими упражнениями ему запретили заниматься, угрожая насильно привязать к кровати, и, насколько Поттер знал характер своего дяди, тот непременно выполнит угрозу.

Слоняясь без дела из угла в угол, Гарри вспоминал свои сны, такие сладостно-томительные и возбуждающе яркие. В них, то и дело, мелькал сероглазый ангел, призывно протягивающий к нему руки. Мягкий шелк снежных волос, нежность губ и опьяняющий запах ванили преследовали Гарри весь день, а ночью опять воплощались во сне в смутный образ, к которому Поттер стремился всем сердцем, но, как бы не старался, так и не мог догнать.

Вчера, засыпая, Гарри непременно решил начать поиски Дафны.
В тот памятный вечер показа она обещала сама с ним связаться, но совы он так и не дождался. Поверить, что он не нужен ей, Поттер отказывался: ведь они были связаны самой судьбой, он это чувствовал.

Проснувшись, позавтракав, и выпив кучу настоек и зелий, что литрами вливал в него новообретённый дядя, Гарри стал одеваться.
На это утро был запланирован поход к Забини, с целью узнать адрес Дафны. Гарри ещё неделю назад хотел нанести визит слизеринцу, но сначала был завал дел в аврорате, а потом, и вовсе, приступ, так что поиск любимой пришлось отложить до лучших времен.

Сегодня герой был настроен решительно. Даже удалось убедить Северуса, что прогулка на свежем воздухе не повредит здоровью, и в сопровождающих он не нуждается. С достоинством выдержав изучающий взгляд Снейпа, Гарри был отпущен, с условием не нервничать и немедленно воспользоваться портключом до дома, в случае малейшего недомогания.

Гарри аппарировал по уже известному ему адресу.

Офис Забини находился на Мерлин-стрит, довольно оживлённой улочке магического Лондона. На рекламном буклете фирмы знаменитого модельера изображался двухэтажный особняк, окруженный деревьями. В здании было два входа, один из которых вёл в маггловскую, а другой в магическую часть Лондона. На первом этаже здания находились приёмная и помещение для кастингов, на втором располагались мастерские, но, вообще-то, этажей было три, просто самый верхний был тщательно скрыт от посторонних глаз специальными заклинаниями.

Если бы Гарри не просмотрел личное дело Забини, воспользовавшись служебными полномочиями главного аврора, то он никогда не догадался бы искать квартиру модельера на крыше офиса.

Собравшись с духом, Гарри шагнул внутрь. Миловидная секретарша, судя по внешности, бывшая модель, сообщила, что мастер отсутствует, и когда появится неизвестно.

Уходить, не поговорив с бывшим слизеринцем, Гарри не хотел, а потому решил посмотреть, что творится в квартире Забини. Выйдя из офиса, он свернул в ближайшую подворотню и, убедившись, что за ним никто не наблюдает, перекинулся в свою анимагическую форму.





Глава 19.

Кот ловко забрался по дереву и начал всматриваться в окна скрытого от всех этажа. На кухне ничего интересного не было, в гостиной тоже, ещё несколько комнат были пусты, но в дальнем окне мелькнул силуэт. Гарри быстро перебрался на другую ветку и подполз поближе.

За окном стояла Она. Его Дафна. Она, вероятно, только что вышла из душа: на ней был банный халат и полотенце, намотанное на голову. Несмотря на то, что она не поворачивалась лицом к окну, он сразу же узнал её. Эта царственная осанка, длинная шея и стройная фигура могли принадлежать только его единственной.

В комнате внезапно появился Забини, и начал что-то говорить. Судя по выражению его лица, ответы Дафны его не очень устраивали: он хмурился, бурно жестикулировал и мерил шагами комнату. Внезапно остановившись, он резко схватил девушку за плечи и крепко обнял.

Если бы возле уха Гарри в этот момент прогремел взрыв, он бы его не услышал и не увидел. Кровь бешено стучала в пушистых ушах, взгляд был прикован к парочке за окном. Хотелось отшвырнуть Забини от Дафны и задушить поганца собственными руками (или лапами).
Или проклясть Непростительным. Как он смеет прикасаться к такому совершенству своими грязными ручонками? Что он себе позволяет?! Ревность, клубком ядовитых змей, копошилась в груди; когти впились в ветку, разрывая её на части, шерсть стала дыбом, а изо рта раздалось угрожающее шипение.

Дафна долго стояла, не шелохнувшись, в объятиях Блейза, но потом несмело обняла его в ответ и опустила голову ему на плечо. Если бы Гарри не находился в анимагической форме, то непременно проклял бы Забини.

Сколько парочка простояла в такой позе, Поттер не знал. Он не ощущал времени. Секунды летели то мучительно долго, то невероятно быстро. Сердце бешено колотилось, готовое разорвать грудную клетку, в глазах полыхало пламя, когти увеличились вдвое и уже пронзали ветку насквозь, а по шерсти волнами пробегали молнии. Так магия пыталась вырваться из-под контроля и дать выход ревности.

Наконец, Блейз вышел, а Дафна, постояв ещё немного, начала переодеваться. У Гарри моментально пересохло в горле. Девушка скинула полотенце с головы, и по плечам рассыпались ещё чуть влажные белоснежные волосы, которые, почему-то, оказались короче тех, что Гарри видел в день показа. Затем последовала очередь халата, и Гарри с замиранием сердца, сгорая от ревности и желания, жадно изучал взглядом каждый сантиметр медленно обнажающегося прекрасного тела с лилейной кожей, тонкой талией и упругими полушариями ягодиц. Тела, которое оказалось... мужским?!

Гарри был в шоке: он спутал свою любимую с каким-то парнем, да на него, наверное, нашло умственное затмение. Его чувства будто сошли с ума, они кричали: «Вот она! Вот твоя любовь, стоит прямо перед тобой! Хватай! Не упусти своё счастье!», однако, умом он понимал, что обознался. Но парень, действительно, был похож на Дафну: и фигурой, и цветом волос.

«Возможно, это её родственник», - пронеслось в голове Гарри.


Но все мысли разом покинули Мальчика,-Который-Обознался, когда молодой человек повернулся к нему лицом.

МАЛФОЙ.
Хорёк Малфой.

Это был именно он! Поттер, ругая себя, на чем свет стоит, собрался уже слезть с дерева, но вдруг взглянул на Драко и замер. Слизеринский принц, уже переодевшись, смотрел в окно, на хмурое осеннее небо, и было что-то такое в его взгляде, отчего сердце немедленно сжалось в тугой комок.
Столько тоски и обречённости было в глазах цвета ртути! Гарри, как загипнотизированный, подобрался поближе и залез на подоконник. С близкого расстояния стали видны и покрасневшие глаза Драко, и его измождённый вид, и странная напряжённость в теле, будто он из последних сил старался держаться прямо и не скрючиться где-нибудь в уголке, обняв себя руками.

Гарри недоумевал, что у Малфоя случилось, кто мог довести его до такого состояния? Захотелось найти этого наглеца и хорошенько надавать затрещин, а самому утешить это белобрысое недоразумение, обнять, как пару минут назад обнимал Блейз. При мысли о Забини в груди снова заворочалась ревность: «Да как этот подлец посмел!» Умом Гарри понимал, что не должен больше ревновать к модельеру, ведь Драко не Дафна, но чувствам были безразличны доводы рассудка.

Тем временем, Драко заметил на подоконнике кота. Осторожно приблизившись к окну, он открыл створки и медленно протянул руку. Животное не убежало. Малфой легонько погладил мягкую шерстку. Кот сначала сжался в комок, но потом расслабился и сам потянулся за ускользающей рукой.

Гарри было безумно приятно ощущать прикосновение Драко. Хотелось продлить контакт с нежной ладонью подольше, и Поттер сам не заметил, как полностью растворился в этих ласковых поглаживаниях и начал мурчать. Из нирваны его вернул тихий шепот:


Надо, надо, надо,
Сердце зажать от боли!
И не единым взглядом
Не выдать себя более.

Надо, надо, надо,
Зубы, стиснув, терпеть,
Пока онемеет сердце
И перестанет болеть.

Надо, надо, надо,
Жизнь чужую не трогать.
И со своею болью
Идти своею дорогой.

Надо, надо, надо,
Вынести невыносимое.
И растоптать свою радость,
И разлюбить любимое.

Во имя чего осуждаю
Себя на горе такое?
Во имя чужого счастья,
Во имя чужого покоя... *


Малфой, продолжая ласкать кота, с невыразимой тоской смотрел в небо и шептал стихи, которые поразили анимага в самое сердце. Голос бархатными переливами ласкал слух, и если бы в нем не было столько горечи и обречённости, его хотелось слушать снова и снова.

- Драко! - из глубины квартиры раздался голос Забини. Блондин вздрогнул и обернулся на звук. - Ты идёшь завтракать, или мне тебя силой в столовую привести?

- Прости, котик, - тихо сказал Малфой, обернувшись к Гарри и погладив его по голове. - Продолжим как-нибудь в другой раз, - и, закрывая окно, уже громче: - Иду, Блейз!

Спустившись на землю и приняв человеческий облик, Гарри попытался разобраться в произошедшем. Сегодня он впервые увидел Малфоя без маски холодного и жестокого аристократа.
Тот оказался нежным и ранимым – его хотелось защитить, успокоить, согреть. А ещё найти того подлеца, из-за которого прекрасные серые глаза покраснели от слёз, и проклясть как можно скорее и жестче.

За переживаниями последних минут, Поттер не сразу вспомнил, зачем пошёл искать Забини. Гарри в растрепанных чувствах вернулся домой; вместо образа Дафны в его сознании упорно маячил Хорёк.



***

По возвращении Гарри отчитался о самочувствии, выпил очередную порцию лекарств и был отпущен на свободу. Воспользовавшись этим, он прошмыгнул в свою спальню и в изнеможении опустился на кровать.

- Джеймили... Я, кажется, схожу с ума.

- Ну, это почти не новосссть. Что ссслучилосссь на этот раз?

- Я влюблен в одну прекрасную девушку, помнишь ее? Дафну?

- Помню.

- Я сегодня перепутал с ней Малфоя, а потом приревновал его! Это же полный бред!

- Возможно, это не бред...

- Что значит – не бред? Он же Хорёк! Парень!!! Я люблю другого человека! Но... Но он был такой... Такой... Его так хотелось утешить. Прижать к себе, целовать заплаканные глаза, шептать на ушко всякие нежности... Убить того, кто посмел расстроить это чудо! - Гарри на секунду зажмурился, пытаясь отогнать непрошеные мысли. - Вот видишь! Я сошел с ума!

- Я бы объяссснила, шшто ты не прав... Но сссейчасс ты сссслишком взволнован. Успокойссся. Все хорошшшо...

- Хорошо?! Да что здесь хоро... - слабая вспышка боли заставила умерить пыл. - Ты понимаешь, что мы оба парни?

- Тишшше... Все хорошшшо... В этом нет ничего ненормального. Вот твой дядя скоро выйдет замуж за мужчину.

- Да причем здесь Северус? Он может хоть трижды... ЧТО?!

- Ты слышал. В субботу у Сссеверуса сссвадьба. Ссспроси ссам.

Пару секунд Гарри просто пытался переварить столь шокирующее известие, а потом:

- СЕВЕРУУУС!!!

В комнату, огромной летучей мышью, тут же влетел зельевар:

- Что случилось? Тебе плохо? Опять голова? Я так и знал, тебе нельзя было вставать!

- Ты выходишь замуж??? - юноша вцепился в брюки мужчины так, что ткань начала трещать.

- Кто... - Северус опешил от такого неожиданного вопроса. - Кто тебе сказал?

- Джеймили. Так это правда? - требовательно переспросил юный аврор.

- Проклятая змея!

- Я пойду, пожалуй... - прошипела Джеймили, скользя под кровать.

- Северус, ЭТО правда? - Поттер продолжал дергать дядю за штанину, пытаясь добиться ответа. - С Джейм ты потом разберешься! Ответь мне!

- Правда, - хмуро промолвил Снейп и добавил с сарказмом: - Приглашаю в субботу на свадьбу.

- Кто он?!

- А это имеет какое-то значение?

- Я же должен знать, кому сочувст... Кого поздравлять! - вовремя выкрутился Гарри. - К тому же, мне интересно! И к чему такая спешка?

- Что ж, если тебя это так волнует, то мой избранник – лорд Люциус Малфой.

- Кто?! - юноша подумал, что ослышался. - Ты выходишь замуж за Малфоя-старшего? С чего вдруг?

- Ну... Он мой старый друг. И... Так нужно... - разговор явно не доставлял зельевару удовольствия.

- Кому и зачем нужно? Не темни, прошу, - Гарри, наконец-то, отпустил штанину дяди и приглашающе похлопал по кровати рядом с собой.

- Я не хочу быть... Поттером. Даже если из-за этого придется быть Малфоем.

- Я так тебе ненавистен?!

- Нет, ты тут не причем! Ты всегда будешь моим племянником! - Северус улыбнулся уголками губ и взъерошил волосы Гарри. - Пойми, просто... Просто это вопрос принципа. Это никоим образом не касается тебя, или... Джеймса. Знаешь, я даже думаю, что мы с ним могли бы поладить, если бы не были упрямыми ослами.

- Не понимаю. Ты готов простить моего папу, но не можешь взять его фамилию?

- Приблизительно так. За столько лет я просто привык, что фамилия Поттер значит неприятности, проблемы и необходимость брать на себя неприятные обязанности. Я не представляю, как сам буду отзываться на «профессор Поттер».

- И из-за этого ты соглашаешься на брак с... мужчиной?!

- А причем здесь это? Ты ведь не возражал против брака Блэка и Люпина?

- Но... Они... Они любят друг друга!

- А Люциус просто пообещал мне помочь. Да и я... - Северус поспешил оборвать фразу. - В целом, можешь принять это как факт: я вступаю в фиктивный брак.

- Но... Ведь это... Неправильно! А он тебя любит?

- Не думаю. Для него это очередная игра, - в голосе слишком явно слышалась боль, и зельевар попытался сменить тему. - Почему ты пришел столь расстроенным?

- Но он же был женат... - проигнорировав вопрос зельевара, продолжил Гарри, смущенно покраснев. - Он же не гей!

- Гарри, наш брак не подразумевает эту сторону отношений, к тому же, разве ты никогда не слышал о бисексуалах?

- Нет... Не слышал.

- Гарри, но тебе уже двадцать пять лет!

- Да, но я никогда не... У меня не было... Я...

- О, Мерлин, - Северус даже не предполагал, что ему придется вести с племянником воспитательный разговор на подобную тему. - Гарри, желать и мужчин, и женщин – вполне обычное дело.

- Я просто... хотел узнать... – начал Поттер сбивчивым шёпотом. - То есть, если один человек несколько раз целовался с девушкой... Ну, не очень удачно... А потом встретил девушку своей мечты... Но они случайно потеряли друг друга... И этот человек один раз перепутал эту девушку с одним парнем, а тот парень... Он был очень... – Гарри мучительно покраснел. - Это нормально?

- Гарри, тебе понравился какой-то юноша? - Северус недоверчиво посмотрел на собеседника. - Но все же, это вполне нормально.

- Мне? НЕТ! Что ты, дядя! Это вообще не обо мне! Такого просто не может быть! Я схожу с ума. Это... это теоретический вопрос...

- Гарри, послушай, это не страшно. Сердцу не важен пол партнера, равно, как и внешность, возраст и привычки. Ты меня понимаешь?

- Но если мне... то есть, тому человеку, всегда нравились девушки? - Гарри не знал, куда себя деть от неловкости, и, опустив глаза, думал, как бы незаметно забраться под одеяло с головой.

- Ну, значит, до того он не встречал интересного ему мужчину, - Северус видел смущение племянника. - Если тебе трудно, мы можем отложить разговор, пока ты не успокоишься.

- Да, я, пожалуй, посплю, - промямлил Гарри и, воспользовавшись возможностью, нырнул под одеяло. И оттуда раздалось: - Ты, все-таки, подумай о свадьбе... Брак – это очень серьезно. А если ты или он полюбите кого-то другого? Что вы будете делать?

- Если он полюбит, что ж, у меня не будет выбора, - Северус помог Джеймили заползти на кровать. - А что касается меня – это вряд ли. Но спасибо за беспокойство, Гарри.

- Я хотел бы, чтобы вы были счастливы.

- Спасибо. Мы постараемся, - с этими словами Снейп погасил свет и вышел из комнаты.

Поворочавшись немного, Гарри, все же, уснул. Джеймили расположилась рядом, готовая охранять сон хозяина всю ночь.


________

* (с) «Надо...», автор В. Николаева



Глава 20.

Следующие несколько дней прошли для Гарри, как в тумане.
К щекотливому разговору они с Северусом так и не вернулись. Зельевар вел себя как обычно, каждый день пичкая племянника новыми зельями и микстурами, но Гарри и так не знал, куда себя деть от стеснения.

А причина для него была. Каждую ночь Гарри видел эротические сны с участием белокурого ангела, и просыпался с мокрым пятном на пижамных штанах. В том, что ангел был мужского пола, причем очень конкретный, слизеринский ангел, Поттер, не привыкший врать себе, не сомневался.

Это бесило, волновало, раздражало, злило и, почему-то, заставляло нелепо улыбаться. Кроме того, в голове постоянно вертелись строчки того странного стихотворения, но как только Гарри пытался покопаться в своих воспоминания, голова взрывалась тупой болью.

Не давали покоя и мысли о пропавшей Дафне, но последнее время эти мысли плавно перетекали в другое направление. Прекрасная белая кожа, упругие полушария ягодиц, ласковые, нежные руки, – все это, вновь и вновь проплывая перед мысленным взором гриффиндорца, вызывало прилив крови к паху. Малфоя хотелось одновременно обнять, побить, сорвать одежду и...
На этом брюнет обычно обрывал грезы и шел в душ – избавляться от болезненной эрекции, мучившей юношу несколько раз в день.

В четверг, проснувшись после очередного «кошмара», Гарри не выдержал и вновь отправился к Блейзу. Чего он хочет больше: найти, наконец, девушку или вновь увидеть Малфоя, Поттер так и не решил.


***

Северус так и не понял из путаных объяснений Гарри, зачем тот помчался к Блейзу. Решив, что кормить его все равно придется, зельевар отправился на кухню.

Вдруг в гостиной раздался хлопок аппарации, какой-то грохот и непристойные ругательства. Снейпу пришлось выйти в коридор в крайне непристойном виде: в фартуке, воротничок рубашки расстегнут, а волосы убраны в хвост.

А лицезреть ему довелось лорда Малфоя в не менее непристойном виде. Люциус просто развалился на полу между диваном и столиком; одной рукой он обхватил свалившуюся на него лампу, а второй пытался найти хоть какую-то опору и подняться. Его мантия задралась, а ноги разъехались в стороны.

- Какого Мерлина ты здесь делаешь, Люц? - Северус поднял блондина с пола.

- Сев! Я пришел поговорить! - Малфой улыбнулся, поставил лампу на место, и потянулся к зельевару за поцелуем.

Снейп сразу отступил на несколько шагов:
- Люциус, постарайся держать себя в руках. Уж здесь-то никого в наших страстных чувствах убеждать не надо.

- А как же твой новоявленный племянник? - ухмыльнувшись, блондин опять стал приближаться к зельевару.

- Он в курсе ситуации и его нет дома.

- О, так его нет? Мы можем приятно провести время вдвоем... Расслабься, Сев, тебе понравится! Я обещаю!

- Малфой, что тебе надо? И давай без твоих глупых намеков. - Зельевар оглянулся в сторону кухни: - У меня там вода уже кипит.

- Вода? Ты и тут решил заняться зельями? - опять улыбнулся Малфой.- Или ты варишь зелье для потенции? Боишься опозориться в нашу первую брачную ночь?

- Люц, твой постельный юмор начинает меня утомлять.

- Ты не ответил на вопрос.

- Я варю рис. Гарри нравится именно это вид гарнира.

- Хм, рис... Ты просто готовишь. Как это скучно.

- Прошу прощения? - Северус прислонился к стене и скрестил руки на груди.

- Прощения? За что? - Люциус невинно захлопал глазками.

- Я не понял смысл твоего высказывания о скуке. Хотя, мне это и неинтересно.

Зельевар направился на кухню.

- Сев, подожди! Я, между прочим, забочусь о твоем досуге! Только представь – ты, я...

- И Гарри, и обещавшая заглянуть Грейнджер, причем, вероятно, вместе с Блэком, - монотонно перечислял Снейп, проверяя готовность тушеного мяса.

- Ну, пока-то этой толпы нет! - блондина начинала раздражать неприступность зельевара - Может, займемся чем-нибудь более романтичным?

- Люциус, а не мог бы ты заняться чем-либо романтичным у себя в поместье? Желательно, в одиночестве.

- Ну, Сееев! Чего ты такой напряженный в последнее время? Давай, я сделаю тебе массаж?

- Нет. Ты не сделаешь мне массаж. Я бы предпочел не видеть тебя до субботы включительно.

- Почему? Я тебе так противен? – казалось, блондин готовился расплакаться.

- Люц, ты опять переигрываешь. - Зельевар снял с плиты рис, и устало опустился на стул. - Я тебя не понимаю...

- Я сам себя уже не понимаю, - казалось, Люциус действительно очень расстроен. - Неужели ты даже не хочешь провести вечер с другом?

- С другом – хочу, - прикусил губу Снейп. - Но, похоже, такой расклад не устраивает тебя. Ты меня постоянно подначиваешь. Провоцируешь и так, и сяк. Я все понимаю, но все же...

- Что – «все же»? Я тебя не устраиваю как друг, как человек? И как любовник я тебе тоже не нужен. - И вмиг посерьезнев, с какой-то непонятной грустью в глазах, Люциус повторил свой недавний вопрос, но уже на трезвую голову: - Кто я для тебя? Кто я для тебя, Северус?

- Я тебе уже говорил. Ты самое постоянное и важное, что было и есть в моей жизни, - Северус внимательно посмотрел на друга, - неужели у тебя настолько плохая память?

- Возможно, если бы ты говорил это почаще, а не сыпал колкостями, я бы запомнил. - Сердце блондина на минуту замерло и пустилось вскачь; он улыбнулся необычайно нежной, искренней, почти детской улыбкой.

- Если говорить тебе комплименты, ты начинаешь задирать нос. Хотя, казалось бы, выше уже некуда.

- Неправда! Кто бы говорил! - Малфой обиженно насупился и притворно надул губки.

- И что ты хочешь этим сказать? - выгнул бровь зельевар.

- Это ты всегда задираешь нос, который и так, между прочим, прекрасно заметен, - ухмыльнувшись, Малфой совершил самый безрассудный поступок в жизни – показал зельевару язык.

За что и поплатился.
Вытянув руку, Северус дал подзатыльник этому белокурому чуду.

- Эй! За что?

- За нелицеприятные намеки на некоторые детали моей внешности.

- А разве я сказал что-то неприятное? Между прочим, по размерам носа судят о размере...

- И каким образом тебя это касается?!

- А как же слова по поводу самого постоянного в твоей жизни? И, между прочим, я собирался сделать тебе комплимент! А ты опять ощетинился! Сев, ты не ежик!

- Люциус, - Северус не выдержал и рассмеялся, - несчастье мое, только тебе мог прийти в голову подобный вид комплимента...

- Ты смеешься надо мной? Лордом Малфоем? Да как ты смеешь! - и Люциус треснул зельевара подвернувшейся ложкой по лбу.

- А вот это уже переходит всякие границы!

- Ой, - осознав, кого и чем он ударил, блондин выронил ложку и стал медленно оседать на пол.

- Люц, ну не актер ты, смирись уже, - подхватывая друга и усаживая его за стол, пробурчал зельевар. - Прекрати изображать умирающего лебедя. Но если еще раз такое сотворишь – выпорю.

- О, я не знал про такие твои наклонности. А что? Я даже очень не против! - сообразив, что убивать его не собираются, блондин вернулся к наболевшей теме.

- Люциус!

- Северус?

- Нет, ты явно хочешь вывести меня из себя, - покачал головой зельевар.

Вместо ответа Люциус умоляюще посмотрел на друга со странным блеском в глазах.

Заметив это, Северус уточнил:
- Все в порядке?

- Да, - блондин ответил слегка дрожащим голосом.

- Люц, ты уверен? Тебя трясет. Ты не заболел?

- Нет, все в порядке. - Малфой отвернулся, пытаясь взять себя в руки и избавиться от накатившего вдруг болезненного комка в горле.

- Мне так не кажется. Ты немедленно возвращаешься домой, принимаешь зелье и ложишься в постель.

- Нет... Я... Все нормально! Я не могу лежать, у меня еще дела... свадьба... надо закончить... - Малфой продолжал бормотать, стоя спиной к зельевару.

«Да что со мной такое! Расклеился, как девчонка. Но он так беспокоится».

- Иди сюда. - Северус развернул блондина лицом к себе и положил ладонь ему на лоб: - Жара, похоже, нет...

От близости брюнета сердце блондина пустилось в бешеный скач, он настороженно смотрел на того, не понимая, как Снейп еще не слышит стука его сердца, который, казалось, гремел на всю кухню.

- Все же, я бы был очень рад, если бы ты прилег на пару часиков.

Люциус судорожно вцепился в мантию зельевара и продолжал смотреть своими необыкновенно серыми глазами, сейчас по цвету похожими на небо перед грозой.

- Люци, несчастье мое, скажи уже что-нибудь, - попросил Снейп, пытаясь отцепить от себя блондина.

- Я... Я... - блондин мямлил, не решаясь сказать самые главные слова и продолжая цепляться за зельевара.

- Ты?..

- Я... Ты... Мне... - Малфой пытался подобрать слова: «Но почему я должен говорить это первым? Нет, так не пойдет!»

- Ну? Или ты разучился связно выражать свои мысли?

- Мне надо идти. Меня ждут, - и блондин, стушевавшись, отпустил зельевара.

- Что ж, в таком случае, не смею тебя задерживать. - Северус сделал пару шагов прочь.

- Северус? - уже почти выйдя из кухни, Малфой развернулся и окликнул брюнета.

- Да, что-то еще?

- Нет, ничего... Я лучше пойду.

- Ну, уж нет. Начал – продолжай.

- Я передумал. Мне срочно нужно идти.

- Знаешь, что-то меня настораживает твоя новая привычка недоговаривать...

- С чего ты взял, что я что-то недоговариваю?

- Считай это проявлением моей наблюдательности: ты пытаешься что-то сказать, потом срываешься с места, у тебя отсутствующий взгляд, тебе некомфортно рядом со мной... В чем дело? Решил, что переиграл со свадьбой, и теперь думаешь, как бы ловчее выбраться из ситуации?

- Что? Ловчее выбраться из ситуации?! Ну, что ж, если ты хотел меня обидеть – у тебя это получилось! - с этими словами Малфой развернулся и выбежал их кухни.

- Люц... - растерянно прошептал ему вслед зельевар. Потом, опомнившись, поставил антиаппарационный барьер и пошел в гостиную.

- Что ты сделал? Почему я не могу аппарировать? - рассерженно взревел Малфой.

- Неужели ты не можешь узнать антиаппарационное заклинание? - уточнил Северус, входя в комнату.

- Зачем ты это сделал? Я же сказал, что мне надо идти!

- Я хочу извиниться...

- Что? - блондин удивленно поднял глаза.

- Я хочу извиниться, так как, похоже, что мое высказывание тебя задело.

Малфой на некоторое время потерял дар речи:
- Ты извиняешься?

- Да, такое иногда случается, но крайне редко. Так что, запомни этот момент – вряд ли он повторится. Но мне действительно жаль, если я оказался неправ.

- Правда?

- Правда. Мне не хотелось бы ссориться с тобой.

- Не замечал в тебе подобного желания раньше. Что ж, извинения приняты. Могу я, наконец, идти? Или ты решил поразить меня чем-то еще?

- Может, ты все же расскажешь, что так тщательно пытаешься умолчать?

- Я ничего не умалчиваю, - Люциус отвернулся от зельевара, пряча глаза - Мне нужно идти. Меня ждут дела.

- Врешь. Причем неумело. Если бы ты так пытался обмануть Лорда – был бы уже трупом.

Малфой развернулся и поднял взгляд на зельевара, странно сверкнув глазами:
- Однако то, что мне нужно, никто никогда не узнает! Северус, чего ты от меня добиваешься?

- Правды. Немного, верно?

- И какую же правду ты хочешь услышать? - вкрадчиво начал блондин, приближаясь к зельевару, а последние слова прошептал, находясь вплотную к Северусу: - Ведь не всякая правда тебя устроит? А, Северус?

- А ты проверь, - так же тихо ответил Снейп, чуть запрокидывая голову. - К тому же, лжи в моей жизни и так было предостаточно...

Люциус все смотрел в такие родные черные омуты и не знал, что ему делать: «Если я ему скажу, он просто выставит меня вон, не будет со мной разговаривать, а с идеей о свадьбе можно будет навсегда распрощаться. Мерлин, что же мне делать! Я не могу-не могу-не могу!!!»

- Люциуууус, - прошептал зельевар, - ну же, я не кусаюсь.

- Северус, я... О, Мерлин, я не могу! Это вообще не имеет никакого значения!

- Если ты из-за этого становишься столь невменяем – имеет, и большое.

- А ты не боишься ужасной истины?

- Стал бы я спрашивать, если бы боялся?

- Что за дурацкая привычка отвечать вопросом на вопрос!

- Что за дурацкая привычка уходить от ответа?

- Черт, Северус! Ну, как ты не понимаешь! - блондин схватил Северуса за фартук и опустил голову на плечо зельевара, еле слышно пробормотав последние слова: - Это сложно...

- Ну, так расскажи, сразу все станет проще, и я помогу тебе, чем смогу... - Северус старался не выдать своего волнения, когда осторожно приобнял блондина, перебирая его длинные локоны.

- Ты же легиллемент... Почему бы тебе не прочитать мои мысли? - прошептал Малфой, выдохнув куда-то в шею зельевару.

- А ты этого хочешь? Уж вламываться без спроса в твою голову я бы не стал, - зельевар прижал друга к себе чуть сильнее.

- А тебя волнует то, чего я хочу? - прошептал блондин и коснулся губами шеи брюнета.

- Разве ты сомневался? - Северус напряженно застыл, почувствовав прикосновение нежных губ к своей коже. - Это твоя привычка – решать все за меня.

«Он не хочет!!! НЕ ХОЧЕТ! НЕ ЛЮБИТ! А я решаю все за него... Что же мне делать?» - Люциус поднял голову, хотя объятие не разорвал, и посмотрел испуганными глазами на самого невозможного, но от этого не менее любимого человека.

Он еле слышно прошептал:
- Тогда делай так, как считаешь нужным, я не буду мешать. Прости.

- Несчастье ты мое, - покачал головой зельевар. - Вот что с тобой делать? Лезть к тебе в голову я не хочу, сам ты не расскажешь... Неужели это такая страшная тайна? Впрочем, Мерлин с тобой, храни свой секрет при себе и дальше, но не надо больше сбегать, ладно?

Говоря все это, Северус медленно поглаживал спину Малфоя, стараясь успокоить встревоженного друга.

- Куда же я от тебя денусь? Ты забыл, что в субботу у нас свадьба? Но если ты не хочешь и считаешь, что я принимаю решения за тебя, мы можем все отменить...

- Свадьба... Признайся честно, ты ведь сам уже расхотел? И дело, видимо, во мне. Ты ведь пытаешься помочь, а я изображаю оскорбленную невинность.

- Я... Нет! Нет!!! Я ничего не расхотел! Ты ведь... Но я... - Люциус испуганно смотрел на зельевара, стук сердца отдавался в ушах бешеной дробью. Его дыхание перехватило, руки похолодели, и он грустно добавил дрожащим голосом: - Ты не хочешь!

- Просто мне кажется, что я упускаю какую-то деталь... - Северус внимательно посмотрел на блондина, - какую-то важную деталь. Ты так настаивал на свадьбе, словно...

- Словно... словно – что? - Малфой замер, не отводя настороженного взгляда от лица брюнета.

- Да нет, ерунда. Быть такого не может, - мужчина разорвал объятия и попытался отступить назад.

- Подожди. Теперь ты решил поиграть в недомолвки? - Малфой удержал зельевара на месте, не давая ему отступить.

- Нет, просто... Да бред же, не обращай внимания...

- И что же ты так не хочешь говорить? Или боишься правды?

- Люц, я просто выдаю желаемое за действительное, это полный абсурд и... На сегодня общения хватит.

- И чего ты желаешь? Может, этого... - с этими словами Малфой притянул зельевара к себе, а в голове пронеслось: - «Сейчас я опять все испорчу!»

Он жарко прижался губами ко рту брюнета, нежно лаская, кусая, обжигая, умоляя открыться.

«Что же я творю, он ведь не понимает, что я чувствую... Это просто его прихоть», - эта мысль не давала покоя Северусу, пока он прижимался к блондину, отвечая на поцелуй. Так нежно, так ярко и так давно желанно...

Оторвался блондин лишь на мгновение, чтобы прошептать:
- Или этого? - сжав выпуклость в штанах зельевара, Малфой вновь приник к его губам.

Северусу хотелось еще теснее прижаться к блондину, но мысль, что это всего лишь прихоть Малфоя, не давала ему покоя:
- Прекрати!

- Почему? Я же вижу, что ты хочешь... - Люциус покрывал поцелуями шею зельевара, одновременно пытаясь просунуть руку в его брюки.

- Нет, - Снейп оттолкнул блондина от себя, - уходи немедленно.

- Но почему? - блондин поднял на Снейпа обиженный взгляд. - Так чего ты желаешь? Этого?

- Нет, не этого. Ты не понимаешь... Убирайся...

- Ну, так объясни, чтобы я понял! Я же знаю, что ТЫ ХОЧЕШЬ! - сорвался на крик Малфой.

- Не тебя!

- И кого же? - хмуро поинтересовался блондин.

- Отзывчивого, доброго, умного человека... А не тебя – эгоистичную, самодовольную скотину.

- Это не мешало тебе целовать меня минуту назад! И кто ОН?

- Неважно, просто убирайся вон.

- Значит, это, все-таки, Поттер... Я так и знал.

- Оставь моего племянника в покое!

- Ну что ты! Я-то его, как раз, не трогаю! - в ярости прошипел блондин. - Или ты уже нашел себе другую молодую попку?

- Кто тебе сказал, что он молод?

- На это указывает то, что ты так упорно молчишь, кто он! Что же ты не выходишь замуж за него? Или это, все же, Поттер?

- А Поттер уже занят!

- Тогда КТО?

- Какое тебе дело? Выметайся из квартиры.

- Почему ты ответил на поцелуй?

- Физиология. И ничего больше!

- Неужели? Это физиология заставила тебя так жарко мне отвечать? Просто признай, что ты меня хочешь! И хватит нести бред про другого!

- Именно. Обычная физиология. В моей постели давно никого не было, а ты у нас кобель знатный, возбуждать умеешь.

- Что? - возмущенно выдохнул Малфой; на глаза навернулись слезы обиды.

- Неужели старческая глухота начала незаметно подкрадываться, мистер Малфой?

- Повтори то, что сейчас сказал! - медленно процедил сквозь зубы блондин.

- Все-таки, глухота. Жалость какая. Слава Мерлину, мне до этого еще далеко. Кстати, а с потенцией еще проблем нет, или мне вскоре поступит заказ на специфические зелья?

- ИДИ К ЧЕРТУ!!! - Малфой пытался сдержать слезы, а Северус бил по самым больным местам, по самым сокровенным комплексам блондина.

- Я тебя не держу. Выход сам найдешь? Или зрение тебе тоже отказало?

- Если я стар, какого Мерлина у тебя встало? И до сих пор стоит, я в этом уверен!

- Всегда подозревал в себе склонность к геронтофилии, недаром один из самых близких мне людей – Альбус.

- Ну, так значит, ты меня, все равно, хочешь! Может, продолжим? Заодно ПРОВЕРИМ МОЮ ПОТЕНЦИЮ!!!

- Люциус, тебе ума не хватает понять, что я не хочу тебя видеть? Решил оправдать стереотип «глупая блондинка»?

- Ты надо мной издеваешься?!

- Неужели в твоих птичьих мозгах наступило просветление?

- ПРЕКРАТИ МЕНЯ ОСКОРБЛЯТЬ!!! Я ЛОРД МАЛФОЙ!!! И не тебе сомневаться в моих умственных способностях!!!

- Так сгинь с моих глаз, лорд Малфой. Неужели ты не можешь понять, что противен мне?

- Что?! Ты врешь, ты все время врешь!!! Это неправда!!!

- Хочешь, я схожу за Веритасерумом? Или тебе нужно письменное подтверждение, заверенное десятком свидетелей? Ты противен мне, Люциус Малфой. Слышишь?

Отвернувшись, Малфой прошептал дрогнувшим голосом:

- Свадьба послезавтра в Малфой-мэнор, церемония в полдень. Потрудись придти заранее. - Обернувшись, он зло выплюнул: - Теперь я знаю твое истинное мнение обо мне! Какой же ты лжец, Северус Снейп.

В глазах блондина блестели непролитые слезы, через мгновение раздался хлопок аппарации.

Как только Северус остался один, он медленно осел на пол, держась за сердце: «Прости меня, Люциус... Так будет лучше».



Глава 21.

Аппарировав сразу на Мерлин-стрит, Гарри потратил несколько минут, чтобы преобразиться в Эванса. И гордо направился в офис, но никого там не застал: видимо, он попал в обеденное время.
Не долго думая, аврор отправился на третий этаж, и, взломав все защитные заклинания, зашел в квартиру, где тоже никого не было. Не обнаружив никого ни в кухне, ни в гостиной, Поттер направился в спальню.

В комнате царил хаос, в отличие от сияющей чистотой и порядком остальной части квартиры. Кругом валялась одежда, белье и два свитера ручной вязки, смутно напомнившие рукоделие Молли.

Слух Гарри уловил шум воды и весьма выразительные стоны, раздающиеся из ванной. В голове тут же возникла картинка с участием двух парней, слившихся в объятиях под струями воды: белокурого блондина и смуглого брюнета.

«Ну, уж нет!» - клокотавшая внутри ярость затуманила мозг; Гарри яростно рванул двери ванной и замер, открыв рот.

Блейз, действительно, был там, вот только к стене его прижимал отнюдь не Драко.

Забини стонал и выгибался под руками Джорджа Уизли, который страстно и жадно целовал его. Гарри не сразу заметил Фреда, стоявшего на коленях перед Блейзом, между ног брата, и...

«О, Мерлин! Это... Это...» - Гарри глубоко вздохнул и почувствовал, как кровь приливает к паху.

Поттер попытался, как можно незаметнее, уйти, но умудрился задеть локтем дверь. Он поморщился от боли и тихо чертыхнулся.
Гарри с ужасом увидел, как Джордж нехотя отрывается от распухших губ Забини и переводит взгляд на него. Окинув парня изучающим взглядом, рыжий хитро улыбнулся и нарочито облизнул губы. Затем он наклонился к самому ушку Блейза, пытающегося сдержать томные стоны, и произнес:

- Ну же, котик, мы хотим тебя слышать...

- Уизли... О-ааа-ахх, еще... - Блейз потянул на себя отстранившегося Джорджа и сильнее толкнулся в рот второго близнеца, бормоча что-то невразумительное, но так и не заметив застывшего в дверях незваного гостя.

Гарри судорожно сглотнул. Он понимал, что ему надо удалиться, а не наслаждаться зрелищем, но на это не было никаких сил.

Тем временем, Джордж погладил свой член и, подмигнув «гостю», принялся ловить губами стоны прижатого к стенке парня. Блейз же выгнулся дугой и, запустив руки в рыжие волосы, судорожно содрогнулся.

Гарри вспыхнул: ему так хотелось присоединиться к этой троице. Бросив последний взгляд, он, все же, выбежал из ванной, пытаясь унять возбуждение.

Вылизав последние капли с члена любовника, Фред поднял голову и хитро улыбнулся.

- Эй, ты мне опять ничего не оставил! - обиженно заметил Джордж, оторвавшись от губ утомленно привалившегося к стене брюнета.

- Но мы ведь можем его за это наказать, - Блейз лукаво улыбнулся.

- Пожалуй, мы этим и займемся, - заметил второй близнец, наклоняясь к брату; и добавил, услышав очередной грохот из спальни: - А у тебя, кажется, гость! Зови его к нам – он симпатичный!

Блейз нахмурился и, накинув банный халат, направился в комнату.

Гарри стоял в чужой спальне, пытаясь совладать с нахлынувшими чувствами. Слишком уж отчетливо перед его глазами стояли образы жарко стонущего Блейза и лисьей улыбки Джорджа. «Ох, и как я все время умудряюсь попадать в такие ситуации?»

Блейз, увидев поэта Эванса, начал закипать от ярости: «И он еще посмел сюда явиться? После всего! Ну, сейчас ты от меня все выслушаешь!»

- Что ты здесь делаешь?!

- Б-блейз, простите, я... - Гарри смущенно отвел взор, - я хотел у в-в-вас спросить...

«Он думает, что я не знаю, кто он на самом деле... Но какого Мерлина, что он, вообще, творит?!»

- Мистер Эванс, потрудитесь объяснить, что вы делаете у меня в квартире? Какого дьявола вы взломали все мои защитные заклинания? Да, я знаю, что вы тоже волшебник.

- Насчет заклинаний – еще раз, простите... Мне нужна ваша помощь, я хочу найти ту девушку... Дафну! - Поттер, наконец-то, решился посмотреть в глаза Забини.

- Дафну? Но ведь... - Забини удивленно вскинул брови: - Зачем вам она?

- Простите, но это уже не ваше дело, - Гарри нахмурился, - могу сказать лишь то, что очень хочу продолжить наше с ней знакомство...

«Он прикидывается или у него совсем крыша поехала?» - Блейз еще больше нахмурился после непонятных слов собеседника и мрачно спросил:

- Но разве вы не продолжили уже ваше знакомство?

- Нет, что вы! Я пытаюсь ее найти с того самого вечера, - аврор понимал, что не совсем честен, но выбора не было. - Мои попытки самостоятельного поиска не привели к успеху, так что, я пришел просить помощи у вас.

Блейз окинул Поттера изучающим взглядом и ответил:

- Она уехала со своим женихом, отдохнуть и подлечиться. И не думаю, что необходимо продолжать ваше знакомство. Я лично позабочусь, чтобы вы не принесли больше никакого вреда моим друзьям.

- Что? С каким женихом?! - Гарри подскочил к Забини и навис над ним. - Какой вред? Что вы несете?!

- Прекратите повышать на меня голос! Она уехала со своим женихом – Драко Малфоем! - злобно прошипел Забини. - А, глядя на вашу двуличную натуру, я еще раз убеждаюсь, что вам не место рядом с моими друзьями!

- С Малфоем? Почему с ним?! Я ничего не понимаю, если у нее был жених, зачем было обещать встречу?

«Какого лешего этот Мальчик,-который-совсем-сошел с ума несет? Нет, у него точно поехала крыша еще в школе!»
Блейз посмотрел на Поттера, как на слабоумного, и заметил:

- Не думаю, что она вам что-то обещала. Вы, наверняка, не так ее поняли.

Тут из ванной выплыли два рыжеволосых парня. Их бедра едва прикрывали узкие полотенца. Близнецы плюхнулись на кровать:

- Котик, ты скоро? Мы соскучились...

- Можешь пригласить своего друга присоединиться, мы не против.

- Но она обещала прислать сову, - Гарри заметил близнецов и вновь мучительно покраснел.

- Чего смущаешься, зайчик! - усмехнулся Фред - Девушка тебя бросила... Какие проблемы, когда тут три шикарных мужика?

- Прости...те, но вас, никоим образом, не касается, кто и кого бросил, - в лучших традициях дяди процедил сквозь зубы Гарри. - К тому же, разве вам мало Блейза и брата?

- Блейз, а он шипит так же, как твой дружок Малфой – Мистер «никому-не-дам»! - заметил Фред.

- Нас касается то, что ты нервируешь Блейза, прервал нас на самом интересном месте и мешаешь продолжить! - расплываясь в пошловатой улыбочке, протянул Джордж - Так что, либо присоединяйся, либо проваливай!

Блейз молча уселся на кровать между близнецами и вопросительно поднял брови.

- Значит, вы не поможете мне найти мою Дафну? - Гарри решил не обращать внимания на близнецов. - В таком случае, прошу прощения. Надеюсь, вам удастся наверстать упущенное по моей вине. Дверь я сам за собой захлопну.

- Ну что ты, милый, разве ты не хочешь, чтобы тебя трахнули сразу два близнеца? Или у тебя другие фантазии? Только представь...

- Фред!!! - грозное шипение.

- Котик, ты ревнуешь?- игриво ухмыльнулся рыжий.

- С тобой я потом разберусь, - пообещал любовнику Забини, и снова обернулся к гостю: - По... Эванс, я уже все сказал. Тебя никто не держит. Потрудись больше не вламываться ко мне без предупреждения!

- Уж будьте уверены, больше не потревожу!

Гневно сверкнув глазами на Фреда, Гарри развернулся и направился к выходу.
Он чувствовал, как начинает болеть голова, и ему хотелось поскорей очутиться в тишине собственного дома и под опекой Северуса. И подумать, наконец, о словах Блейза.

Блейз же задумчиво смотрел на хлопнувшую дверь и размышлял, стоит ли об этом визите рассказывать Драко: «Но не сейчас, пусть пока отдыхает. Хватит с него потрясений! И все-таки, что происходит с Поттером?»

Размышлять ему долго не дали: два рыжих озорника утянули его в объятия и начали покрывать поцелуями.


***

«Драко и Дафна обручены. Но почему Малфой был так расстроен еще несколько дней назад? Что-то между ними произошло? Тогда у меня есть шанс завоевать ее! Или, все же, его?»

Продолжая обдумывать сложившуюся ситуацию, Гарри аппарировал домой. Он ждал, что дядюшка выйдет его встречать, но складывалось впечатление, что в квартире вообще никого нет. Юноша решил проверить, не отдыхает ли зельевар в отведенной ему комнате.

Он вошел в гостевую спальню:
- Северус, ты здесь?

С кровати послышался тихий стон:
- Гарри, ты? Когда вернулся?

- Да только что, - Гарри подошел к кровати и взволновано спросил: - Что случилось? Тебе плохо?

- Не страшно, просто сердце прихватило. Сейчас встану.

- Нет, лежи, надо срочно позвать врача!

- Никаких врачей... Все сейчас пройдет, я уже принял лекарство, просто сегодня оно долго не действует. Видимо, надо увеличивать дозу...

- О, Мерлин, какой же ты упрямый! Лежи тут, я сейчас вызову Гермиону!

- Оставь ее в покое, ей и так хватает проблем с Блэком. Готов спорить, она целый день присматривает за ним, как за младенцем. К тому же, она все равно вечером собиралась зайти.

- Хорошо, но если у меня будет хоть малейшее подозрение, что твое состояние ухудшилось, то мы сразу отправимся в Мунго.

- Если ты настаиваешь, - Северус устало вздохнул. - Там на кухне тушеное мясо и рис, если ты голоден.

- Я тебя не оставлю одного в таком состоянии! И я не голоден! Расскажи, что случилось?

- Да ничего. Просто заходил Люциус, мы немного поговорили, он ушел... вроде, все.

- Чем же вы занимались, что после этого тебя так прихватило? - прищурившись в духе зельевара, уточнил Гарри

- Да поспорили немного, вот и все... Ты ведь знаешь, как я люблю подобное времяпрепровождение?

- Но, похоже, что это сильно тебя задело. Он чем-то тебя обидел?

- Нет, что ты. Скорее, я его обидел. А ты не обидишься, если я немного вздремну? - все также, глядя в стену, уточнил зельевар.

- Спи. Я все же пообедаю. - Гарри укрыл зельевара одеялом и, вспомнив события сегодняшнего дня, спросил: - Скажи, а когда у Хорька свадьба?

- У какого хорька? А, ты о Драко?

- Да. Ладно, не важно. Отдыхай.

Уже проваливаясь в сон, Северус нашел силы ответить:
- Нет, Драко в ближайшее время не планировал жениться.

- Значит, Забини все-таки солгал... - задумчиво прошептал Поттер и направился на кухню.


Из раздумий о Драко, Дафне, а также о трех голых парнях, к которым все время возвращались мысли, Гарри вырвал звонок в дверь.

Он поприветствовал Гермиону:
- Герм, как хорошо, что ты пришла! Северусу было плохо.

- Плохо? Что с ним? - девушка внимательно посмотрела на Гарри.

- Сердце, кажется, он перенервничал... и вот... Сама посмотри.

- Так, а это у него хроническое или как? А, ладно, сама спрошу.

- Кажется, у него это наследственное... - Гарри проводил Гермиону в спальню к спящему Северусу.

- Профессор, - девушка наклонилась над кроватью, - профессор, проснитесь.

- Эмм... Гермиона... Может, не надо его будить? Он принял двойную дозу зелья.

- Двойную? Так, иди на кухню и не мешайся под ногами. Я скоро приду.

Гарри послушно поплелся на кухню. В ожидании Гермионы он вновь погрузился в размышления о белокуром слизеринце.

Девушка появилась через пятнадцать минут. Она уселась за стол и потребовала чаю.

- Ну что? - Гарри послушно поставил перед ней чашку.

- Что-что... Кто его довел, а? Ему же нервничать нельзя, а у него и работа – не сахар, так еще и... - Гермиона нахмурилась, делая глоток.

- К нему приходил Люциус Малфой. Они поругались. Наверное, из-за свадьбы...

- Все беды в этом мире от Малфоев, - иронично протянула девушка.

- Это похоже на правду, - вздохнул Гарри. - Да, Гермиона, скажи, наконец, ЧТО с Северусом? Ему надо в больницу?

- Не обязательно. Ему надо просто отлежаться. Месяц покоя, тишины и спокойствия, и твой дядя еще всех нас переживет. К концу срока лечения, он, конечно, всех проклянет за свою беспомощность, зато поправится. Ну, и его лекарство – нужно продолжать прием, причем систематически.

- Но у него свадьба послезавтра!

- Значит, ты сходишь к Малфою-старшему и объяснишь ему, что его жених временно не способен заключать брак. Ну, заодно, намекнешь, что нельзя профессора волновать.

- Спасибо, Герм. Я схожу и намекну, - покивал в ответ Гарри. - «Я ему намекну. Я ему так намекну!»

- Что ж, тогда я пошла. Мешать не буду, к тому же, у меня там замученный Ремус, которого пора отпаивать успокоительными.

Проводив подругу до дверей и снова выслушав наставления по поводу тишины и покоя, Гарри пошел проведать дядю. Снейп спал, накрывшись одеялом с головой.
Прикрыв тихонько дверь, Поттер, решив не откладывать дело в долгий ящик, направился в гостиную. Взяв щепотку порошка, он бросил ее в камин и исчез со словами «Малфой-мэнор».

К его огромному удивлению, он оказался прямо в кабинете лорда Малфоя. «Видимо, Северус так настроил камин».


Люциус Малфой сидел за столом, опустив голову на руки, а пряди светлых волос водопадом ниспадали с обеих сторон, скрывая лицо.

- Мистер Малфой, извините, что я без приглашения, но дело крайне важное.

Малфой вздрогнул и поднял голову:
- Что тебе надо? - надменно спросил он, узнав гостя, и мгновенно нацепил на лицо обычную хладнокровную маску; только слегка покрасневшие глаза выдавали пережитое волнение.

- Я пришел поговорить о дя... о профессоре Снейпе.

- О, так ты пришел требовать, чтобы я оставил твоего любовника в покое?! Я так и знал, что это ты, наглый мальчишка!

- Что? - Гарри опешил от удивления. - Вовсе нет! Я пришел сказать, что необходимо перенести свадьбу.

- Прекрати отпираться! Я так и знал, что Северус врет! Что, уже поменяли планы насчет свадьбы? Я вам больше не нужен?!

- Во-первых, прекратите обвинять моего дядю во лжи, - Поттер, изо всех сил, старался сохранять спокойствие, - а во-вторых, он болен, поэтому ему нужен отдых.

- Болен? Да что за лживая семейка! Еще сегодня он был абсолютно здоров!

- Так значит, это, все-таки, вы его довели?!

- Что значит – довел? Я никого не доводил! И почему я должен объясняться с тобой?

- Да, а то, что у него сердце прихватило как раз после вашего ухода – это совпадение? - Гарри перешел в атаку.

- Сердце... но... Почему? - блондин посмотрел на Гарри непонимающе и испуганно.

- Что – почему? Вы, что, издеваетесь? Нельзя людям с больным сердцем нервничать, нельзя!

- Но ведь... Он не нервничал... Я же... - блондин вскочил и подошел к Поттеру: - Как он?!

- Рад, что в вас проснулась совесть, - хмыкнул Гарри. - Ему лучше, но Гермиона говорит, что ему нужно нормально отдохнуть.

- Врача... Я пришлю своего врача... Мне... Мне нужно его увидеть!!!

- Вот уж чего не надо, так это присылать врача. Северус сказал, что если ему будет хуже, он сам сходит в Мунго. А увидеть его можно не раньше, чем через пару дней.

- Но почему? Мне надо! Свадьба... - блондин бросил на Поттера умоляющий взгляд.

- Какая свадьба? Вы меня, вообще, слушаете? - Гарри недоуменно посмотрел на мужчину. - Я же вам говорю, что ее надо перенести, как минимум, на месяц!

- Но ведь уже все готово...

- Вам что важнее – потеря денег или здоровье друга?

- Я... Нет... Причем тут деньги? - Люциус вернулся в кресло и еле слышно добавил: - Он передумает. Северус...

«Передумает? Да что здесь происходит?»
- Простите, мистер Малфой, не понимаю, что вы имели в виду под этим «передумает», но... Вы осознаете, что моему родственнику нужен покой?

- Я все понимаю, - блондин опустил голову. - Я сделаю все, что вы скажете. Если нужна какая-то помощь, лекарства... Я... Пришлите сову, я все сделаю. Свадьба будет перенесена ровно на четыре недели, тоже на субботу.

- Спасибо, сэр. Знаете, я... Когда он будет чувствовать себя лучше, я вам напишу: придете, поговорите... Хорошо? - Гарри видел, что волнение Люциуса не наиграно, он, действительно, очень переживал за Снейпа.

- Хорошо. Передайте, передайте ему, что я прошу прощения... за все... И очень хочу, чтобы он поправился!

- Передам, не волнуйтесь. Тогда, до свидания?

- Подождите... - Люциус поднял взгляд, полный надежды. - А вы... Вы, правда, не любовники?

- Мистер Малфой, вы... - Гарри, в который раз за день, покраснел. - Нет, мы НЕ любовники, никогда ими не были и не будем!

Малфой улыбнулся, но, все-таки, задал еще один вопрос:
- А вы не знаете, у него... сейчас... кто-то есть?

- Простите, не знаю. Но вряд ли он бы стал заключать брак с вами, если бы у него кто-то был на примете, верно? Он бы с вами никогда так не поступил.

- Но он сказал... - Люциус задумчиво посмотрел куда-то в стену. - Не важно, наверное, вы правы. Что ж, я жду вашего письма. До свидания, мистер Поттер.

- Позвольте и мне задать один вопрос, а потом я точно уйду. Скажите, ваш сын... Драко собирается жениться в ближайшее время?

- Драко? А почему вы спрашиваете?

- Можете считать это праздным любопытством насчет бывшего однокурсника.

- К моему глубочайшему сожалению, ни о какой свадьбе не может быть и речи. У него сейчас и парня нет, насколько я знаю. А девушка... Думаю, это вообще моя несбыточная мечта.

- Спасибо, сэр, - Гарри оценил откровенность аристократа. - Извините, если мой вопрос вас задел. Теперь уж точно, до свидания! – и юноша исчез в камине.

Малфой тяжело вздохнул.



Глава 22.

Вернувшись домой, Рон, первым делом, отправил письмо Фреду и Джорджу.
Еще накануне мысли о предстоящем разговоре с женой и родителями не давали ему покоя. И если в разговоре с Гермионой он мог рассчитывать только на себя, то перед беседой с родителями решил спросить совета у старших братьев.

Об истинных отношениях между ними стало известно несколько лет назад. К счастью для них, беседа с родителями прошла гладко. Молли, конечно, была излишне эмоциональна, но все закончилось хорошо.

Вот уже несколько часов Рон сидел с совершенно отсутствующим взглядом. Ответ пришел быстро, но днем братья оказались заняты и потому договорились, что он зайдет к ним вечером. Ко всему прочему, на несчастного гриффиндорца сразу же по прибытии свалилась целая куча событий.

Он уже успел навестить Ремуса и Сириуса. Там же он узнал, что Северус Снейп приходится Гарри родным дядей. Рассказ Гермионы был обильно приправлен репликами Сириуса, который недвусмысленно высказывал все, что думает о новоиспеченном родственнике. Ремус держал супруга за руку, пытаясь успокоить беременного при каждом бурном проявлении эмоций.

Рыжего окончательно повергла в шок информация о болезни Поттера. И теперь к ужасному состоянию прибавилось еще и чувство вины. Повидаться с Гарри он решил завтра.

Дождавшись вечера, Уизли перенесся прямо на Косую аллею. Братья жили в небольшой квартире над магазином. Их жилье состояло из двух комнат – спальни и гостиной, в которой они проводили разные опыты и придумывали новые вредилки.

Рон сидел в кресле, снова уставившись в одну точку, и собирался с мыслями. Сидящие напротив близнецы переглянулись.

- Рон, если ты просто пришел отдохнуть – пожалуйста.

- Но ты писал, что тебе нужно срочно нас увидеть, а сам молчишь, как рыба.

- Я влюбился, - наконец, выдавил Рон.

Фред присвистнул:
– Да ты, брат, перегрелся на отдыхе.

- Это давно не новость, – добавил Джордж.

- Откуда вы узнали?! - глаза младшего брата стали размером с блюдца. - Кто вам сказал?

Близнецы снова переглянулись и Фред, наклонившись, коснулся лба Рона.

- Температуры нет, – он убрал руку.

- О том, что ты влюбился, знаем не только мы. – Глаза рыжего стали еще больше. – Ты еще потом на ней женился.

- Точно, такая кудрявая девушка с твоего факультета, кажется, ее зовут Гермиона, – улыбнулся Джордж. – Ну, вспомнил?

Рональд тяжело вздохнул:

- В отпуске я встретил другого человека и понял, что все мои чувства к Гермионе были не настоящими.

- Вот это номер! - удивился Джордж. - И как зовут счастливицу?

На этот раз Рон вздохнул еще тяжелее:

- Виктор Крам.



***

После встречи с близнецами Рон был решительно настроен поговорить с Гермионой сегодня же. Братья не советовали ему затягивать, так как, чем дольше скрываешь правду, тем больше приходится врать. А рано или поздно, все всё узнают и будет только хуже.

- Но разговор стоит затевать, только если ты уверен в своих чувствах, - сказал Джордж, обнимая брата.

- Потому что, если ты не уверен, не стоит и начинать, - согласился Фред.

Вообще, разговор с братьями оставил весьма сильный отпечаток в душе гриффиндорца. Если бы он знал, что с Фредом и Джорджем можно нормально поговорить, то делал бы это чаще. Сначала он ждал, что братья начнут подначивать его или, попросту, высмеют, но этого не произошло. Видя, что никто не собирается издеваться над ним, Уизли выложил близнецам всю историю, конечно, опустив некоторые пикантные подробности. После того, как он закончил рассказ, наступила небольшая пауза, словно братья обдумывали услышанное.

Фред первым нарушил молчание:

- Наша семья не перестает удивлять меня! Глава семейства – чистокровный волшебник, но безумно увлечен магглами. Сестренка, которая годами сохнет по Гарри, потом в одночасье все бросает и сбегает с этим, ну как его там... а, неважно...

- И когда думаешь, что ничего страннее произойти уже не может, приходит младший брат и выдает такое! – поддержал Джордж.

- Но, как ты понимаешь, не нам тебя судить, - Фред лукаво подмигнул младшему брату.

- Ты только предупреди, когда пойдешь с родителями говорить.

- Ага, а то вдруг, мы в гости решим зайти.

- Не хотелась бы оказаться в зоне массового поражения.

Рон тяжело вздохнул и поднялся.

- Да ты не переживай, все будет хорошо. Если ты уверен в своих чувствах, то и они поверят. - Джордж ободряюще улыбнулся.

Рон молча кивнул братьям и аппарировал домой.

- Фред, почему ты не сказал ему, насколько бурно отреагирует мама?

- А зачем его расстраивать? Ведь ничего не изменится.

- Какой же ты коварный тип. – Джордж толкнул брата, заставляя того откинуться на диван.

- Ну, если хочешь, накажи меня, – Фред плотоядно улыбнулся и притянул близнеца к себе.

- Обязательно! – Джордж достал палочку. – Нокс!


***

Гермиона вернулась домой только около полуночи.
Мало того, что все ее свободное время уходило на подготовку доклада, так она еще взяла на себя заботу о беременном Сириусе.

Рон был решительно настроен на откровенный разговор. Но пока он дожидался возвращения жены, успел весь известись и растерять половину решимости. Видать, назвался гриффиндорцем, получай испытания на храбрость.

Наконец, миссис Гермиона Уизли появилась посреди комнаты. В руках она держала папки довольно внушительного вида.

- Рон, прости, что так поздно! - тяжело вздохнув, она опустила папки с бумагами на стол. - Сегодня просто сумасшедший день. После того, как ты ушел, мы с Ремусом кое-как успокоили Сириуса. Он все носился по квартире и бурчал что-то про сальноволосых гадов. Потом пришлось заскочить на работу, забрать документы. Надеюсь, ты не ждал меня и поужинал, потому что мне придется немного поработать.

Гермиона кружила вокруг стола, раскладывая принесенные бумаги, и совершенно не замечала странного выражения на лице застывшего посреди комнаты мужа.

- Герм, я тут хотел тебе кое-что рассказать, – слишком тихо и нерешительно начал Рон. - В отпуске кое-что произошло.

- Рон, послушай, я понимаю, ты хочешь рассказать о том, как отдохнул, – девушка уже успела сесть за стол и зарыться в бумаги так, что торчала только кудрявая макушка. – Как, кстати, там Виктор? Надеюсь, вы нашли, чем себя развлечь?

- Виктор? Он... хорошо. – Уизли подошел ближе к столу. – Герми, мне, правда, нужно тебе кое-что рассказать...

Кудрявая макушка усердно закивала:
– Хорошо, но, может, завтра? У меня, правда, много работы.

Рон замер, не решаясь сказать что-то еще. Он даже отошел на несколько шагов и уже собрался совсем уйти, когда напряжение последних часов переполнило чашу терпения и выплеснулось.

«Нет, либо сейчас, либо никогда!» - Рон решительно вскинул голову и уверенным шагом подошел к столу.

- Гермиона, - начал рыжий, стараясь голосом не выдать волнения. - В отпуске произошло кое-что очень важное. Я встретил и полюбил другого человека. Наши отношения всегда основывались на крепкой дружбе, и я не считаю возможным скрывать от тебя правду и обманывать твое доверие. Мои чувства к этому человеку взаимны. Поэтому я считаю, что нам надо расстаться.

Каштановая макушка замерла.

«Как-то слишком официально получилось, – пронеслось в рыжей голове. – Надо было помягче. Но, Мерлин всемогущий, я же никогда раньше такого не делал!»

Гермиона, наконец, оторвала взгляд от бумаг и задумчиво посмотрела на мужа.

- Рон, мне не послышалось? Ты встретил другую?

- Да. То есть, это не совсем так.

- Но ты, только что, сказал...

- Да, я сказал, что полюбил другого человека, но это не девушка.

Гермиона Уизли молча поднялась из-за стола и подошла к мужу:

- Ради Мерлина, объясни мне!

Рон запустил руку в волосы и взлохматил, и без того, неидеальную прическу.

- Послушай, присядь, пожалуйста, – он взял ее за руку и потянул к дивану.

Гермиона послушно села. Уизли мерил комнату шагами и пытался решить, с чего начать. Получалось не очень. Мысли перескакивали одна на другую, слова комом застряли в горле. Метания рыжего продолжались в течение пяти бесконечных минут, за это время Гермиона не сказала ни слова и никак не попыталась поторопить мужа.

- Знаешь, когда тебя срочно вызвали обратно, я был ужасно расстроен. У нас, все-таки, медовый месяц. Я уже и сам думал вернуться, но Крам уговорил меня остаться. Он приехал сюда, чтобы вступить в новую команду по квиддичу. Я сходил с ним на несколько тренировок. Вечером мы пили пиво. – Рональд вздохнул.

Безумно хотелось сказать, что это Крам во всем виноват. Он же первый поцеловал его. Но это было правдой лишь отчасти.

Конечно, Виктор сделал первый шаг, но если бы Рон не захотел, ничего бы не было. Каким бы пьяным он тогда не был, но прекрасно понимал, кто перед ним, когда ответил на поцелуй. Снимать с себя ответственность за случившееся Уизли не собирался. Он полностью в ответе за свои чувства и за последствия, к которым они привели.
Но как же это тяжело – обличить в слова всю гамму чувств, бушующую внутри. Когда-то давно, сидя в гостиной Гриффиндора и слушая объяснения Гермионы по поводу переживаний Чанг, Рон не мог понять, как можно за один раз испытать столько эмоций. Теперь он сам оказался на ее месте.

За все время, пока Рон, путаясь в словах от волнения, пытался объяснить жене, как же так получилось, девушка не проронила ни слова. Она сидела, уставившись в пол, нервно теребя подол юбки и лишь изредка вскидывая взгляд на мужа.

Гриффиндорец закончил рассказ и, наконец, остановился, впервые взглянув на жену:

- Сможешь ли ты простить меня? Я так виноват перед тобой.

Как будто пытаясь выйти из оцепенения, девушка встряхнула головой.

Она подошла к мужу и взяла его за руки.

- Прости меня, Рон. Это я виновата. – Гермиона тяжело вздохнула.

Теперь настала ее очередь быть откровенной.



***

Гермиона Грейнджер всегда была умной девочкой. Не зря же она стала лучшей ученицей своего выпуска. А еще она была честной девочкой, по крайней мере, с самой собой.

Находить во всем логичное объяснение, даже в мире магов, было ее коньком. Она никогда не была склонна к иллюзиям и пустым мечтам, и всегда старалась анализировать свои поступки. Именно поэтому, когда на четвертом курсе она поняла, что ей в равной степени нравятся как мальчики, так и девочки, она приняла это как факт.

И все в ее жизни шло своим чередом. Сначала она увлеклась Виктором Крамом – к счастью, он ответил ей взаимностью, и они провели вместе несколько романтических вечеров.

На пятом курсе она заинтересовалась Луной, и даже пыталась как-то намекнуть девушке о своих чувствах, но Лавгуд интересовали только морщерогие кизляки, и она не замечала томных взглядов Гермионы. Правда, девушке иногда казалось, что блондинка все понимает, не зря же ее распределили на факультет Рейвенкло.

И, несмотря на все увлечения, где-то на заднем плане всегда мелькал Рон Уизли. Они дружили много лет, и Гермиона замечала, что нравится Уизли, и иногда даже подумывала, не попробовать ли развить их отношения во что-то большее, чем дружба. Но то на ее горизонте появлялся кто-то, кто выходил на первый план, то Рон, с присущим ему «тактом», умудрялся все испортить.

Время летело, а их отношения не двигались с мертвой точки, пока в их жизнь не ворвался кудрявый ураган по имени Лаванда Браун. Когда на четвертом курсе Рон ревновал подругу к Виктору Краму, девушка находила это довольно милым. Но, побывав в его шкуре, она была готова посочувствовать парню.

Рыжий Уизли давно стал для девушки неотъемлемой частью жизни – постоянной величиной, если угодно. И тут какая-то недалекая девица попыталась вырвать этот необходимый элемент из здания ее существования. Грейнджер хотелось рвать и метать, а еще лучше, напустить на белобрысую бестию порчу. Только гордость удерживала ее от подобных действий. Ведь если, будучи честной с собой, она давно поняла, что ревнует, то дай она волю эмоциям, это понял бы и Рон. А этого ей совсем не хотелось.

Но время расставило все на свои места: Рон расстался с Браун, а борьба против Темного лорда сблизила друзей еще больше. И все бы хорошо, если бы за три месяца до свадьбы Гермионе не пришлось заглянуть по рабочим делам в Отдел медкомиссий по квиддичу. Она бы никогда не узнала в высокой миловидной девушке однокурсницу, но один из коллег стал их знакомить.

Лаванда Браун, руководящая этим отделом, была с Гермионой вежливо холодна. Девушка помогла бывшей сокурснице найти необходимые документы; и, сославшись на сильную занятость, удалилась, – как показалось Гермионе, слишком поспешно.

С тех пор мисс Грейнджер потеряла покой. Она постоянно ловила себя на том, что думает о Лаванде. Почти каждую ночь та являлась ей во сне, причем сны эти были ярко эротического содержания. Гермиона несколько раз даже просыпалась от собственных стонов, радуясь лишь тому, что Рон громко храпит и ничего не слышит.

Промучившись так несколько дней, она решила найти предлог, чтобы снова заглянуть в тот отдел. Но когда предлог был найден, Лаванды не оказалось на месте.
Она отсутствовала и в несколько следующих визитов. Девушке даже началось казаться, что Браун намеренно избегает ее, чему не стоило и удивляться, учитывая, какими их отношения были во время учебы.

Гермиону немало озадачивал и тот факт, что, будучи с Лавандой одного возраста, она ни разу не встретила ее, когда училась на колдомедика. Девушка знала, что гриффиндорка тоже принимала участие в битве за Хогвартс. Но, как ни старалась, Гермиона не могла найти никакой информации о сокурснице, если бы не счастливая случайность.

Как-то в разговоре с Ремусом Люпином она упомянула имя Лаванды.
К ее удивлению, Рем хорошо помнил девушку. В битве за Хогвартс ее покусал Фенрир Сивый; и она долго ходила на курсы адаптации для юных вервольфов. Медицине она обучалась дома, с частными репетиторами. А когда защитила диплом, Люпин помог ей с трудоустройством. К ветеранам магической войны относились теперь очень лояльно, даже окажись они оборотнями.

Имея необходимую информацию, Гермиона отправилась покопаться в архиве. Ей хотелось узнать о предмете своей страсти как можно больше. Высокие баллы по профессиональным предметам очень удивили ее: Грейнджер помнила Лаванду Браун недалекой болтушкой с дурацкими хвостиками.

Вечером следующего дня Гермиона задремала за бумагами в своем кабинете, а разбудил ее стук в дверь. Потерев глаза, она пошла открывать. На пороге стояла Лаванда и, судя по сведенным к переносице бровям, она была явно не духе.

- Грейнджер! - не здороваясь и не дожидаясь приглашения войти, мисс Браун ворвалась в кабинет. – Какого дементора ты делаешь?

- О чем ты? – девушка непонимающе заморгала. – ЧТО я делаю?

- Что делаешь?! Крутишься вокруг меня, пытаешься что-то вынюхать! Что тебе от меня нужно? Тебе мало того, что меня оборотень покусал, ты хочешь мне карьеру испортить?!

Лаванда подошла вплотную к Гермионе и довольно ощутимо ткнула ее пальцем в грудь.

- Или ты испугалась, что я уведу у тебя Рона? Да мне он даром не нужен! – Браун продолжала кричать, сопровождая каждое слово движениями, в результате которых Грейнджер оказалась прижатой к полкам с документами. – Я и тогда-то с ним встречалась, только чтобы тебя позлить!

Лаванда резко замолчала, понимая, что сболтнула лишнего, и опустила глаза.

- А зачем ты хотела меня позлить? – спросила Гермиона, стараясь, чтобы дрожь в голосе не выдала ее волнения.

В ее душе зародилась надежда: очень уж красноречив был взгляд Лаванды, который она пыталась спрятать под светлыми пушистыми ресницами. Стараясь не спугнуть девушку, Гермиона взяла ее за руку и легонько сжала.

- Лаванда, зачем ты хотела меня разозлить?

Растеряв весь свой пыл, блондинка тяжело вздохнула и посмотрела сокурснице в глаза:

- Я видела, как ты смотрела на Лавгуд, и поняла, что тебе нравятся девушки. Но меня ты в упор не замечала. И чтобы привлечь твое внимание, я решила слегка пофлиртовать с Уизли. Думала, может, ты ревновать начнешь, – Лаванда горько усмехнулась. – Ты и стала ревновать, да только не меня.

Девушка еще раз тяжело вздохнула, но не попыталась отнять руку, что очень порадовало Гермиону.

- Потом вы, трое, пропали куда-то почти на год. А когда объявились, было не до выяснения отношений. Да и вы с Роном на тот момент уже были вместе. Мне понадобился не один год, чтобы забыть тебя. И вот, ты появляешься на пороге моего кабинета, и ставишь всю мою и так непростую жизнь с ног на голову! Я пыталась всячески избежать встреч с тобой, но ты, как всегда, отличилась завидным упорством. Насколько мне известно, ты скоро выходишь замуж. Если это так, зачем ты искала встреч со мной?!

Гермиона, все еще держа руку Лаванды в своей руке, притянула ее ближе:

- Да, я, действительно, выхожу замуж. И я не знаю, зачем хотела с тобой увидеться. Но я знаю точно, что тебе больше не нужно искать способы, чтобы привлечь мое внимание. Оно у тебя и так есть. Самое пристальное. Понимаешь?

Голубые глаза Лаванды широко распахнулись от удивления, когда Гермиона крепко прижала ее к себе и нежно накрыла ее губы своими. Когда оцепенение отпустило Лаванду, она, обвив руками шею девушки, страстно ответила на поцелуй.

Этим вечером, сославшись на большое количество работы, колодомедик Гермиона Грейнджер впервые не ночевала дома.


***

Когда Гермиона сказала Рону, что произошедшее между ним и Виктором ее вина, он сначала подумал, что ослышался. Но по мере того, как девушка продолжала свой рассказ, Уизли понял, что окончательно сходит с ума.

- Гермиона, послушай! Я совсем ничего не понимаю! Причем тут Лаванда? – рыжий был настолько ошарашен, что даже не придал особого значения словам жены о том, что она еще до их свадьбы стала встречаться с девушкой. И не просто с девушкой, а девушкой-оборотнем, к тому же, его бывшей подружкой.

- Я ведь от Лаванды узнала, что Виктор Крам собирается сменить команду по квиддичу. Он, как и все спортсмены, подал медицинские документы к ним в комиссию. А Лаванда как-то обмолвилась, что мой «бывший ухажер» теперь будет играть за нашу страну. Вот, я и подумала, что эту информацию можно использовать. Понимаешь, когда я начала встречаться с Лавандой, подготовка к нашей свадьбе шла уже полным ходом. Я знаю, что поступила нечестно по отношению к тебе. Нужно было сразу все рассказать. Но я впервые испугалась! Мы через столько пошли вместе, пока наши отношения вылились во что-то большее, чем дружба. А теперь я должна была все разрушить!

Но чем дольше я оттягивала разговор, тем больше понимала, что так продолжаться не может. Я узнала, где будут проходить отборочные игры, и настояла, чтобы именно там прошел наш медовый месяц. Я думала, ты начнешь ревновать, и это станет поводом для серьезной ссоры со всеми вытекающими последствиями. Я решила, что если предложение о расставании будет исходить от тебя, то ты легче переживешь разрыв. Я и представить себе не могла, что все так обернется!

- Герми, если бы я услышал этот рассказ от кого-то другого, а не лично от тебя, я бы решил, что этому человеку пора в больницу «Святого Мунго»! Как тебе только в голову пришла такая бредовая идея?! Ты же разумный человек! - сказать, что рассказ Гермионы шокировал Рона, значило ничего не сказать.

- Рон, я не знаю, почему не решилась все честно тебе рассказать. Раньше благоразумие никогда не подводило меня. Потом я тысячу раз была благодарна Сириусу за то письмо, – Гермиона, вздохнув, опустилась на диван.

Уизли еще какое-то время мерил шагами комнату, периодически запуская руки в волосы и теребя их. В результате этих манипуляций его прическа превратилась в настоящее воронье гнездо. Наконец, он, что-то решив для себя, подошел к дивану и, опустившись на колени рядом с женой, взял ее руки в свои.

- Гермиона, мы с тобой оба совершили ошибку, но, в итоге, во всем разобрались. Все, что ни делается, к лучшему. Не встреть ты Лаванду, ты бы не придумала всю эту затею с Виктором. И я бы с ним никогда не встретился, - Рону даже не хотелось думать, что такое возможно.

Девушка подняла глаза на мужа и улыбнулась:

- Теперь, когда мы разобрались между собой, нужно решить, что делать. А главное, как рассказать все Молли.

- Она так хотела много внуков, - вздохнул Рон. - А кроме Билла и Флер, вряд ли, кто-то еще обзаведется детьми. Разве что, Перси надоест заниматься карьерой, и он решит создать семью. Но у Виктора есть сын. Он сейчас у его матери. Но если у него все удачно сложится с новой командой, стоит попросить его перевезти ребенка сюда. Мама могла бы нянчиться с ним во время нашего отсутствия.

- Хорошо, мы с ней поговорим, но позже. Сейчас мы нужны Гарри. И за Сириусом нужно приглядывать. Когда все уладится, мы обязательно им все расскажем. И мы всегда будем друзьями, правда?



Глава 23.

Драко вертел в руках письмо от отца.

«Дорогой сын!

Надеюсь, твой отпуск проходит хорошо. Ты внезапно уехал, и я очень беспокоился, пока не выяснил у мистера Забини причину твоего отсутствия. Постарайся больше не загружать себя работой до полного истощения, ни одна работа этого не стоит.

Очень жаль, что не могу пригласить тебя лично, но ты уехал во Францию, а я, к сожалению, из-за неотложных дел вынужден оставаться в Англии.

Драко, в ближайшее время я намерен жениться. Надеюсь, ты с уважением отнесешься к моему выбору, или, по крайней мере, не станешь выказывать своё неодобрение на публике, хотя, думаю, таких проблем не возникнет, так как ты знаешь этого человека, и всегда был о нём хорошего мнения.

Свадьба будет скромной, в присутствии всего нескольких гостей. Знаю, что это не похоже на Малфоев, но мой жених настаивал на минимальном количестве приглашенных.
Ты можешь привести с собой одного человека, только постарайся, чтобы этот гость не был связан с прессой. Мы не хотим широкой огласки.

Церемония состоится 10 ноября в Малфой-мэнор. Был бы рад увидеть тебя за день до этого, нам надо о многом поговорить.

Люциус Малфой»


Перечитав послание несколько раз, Драко всё ещё пребывал в недоумении.
О чём отец, вообще, говорит? Он женится? В письме явно было сказано, что избранник Люциуса мужчина, но он же никогда не увлекался представителями своего пола. Что могло произойти за несколько недель, которые Драко провёл во Франции?

После неудавшегося суицида, Блейз заставил Малфоя поехать развеяться. Одного он его, разумеется, никуда не отпустил, приставив в наблюдатели доктора и хорошенькую француженку. Она таскала его на выставки, концерты, дискотеки, пляжи и экскурсии, болтая без умолку и не оставляя в одиночестве больше, чем на пять минут. Драко был ей очень благодарен: он не успевал думать о Гарри; вечерами возвращался домой, еле передвигаясь от усталости, и сразу же ложился спать. Раз в несколько дней у него были беседы с врачом, который оказался превосходным психологом.

Забини навещал его каждые выходные, чтобы поболтать и развлечь. Сегодня был, как раз, такой день.

- Привет, Драко! - раздался радостный возглас Блейза. - Время дружеских посиделок!

- Привет, Блейз! - улыбнулся блондин. - Неужели прошла целая неделя?

- Не заметил? Наверное, хорошо проводишь время! - рассмеялся брюнет, и уже серьёзно добавил: - Как ты себя чувствуешь?

- Нормально, - пожал плечами Драко. - С моста сброситься больше не хочу, и даже понимаю, что моё решение уйти из жизни было большой глупостью.

- Это просто замечательно. Я очень рад, что отдых пошёл тебе на пользу. Драко, у меня есть для тебя новость. Я хотел сообщить раньше, но решил дождаться, когда тебе станет лучше...

- Ты о свадьбе Люциуса?

- Какой свадьбе? Знать ничего не знаю!

Драко протянул письмо Блейзу. Тот пробежал глазами послание и удивлённо присвистнул.

- Вот же старый пер... Кхм... Извини, Драко, вырвалось. Так на ком это он женится?

- Не имею ни малейшего представления. Думал, это ты мне скажешь.

- Я попробую разузнать по своим каналам, но я никаких сплетен не слышал, а я...

- А ты главный сплетник Лондона. Я помню, - улыбнулся Драко.

- Работа обязывает, - притворно вздохнул Забини. - Если б не работа, то я бы никогда... Кстати, а кого ты возьмешь с собой на свадьбу Люциуса?

- Ну, я ещё не думал... Может быть, ты составишь мне компанию?

- Согласен! Пойду с удовольствием! Это надо видеть своими глазами! Лорд Малфой женится на таинственном незнакомце! Такое захочешь – не придумаешь!

- Только, Блейз, не стоит болтать об этом. Отец ясно написал, что не хочет огласки.

- Хорошо, буду молчать, чего бы мне это ни стоило.

- А что у тебя за новости?

- Ах, да! Ты ни за что не поверишь! Сядь поудобнее и слушай. Резвимся мы тут, недавно, в ванной с близнецами Уизли. Такие затейники, скажу я тебе по секрету! Каждый раз притаскивают новые игрушки, так что скучать не приходится...

- Это и есть твоя новость? – покраснев, пробормотал Драко.

- Не перебивай, как раз подхожу к сути дела. Так вот, развлекаемся мы, значит, в ванной, прошу заметить, в моей ванной, в моей квартире, на которую наложено с десяток охранных заклинаний, и тут к нам вваливается сам Эванс.

- Что?!

- Да, да. Джеймс Эванс, собственной неповторимой персоной. И знаешь, что он от меня хотел? Найти Дафну!

- Но... Но ведь он знает, что никакой Дафны нет, что я – та самая девушка, - растерянно прошептал блондин.

- В том-то и дело! Мне это тоже показалось очень странным, я попробовал его расспросить, но он, в лучших традициях Поттера, послал меня подальше.

- Что он тебе говорил?! Вспомни все, пожалуйста!

- Что-то вроде того, что Дафна обещала прислать ему сову, но ему настолько невтерпёж пообщаться, что сам принялся за поиски.

- Это невозможно, так не бывает! – Драко подскочил со стула и начал нервно вышагивать по комнате.

- А когда я ему сказал, что Дафна уехала со своим женихом, - продолжал Блейз, - он сделал такие удивлённые глаза, что даже меня проняло.

- К-ка-каким женихом?

- Драко Малфоем, разумеется! Послушай, этот кретин не врал, он, и правда, искренне разыскивает именно Дафну! Я уверен.

- Неужели он забыл? – блондин жалобно посмотрел на друга. - Я немедленно вернусь в Англию и всё ему расскажу!

- И что ты ему скажешь? Привет Поттер-Эванс, я Дафна, давай дружить? Не пори горячку! Забыл, значит, вспомнит! Но сначала, надо разобраться в ситуации, и всё хорошенько продумать. Не думаю, что он сам наложил на себя «Обливиэйт».

- Что же делать?!

- Для начала – успокоиться. Вернешься домой, как и запланировал, и ни на день раньше. Никуда от тебя Поттер не денется. А сейчас долечивайся, поправляй нервы и придумывай план завоевания своего героя.

- Но как же...

- Не спорь! Ещё потом спасибо скажешь. А теперь, мне пора, - сказал Забини, вставая. - Я скоро снова загляну.

Малфой поднялся следом:
- А ты уверен...

Брюнет порывисто обнял Драко:
- Уверен! Всё будет хорошо! Только, Драко, обещай, что не будешь делать глупостей!

- Обещаю, - грустно вздохнул блондин и обнял Блейза в ответ. - Ты мой лучший друг, я доверяю тебе.

- И я не подведу, - тихим шепотом в ухо. – А теперь, выше нос и прекращай вести себя, как последний хаффлпаффец. Мой друг всегда по праву носил звание Серебряного Принца Слизерина, советую не забывать об этом!

- Забудешь тут, как же, - Драко улыбнулся. – Обязательно кто-нибудь напомнит.

- Для того и нужны друзья, - рассмеялся Забини и аппарировал, а Малфой остался стоять в пустой гостиной с улыбкой на губах.

Впервые за долгое время у него появилась надежда.


***

Месяц, отведенный на выздоровление Северуса, к радости Гарри приближался к концу. Снейп, по-прежнему, оставался его дядей, и Гарри его очень любил, но он был просто НЕВЫНОСИМ.

Во-первых, Гарри боролся с постоянным желанием зельевара встать, во-вторых, отбивался от постоянных попыток затащить его самого в постель и напичкать зельями, в-третьих, был вынужден следить за регулярным приемом лекарств, и все это под неиссякаемые язвительные комментарии его дядюшки.

С одной стороны, Поттер отвлекся от мучавших его мыслей о Дафне и Драко. Гарри справедливо решил, что уж на свадьбу папочки блондин заявится обязательно, а, значит, он выяснит у него, что там связывает этого Хорька с Дафной. Но с другой стороны, на четвертой неделе болезни, Поттер уже готов был порвать Северуса на кусочки.

Каждый день тот требовал, чтобы Гарри попросил Гермиону достать новые книги. Но если Гарри тащил стопку зельевару, тот принимался орать, что ему нельзя таскать такие тяжести. Если Гарри вел себя слишком громко, Северус был недоволен, если тихо – зельевар испуганно принимался звать племянника и отчитывать за то, что он, якобы, заставил его волноваться. И через некоторое время гриффиндорец уже с тоской вспоминал школьные годы: тогда ему, хотя бы, не приходилось общаться с грозой подземелий 24 часа в сутки.

Письмо Люциусу Гарри отправил, но тот сослался на дела и лишь поинтересовался самочувствием зельевара, обещав навестить его позже. Но так и не пришел. Юноша не понимал, что происходит между этими двумя, и просто следовал совету Джеймили: «Оставить этих двух баранов бодаться дальше».

Поттер как-то предложил погрустневшему зельевару написать Люциусу самому, и был назван «глупым мальчишкой, который еще не дорос до взрослых отношений, и не должен засовывать свой любопытный нос туда, куда не просят». Малфой так и не пришел, а Северус все больше начал походить на «сальноволосого ублюдка», которого Гарри помнил еще со школы. За два дня до свадьбы гриффиндорец не выдержал, и решил отправить Северуса мириться с женихом.

- Северус, думаю, тебе уже можно и нужно прогуляться!

- Ты меня выгоняешь? Что же, тебе так хочется от меня избавиться?

- Я тебя не выгоняю. Я лишь предлагаю тебе навестить Малфоя, - в ответ процедил сквозь зубы Поттер.

- Нам с ним не о чем разговаривать, к тому же, он сам отказался прийти, - нахмурился Северус.

- Он не может. - Гарри пытался найти причину, по которой Малфой не пришел: - Ему нездоровится. А вам просто необходимо помириться!!! Он, действительно, болен и не хочет тебя заражать, - ухватился за соломинку Гарри. - И я уже говорил тебе, что он просил передать, что просит прощения за все. Может, вы поговорите?

- Если он болен, почему ты посылаешь меня к нему? - дядя привычно придрался к словам.

- Потому, что тебе уже пора подышать свежим воздухом и пройтись, иначе завалишься в обморок прямо на свадьбе, от слабости. А Малфой уже выздоравливает... и... и нуждается в твоей поддержке.

- Гарри, ну пойми ты, я не хочу с ним встречаться! Я и так через два дня стану его мужем...

- Даже Джеймили считает, что вам необходимо поговорить, иначе вы сорвете свадьбу, - не обращая внимания на замечание Снейпа, твердо продолжал гриффиндорец.

- И это было бы чудесно, - тихо пробурчал себе под нос зельевар, а затем повысил голос: - Твоя змея слишком много думает.

- Есссли ты не хочешь, чтобы я рассказала Гарри, почему тебе ссстало плохо, тебе лучшшшеее пойти, - прошипела Джеймили, заползая к зельевару на грудь.

- Тыыыы, - задохнулся в бессильной ярости Северус, - тебе не хватит наглости!

- Хочешшшь проверить?

- Северус, что случилось? Что она тебе сказала?

- Ничего важного, - поспешил успокоить племянника мужчина. - Всего лишь очередную гадость.

- Так ты пойдешь к Малфою? - Гарри настороженно переводил взгляд с Джеймили на дядю.

- Ваша взяла, схожу я к этому умирающему лебедю, схожу.

- Вот и отлично, собирайся! И чтоб до вечера я тебя не видел! Возьмешь с собой Джейм? Для моральной поддержки?

- НЕТ!



***

В конце концов, Северусу все же пришлось отправиться к Малфою. К тому же, Гарри настоял на аппарации к воротам и неспешной прогулке до парадных дверей, мотивируя это тем, что дяде «воздух нужен».

Шагая по дорожке, Снейп пытался понять, с каких же пор он подчиняется приказам этого лохматого недоразумения, по воле богов именующегося его племянником. Думать о том, как вести себя с Люциусом, не хотелось. «Да, я его оскорбил, но это для его же блага. Он меня не любит, а я потом не смогу его отпустить. Пусть уж лучше он меня ненавидит».

Дверь ему открыл один из домовиков с подобострастным «Добрый день, профессор Снейп». На вопрос, где сейчас находится мистер Малфой, ему ответили, что он в своей спальне. Однако, когда Северус вошел в комнату, там никого не оказалось, а вот из смежного помещения, где находилась ванная, явно слышалось слегка фальшивое пение блондина.

Люциус Малфой всего лишь пытался избавиться от терзавшей его депрессии. За прошедший месяц он придумал тысячу поводов для похода к заболевшему другу, и миллион отговорок, почему он не может пойти.
Его просто раздирали противоречивые желания: хотелось, наплевав на гордость, аппарировать к Поттеру и вымаливать прощение, целуя каждый сантиметр тела этого упрямого ублюдка, но, в тоже время, Малфою было очень больно. В голове так и вертелись обидные слова зельевара: «Ты противен мне, Люциус Малфой», «кобель знатный», «глупая блондинка». Он повторял их снова и снова, понимая, что никогда не сможет заслужить даже тени улыбки на любимом лице.

«Я недостоин, я ничтожество». И чтобы хоть как-то отвлечься, блондин решил расслабиться и принять ванну: - «В конце концов, скоро свадьба, и я должен выглядеть идеально!»

Северус стоял под дверью в ванную и никак не мог войти. Ему вспоминались полные обиды серые глаза, дрожавший голос. «Все-таки, я перегнул тогда палку. Но это для его же блага», - с такими мыслями зельевар постучался.

- Можно?

Не расслышав стука, Малфой продолжил пение.

- Ты меня игнорируешь? - Северус вошел в комнату с камнем на сердце.

Малфой остановился, не зная, что сказать от неожиданности:
- У меня слуховые галлюцинации?

- Скорее, они у меня. Петь ты так и не научился, - зельевар ничего не мог поделать со своей язвительностью.

- Ты пришел, - констатировал факт Малфой, так и не обернувшись. Он находился в середине небольшого бассейна, полного белоснежной пены. Виднелась только его макушка в розовой шапочке.

- Не совсем верно, меня вынудили прийти, - Северус закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной.

- Хотел бы я посмотреть на человека, который может тебя вынудить что-то сделать, - горько усмехнулся Малфой.

- Поверь, ты не раз с ним виделся. Гарри и его змея – очень грозная сила, - пожал плечами зельевар.

- Зачем ты пришел? - Люциус повернулся и поднял на друга серые глаза обиженного ребенка.

- Нам надо поговорить... - мужчина с трудом выдержал этот взгляд, больше всего ему хотелось подойти и прижать к себе блондина.

- Надо? Разве ты не все сказал? - блондин подплыл к бортику и облокотился на него так, что из бассейна показался весьма соблазнительный мокрый торс.

- Кажется, я сказал слишком много, - Северус все же отвел взгляд.

Блондин лишь вопросительно поднял брови.

- Мне следует извини... - договорить Снейп не успел.

- Кажется, ты уже извинялся! - злобно прошипел блондин, прищурив глаза.

- В прошлый раз я был недостаточно убедителен.

- Ты пришел, чтобы продолжить меня оскорблять?

- Нет, я пришел извиниться за свое поведение и доставленные тебе моей болезнью неудобства.

Вспомнив, чем окончился их последний разговор, Малфой испуганно спросил:
- Как ты себя чувствуешь? Тебе же надо лежать в постели!

- Спасибо, я уже в порядке.

Малфой продолжал смотреть на зельевара: - «Он так близко и так далеко. Я должен извиниться... За то, что недостоин его и доставляю одни неудобства. Он пришел ко мне, а я даже не могу ничего сказать... Сказать, как люблю его... Как тоскую»

- Северус...

- Подожди секунду, Люциус. Насчет свадьбы... Если ты, все же, решил отменить ее – я пойму. Я был слишком несправедлив к тебе, - Северус с трудом подбирал слова.

- Ты, все-таки, не хочешь, - грустно заметил блондин. - Я сделаю так, как ты скажешь. Прости... Прости меня, я действительно все время решаю за тебя. Это я «довел» тебя, я же знаю, что тебе нельзя волноваться...

- Свадьба мне нужна, но я не хочу втягивать тебя в это против твоей воли. После того, что я тебе наговорил, ты имеешь полное право возненавидеть меня, - подавленно усмехнулся Северус.

- Я никогда не буду тебя ненавидеть. Такое просто невозможно, - блондин ласково улыбнулся той нежной улыбкой, которая редко появлялась на его лице.

- Но я же... Я же оскорбил тебя, я намеренно бил по самым уязвимым местам... - зельевар осекся, когда понял, что проговорился.

- Просто прими это как факт. Я никогда не буду тебя ненавидеть. - Блондин стал вылезать из бассейна, капельки воды стекали по стройному мускулистому телу. - А то, что ты меня оскорбил... Значит, у тебя были причины.

Северусу пришлось отвернуться, чтобы скрыть смущение:
- Ну, раз мы все выяснили, то я, пожалуй, пойду.

- Подожди! Я... - Люциус приблизился к зельевару.

- Может, ты сперва оденешься?

- А ты уверен, что я должен одеваться? - мурлыкнул другу на ухо блондин.

- Если ты сейчас не оденешься, то заболеешь, а лечить тебя я не буду, - по коже Северуса побежали мурашки.

- А может, я хотел умереть... - еле слышный шепот, и уже громче, жарко нашептывая на ушко: - А ты согрей меня!

- Люциус, это не смешно,- зельевар попытался отстраниться.

- А я совершенно серьезен, - шепнул Люциус, все же, накинув халат.

- В таком случае, могу предложить на выбор – заклинание, зелье или горячий чай.

- Ты забыл предложить свои жаркие объятия! - блондин ласково скользнул руками по плечам зельевара.

- Люц, пожалуйста, не надо, - голос Северуса чуть дрожал. - Мне, правда, пора.

- Почему? Куда ты спешишь? - Малфой прижался сзади к спине мужчины и зарылся лицом в его черные волосы, целуя шею.

- Мистер Малфой, может, вспомните, чем закончились в прошлый раз подобные действия? - Северус, все-таки, вырвался из рук блондина.

- Я... Да... Но... - Малфой опустил голову. - Прости.

- Ничего. К тому же, ты меня получишь в полное распоряжение буквально через два дня, - усмехнулся Снейп. - Неужели сложно потерпеть?

- Я подожду, - полуулыбка, полуусмешка на лице и глаза, полные надежды, печали и чего-то еще.

- Вот и славно, - улыбнулся в ответ мужчина. - Так я пойду.

Распрощавшись с Малфоем, Северус аппарировал в парк, недалеко от дома Гарри, где в течение пары часов пытался понять, что же он увидел в таких родных серых глазах.



Глава 24.

- Сириус, ну послушай же меня! - Рем продолжал наматывать круги вокруг кресла, в котором, надувшись, сидело счастье всей его жизни. - Это хороший шанс поговорить с Северусом по душам...

Разговор они вели с самого утра. Гарри явно не предполагал, что его письмо, принесенное, почему-то, министерской совой, вызовет такую реакцию. Услышав о том, что его просят посетить мальчишник Северуса Снейпа, Сириус устроил скандал со швырянием посуды и воплями на весь дом.

- Я и так терплю его общение с Гарри, почему я должен еще и сам с ним общаться?

- Но как же... Вам стоит окончательно разобраться со всеми вашими разногласиями. Подумай о Гарри и ребенке! - оборотень привел предпоследний из аргументов.

- Причем тут Гарри и наш ребенок? - Сириус схватил мечущегося оборотня за руку. - Мы можем провести вечер гораздо приятнее.

- Притом, что Гарри – его племянник, а нашему ребенку еще учиться у него! - послушно застыл на месте Ремус.

- И что? Если этот гад сделает им что-то плохое – я его укокошу. - Сириус погладил запястье Люпина и резко дернул его на себя.

- Это не выход! - попытался достучаться до любимого Рем, с трудом удерживаясь на ногах.

- Ну, Ремус, мы и так прекрасно проведем время, без всяких сальноволосых ублюдков. Иди сюда! - Сириус приглашающе похлопал рядом с собой и потянул Люпина.

- Сириус, нам нельзя, - со вздохом напомнил мужчина, усаживаясь подальше от Блэка. - Мерлин, неужели так сложно вспомнить, что вам уже не по пятнадцать лет? Взрослые люди, а никак не могут договориться...

- Ну, Луни... Нам все можно, - Блэк придвинулся к мужу.

- Нельзя. Доктор посоветовал тебе воздержаться от излишних нагрузок. Ты пойдешь со мной к Гарри.

- Во-первых, я никуда не иду. Во-вторых, мне все можно, - мужчина ухмыльнулся, приблизившись к Люпину вплотную, - если осторожно...

Ремус судорожно сглотнул. Слишком голодным был взгляд Сириуса, слишком сильно от него пахло возбуждением.

- Н-н-нет, мы идем к Гарри, и ты поговоришь с Северусом.

- Мерлин милосердный, Люпин! Даже Снейп будет завтра трахаться! Я больше не могу!

- Врач запретил...

- Он сказал не перенапрягаться, а не вовсе отказаться от секса! Ты что, не видишь - я начинаю нервничать! А мне нельзя нервничать! - последние слова анимаг рявкнул Ремусу прямо в ухо и скользнул рукой по бедру.

- Я могу налить тебе чая с мятой, чтобы ты успокоился, - предложил оборотень, аккуратно снимая руку Сириуса со своего бедра и перекладывая ее на спинку дивана.

- Сам пей свой чай! - прорычал Блэк, возвращая руку на место и скользя ею выше. - Я ненавижу мяту!

Ремус опять убирал наглую пятерню:
- Вот и поговоришь с Северусом о разновидностях натуральных успокоительных. Уверен, вы подберете что-нибудь тебе по вкусу.

- Я хочу не успокоиться, а... - Сириус положил руку на ширинку мужа, и коснулся губами его шеи.

- Нет, нельзя... - оборотень попытался отстраниться.

Сириус сжал значительную выпуклость на брюках, лизнул Люпина за ушком и прошептал:
- О, что тут у нас... Ну, чего ты ломаешься, как девственница...

- Сирррриус, - зарычал Ремус, рывком откидывая от себя мужа. - Я сказал – нет!

- Разведусь! - в тон мужу прорычал Блэк.

- Тебе, как беременному, не дадут. Ты считаешься недееспособным из-за перепадов настроения в резкой форме. - Ремус встал с дивана и быстрым шагом пошел на кухню.

- Тогда я уйду из дома! А разведусь потом, и ребенок будет со мной! Тебе, как оборотню, его не отдадут! - зло крикнул Сириус.

Рем влетел обратно в комнату, швырнул на диван флакончики с зельями, и навис над Блэком:
- Да кто тебя отпустит? Тебе совсем гормоны мозги заменили?

Оборотень продолжил отповедь, в ярости забыв и о том, что нельзя волновать беременного, и о вреде стрессов.

Сириус ухмыльнулся и заткнул любимому рот поцелуем. Люпин со злостью ответил на поцелуй, кусая чужие губы, с силой проталкивая язык в чужой рот. Блэк ответил не менее яростно, пытаясь восстановить лидирующую позицию.

Ощутив привкус крови в поцелуе, Ремус отшатнулся от Сириуса, в ужасе глядя на него.

- Куда? - тяжело дыша, спросил Сириус, протягивая руки к любовнику.

- Нет... стой... кровь... слишком... Нельзя!

- Что? Хватит болтать, иди сюда!

- От твоих губ пахнет кровью, а через неделю полнолуние...

- Что за бред? Мы занимались сексом и за день до новолуния! А ты оборотень, а не вампир! - Сириус снова нашел его губы. - Нечего было так меня заводить, дорогой!

- Нет, подожди... тогда не было такого перерыва....

- ЛЮПИН!

- НЕТ!

- Ах, так! Ну ладно, - Блэк расстегнул мантию и сжал свою плоть сквозь ткань боксеров.

- Ну, вот ты и нашел... выход... - сипло прошептал оборотень, медленно пятясь назад.

Сириус вытащил налитый кровью багровый член, несколько раз провел по всей длине и хрипло выдохнул, облизнув губы:

- Ремус...

- Н-н-нет...

- Рем, любимый... - Сириус продолжил ласкать член, засовывая палец в рот и начиная его посасывать в одном ритме с движением другой руки.

- Сириус... - оборотень с жадностью смотрел на возбужденного, тихо стонущего мужа.

- Ммм... - брюнет продолжил свои развратные действия.

- Нам нельзя...

Сириус вынул палец изо рта и сжал сосок, застонав и откинув голову:

- Ре-е-му-ус...

- Нель... нельзя же... - слова застряли в горле, Ремус шагнул к дивану.

- Иди... Сюда...

- Сири...

- Ммм... - брюнет шире расставил ноги.

- Ты невозможный человек, - хрипло прошептал Ремус, за доли секунды становясь на колени между разведенных бедер Блэка.

Он оттолкнул руку мужа и обхватил губами твердую плоть.

- Дааа... - пальцы Сириуса зарылись в волосы оборотня.

Губы Рема скользили по всей длине, язык обводил выпуклые венки и сочную головку. Сириус застонал в голос и сильнее нажал на затылок любовника. Ремус послушно увеличил скорость, позволяя Блэку проникать глубже.

- Рем... - Сириус вскрикнул и вздрогнул всем телом.

Люпин проглотил горьковатое семя мужа и выпустил его опавший член изо рта. Он быстро отвернулся, схватил один из флакончиков с дивана и залпом выпил его содержимое.

- Что? - Сириус непонимающе смотрел на мужа, пытаясь выровнять дыхание.

- Теперь ты в состоянии меня выслушать?

- А ты? Я еще не закончил... - брюнет протянул руку к любимому.

Ремус вопросительно выгнул бровь, позволяя Блэку дотронуться до себя.

- Что? Но... - Сириус с недоверием смотрел на оборотня, а потом глаза его понимающе округлились, и он злобно выпалил: - Зелье! Что ты выпил? Совсем спятил?

- Всего лишь успокоительное. Не кричи так, тебе нельзя волноваться. Думаю, после сегодняшнего дня тебя стоит показать врачу, вдруг это было слишком для малыша?

- Это тебе к врачу надо! Совсем озверел! Зелье у Нюниуса позаимствовал? Может, ты еще и спишь с ним?

- Тише, успокойся, - попросил Ремус, наклоняясь, чтобы поправить на муже трусы и застегнуть мантию. - Ни с кем, кроме тебя, я не сплю, и не собираюсь.

- Очень сомневаюсь. Раз уж ты не хочешь собственного мужа... Надо же тебе где-то усмирять свои звериные потребности. Зачем ты это сделал?

- Я очень тебя хочу, - Ремус накрыл ладонью уже слегка округлившийся живот Сириуса, - а ты меня еще и провоцируешь...

- Докажи!

- Если пойдешь со мной сегодня к Гарри.

- Общение с этим сальноволосым ублюдком явно не идет тебе на пользу! Это шантаж?

- Нет, - садясь на диван и притягивая к себе насупленного Сириуса, возразил оборотень, - всего лишь просьба твоего мужа, который хочет, чтобы ты, наконец-то, помирился с человеком, который много раз спасал жизнь твоему крестнику.

- Хм... И что я получу взамен?

- А чего бы хотелось моему самому любимому мужчине?

Вместо ответа Сириус ухмыльнулся, скользя рукой по груди мужа и целуя его шею.

- Не хочется тебя огорчать, но успокоительное было ооочень сильным, - извиняющимся тоном протянул Ремус.

- Придурок! - возмущенно прошипел Блэк и отвернулся.

- Но вот к ночи оно перестанет действовать... А мне придется опять спать в гостевой комнате, я ведь не хочу тебя потревожить, - вкрадчиво продолжал оборотень.

- Разведусь!!!

- Но если мой любимый муж будет вынужден весь вечер провести в компании мерзкого слизеринца, - рассуждал Люпин, не обращая внимания на вопль Сириуса, - то я, конечно же, просто обязан всю ночь держать его в своих объятьях и утешать.

- Хм... Только держать в объятьях?

- К сожалению, не могу этого обещать. У меня закончилось зелье, позволявшее мне не мучить беременного супруга своим неудовлетворенным желанием.

- Хорошо, я туда пойду, - сдался анимаг, но потом предупреждающе зарычал: - Но только попррробуй меня пррровести!

- И в мыслях не было, - Ремус невинно посмотрел на мужа.

- Не шути со мной!

- Что ты! Мне еще дороги мои барабанные перепонки.

Сириус минуту помедлил, но, все же, откинулся назад, облокачиваясь на оборотня.

- Успокоился? - прижимая Блэка к себе, Рем переплел свои пальцы на его животе.

- Может, мы, все-таки, не пойдем? - голосом ребенка, выпрашивающего любимую игрушку, попросил Сириус.

- Ты мне только что пообещал. Какой пример ты подаешь нашему ребенку? - строго спросил оборотень.

- Хорошо, но мы уйдем через час!

- Не раньше, чем через три, и то, это будет крайне невежливо.

- Но, Ремус, мне нельзя нервничать... А этот гад меня доведет!!! Вдруг мне станет плохо?

- Скорее, ты сам доведешь, кого угодно... А если серьезно, Гарри говорил, что Северус хочет больше узнать о Джеймсе. Каким тот был на самом деле.

- С чего бы это?

- Вот и спросишь у него. Только именно «спросишь», а не «наорешь и оскорбишь». Разница ясна?

- Да, - угрюмо проворчал брюнет и теснее прижался к Ремусу, тихонько поглаживая его руки и свой живот.

- У нас есть часа полтора, прежде чем нужно будет собираться. Не хочешь прилечь?

- Хочу... - ухмыльнулся Сириус.

- Сириус... Это было очень-очень сильное успокоительное.

- Лучше уйди от меня подальше, ПОКА Я ТЕБЯ НЕ УБИЛ!!!



***

- Гарри, о чем ты думал, когда творил подобное?!

Северус не поверил своим ушам, когда племянник объявил ему, что пригласил сегодня к себе славное семейство Блэк-Люпин на «мальчишник». Этот несносный ребенок даже не задумался о том, что Снейпу не хочется никого видеть за день до очередного фарса, который вот-вот произойдет в его, Северуса, жизни.

- Но ты ведь должен, как следует, повеселиться в свой последний холостяцкий вечер! - Поттер попытался изобразить жизнерадостную улыбку.

- И ты считаешь, что общение с Блэком позволит мне веселиться?

- А кого мне еще было звать? Малфоев? Но жениха не положено звать на мальчишник, а Хорька не хочу видеть я! - при упоминании Драко сердце Гарри болезненно сжалось.

- А зачем вообще было кого-то звать? Уж тебе ли неизвестно, что эта свадьба – хорошо поставленный спектакль?

Северус устало опустился в кресло и посмотрел на смущенного Поттера. На самом деле, внимание мальчишки было приятно, особенно на фоне всех проблем с Люциусом... Но Блэк!

- Неужели ты не хочешь, чтоб хоть что-то в твоей жизни было, как у всех? И потом, вам давно нужно найти общий язык с Сириусом, а это прекрасный повод...

- Я давно смирился, что в моей жизни ничто не может быть «как у всех». Гарри, ты просто не понимаешь, - мужчина нахмурился и стал озираться по сторонам: - Ты не видел мое лекарство?

Гарри передал нужное зелье:
- Вот же оно. Не меняй тему!

- Спасибо. Я и не меняю.

- Вам давно уже пора помириться, - продолжал свою проповедь Гарри. - Тебе сколько лет? Давно пора зарыть топор войны...

- Гарри, еще пара фраз, и я точно поверю, что ты – любимчик Альбуса. Говорите вы очень похоже. Тебе осталось только запастись лимонными дольками, - покачал головой Снейп.

Поттер скривился и пожал плечами:
- Просто ты один не можешь принять правду – вам незачем продолжать воевать. Сириус же согласился придти, - заметил Гарри, еще до конца не уверенный, что крестный, действительно, придет.

- В таком случае, мне крайне интересно, каким образом Люпин его убедил. В их парочке мозги есть только у него, - хмыкнул зельевар.

- Северус! Ну, пожалуйста, поговори с ним... - Гарри глубоко вздохнул и с надеждой поднял глаза на дядю. - Вам обоим это нужно.

- Ты говоришь так, будто у меня есть выбор. Дементор с тобой...

- Вот и хорошо, - гриффиндорец обезоруживающе улыбнулся.

- И когда они придут? Надеюсь, я успею приготовить две дозы сильнодействующего яда?

- Дядя! Я прошу тебя, веди себя... корректно... Он же в положении, - при этих словах Гарри густо покраснел.

- Если бы это сказывалось на его поведении в лучшую сторону, - возвел глаза к потолку зельевар.

- Но все-таки... Я прошу! - требовательно воскликнул Гарри.

- Хорошо, я обещаю, что не буду высказывать все, что думаю о его уме, поведении и прочем.


Обещание прозвучало вовремя: в камине раздался шум, а через мгновение появились гости. Северус глубоко вдохнул и приготовился к тяжелому вечеру.



Глава 25.

- Северус, дорогой! Как я рад тебя видеть! - приторно-сладким тоном начал Сириус.

- Блэк, ты здоров? - Снейп от удивления чуть не потерял дар речи.

- Мерлин мой, Северус! Ты когда отмыл голову?! - таким же тоном спросил Блэк.

- Тааак, Блэк, я начинаю подозревать, что ты сегодня ударился головой, - угрожающе протянул Северус.

Сириус оскалился в улыбке, подталкивая стоящего столбом Ремуса к дивану, и уже куда более искренне и нежно улыбнулся крестнику:

- Здравствуй, Гарри!

- Эм... Привет! - Гарри робко улыбнулся и ткнул Северуса в бок.

- Гарри, - Снейп смерил племянника гневным взглядом, - не могли бы вы с Люпином принести то, что ты оставил на кухне?

- А что я оставил? - невинно захлопал глазами Поттер.

- Думаю, вы разберетесь, - процедил сквозь зубы дядюшка.

- Ремус, пойдем. - Гарри послушно утащил оборотня на кухню.

- А теперь, может, скажешь мне, что тебе пообещали за то, что ты придешь сюда? - Северус развернулся в сторону Блэка, вольготно развалившегося на диване.

- Ну что ты, родной! Я с радостью пришел проводить тебя в семейную жизнь! - Сириус вновь диковато улыбнулся: происходящее явно начинало его забавлять.

- Блэк, я пообещал племяннику не оскорблять тебя. Но я не обещал не накладывать на тебя заклинаний.

- На меня нельзя накладывать заклинания. Это может нам навредить, - ухмыльнулся Блэк. - Гарри будет очень недоволен.

- Заклинание немоты не повредит плоду, проверено, - ехидно протянул Северус, со вздохом усаживаясь обратно в кресло. - Ну, а если серьезно?

- Еще раз назовешь моего ребенка плодом, и я тебя закопаю заживо! - злобно зашипел Блэк и, немного успокоившись, добавил: - Должен же я проверить, что ты еще не убил моего крестника.

- Твой плод, между прочим, во всех медицинских изданиях так зовется, - пожал плечами Снейп. - И как, убедился?

Проигнорировав комментарии собеседника, анимаг вновь вернулся к жизнерадостному тону и преувеличенно громко, чтобы слышали на кухне, спросил:

- Как дела, Северус?

- Спасибо, замечательно, - в тон ему ответил зельевар, а затем вновь понизил голос: - Блэк, лучше веди себя, как обычно, а не то меня инфаркт хватит.

- Буду только рад, - буркнул Сириус.

- Вот и договорились, а то мне было страшно. Как протекает беременность?

- А как идет подготовка к свадьбе? - ехидно поинтересовался Блэк.

- О, замолчи... Это точно приносит меньше радости, чем беременность.

- Передай будущему супругу мои соболезнования!

- Неужели мои ожидания оправдаются, и ты не появишься на этом мероприятии?

- Как я могу пропустить такое зрелище? Малыш Севви, наконец-то, нашел свою судьбу! Не захлебнитесь ядом в первую брачную ночь!

- О, поверь, мы не доставим тебе такого удовольствия! Так что, никаких зелий не надо?

- Мне ничего от тебя не надо! И если ты еще раз что-нибудь дашь Ремусу... очередное «успокоительное»...

- Какое успокоительное? - вскинул бровь Северус.

- А то, ты не знаешь! Притупляющее... - Блэк покраснел и еще больше разозлился от этого.

- Так вот, чем он тебя сюда заманил, - дошло до Снейпа. - И сколько ты сидишь без секса?

- Не твое дело!

- Могу тебе честно признаться – зелья он брал не у меня.

- Значит, Гермиона, - хмуро констатировал Блэк.

- Начинаю гордиться этой ученицей, - довольно протянул Снейп.

- Что ты-то ухмыляешься? Семейная жизнь не пугает?

- А чего мне там бояться? Мой будущий супруг не оборотень, в отличие от некоторых.

- Ну, например, того, как он будет срывать твои грязные подштанники и... - ухмыляясь, начал Сириус.

- Ну, если он захочет...

- Ах, так ты боишься, что может не захотеть, - подхватил Блэк, раздосадованный странным спокойствием школьного недруга.

- Я на это надеюсь, - Северус на секунду забыл, с кем говорит.

- Что? - изумленно воскликнул Сириус.

- Нет, ничего, - спохватился зельевар, и попытался сменить тему: - Где там Гарри и твой Люпин?

- Нет, подожди! Значит, ты боишься ваших интимных отношений. Неужели ты еще девственник, Северус? - вкрадчиво начал Блэк и ехидно добавил: - Не переживай, твой опытный супруг тебя быстро обучит.

- Не этого боюсь, - нахмурился Северус. - Я понимаю, что тебя это веселит, но не надо...

- А чего же? Боишься не понравиться? - Сириус продолжал ухмыляться. - Да я сам удивлен. Все знают, что Малфой предпочитает молоденьких мальчиков.

- Чччто? - у зельевара неприятно кольнуло в груди.

- А чего ты так удивляешься?

- Ты прав, чему удивляться, - сердце Северуса снова сжалось, - Гарри, ты не видел, куда я положил флакон?

- Что-то случилось? Тебе плохо? - рядом с Северусом тут же появился Гарри, сжимающий флакон с зельем, и маячивший за его спиной Ремус.

- Нет, все в порядке, - прошептал Северус, забирая у Поттера зелье.

- Это ты его довел? - кинулся к мужу Ремус.

- Мы просто мило поболтали, - начал оправдываться Сириус. - Северус просто нервничает перед свадьбой. Правда, Северус?

- Верно, - с трудом глотая вязкое лекарство, оправдал его Снейп.

- Ну, и где выпивка? У нас мальчишник или кружок домохозяек? - развалившись на диване, спросил Сириус.

- Сири, тебе нельзя! - напомнил оборотень. - И Северусу тоже.

- Весело, - хмуро заключил Блэк. - Но тебе-то можно!

- А тебя это чем так радует? - Ремус покачал головой, потом внимательно посмотрел на Снейпа: - Северус, ты точно в порядке?

- Да, успокойся.

- Хочу получить в свое распоряжение пьяного оборотня! - ухмыльнулся Блэк.

- Так я, все-таки, верно угадал, как сюда заманили Блэка, - Северус ехидно посмотрел на анимага.

- Северус, будь добр... - начал, было, Люпин.

- Как заманили? - спросил Гарри.

Сириус в ответ лишь покраснел и злобно зыркнул на Снейпа.

- Неважно, - оборотень попытался сгладить ситуацию.

- Северус? - Гарри вопросительно посмотрел на родственника.

- Гарри, забудь, - покачал головой Снейп, - я не прав.

Поттер с подозрением оглядел троицу:

- Чем займемся?

- Я хотел бы кое-что узнать, - Северус на секунду зажмурился, а потом продолжил. - О Джеймсе.

Ремус потрясенно выдохнул: он, конечно, сам доказывал это Сириусу, но видеть подтверждение своих слов вживую...

- Ты? О Джеймсе? - Блэк выглядел не менее потрясенным, чем его муж.

- Да... Гарри, - развернулся к племяннику мужчина, - не мог бы ты подать ту фотографию, где он сидит на подоконнике?

Гарри послушно протянул полюбившийся Северусу маггловский снимок.

Зельевар еще раз окинул взглядом фотографию, а потом протянул ее Блэку:

- Вот. С кем он здесь и почему тут танцовщица? И часто ли он делал вам подобные «подарки»?

- Да, Джеймс любил такие вещи, - Сириус тепло улыбнулся своим воспоминаниям и задумчиво продолжил: - Я знаю, где это. Но когда и с кем?

- Я знаю, - смущенно протянул Ремус. - Он там со мной. Мы тогда... Тебе это не понравится, Сириус. Ты был на задании ордена, а Лили сутками пропадала в лаборатории. Мы с ним просто сидели, разговаривали в тот вечер, а потом...

Оборотень покраснел и закусил губу, стараясь не встречаться взглядом с мужем.

Затем вскинул голову и быстро продолжил:

- Это было... хорошо. Нежно и ласково. Чертов дружеский секс в лучшем из его проявлений. И мне не было стыдно. А потом пришла Лили и застала нас. Сказала, что все понимает и не злится, что она давно ждала чего-то подобного, что мы слишком нужны друг другу. Когда Джейми дарил мне эту фигурку, он сказал, что все это, вряд ли, повториться, что это было, как танец: яркий, обжигающий и исчезающий вместе с последними нотами музыки.

Как только Ремус закончил рассказ, Северус вскочил с места. Он схватил племянника за шкирку и выпихнул из гостиной, на ходу бросая антиаппарционное, каминоблокирующее и заглушающее заклинания:

- Вам надо поговорить...

- Ты... Ты... - Сириус судорожно глотал воздух, с ужасом взирая на мужа.

- Любимый, послушай меня, - Ремус попытался приобнять Сириуса.

- Не смей меня трогать! - злобно прошипел Блэк, сбрасывая протянутые руки.

- Дай мне объяснить!

- Объяснить? Что ты хочешь объяснить? По-моему, здесь и так все ясно!

- Ничего тебе не ясно, - Рем снова покачал головой, а затем продолжил: - Давай, я доскажу, а потом ты будешь меня проклинать?

Сириус отвернулся и сложил руки на груди, всем своим видом изображая протест.

- Ты тогда игнорировал меня. Помнишь, мы крупно поссорились из-за того, что ты флиртовал со всеми подряд? А потом ты ушел на задание. Мне было страшно, а Джеймс пришел поддержать меня. Я сам затащил его в постель, а там все равно срывался на твое имя... Не знаю, почему он лег со мной, наверное, просто пожалел.

А Лили его простила, знаешь... О, да, она сказала, что не удивляется. А потом пообещала кастрировать меня, если я еще раз полезу к ее жениху, и долго что-то объясняла Джеймсу. Он проникся, и, насколько я знаю, это был единственный раз в его жизни, когда он был с кем-то, кроме нее.

Да, мне не было стыдно – мне было больно. Я думал, что теперь Джеймс просто прекратит со мной общаться... Лили обозлится... А они меня пожалели. Та фигурка, если сказать нужное слово, превращалась в тебя. И Джим тогда сказал совсем не те слова Он и Лили просили беречь тебя, а я не справился...

- Я... - Сириус пытался сдержать подступавшие слезы. - Мне надо побыть одному...

- Нет! Можешь кричать на меня, можешь бить, только не прогоняй, - Люпин снова попытался прижать к себе мужа.

- Убери руки! - прорычал Сириус и направился к выходу, на ходу выплевывая: - Ты мне врал!

- Сириус, подожди!

- Не подходи ко мне!

Ремус смотрел на захлопнувшуюся дверь и понимал, что сам во всем виноват. Виноват, что изменил, виноват, что рассказал. Теперь, если Сириус уйдет, это только его вина.

- Мда, Люпин... Ты, конечно, выбрал очень удачное время для подобных признаний, - в голосе Снейпа сквозило неприкрытое удивление.

- Я – идиот, Северус.

- Ремус? - Гарри в шоке пялился на оборотня: - Это... это правда?

- Да, это правда! - рявкнул Рем. - Тебе не раз говорили, что единственная женщина в жизни твоего отца – твоя мама. Теперь ты знаком и с его единственным мужчиной.

- Не срывайся на ребенке, - прошипел Северус, - он в твоих проблемах не виноват!

- Мама... Ремус, как ты мог?

- Гарри, я понимаю, что это не оправдание, но мне было очень плохо, так муторно.

Оборотень закусил губу: ему, как никогда, захотелось выть – тоскливо, по-волчьи.

- И что? Когда мне плохо, я не лезу в постель к Рону или Гермионе! О чем ты думал? Зачем?

- Гарри... я сам себя за это уже сотни раз проклинал... не надо больше.

- Выпей, - Северус, словно из ниоткуда, извлек стакан со странной зеленоватой жидкостью. - Пей, Гарри.

Поттер настороженно покосился на жидкость. В эту минуту он чувствовал себя преданным, и не хотел никому верить.

- Что это? - и добавил, обращаясь к Люпину: - Но отец... Он ведь... Он любил маму? А Сириус тебя... Как ты мог так поступить с ними? Как вы могли? Это неправильно!

- Твой отец очень любил Лили. Не вини его, он просто пожалел меня. Сириус... он тогда часто делал мне больно и не задумывался об этом... Я знаю, что это было не правильно, - Ремус мечтал провалиться сквозь землю.

- Гарри, выпей, - продолжал настаивать Снейп.

- Я не понимаю! Зачем одним разом причинять боль стольким людям!

- Гарри, иногда люди совершают ошибки. Люпин когда-то ошибся и уже расплатился, пойми это, - Северусу стало жалко оборотня, который явно успел сотню раз пожалеть о том, что проговорился. - А теперь выпей.

- Что это? - сквозь зубы процедил Гарри.

- Успокоительное, тебе не помешает, - спокойно ответил зельевар.

- Мне НЕ НАДО УСПОКАИВАТЬСЯ! Я спокоен! Где Сириус? Почему вы опять думаете о себе? Куда он пошел, на ночь глядя?

- Сейчас ты это при мне выпьешь, и мы пойдем искать его.

- Ага, сейчас я это выпью и усну? - прищурив глаза, почти переходя на серпентаго, прошипел Гарри.

- Оно мне надо? Нам еще твоего крестного искать, а от Люпина толку мало в таком состоянии.

- Я не буду это пить, пока мы его не найдем!

- Поттер, немедленно!

- НЕТ! - в гриффиндорце проснулся школьный дух противоречия настырному профессору.

Скрутить мальчишку и влить ему в рот зелье оказалось нетрудно. Гарри закашлялся, проглотив жидкость, и рухнул, как подкошенный, на руки дяди.

- Так, отлично. Люпин, выметайся, но завтра я жду тебя на свадьбе со счастливым Блэком под руку.

- Что ты сделал с Гарри? - вскинулся оборотень.

- Завтра он проснется и будет уверен, что все сегодняшние события ему приснились, понял?

Ремус на секунду замер, а затем, кивнув в знак благодарности, выбежал из квартиры.

Северус глубоко вздохнул: - «Вот и посидели». И понес племянника в его комнату.
Эта ночь будет долгой.



***

На дворе была ночь, но Ремус успел оббегать полгорода в поисках мужа. Теперь он сидел на диване в гостиной собственного дома и смотрел на камин.

- Привет, - тихо раздалось из-за спины.

- Сириус! - оборотень вскочил на ноги, оборачиваясь к Блэку. - Где ты был?! Я тебя по всему городу искал!

- Гулял и думал.

- И о чем же ты думал?

- О нас, о Джеймсе, о Лили, - грустно улыбнулся Блэк.

- Сириус, прости, я понимаю, что зря все рассказал, - Ремус говорил быстро, проглатывая от волнения окончания слов, - и что моему поступку нет оправдания, и что...

- Подожди, - остановил его Сириус. - Я долго думал и принял решение.

- Какое? - затаил дыхание оборотень.

- Я решил, что... - Сириус остановился, подбирая слова.

Ремус стоял в шаге от любимого, не решаясь подойти. Закусив губу, он ждал решения мужа, от которого теперь зависела вся их жизнь.

- Если Лили однажды дала тебе шанс, то почему я должен идти наперекор ее решению? Она была мудрым человеком.

- И? - медленно шагнув вперед, Люпин оказался стоящим вплотную к Сириусу, но готовым в любой момент отойти по его требованию.

- И мы тоже решили дать тебе шанс, - Сириус взял руку Ремуса и положил к себе на живот: - Правда... Лили?

Рем с восторгом ощутил, как толкается внутри его мужа их ребенок. Он медленно опустился на колени, утыкаясь лицом в живот Сириуса:

- Простите меня...

- Шшш... Все хорошо, - Сириус тихонько поглаживал лохматую макушку. - Я тебя люблю. Мы тебя любим.

- Я идиот... Я чуть вас не потерял из-за ошибки, совершенной много лет назад... Прости...

- Все хорошо. И так и будет. Если ты, конечно, еще чего-то от меня не скрываешь.

- Ничего, - встав с колен и прижав к себе Сириуса, тихо прошептал Ремус, - больше ничего и никогда...

- Надеюсь на это. Больше не смей мне лгать и недоговаривать, - усмехнулся Блэк, а потом взволновано воскликнул: - О, черт! Гарри!

- С ним все в порядке, - пряча лицо на плече анимага, сообщил Рем, - он будет считать, что все это ему приснилось. Ты точно не сердишься больше?

- Нет, но буду, если ты сейчас же не приступишь к выполнению сегодняшнего обещания, - ухмыльнулся Сириус.

- Ну, судя по часам, время действия успокоительного закончилось, а больше его у меня нет, - прошептал оборотень, сильнее прижимая к себе Блэка и даря ему нежный, тягуче-ласковый поцелуй.

- В спальню! - требовательно прошептал Блэк, оторвавшись от губ любимого.

- Как скажешь.

Оборотень подхватил мужа на руки, быстрым шагом минуя лестницу и коридор.

Последняя связная мысль появилась в его сознании, когда он укладывал довольного мужа в постель: «А что, если это все же мальчик?»



Глава 26.

В поместье, в своей комнате Драко задумчиво изучал содержимое гардероба. Его льняные брюки и лёгкая рубашка явно не подходили для Англии и её промозглого ноябрьского климата.

Около получаса назад он вернулся из Франции; но, не пробыв в квартире и пяти минут, Драко уже не мог отделаться от терзающих его воспоминаний о той ночи любви с Гарри и преследующем чувстве одиночества. Они нахлынули с новой силой, стоило блондину вновь переступить порог дома, ставшего свидетелем любви и страсти.

Именно поэтому, недолго думая, он сбежал в Малфой-мэнор.

- Здравствуй, сын.

Дверь бесшумно отворилась.

- Эльфы сказали, что ты дома. Рад тебя видеть.

- Здравствуй, отец. Как ты и просил, я прибыл накануне свадьбы, - улыбнулся Драко. – И ужасно заинтригован: кто же твой жених и к чему такая таинственность?

- Давай поговорим об этом после ужина, ты не против? Нам надо многое обсудить.

- Конечно, рара.

- Как ты отдохнул? Ты выглядишь бледным, - обеспокоено спросил Люциус.

- Это акклиматизация, не волнуйся, - Драко смутился. В последние несколько дней он так часто думал о предстоящей встрече с Гарри, что его уже стало подташнивать от волнения. И, чтобы не беспокоить Блейза, он старательно скрывал свое состояние.

- Тогда отдохни пока, а я прикажу подать ужин через два часа.

- Спасибо, рара.

Драко послушно прилёг; он, и в правду, плохо перенёс аппарацию: кружилась голова и слабость разлилась во всём теле, поэтому расслабиться не мешало. Удобно развалившись на поистине королевском ложе, Драко призвал с тумбочки аккуратный свёрток и, разглядывая его, привычно погрузился в мысли о Гарри.

Драко, в который раз, пытался понять, что же произошло после того, как Поттер ушел в ту ночь, а пальцы молодого мужчины уже привычным движением поглаживали чуть шероховатую поверхность.

Этот сверток сопровождал Малфоя-младшего вот уже почти две недели: с тех пор, как он забежал в один маленький антикварный магазинчик Парижа, скрываясь от чрезмерной заботы своей «опекунши».

Небольшое помещение было полностью заставлено стеллажами и витринами, которые с трудом вмещали невероятное количество всевозможных вещей, начиная от зонтика начала 14-го века, заканчивая громоздким зеркалом в ужасающе безвкусной раме. Пока блондин с удивлением озирался по сторонам, пытаясь понять, что же заставляет его чувствовать себя несколько... неуютно, появился хозяин.

Невысокий седовласый мужчина тихо окликнул Драко:

- Добро пожаловать, молодой человек. Вы ищете что-то конкретное?

- Добрый день. Нет, я зашел к вам абсолютно случайно, но, возможно, меня что-то заинтересует, - неопределенно отозвался блондин, продолжая озираться. - Я люблю редкости.

- Тогда, с вашего позволения, я покину вас ненадолго...

- Не боитесь, что я что-нибудь украду? - неожиданно для себя спросил Драко, кажется, уже начавший понимать, что же его так смущало.

- Нет. Здесь невозможно ничего украсть, - лукаво улыбнулся старик, скрываясь в подсобке.

- Невозможно украсть? - задумчиво повторил Малфой. И тут же пришел ответ: - Магия! Здесь все ею пропитано!

Вот что так его смутило: каждый предмет содержал внушительный заряд той чистой силы, что есть лишь у особых старых артефактов. Вещей, с которыми расстаются только в случае крайней необходимости; вещей, которые сами возникают в жизни и исчезают по своему желанию. Такой предмет нельзя украсть – он сам не позволит.

«Вот бы Гарри имел такую ценную вещь, чтобы хоть она иногда грела его в полупустом доме... Стоп! Я опять?»

Размышления Драко прервал тихий шелест страниц.
Блондин завертел головой, пытаясь определить источник звука. Краем глаза он уловил движение на притаившейся в углу конторке продавца.

На заваленной документами столешнице лежала раскрытая книга, точнее, дневник. Девственно белые страницы переворачивались, словно под дуновением ветра, которого, впрочем, в помещении явно не наблюдалось.

Помедлив, с некоторой опаской, Драко взял его в руки. Молочного цвета обложка дала приют свернувшемуся клубком черному коту.

- Ты красивый... - блондин легонько провел пальцами по выпуклому изображению.

Оно вдруг ожило под его прикосновениями, и животное сменило позу. На обложке красовался уже сидящий грациозный зверь, хитро посматривающий на Малфоя изумрудными глазами.
«Как у Гарри...»

- Вы ему нравитесь, - хозяин вновь появился в комнате, все так же внимательно рассматривая перспективного покупателя.

- Д-да? - несколько смущенно пробормотал Драко. - А он... продается?

Услышав это предположение, кот на обложке выгнул спину и... зашипел. Блондин чуть не выронил дневник.

- Вот видите, ему не нравится эта формулировка. Он ждет своего хозяина уже много лет. Многие предлагали за него деньги, но всякий раз он возвращался.

- А если я не дам денег? Возьму его просто потому, что он очень нужен одному человеку? Он поэт, и часто записывает свои творения на всевозможных листках, которые – я знаю! – потом теряет... - Драко смутился своего порыва, но все же продолжил. - Он останется... с Гарри?

- Думаю, да, - благосклонно кивнул владелец лавки.

Когда дневник уже обернули, для сохранности, в вощеную, шероховатую на ощупь бумагу, Драко рискнул уточнить:

- Вы ведь за многие вещи не берете денег, верно? Тогда... зачем?

Старик промолчал, открывая Малфою дверь и сгибаясь в шутливом полупоклоне. Блондин кивнул на прощание, и, уже выйдя из полутемного помещения на свет, услышал почти шепотом произнесенное:

- Молодой господин, у всех есть тайны, которые следует хранить в темноте.

Когда Драко обернулся, за его спиной была глухая стена.



Плавный поток воспоминаний прервал испуганный эльф, пропищавший, что ужин подан. Драко поплёлся вниз: есть совершенно не хотелось, но не стоило расстраивать отца.

За столом Малфои перекинулись лишь парой незначительных фраз. Во время трапезы Люциус был странно задумчив и, казалось, даже печален. И потому он абсолютно не обращал внимания на то, что Драко, скорее, размазывает еду по тарелке, чем ест.

Когда отец с сыном перебрались в кабинет и наполнили стаканы скотчем, Люциус вздохнул и заговорил:

- Ну, давай, спрашивай. Я же вижу, что тебе любопытно.

- А тебе, разве, не интересно было бы узнать, что твой собственный отец, которого все считали убеждённым натуралом, решил жениться на другом мужчине? Да еще в тайне и крайне поспешно? И могу я узнать имя счастливого супруга?

- Северус Снейп. Но я не стал бы употреблять здесь слово «счастливого».

- Почему? – Драко постарался осмыслить новость.

- Ну, это, скорее, брак по расчёту.

- По расчёту? И что вы двое будете с этого иметь?

- Северус – фамилию Малфой.

- А ты?

- А я, - Люциус грустно улыбнулся, - получу в супруги любимого мужчину.

- Ты его любишь?! – Драко был в шоке от подобной новости.

- Больше жизни... - грустно прошептал старший Малфой.

- Это же... Это же здорово! Я так рад за тебя, рара!

- Да, наверное... наверное, здорово...

- Но почему ты так расстроен?

- Расстроен? Нет, что ты... Это просто предсвадебная хандра, - пытался бодриться Люциус.

- Мне ты можешь не врать, я – Малфой, и прекрасно знаю, как мы выглядим, когда притворяемся.

- Драко, ну что я тебе скажу? Что мой жених пошел на этот шаг лишь потому, что ему необходимо срочно сменить фамилию? Что я сам навязал ему этот брак?

- Но... Но зачем ему-то это нужно?! Чем его собственная фамилия не устраивает?

- Шутишь? Чтобы Северус согласился носить фамилию Поттер?! Да скорее Темный Лорд воскреснет, чтобы извиниться перед всеми... – широко распахнул глаза Люциус, забывая, что сын не в курсе дела.

- По... Поттер?! Что? - до Драко медленно доходил смысл слов отца, и в глазах потемнело. - Северус женился на Поттере, взял его фамилию, а потом поссорился и снова решил сменить фамилию? - прошептал он, цепляясь в подлокотники кресла.

- Драко, ты в порядке? - тут же кинулся к сыну Люциус.

- Я немного удивлён, вот и всё, - с трудом взяв себя в руки, Драко постарался сесть в кресле прямо.

- Ты уверен? Может быть, ты приляжешь?

- Нет, нет. Всё в порядке. Сейчас пройдёт. Просто это акклиматизация, - вяло отозвался младший Малфой.

- Хорошо. Но если почувствуешь себя хуже, сразу скажешь, ясно? - Люциус вернулся на место. - Итак, на чем мы остановились?

- На том, что Северус разругался с Гарри и решил сменить фамилию.

Люциус удивлённо приподнял бровь, когда его сын назвал Поттера по имени, но промолчал.

- С племянником он, как раз, не ругался, - загадочно для Драко опечалился старший Малфой. - Он с Департаментом поругался.

- С каким племянником? - не понял Драко. - И при чём тут Департамент?

- Северус оказался старшим братом-близнецом Джеймса Поттера, отца Золотого Мальчика. Эйлин выкрала его из палаты, когда ему было четыре дня. – Люциус, все же, соизволил объяснить сыну происходящее.

- И они, будучи родственниками, ещё и любовниками были?! - эта мысль поразила Драко гораздо сильнее, чем известие о настоящих родителях Северуса

- Джеймс и Северус?

- Северус и Гарри!

- Ах, ты об этом... В общем, Гарри пришел наладить отношения с новоиспеченным дядюшкой. Поттеру стало плохо, и Северус отправился с ним в Мунго.

- Так они не встречаются? - в душе забрезжила робкая надежда.

- Нет, слава Мерлину, - губы старшего Малфоя тронула легкая улыбка.

Драко улыбнулся в ответ, но улыбка тут же сменилась тревогой:

- Постой, ты сказал, что Гарри стало плохо? Что с ним случилось? Он заболел? Когда это произошло?

- Северус предпочел не распространяться об этом. Сказал только, что болезнь достаточно серьезная и давняя. Я и не стал выяснять больше, - тут Люциус внимательно взглянул на сына: - Гарри?

- Ну, - Драко смутился, - у нас же теперь два Поттера, и чтобы не перепутать...

Люциус лишь тихонько хмыкнул, отметив столь откровенную ложь.

- А ты не знаешь случайно... Не подумай чего, это просто беспокойство о бывшем однокласснике, - робко продолжил Драко. - А как он сейчас себя чувствует?

- Похоже, неплохо. Заходил ко мне, спрашивал про тебя, - старший Малфой внимательно наблюдал за выражением на лице сына.

- Да? - Драко чуть не подпрыгнул в кресле. - Когда заходил? О чём спрашивал?

- Три недели назад. Спрашивал, не собираешься ли ты жениться. Я, признаться, удивился такому вопросу.

- Жениться? - удивлённо протянул Драко. – С чего это у него такие мысли появились?

- Ну, это тебе виднее... А у него могут быть основания так считать?

- Я, вроде бы, таких поводов не давал, - задумчиво сказал Драко.

- А жаль. Ты не забыл о своих обязательствах перед семьей?

- Нет, рара. Но я ещё не думаю, что пришло время...

- И когда оно придет? Тебе уже двадцать пять! Вот я в твоем возрасте... – Люциус оседлал любимого конька.

- В моём возрасте ты уже имел тёмную метку! - Драко понимал, что откровенно хамит отцу, но ничего не мог с собой поделать.

Все подобные разговоры о женитьбе на чистокровной ведьме выводили его из себя. А одна мысль о том, что нужно переспать с какой-то неприятной посторонней женщиной для зачатия наследника, просто ввергала в панику.

- Не смей разговаривать с отцом таким тоном! - спокойно, но жестко отчеканил Малфой-старший. - Это твоя обязанность. Если ты не можешь выбрать невесту сам, я могу помочь.

- Прости, рара. Я, в последнее время, на всё очень эмоционально реагирую, - смутился Драко. - Я не отказываюсь от своих обязательств перед родом, но, ты же знаешь, для меня это не так просто. Можно ещё немного повременить со свадьбой? Время терпит?

- Терпит. Но не затягивай с этим. Я еще хочу увидеть внуков.

- Я бы не отказывался продолжить род, если бы для этого не нужно было спать с женщиной, - пробормотал блондин, и, чтобы перевести разговор в безопасное русло, добавил: - А почему вы с Северусом решили держать свадьбу в тайне? И кто ещё приглашен?

- Северус настоял на скромной церемонии. Так что будут несколько общих знакомых, наши родственники, несколько влиятельных людей из министерства, Блэк, Люпин, Дамблдор, Макгонагалл и Поттер.

- Там будет Гар... Поттер? Ты уверен?!

- Ну, он же племянник Северуса, - пожал плечами Малфой. - А почему ты так разволновался?

- Ну... - Драко постарался выглядеть спокойно, но румянец на щеках выдавал его с головой. - Всё-таки, бывший одноклассник, давно не виделись. И мы теперь почти породнимся... Надеюсь, его болезнь не помешает ему придти.

«Нужно непременно выяснить у Северуса, чем болен Гарри! Может быть, тогда я пойму, что произошло!» - решил для себя блондин.

- Что-то ты темнишь, - Люциус подозрительно прищурил глаза.

- Отец, позволь мне пока ничего тебе не рассказывать.

- Une loi naturelle veut que l’on dйsire son contraire. L’amour suppose des diffйrences,* - тихо промолвил Малфой-старший, и, уже громче, спросил: - С кем ты завтра придешь?

- Я попросил Блейза составить мне компанию. Ты не против?

- Нет, но был бы счастлив, если бы ты пригласил девушку...

- Рара! Jen ai marre!** - воскликнул Драко.

- Ох, ради Мерлина... Можешь быть свободен, но мы еще вернемся к этому разговору. Alors bonne nuit, mon fils.

- Bonne nuit, mon pиre.***


Попрощавшись с отцом, Драко вернулся в свою комнату.
Этот вечер потребовал большого эмоционального напряжения. Малфой, чувствуя себя очень усталым, думал, что заснёт, едва голова коснётся подушки. Однако он не смог сомкнуть глаз, взбудораженный последними событиями: как бы сильно Драко не потрясло известие о том, что женихом отца является Северус Снейп, самый молодой директор Хогвартса и титулованный зельевар Европы, мысли блондина упорно занимал Гарри.
Малфой нервно бродил по комнате из угла в угол, в отчаянии пытаясь представить завтрашнюю встречу, но от волнения его снова затошнило так сильно, что пришлось бежать в ванную.

Немного успокоившись, Драко решительно призвал пергамент и написал записку Блейзу:

«ОН будет завтра на свадьбе. Не знаю, как себя с ним вести, очень волнуюсь. Пожалуйста, приди завтра на пару часов раньше!

Д. М.»


Драко решил отослать письмо лично и направился в совятню. Прохладный воздух охладил разгорячённую кожу; дышать стало легче, а хаотичное движение мыслей стало плавным.

Отправив письмо, Малфой не спешил возвращаться в тепло комнаты: из совятни открывался прекрасный вид на парк. Драко замер, как заворожённый.
Призрачный свет луны, что плыла по безоблачному небу, отражался от крон вечнозелёных, благодаря магии, деревьев парка Малфой-мэнор. Он мерцал, подобно звездам, что усыпали весь небосвод. В воздухе витали ароматы цветов: укрытые согревающими чарами, они цвели даже в лютые морозы. В пруду возле прекрасной, увитой плющом и обсаженной кустами диких роз, беседки, медленно скользила по воде пара белоснежных лебедей. Как помнил Драко, они не расставалась ни на минуту. Он долго стоял, наблюдая за птицами, погрузившись в свои мысли, и не замечая, что говорит вслух:

- Harry, j'attends notre rencontre mais a moi est terrible. Que je lirai dans tes yeux? Si tu te rappelleras notre nuit? Si tu te me rappelleras?..****

Ночная птица громко захлопала крыльями; Драко очнулся от раздумий. Он полюбовался на парк с высоты совятни ещё немного, и решил возвращаться: несмотря на необычайно тёплую погоду для этого времени года, он уже основательно продрог.

Забравшись в постель, Драко привычным жестом потянулся к дневнику, что выбрал в подарок для Гарри.

Не успела его рука коснуться обложки, как книга, плавно шелестя страницами, раскрылась на середине. Удивленный блондин взял дневник и увидел стихотворение. Но Драко прекрасно помнил, что раньше все страницы были чисты!


И как же мне вернуть благополучье,
Когда целитель-сон ко мне нейдет,
Когда за тяжким днем и ночь не лучше,
И ночь, как день, а день, как ночь, гнетет?

Хотя друг другу их враждебны царства,
Меня изводят вместе день и ночь:
Терзаюсь ночью, что меня мытарства
Дневные от тебя уносят прочь.

Я дню польстил – сказал, что лик твой светит
Ему под стать, коль в тучах небеса;
А ночи – что не будь и звезд на свете,
Всё озарит за них твоя краса.

Но день мою все умножает муку,
А ночь все горше делает разлуку.*****


«Надо же! – и это была последняя мысль Драко перед тем, как сон прогнал его печали. – Эти стихи словно обо мне!»

И Драко провалился во сны, полные чудесных видений: в них раздавался их с Гарри весёлый смех и звонкие детские голоса, а ещё мелькали образы малышей с белокурыми волосами и глазами, сверкающими, как изумруды.


А Поттер, в то же время, метался в своей постели, мучаясь от неопределённости.
Он никак не мог решить, чего ждёт больше от завтрашней встречи: возможности узнать хоть что-то о Дафне или увидеть самого Драко.


______________________________

*(франц.) «Закон природы заставляет нас желать свою противоположность. Любовь требует различий». - Франсуаза Партюрье, писательница.

**Рара! Jen ai marre! (фр.) - Папа! Я устал от этого!

***Alors bonne nuit, mon fils./ Bonne nuit, mon pиre (фр.) – Тогда спокойной ночи, сын./Спокойной ночи, отец.

****(франц.)- Гарри, я жду нашей встречи, но мне страшно. Что я прочту в твоих глазах? Вспомнишь ли ты нашу ночь? Вспомнишь ли ты меня?..

*****Вильям Шекспир, «Сонет 27». Перевод А. Шаракшанэ.


Глава 27.

Драко проснулся посвежевшим и отдохнувшим. Кошмары, неизменные спутники его снов, сегодня не посетили его, чему блондин был несказанно рад.

«Сегодня я увижу Гарри!» - молодого человека наполняла легкая нервозность в предвкушении встречи; он улыбнулся себе и вскочил с кровати.

«Сегодня я с ним поговорю!»

Внимание блондина привлёк какой-то шум, доносившийся из окна. Выйдя на небольшой балкончик, он увидел, что примерно два десятка эльфов колдуют в саду над оформлением шатра для церемонии бракосочетания.

Вокруг шатра бегал его отец, еще в халате, размахивая руками и громко ругаясь. Он периодически отмахивался от бегающего за ним парикмахера, пытающего уложить разлохмаченные со сна волосы.

- НЕТ!!! НЕ ТАК!!! ВЫ ВСЕ ДЕЛАЕТЕ НЕ ТАК!!! OH, SALAUDS!*

Драко улыбнулся, но поскольку он не желал, чтобы свадьба отменилась из-за нервного срыва одного из женихов, пришлось вмешаться:

- Рара, не кричи так: ты сорвешь голос и не сможешь сказать слова клятвы. А от беготни на щеках появится румянец.

- Il ne manquait plus que зa,** - пробормотал Малфой и, уже громче, добавил, пиная попавшегося под ноги эльфа: - Но ты только посмотри! Они же все делают не так!!!

- Ну, так объясни нормально! Они же не слышат твоих приказов, потому что бьются головой обо все твёрдые поверхности.

- Так иди сюда и помоги мне! - Малфой раздраженно отмахнулся от парикмахера: - Ай! Вы что, не видите, что я занят!!! Мы ничего не успеваем! НИЧЕГО!

- Le pиre, tranquillement!*** - Драко позволил себе повысить голос. - Я сейчас всё улажу. Сядь в кресло и руководи эльфами, а парикмахер пока тебя причешет. Я спущусь через пять минут, и займусь остальным.

Малфой наколдовал кресло, гордо уселся в него, бросив на эльфов и парикмахера грозный взгляд, и попытался успокоиться.
«Сегодня! Сегодня! Сегодня ты будешь моим, любимый! И больше я тебя не отпущу».

Драко вздохнул, глядя на отца, расплывшегося в блаженной улыбке, и принялся одеваться. Раздался робкий стук в дверь и в комнату вошел старый эльф, торжественно левитируя парадный костюм. Мерить его Драко не стал – он и так знал, что одежда от семейного портного идеально сядет по фигуре. Он приказал положить костюм на кровать и, собравшись с духом, спустился к отцу.

А Малфой-старший, тем временем, просчитывал ходы для своего поведения в этот особенный день.
«Что делать? Как себя вести?» - погрузившись в мысли, он не замечал ни эльфов, ни парикмахера, ни тихо подошедшего сына.

Драко заметил задумчивость во взгляде отца и подумал, что Люциус, похоже, действительно любит зельевара.
«Надо же, а это, оказывается, семейное: любить того, кто не любит тебя», - пронеслась в голове неприятная мысль, но он постарался поскорее отогнать её. В конце концов, Гарри говорил, что любит. Он просто забыл, а уж Драко сделает всё возможное, чтобы Поттер вспомнил.

- Разберись здесь, а я пойду одеваться.

- Хорошо. Я прослежу. А не рано одеваться собрался? До церемонии ещё три часа. И что там с обедом? Всё готово? Когда начнут прибывать гости?

- Наверно, ты прав... Тогда я проверю, что там с обедом! Гости прибудут, наверно, где-то за полчаса до церемонии. Драко, я тебя умоляю! Разберись с шатром! С'est un spectacle horrible!****

Люциус удалился в дом; но не прошло и двух минут, как слегка расслабившийся Драко услышал жуткие вопли. Он бросился к источнику звука и застыл, увидев, как взбешённый Люциус самозабвенно орёт на сжавшихся в комочек кухонных эльфов. На полу покоились останки того, что еще недавно было свадебным тортом.

- Драко? Это конец!!! Они все испортили!!! Опять... Ничего не получиться... - Люциус с размаху залепил сочным куском торта в ближайшего эльфа.

- Ещё ничего не испорчено. Успокойся!

- Как тут можно успокоиться?! - Люциус, постепенно, выдыхался. Бешеный гнев утих, а на глаза стали наворачиваться слёзы: - Ты понимаешь, всё кончено! Он не захочет на мне жениться! Это был мой единственный шанс!

- Tout va bien. Ne s'inquiиte pas, - терпеливо, как маленькому, втолковывал Драко, стараясь не вникать в то, как гибель торта может повлиять на решение Северуса отменить свадьбу. - J'inventerai quelque chose.*****

- Что ты можешь придумать?! Пойду, попробую связаться с министерской кондитерской... Хотя, чем они помогут? Ну почемууу мне так не везет???

Люциус вышел из комнаты, бормоча проклятия, и оставил задумавшегося сына одного.

Драко, постояв несколько секунд, бросился догонять отца.

- Рара! Я достану торт! А ты пока успокойся.

Люциус окинул сына долгим взглядом и трагически прошептал:

- Я доверю это тебе, но помни: сейчас от тебя зависит мое будущее.

После столь пафосной фразы лорд Малфой неаристократично хлюпнул носом и отбыл в свои покои: успокаивать нервы и приводить себя в порядок.

Драко глубоко вздохнул и уверенным шагом направился к кабинету отца.
«Мне нужно только время, и оно у меня будет».

Войдя в кабинет, он снял со стены картину, склонился к сейфу и прошептал пароль. А потом нащупал еще одну, потайную дверцу, и, наконец, удовлетворенно посмотрел на предмет, лежащий на ладони.

Красивый резной медальон тёмного дерева был старинным хроноворотом и семейной ценностью Малфоев. Пусть он и уступал современным аналогам, которые могли переносить мага в далёкое прошлое, и имел лимит времени максимум в три дня, но прекрасно подходил для целей Драко.

Улыбнувшись, блондин аппарировал на тихую кухню в своей квартире.


***

Люциус Малфой продолжил путь к собственной спальне, свернул в коридор и остановился: навстречу ему шел сын, левитирующий перед собой великолепный торт.

- Oh! Merlin, l'omnipotent! Драко, как тебе удалось?******

- Ты забываешь, отец, что Малфои могут всё! - Драко победно улыбнулся. - Что у нас ещё не готово?

- Все остальное готово. Осталось только привести себя в порядок и... Шатёр... ты с ним разобрался?

- Шатёр поставлен и цветами украшен. Места для гостей установлены. Согревающие чары проверены. Я ещё навел водоотталкивающие чары, на случай дождя.

- Trиs bien! Возможно, еще не все потеряно!*******

- Отец, - Драко постарался придать голосу наибольшую убеждённость, - никуда Северус от тебя не денется! Я уверен!

«А Гарри никуда не денется от меня».

- Может быть, может быть... - Малфой задумчиво покрутил прядку волос. - Пожалуй, я полежу в ванной. А ты пока можешь быть свободен. Спасибо, сын.

Драко облегчённо выдохнул. Похоже, Люциус успокоился и не устроит истерику на церемонии.


***

Северус проснулся с ощущением полной неправильности происходящего. Весь этот фарс со свадьбой...
«Что с этого получит Люциус? Не верю, что он решился на это, чтобы лишь помочь мне. А его попытки затащить меня в постель? С каких пор он интересуется мной, а не молоденькими мальчиками, которых столь любезно помянул вчера Блэк? Может, отказаться, пока не поздно?»

Продолжая размышлять, зельевар поплелся в ванную, прекрасно понимая: на свадьбу он, все же, пойдет, а если явится в неподобающем виде, то Гарри и Люциус его заавадят.
Смывая с волос мыльную пену, мужчина пытался понять, почему же его так волнует, как пройдет сегодняшний день. И что скажет потом Малфой? Вспомнит о договоре или нет? «Если да, то его ждет большой сюрприз», - хмыкнул Северус.

- Ты уже встал? - в дверях показался Гарри. - О, прости...

- Ничего страшного, - зельевар поспешно замотался в полотенце. - Я уже выхожу. Ты давно встал?

- Нет, - покачал головой Поттер. - Никак не мог проснуться, снилась всякая чушь про папу и Ремуса...

- Это ты вчера с Люпином переобщался. Уснул раньше, чем они ушли, - осторожно произнес мужчина.

- Да? Не помню... Надеюсь, Сириус не обиделся?

- Твой крестный ушел вполне спокойным, - не моргнув глазом, соврал Северус. - Сегодня на свадьбе извинишься перед ним, если хочешь.

- Так и сделаю. Нервничаешь перед свадьбой?

- С чего мне вдруг нервничать? - зельевар недоуменно уставился на племянника. - Все обговорено заранее – в этом вся прелесть брака по расчету.

«Не принимая во внимание непредсказуемость Люциуса...»

- Ну, не знаю. Брак, может, и по расчету, но ведь клятвы вы будете давать настоящие.

- Гарри, если бы все маги, дающие клятвы при заключении брака, их соблюдали – жили бы мы, как при Мерлине.

- Не понимаю, что в этом плохого, - смутился аврор. - Я считаю, что если двое любят друг друга, то это прекрасно!

- Прошу прощения, но кто здесь говорит о любви? Мне нужна его фамилия, а ему... – Северус осекся, понимая, что не может точно сказать, чего именно ждет от брака Люциус.

- А мне кажется, что ты ему не безразличен, как и он тебе.

- Ну, мы, все же, друзья. О полном безразличии говорить было бы глупо.

- От дружбы до любви один шаг... - мечтательно протянул Гарри, за что и был удостоен фирменного снейповского взгляда. - А что я такого сказал?

- Гарри, да зачем Малфою моя – гипотетическая – любовь?

- Ну, откуда я знаю? Я вообще не знаю, какая она – эта любовь... - Гарри вздохнул.

- У тебя все впереди. Просто ты еще не встретил того, кто тебе нужен. Не всем везет, как твоим отцам, что родному, что крестному, - рассеянно протянул Северус, распахивая дверцы шкафа.

- Я-то встретил... - тихо пробормотал Гарри, а перед глазами замаячил нежный образ Дафны, который вдруг померк и сменился образом великолепного Драко. Гарри встряхнул головой, чтобы отогнать наваждение. - Северус, ты что, собираешься появиться на собственной свадьбе в ЭТОМ?

- А чем она тебя не устраивает? - зельевар окинул взглядом извлеченную из недр шкафа черную мантию.

- Но это же твоя повседневная мантия!

- Не совсем. Эта парадная, и ткань у нее другая.

- Но выглядит, в точности, как обычная! Я не вижу никакой разницы! И не позволю тебе пойти на свадьбу в ЭТОМ!

- Я одеваюсь таким образом последние двадцать лет, и это первый случай, когда кого-то не устраивает мой внешний вид, - сухо сказал зельевар.

- Но, уж точно, не последний! Твой будущий муж не позволит тебе выглядеть неподобающе. Если он увидит тебя в этой чёрной мантии на церемонии, то может и вовсе отказаться на тебе жениться!

- Было бы неплохо, пожалуй, - пробурчал себе под нос Северус, а затем скептически взглянул на Гарри: - И что ты предлагаешь, ребёнок?

- Пойдём к магглам и выберем тебе костюм! Время ещё есть.

- Ты думаешь, Люциус разозлиться меньше, если я приду на свадьбу в дурацком маггловском костюме? Нам нужна мантия!

- Мантия это немодно и несовременно! Ты же был на том показе, и слышал, что Люциус тогда говорил.

- Но, готов поспорить, он будет именно в старомодной, несовременной мантии!

- И что ты тогда предлагаешь? - растерянно спросил Гарри.

Северус на секунду замолчал, обдумывая ситуацию:

- Дементор с тобой, пусть будет костюм.

- Отлично! Аппарируем немедленно!

Северус согласно кивнул, натянул злополучную мантию и подошел ближе к племяннику, позволяя обнять себя и аппарировать в неизвестном направлении.


***

Блейз, переживая за друга, прибыл в Малфой-мэнор раньше назначенного времени. Полюбовавшись шатром в саду и оценив удачно подобранную цветовую гамму, Забини вошел в особняк. Поднявшись по лестнице, он постучал в дверь комнаты друга:

- Драко, я могу войти?

- Да, Блейз! Слава Богу, что ты пришел!

- Откуда такая экспрессия? И что значит твоя записка?

- Блейз, ты не представляешь! Мерлин, я не знаю, что теперь делать!!!

- Тише. Успокойся и объясни все толком, - поморщился от крика Забини, опускаясь в кресло.

- Гарри! Он там будет!!! Что мне делать?!

- Не кричи – сорвешь голос! Сядь и успокойся. Что Поттер будет делать на свадьбе твоего отца?

- Он придет с Северусом.

- В качестве спутника? - Блейз недоуменно поднял брови.

- В качестве родственника.

- Ты меня, конечно, прости, но я ничего не понимаю...

- Ох, ты же ничего не знаешь!

- Вот именно, поэтому у тебя есть буквально пять минут, чтобы посвятить меня в происходящее, - Забини заинтересованно подался вперед.

- Он его племянник. Они не любовники!!!

- Ох, - Забини закрыл уши руками. - Это, конечно, просто замечательно, но не мог бы ты говорить потише? Кстати, а как Поттер оказался племянником господина директора?

- Отец Гарри оказался братом Северуса. Это долго объяснять. Блейз, что мне теперь делать?

Драко вскочил и забегал по комнате.

- Так, стоп. Для начала тебе надо успокоиться. Поттер – Поттером, но тебе сегодня еще отца напутствовать на счастливую семейную жизнь. А жених-то кто?

- Северус.

- Что? - Блейз решил, что ослышался.

- Северус Снейп, дядя Гарри. Блейз, но я тебя о другом спрашиваю... Что мне делать?

- Дай подумать. Никаких разборок на свадьбе – иначе твой отец тебя прибьет. Это ясно?

- Да, но о чем мне говорить с ним? Между Гарри и Снейпом ничего не было! И я не понимаю, почему он ушел, ничего не сказав...

- Говорить... Сдается мне, что Поттер сам найдет тему для беседы. Не забывай: он считает, что ты жених его «Дафны».

- Да, но я не понимаю... Он, что же, ничего не помнит? Совсем ничего?

- Похоже на то. Такое ощущение, что он где-то получил Обливиэйтом по шрамоносной башке.

- Не знаю, я ничего не знаю! – Драко поднял умоляющий взгляд: - И что мне делать? Тащить его силой к колдомедикам?

- Ну зачем? Можно обойтись «подручными средствами».

- И что это значит? - блондин подозрительно посмотрел на друга.

- Твой дражайший крестный. Неужели ему все равно, что происходит с его единственным племянником?

- И что ты предлагаешь?

- Сначала – просто поговори с ним. Выясни, что происходит – с его точки зрения.

- Но сегодня я не могу! Papa меня убьет! Он и так сам не свой со всей этой свадьбой...

- Ну, рано или поздно, свадьба закончится, а Поттеру не уйти раньше времени.

- Да, ты прав. Думаешь, надо его подкараулить?

- Мм, прекрасная идея, - кивнул Блейз. - Я даже помогу тебе в этом нелегком деле. А пока – тебе пора переодеваться, времени почти не осталось.

- Блейз, у меня к тебе одна просьба, - блондин бросил на друга умоляющий взгляд, который всегда срабатывал в детстве, если он чего-то хотел добиться от окружающих.

- Что такое? - настороженно уточнил Забини.

- Ты не мог бы заставить Северуса ревновать?

- ЧТО? Ты в своем уме?!

- Ну, понимаешь... Отец очень переживает... А зная Северуса... Это действительно пойдет им на пользу.

- Мерлин, на что я подписываюсь? - покачал головой модельер. - Ладно, сделаю, что смогу. А теперь – одевайся.

- Хорошо. И что бы я без тебя делал?

Драко вдохновлено принялся собираться.

- Смотри, какой красавец! – одобрительно сказал Блейз, когда Малфой уже стоял перед ним в парадном облачении. – Никуда твой Поттер не денется! Разве он сможет устоять?


_______________

*Oh, salauds! (фр. - Ах, негодяи!)

**Il ne manquait plus que зa. (фр. - Только этого мне не хватало.)

***Le pиre, тranquillement! (фр. - Отец, спокойно!)

****С'est un spectacle horrible! (фр. - Какое ужасное зрелище!)

*****Tout va bien. Ne s'inquiиte pas. J'inventerai quelque chose. (фр. - Всё в порядке. Не волнуйся. Я что-нибудь придумаю)

******Oh! Merlin, l'omnipotent! (фр. - О, Мерлин всемогущий!)

*******Trиs bien! (фр. - Прекрасно!)


Глава 28.

- Вау, круто! - присвистнул Блейз.

Драко, действительно, постарался на славу. Белоснежный шатёр был украшен розами. Светлый, нежный, словно сказочный – он так и манил взгляд. Но настоящее волшебство ожидало внутри: там царило настоящее лето, в отличие от унылого осеннего пейзажа снаружи. Повсюду стояли цветы и порхали бабочки, а купол шатра являл подобие ночного звездного неба. Нарядные столики ожидали гостей, а прямо под аркой, увитой алыми розами, находилась небольшая сцена. Эльфы уже вовсю суетились с обедом. Драко еще раз взмахнул палочкой, и в воздухе разлилась тихая лирическая мелодия.

- Я пойду и займу лучшие места, - оживился его приятель, - а ты принимай гостей!

Драко направился в парадную гостиную. Сегодня, по случаю торжества, камин там был открыт для всех приглашённых. И первым на пушистый ковер ступил неприлично счастливый Сириус Блэк, с ехидной улыбкой озирающийся по сторонам. Следом появился его супруг, который выглядел крайне утомленным и невыспавшимся.

- Рад видеть вас на нашем торжестве... - Драко запнулся, подозрительно уставившись на внушительный живот анимага, но Сириус запахнул мантию, и Малфой продолжил: - Прошу вас в сад, к шатру: занимайте любые места. Если есть какие-то просьбы, то можете попросить эльфов.

«И чего это я так перед ними распинаюсь? Надо взять себя в руки и не спрашивать, только не спрашивать про Гарри...»

- А где Поттер? – Драко проклинал себя за тоску, так явно прозвучавшую в голосе.

- У него ответственное поручение. Он должен привести Снейпа строго в назначенное время, а то этот шустрик так и рвётся на свадьбу, - хохотнул Сириус.

Ремус вымученно улыбнулся и потащил мужа за собой в сад.

- Да, чувствую, скучать не придётся, - пробормотал Драко, глядя им вслед.

«Пора сказать отцу, чтобы спускался».

- Ну, что ты, мальчик мой! Скучать на свадьбе – это дурной тон, - неожиданно прозвучал позади радостный голос бывшего директора Хогвартса.

Обернувшись, блондин учтиво поклонился пожилой паре.
«Только их не хватало. Такое чувство, что он видит меня насквозь», - Драко вымученно улыбнулся и повторил заученные фразы приветствия.

Гости всё прибывали. Деловые партнёры с супругами, важные чины из министерства, и каждый норовил поделикатнее уточнить, с кем же Люциус собирается связать судьбу.

- Простите, но отец хочет сделать всем сюрприз. Нет-нет, что вы, конечно, приятный... Исключительно приятный.

Драко улыбался всем, старательно скрывая злость на папочку, заварившего эту кашу.

А Люциуса все не было. Когда уже почти все собрались, Драко отправился за отцом.

«Ну где же Гарри?»

Отогнав эту навязчивую мысль, младший Малфой постучался в дверь отцовской спальни. Он застал родителя застывшим у окна и нервно комкающим в прекрасной руке тонкий кружевной платок.

- Qu'est-ce qui ne va pas?, - встревожено спросил Драко. *

- Le coeur qui dabord rйsiste – comme un vase quon enfonce dans leau et qui se remplit tout а coup, - пробормотал Люциус и как-то испуганно посмотрел на сына. **

- Tout sera bon. Ne s'inquiиte pas, *** - тихо сказал Драко и присел рядом, положив руку на сплетенные ладони Люциуса.- Il t'aimera, je suis assurй. ****

- Он не полюбил меня за двадцать лет, - грустно усмехнулся старший Малфой. - Что может измениться теперь?

- Он любил тебя как друга. Теперь полюбит как любовника! Ты готов? Пора спускаться к гостям.

- J'espиre, - вздохнул Люциус и поднялся. - Как я выгляжу? *****

Драко окинул отца придирчивым взглядом и расплылся в улыбке:

- Он не сможет устоять!

Светло-серая мантия Люциуса идеально подходила к его глазам цвета тумана. Шелковистые белокурые волосы были собраны на затылке в роскошный хвост, перевязанный широкой атласной лентой в тон мантии. Эти светлые тона молодили холеного блондина лет на двадцать. Он неуверенно улыбнулся сыну и расправил складки на одежде.

- В таком случае, давай пойдём к гостям: не хорошо заставлять себя ждать.



***


Дамблдор с благожелательной улыбкой повернулся к явно нервничающему Люциусу.

- Не волнуйся, мой мальчик, он придёт. Если пообещал, он не нарушит слова.

Малфой злобно посмотрел на Альбуса. И, в который раз, подумал: «С чего это я решил, что предложить вести церемонию этому старому... - Люциус неприлично выругался, - будет хорошей идеей?»

Терпение лорда Малфоя было на пределе. Он уже три минуты стоял посреди скопления гостей, а его нареченный все ещё не явился.

«Ещё минута, и я отменяю свадьбу! – в бешенстве подумал блондин. – И пусть только Северус попадётся мне на глаза – зааважу! Бросить меня у алтаря! Опозорить!»

Гневный внутренний монолог Люциуса резко прервался, а дыхание перехватило, когда он заметил человека, стоящего у входа в свадебный шатёр. Только многолетняя выдержка не позволила лорду Малфою в изумлении открыть рот и протереть глаза. Драко, вздохнувший, было, свободно при появлении крёстного, совершенно неаристократично застыл с открытым ртом, хлопая длинными ресницами.

Среди собравшихся раздался изумлённый шепот, когда они узнали человека, появление которого так ждал Люциус. Лишь немногие были в курсе событий; для остальных личность «невесты» до последнего момента оставалась загадкой.

Директор Хогвартса, Почётный кавалер Ордена Мерлина Первой и Второй степени, глава Гильдии зельеваров Европы (и прочее, и прочее) хмуро шествовал по проходу в сопровождении спасителя мира, национального героя и, по совместительству, своего племянника. Последний, смущенно улыбаясь, ненавязчиво подталкивал своего бывшего учителя к алтарю.

Оба были одеты в маггловские костюмы кипенно-белого цвета; ткани и покроя высочайшего качества, что было понятно даже не искушенным в моде магам. Блейз же, будучи профессиональным дизайнером, удивленно присвистнул: Снейп и Поттер разорились на кругленькую сумму ради покупки такой шикарной одежды.

Люциус смотрел во все глаза на Северуса, и не мог оторвать взгляд. Просторные мантии, которые носил зельевар, всегда скрывали его фигуру; о том, какое тело находилось под ними, можно было только догадываться. Теперь же, облаченный в костюм-тройку непривычно светлого цвета и с нежным белым букетиком на груди, тот выглядел моложе и неприлично сексуально. Черные глаза сверкали, волосы, цвета вороного крыла, были аккуратно уложены и мягкой волной опускались на плечи. Брюки с идеальными стрелками являли миру длинные стройные ноги, а пиджак подчёркивал узкую талию. Казалось, что Северус даже стал выше и изящнее.

Люциус чуть было не подавился собственной слюной и буквально пожирал будущего мужа глазами. Наконец, под восторженный шепот гостей, Гарри дотащил злобно посматривающего по сторонам Северуса к алтарю и, кивнув Драко в знак приветствия, занял место возле Снейпа.

Лорд Малфой продолжал стоять столбом, будучи не в силах насмотреться на любимого. Он уже морально приготовился к появлению последнего в унылой повседневной черной мантии, а потрясающий вид жениха стал для него полной неожиданностью. В душе забрезжил робкий лучик надежды: возможно, для Северуса свадьба является не просто обременительной церемонией на пути к смене фамилии, а чем-то большим.

Додумать столь увлекательную мысль ему не дало деликатное покашливание Альбуса Дамблдора. Люциус уже собрался поцеловать руку Северуса, но замер под злобным взглядом угольно-черных глаз, смутился и пробормотал «Ты великолепно выглядишь», получив в ответ неопределённое хмыканье.

Дамблдор многозначительно прокашлялся и пара брачующихся, наконец, повернулась к нему.

– Северус! Мальчик мой, рад тебя видеть! Мы с мистером Малфоем уже заждались, да и гости скоро заскучают, – мягко произнёс экс-директор, хитро сверкнув очками-половинками. – Теперь все в сборе. Может быть, тогда начнём?

Оба жениха согласно кивнули.

– Дорогие друзья! Все мы собрались сегодня здесь, чтобы стать свидетелями церемонии, на которой два влюблённых сердца, – Северус поморщился, – соединят свои судьбы и продолжат рука об руку идти по дороге жизни, деля друг с другом радости и горести.

Я знаю этих двоих с тех самых пор, как они, будучи одиннадцатилетними несмышленышами, переступили порог Хогвартса. На долю каждого из них выпало немало испытаний, но все трудности и невзгоды им помогла преодолеть их дружба, давшая шанс трепетному ростку любви, который они сохранили даже в тяжелые годы, наполненные страхом и отчаянием.

Невозможно описать, как я счастлив! Как я рад видеть, что Люциус и Северус, наконец-то, осознали ту силу, что хранит в себе короткое слово «любовь», и решились отдаться ее власти, перестав скрывать чувства за вуалью дружбы. Теперь, когда она осияла их сердца, этот свет распространиться и на родных счастливых влюбленных, внося и в их жизнь радость и покой.

Такая любовь, дорогие мои, не может не принести в этот мир новую жизнь, иначе это чувство переполнит душу. Ему нужен выход...

Услышав последние слова, Северус побледнел, а Люциус вздрогнул и залился румянцем. Бывшего директора Хогвартса, обладающего поистине необузданным воображением, это воображение занесло слишком далеко.

Альбус, как ни в чём не бывало, продолжал:

– Я верю... Нет, знаю! Скоро мы соберемся с вами в этом же месте по столь же долгожданному и не менее радостному событию! И снова будем чествовать этих счастливейших людей, удостоенных высшего дара – любви!

«Пора прекращать весь этот балаган», – решил Северус и начал, с помощью одного очень полезного заклинания, усиленно транслировать бывшему начальнику рецепты медленно действующих ядов. Дамблдор намек понял и не стал развивать тему.

– Итак, готовы ли вы обменяться клятвами? – женихи синхронно кивнули. – Люциус!

Блондин уже всё для себя решил прошлой ночью: он признается сейчас, а потом придётся убедить недоверчивого мужа, что эти слова – не пустой звук.

Собравшись с духом, в полной тишине, глядя в глаза любимого, он торжественно произнёс:

– Я, Люциус Абрахас Малфой, беру тебя, Северус Тобиас Снейп, урождённый Дориан Максимилиан Поттер, в свои законные мужья, принимаю в свой род и даю тебе свою фамилию. Я обещаю, что моя любовь останется с тобой навсегда, до скончания моих дней на этой земле.

Северус был на пределе. Его нервировали шёпот за спиной, хихиканье Блэка, мерцание очков-половинок Дамблдора, но особенно бесил обожающий взгляд Люциуса и его пафосные слова. Конечно, тот не мог знать, что сердце брюнета, услышавшего последнюю фразу, пропустит удар, а потом вновь забьется, как бешеное. Но всё же, с клятвой «счастливый жених» явно перегнул палку. Не стоило бросаться такими словами, ведь их брак, на самом деле, фиктивен, и это всего лишь игра на публику.

Задумавшись о странном желании, чтобы слова клятвы блондин произнёс от всего сердца, Северус не сразу заметил, что Дамблдор о чём-то его спрашивает, Люциус смотрит испуганно, а Гарри пытается незаметно толкнуть. Это заставило зельевара вернуться с небес на землю и прислушаться к происходящему.

– Северус, мы ждём твоего ответа, - мягко напомнил Дамблдор.

«Ещё немного потерпеть, и весь этот фарс закончится. И чем меня не устраивала фамилия Поттер?» - с тоской подумал Северус, и тяжело вздохнув, произнёс:

– Я, Северус Тобиас Снейп, урождённый Дориан Максимилиан Поттер, беру тебя, Люциус Абрахас Малфой, в свои законные мужья, вступаю в твой род и беру твою фамилию. Обещаю отдавать тебе лучшее, что есть во мне, и не просить сверх того, что ты можешь мне дать.

Напряжение, в котором находился внешне холодный блондин в ожидании ответных слов, отпустило: - «Северус согласился. Теперь остались лишь считанные минуты до того момента, когда мы окажемся связанными навсегда!»

- Есть ли среди присутствующих маги, знающие причину, по которой эти двое не могут сочетать себя законными узами брака? – Дамблдор обвёл приглашенных испытующим взглядом.

Все замерли. Повисла тяжелая тишина.


________________

* Qu'est-ce qui ne va pas? (фр.) - Что случилось?

** Le coeur qui dabord rйsiste – comme un vase quon enfonce dans leau et qui se remplit tout а coup. (фр.) - Сердце, которое вначале сопротивляется – как ваза, которая углубляется в воду и заполняется внезапно.

*** Tout sera bon. Ne s'inquiиte pas. (фр.) - Все будет хорошо. Не волнуйся.

**** Il t'aimera, je suis assurй.(фр.) - Он полюбит тебя, я уверен.

***** J'espиre. (фр.) - Я надеюсь.


Глава 29.

Несколько секунд стояла напряженная звенящая тишина.

Наконец, Дамблдор продолжил:

- Ну, раз никто не возражает... Точно нет желающих? В таком случае, прошу поставить свои подписи, – и он протянул новобрачным перо феникса.

Перед женихами возник свиток пергамента. Северус быстро просмотрел его, но ничего, кроме уже сказанных клятв, записанных почерком готического стиля, не обнаружил. Он украсил пергамент размашистой подписью. Эту же процедуру повторил Люциус.

Дамблдор принял у них документ и торжественно водрузил его на каменный постамент, не замеченный Северусом ранее.

- Я призываю силы Четырёх Стихий освятить этот брак!

Свиток засветился пурпурным сиянием.

- Теперь ты, Гарри, - тихо сказал Альбус. – Ты знаешь, что говорить?

Аврор кивнул:

– Я, Гарри Джеймс Поттер, как ближайший родственник, даю согласие на брак своего дяди и его вступление в семью Малфой.

Не успел Северус удивиться, что это за странный ритуал, требующий согласия кого-то помимо супругов, как услышал другой голос:

– Я, Драко Люциус Малфой, как ближайший родственник, даю согласие на брак своего отца и принимаю Северуса Малфоя как члена своей семьи.

Свечение усилилось, а свиток растворился в нем, словно в тумане, оставив вместо себя два тонких серебряных кольца.

Люциус заметно расслабился, из чего Северус сделал вывод, что этот странный свадебный ритуал завершен, а сама церемония подходит к концу.

- Мальчики мои, - прослезился Альбус, - что же вы стоите? Наденьте же, скорее, кольца и обменяйтесь первым и долгожданным супружеским поцелуем!

Когда Люциус надел на палец Северуса узкий серебряный ободок, Дамблдор, утирая слезы радости, продолжил:

- Какое счастье! Северус, Люциус! Я так рад за вас! В наше время уже почти никто не скрепляет свои чувства с помощью этого древнего и прекрасного ритуала...

- Какого ритуала? – насторожился Снейп, надевающий кольцо на тонкий палец супруга.

- Ну, как же, - всплеснул руками Дамблдор, - «Клятва Четырёх Стихий».

- И что это значит?

- Я попозже тебе расскажу, - прошептал Люциус на ухо своему слишком подозрительному теперь уже мужу. - А сейчас...

И лорд Малфой впился в желанные губы страстным поцелуем.



***

Драко хотел поговорить с Гарри сразу после торжественной церемонии, но такой возможности не было: их окружили гости, которые жаждали выяснить подробности развития отношений Северуса и Люциуса и неожиданного родства Гарри с Северусом.

Сам Поттер старался держаться подальше от толпы, бросая странные взгляды то на Драко, то на явно разъяренного Северуса.

Наконец, Малфой-младший вздохнул, бросил взгляд на взволнованного отца и снова перевел его на Поттера, глядя прямо в яркие зеленые глаза и мучительно подыскивая слова, чтобы начать разговор.

«Какой же он красивый... Мой Гарри...»

Но внезапно подошел Блейз и так жарко зашептал на ухо свои поздравления, что заметивший это Поттер покраснел и поспешно отошел еще дальше.

- Блейз, - зашипел Драко. - Я просил «приставать» к отцу, а не ко мне!

- Ты бы еще громче об этом кричал, - фыркнул Забини и, задорно улыбаясь, направился к Малфою-старшему.

А Драко, печально глядя вслед Поттеру, с сожалением понимал, что разговор, столь важный для его жизни, вновь откладывается.



«Северус зря переживал, по Малфою за милю видно, что он влюблен по уши», - подумал Гарри, наблюдая за хозяином дома.

В этот миг Блейз Забини подлетел к Люциусу, настойчиво к нему прижимаясь и осыпая поздравлениями. Малфой вежливо улыбался, пытаясь найти взглядом мужа. Сделать это оказалось не трудно: даже спиной можно было почувствовать взор, который, казалось, мог прожигать дыры в малфоевском организме.

Северус был взбешен. Мало того, что этот интриган Малфой что-то явно не договаривал, так он еще и имел наглость, при живом муже и куче свидетелей, обжиматься с сопляком – ровесником собственного сына!

- Крестный, - Драко подошел к мрачному мужчине. - Почему ты не с отцом?

- Он так занят мистером Забини... - буркнул зельевар, хмуря густые брови.

- Ну и что же? – Драко удивленно приподнял свои брови – тонкие и светлые. - Ты ведь теперь его супруг. И имеешь полное право находиться с ним круглосуточно.

- Не вижу смысла мешать ему наслаждаться жизнью. Вниманием всяких юнцов, например.

- Тебе же это неприятно? Крестный, ты не понял, - хитро улыбнулся Драко, - теперь только ты имеешь на него ВСЕ права. И можешь запретить ему общаться с теми, кто тебе не нравится, - продолжал искушать Драко.

- Боюсь, такое решение не принесет пользы. К тому же, ему явно по вкусу это внимание, а я не в настроении делать комплименты.

- Отец очень переживал. Почему бы тебе его не порадовать? Ты считаешь, что он этого не заслуживает?

- Даже если я его не «порадую», уверен, что он найдет способ утешиться, - недовольно проворчал Северус.

- Ты чем-то огорчен? Он так старался, чтобы все прошло идеально.

Зельевар не ответил, кривясь, когда Забини снова что-то жарко зашептал на ухо Люциусу.

- Крестный, ну тебя же это злит... Подойди, вмешайся....

Блейз, тем временем, прижался к Люциусу уже почти неприлично. Его рука, незаметно для всех, кроме Северуса, скользнула в складки мантии новобрачного.

- Люциуссс. Тебе не кажется, что ты уделяешь слишком много времени одному гостю из полусотни? - Северус слегка повысил голос.

- Северус! Я тебя потерял... - облегченно выдохнул Малфой, дергаясь к мужу.

- Я находился в пяти шагах от твой аристократической персоны. Проблемы со зрением, кажется, у моего племянника, а не у тебя.

Люциус вырвался из цепкого захвата Забини, сразу же надувшего губки, и страстно прильнул к мужу.

- И, будь добр, не прижимайся так ко мне, - прошипел Снейп.

- Улыбнись! Людиии смоотрят... - Люциус лизнул мужа за ушком.

- Прекрати меня лапать, - арктический тон Северуса плохо сочетался с натянутой полуулыбкой.

- Ты хочешь, чтобы наш брак признали фиктивным? - рассерженно зашипел Малфой.

- Нет, но это не значит, что на мне надо висеть.

- Да, лучше сделать так... - Люциус дернул мужа на себя, обвивая его руками и крепко целуя.

Северус возмущенно замычал и прикусил губу мужа, с силой сжимая зубы.

Блондин ахнул, раскрывая рот и невольно отшатываясь.

Северус облизнулся, отступил на шаг, но потом чертыхнулся, почувствовав заинтересованные взгляды гостей. Он снова притянул к себе мужа и слизнул кровь с прокушенной губы.

Люциус растерялся, неуверенно глядя на зельевара, боясь и ответить, и отстраниться.

- Не смей больше так делать без разрешения, - шепнул Северус, прежде чем показательно нежно чмокнуть мужа в уголок губ и отступить снова.

Решительно сверкнув глазами, Малфой снова притянул супруга к себе, шепча прямо в губы и поглаживая напряженные плечи:

- А сейчас... можно?

- Нельзя, - у Северуса дернулось веко.

- Нууужно... Гооости... - жарко шептал блондин.

- Ни один из них на нас не смотрит – Альбус снова что-то вещает. Так что отойди.

Блондин собрался что-то сказать, но отпустил руки, делая шаг назад. Взгляд его сделался каким-то побито-обиженным.

Северус направился к толпе, собираясь выяснить, что же там рассказывает Дамблдор и чем лично ему, Северусу, это чревато.

Неожиданно он обернулся, сухо улыбаясь мужу:

- Кстати, забыл сказать... Ты прекрасно выглядишь.

- Спасибо... Ты тоже! - Люциус счастливо улыбнулся.

- Рад, что угодил, - пожал плечами Снейп, стараясь не выдать неожиданного смущения.

Блондин продолжал глупо улыбаться, влюбленно глядя на мужа.

- Ты, наконец, идешь к своим гостям?

- Да, сейчас... Я не договорил с Блейзом, - Малфой оглянулся, ища глазами юного модельера.

- Ах, с Блейзом, - нахмурился Северус, впрочем, тут же согнав гнев с лица.

- Это по поводу будущих показов. А что такое?

- Нет, что ты. Иди, конечно.

Малфой робко улыбнулся и направился к сыну и его приятелю.
Зельевар снова нахмурился и приказал эльфу принести вина.


***

Гарри не мог понять, что с ним происходит. Стоило ему явиться на свадьбу дяди, как взгляд Поттера словно приковал Драко Малфой. Без сомнения, тот был великолепен: гордая осанка, платиновые локоны, потрясающего цвета глаза, розовые пухлые губы... При взгляде на все это великолепие сердце почему-то начинало учащенно биться. Гарри хотелось броситься вперёд, расталкивая гостей, и обнять это нереально прекрасное создание, словно сделанное из жемчуга, серебра и шелка.

Боясь потерять над собой контроль и сделать какую-нибудь глупость, национальный герой старался держаться подальше от Драко и поближе к дядюшке.

И вот теперь, сидя на банкете по правую руку от Северуса, с чинным видом восседающего рядом со своим новоявленным супругом во главе стола, Гарри не знал, куда деть смущенный взгляд. Прямо напротив него сидел младший Малфой, вяло ковыряя серебряной вилочкой салат «Florette Sea & Earth». Это была уже четвёртая смена блюд, и каждое из предыдущих произведений кулинарного искусства постигала та же участь: Драко печально размазывал еду по тарелке, почти ничего не съев за весь праздник.

«Интересно, он всегда так мало ест? Или, может быть, он заболел?» - взволнованно подумал Гарри, пристально вглядываясь в лицо Малфоя и отмечая небольшую бледность последнего.


За праздничным столом Драко не отпускало напряжение. Он только и делал, что наблюдал за Гарри. Аппетита не было абсолютно, хотя тошнота, которая сильно беспокоила его утром, практически прекратилась.

«Он на меня совсем не смотрит... А ведь Блейз сказал «пожирает взглядом». Черт, как же мне с тобой поговорить, Гарри?» - блондин отодвинул тарелку и снова кинул призывный взор на Поттера.

Гарри почувствовал это пристальное внимание и осторожно обернулся, почти сразу встречаясь взглядом с Драко. Блондин поедал Поттера глазами и ехидно ухмылялся. Поттер, решив воспользоваться шансом, одними губами произнес «Выйдем?»

Малфой удивленно выгнул бровь, нервно сжимая под столом свои тонкие пальцы.

«Ну же, Малфой. Нам надо поговорить», - Гарри указал глазами на дверь.

«Он сам зовет! Но это ничего не значит... Но ведь зовет! Малфой, возьми себя в руки!» - блондин кивнул, надеясь, что это получилось не слишком поспешно.

Гарри склонился к дяде, пообещав скоро вернуться, за что и получил недовольный взгляд и тихое раздраженное шипение счастливого новобрачного. Выскользнув из-за стола, Поттер спокойно направился к выходу. Но стоило ему покинуть свадебный шатер, как вся его уверенность улетучилась. Он осторожно опустился на садовую скамью и принялся напряженно ждать.

Малфой выждал несколько минут, шепнул отцу, что хочет прогуляться, и быстро вышел.

Лорд Малфой воспринял отсутствие лишних лиц за столом более радостно, чем его суровый супруг. И тут же незаметно просунул руку вниз, прижимая пальцы к паху мужа.

- Я воткну тебе в руку вилку, если ты немедленно не уберешь от меня свою ледяную конечность, - разъяренно прошипел Северус.

- Ты не можешь калечить меня на людях, - ласково улыбнулся блондин и сжал пальцы сильнее, уверенно надавливая и поглаживая.

- Под столом никто не увидит. А все остальное спишу на твою неловкость. Малфой, я серьезно.

- Твое шпионское прошлое тебя подводит. Видишь ту женщину? Она из Отдела... Того Самого. И смотрит прямо на нас. Так что, расслабься и изобрази удовольствие, - ловко выкрутился Люциус.

Он продолжил настойчиво сжимать и поглаживать уже твердую плоть, натянувшую тонкую белоснежную ткань брюк.

- Люциус, убери руки. - Северус подхватил очередной бокал с вином, пряча в нем недовольный оскал.

- Ты сегодня много пьешь, – недовольно заметил блондин и удвоил усилия, наблюдая за лицом мужа.

- Малфой, дементор тебя задери, быстро убрал руку! - прошипел зельевар, сильно сжимая ножку бокала.

Малфой и не думал останавливаться, но в этот момент к нему подлетел Забини, что-то оживленно шепча на ухо. Люциус опустил руку и повернулся к Блейзу с вежливой улыбкой.

Раздался хруст стекла, а на светлую скатерть упало несколько алых капель.

- Прошу прощения, я вынужден вас покинуть. - Северус удалился быстрым шагом, придерживая на весу раненную руку. На столе лежали осколки раздавленного бокала.

- Северус, подожди! - поднялся лорд Малфой, но Забини снова отвлек его рассказами о новом показе.



***

Гарри настороженно смотрел на приближающегося Драко, пытаясь подобрать слова для начала разговора.

Малфой с каждым шагом шел все медленнее.
«Гарри... Какой же он красивый... Но что я ему скажу?»

- Малфой... Нам надо погово... - Поттер замолк, с удивлением заметив, как из шатра, буквально, вылетел Северус, направляясь к особняку.

Блондин тоже оглянулся и нахмурился: «Что успело случиться за это время? Но сейчас мне некогда думать об этом. Мерлин, я даже не знаю, как к нему теперь обращаться...»

- О чем? О чем мы должны говорить? – он поднял на Поттера взволнованный взгляд.

- Ну... - аврор судорожно пытался облечь ускользающую мысль в слова.

- В чем дело, Гар... Поттер?

- Малфой, ты серьезно собрался жениться?

- Я? - растерялся блондин.

- Ну, не я же! Мне Забини сказал. Это правда? - Гарри не понимал, почему ему так важно услышать отрицательный ответ. Сердце стучало где-то в горле.

- Это не твое дело! - непреклонно заявил блондин. «Что же случилось с Поттером? Неужели он забыл ту ночь?»

- Нет, мое!

- С какой стати? То, что мы теперь... почти что родственники... не в счет.

- Но... О, Мерлин!.. - Гарри мотнул головой, приводя мысли в порядок.

Блондин вздохнул и примирительно предложил:

- Давай прогуляемся. Если вы внятно объясните, что вам надо, аврор Потти, то... возможно, я и отвечу на ваши вопросы. Или нам нужны свидетели?

- Нет, свидетели не нужны, но...

Малфой фыркнул и направился в глубь парка, подальше от шатра. Гарри быстро нагнал Драко и зашагал рядом с ним.

Они отошли на приличное расстояние, и, найдя уединённую беседку, уселись на разных концах скамьи.

Драко молчал, покусывая губы; Гарри нервничал и не знал, с чего начать. От близости Малфоя почему-то в горле пересохло, ладони вспотели, а сердце начало учащенно биться и, несмотря на холодный ноябрьский вечер, бросило в жар.

«Надеюсь, он не простудится в своей легкой мантии, ведь на улице не лето... А под ней, похоже, ничего нет. Совсем ничего... Так, остановись, Гарри! Тебя несёт куда-то не туда. Не думай об этом! Не думай!»

- Поттер, ты дар речи потерял?

- А... Hу... Эээ... - промямлил Поттер, совсем растерявшись.

«Гарри... Что с тобой происходит, Гарри?» - Малфой вздохнул и решил задавать вопросы сам: - Так о чем ты хотел поговорить?

- О Дафне. Твоей невесте. Мне нужно с ней увидеться, а я не знаю, как это сделать, - с трудом выдавил герой.

И снова замолчал.

«Похоже, информацию придется вытягивать по одному слову».
- Зачем? – мягко спросил Драко.

- Ну, я хотел поговорить. О ней... О нас! - отчаянно краснея, воскликнул герой и, как будто решившись, выпалил: - Я люблю её! Только ее одну!




Глава 30.

- Что?! Но ведь она...

«Это я!» – блондин почувствовал, как бешено застучало сердце. Он вскочил и сделал несколько шагов к Поттеру.

- Ээ... Малфой, ты чего?

- Она... она...

- Я знаю, что она с тобой помолвлена, мне Забини сказал. Именно поэтому я и хотел с тобой поговорить.

- Она... со мной?.. - Драко растерянно озирался по сторонам. - Ну, даже если это так... Чего ты хочешь от меня?

- Позволь поговорить с ней. Я уверен, что небезразличен ей! И если это так, то отмени помолвку. Если же она ничего ко мне не чувствует, то я больше никогда вас не потревожу!

- Поговорить? А почему ты решил, что я позволю говорить с моей невестой? – «Что я несу? Но, похоже, он действительно не помнит... Нас... Как он мог?»

- Пожалуйста, Мал... Драко! Я сделаю всё, что ты только пожелаешь! Только один разговор! Ну, хочешь, я на коленях попрошу?

«О, Гарри... Только не смотри на меня так! Мерлин, какие же у него глаза... Что он со мной делает...»

- Прекрати, Пооотти... Неужели ради девушки ты готов встать передо мной на колени?

- Не просто ради девушки, а ради НЕЁ. Ради второй половинки своей души я готов на всё!!!

- На все? - Драко задумался, стараясь найти выход из положения. - Тогда... Поцелуй меня, Потти.

- Ты, наверное, шутишь? - не понял Гарри. - Зачем это тебе?

- Докажи, что готов на все.

- Хорошо. - Гарри решился. - Уверен, что не пожалеешь?

- А что мне жалеть? Неужели ты считаешь, что «украдешь» у меня первый поцелуй? - фыркнул Драко.

- Нет, конечно, - смутился Гарри. - Просто не знал, что тебе захочется сделать это со мной, ведь я видел тебя с Блейзом и думал, что вы... ну, вы... И у тебя ведь есть невеста!

- И что? – Драко намеренно не стал выяснять, что Поттер имел в виду под «вы с Блейзом». - Я хочу узнать, как целуется Золотой Мальчик.

- Если это твоё условие, то я согласен. Ради Дафны.

Гарри встал, подошел к Малфою, быстро чмокнул его в уголок губ и поспешно отошел.

- Поттер, я тебя умоляю!.. Если это поцелуй, то я – внук Дамблдора, - Драко постарался сдержать дрожь, которая его охватила даже при этом невинном прикосновении.

- Ну, так объяснил бы сначала, что ты имеешь в виду под поцелуем! - огрызнулся Гарри.

- Поцелуй, Потти. Только и всего. Это так просто... - Драко тоже поднялся, сделал шаг к аврору и, запустив руку в его густые волосы, заставил чуть нагнуться. - Или что? В твоей жизни такого не было?

- Было... - только и успел выдохнуть Гарри, прежде чем нежные губы Малфоя накрыли его рот страстным поцелуем. Сопротивляться напору жадного языка блондина не было ни сил, ни желания, и Гарри приоткрыл губы и закрыл глаза, чем коварный слизеринец не замедлил воспользоваться.

Прошел час, или же время остановилось – аврору было все равно. Единственное, что волновало его в этот сладкий миг, это рука Драко, нежно перебирающая ему волосы, прелесть поцелуя и восторг от близости чужого тела, которое казалось родным и удивительно знакомым. Он не заметил, как его собственные руки оказались на талии Драко, притягивая того ближе в отчаянной попытке слиться в единое целое. Поттер сходил с ума от стонов Драко, его всхлипов, от его восхитительного дразнящего запаха.

Они оторвались друг от друга, только когда стало нечем дышать. Раскрасневшиеся, с затуманенными, пьяными от счастья глазами, они не смогли разорвать объятья и так и стояли, крепко прижавшись друг к другу.

- Гарри... - попытался начать Драко, но тот его остановил, мягко прижав палец к губам.

- Пожалуйста, не говори ничего! - глядя в затуманенные серые омуты, Гарри робко продолжил: - Можно мне поцеловать тебя снова?

Драко счастливо кивнул, и они снова слились в страстном поцелуе, который унес их на вершину блаженства.

Когда губы уже онемели от поцелуев, они продолжали стоять, обнявшись и тяжело дыша.

- Я люблю тебя, - неожиданно прошептал Гарри.

- Что?! - Драко показалось, что он ослышался.

- Я люблю тебя... - Гарри повторил это осторожно, словно извиняясь.

- Ты же говорил, что любишь Дафну! - Драко готов был побиться головой об стену, лишь бы эти слова никогда не срывались с его языка.

Глаза Гарри расширились в странном понимании, и он, не веря самому себе, произнёс:

- Ты и есть Дафна...

- Так ты помнишь? - Малфой с нежностью и надеждой вглядывался в любимые зеленые глаза.

- Да, - медленно проговорил Гарри. - Я пришел к тебе, а ты был на кухне. И мы сначала поругались, а потом... – брюнет засмущался и густо покраснел.

- Но, если ты помнишь... Почему ушел?! Как ты мог, Гарри?!

- Я... - говорить про болезнь отчаянно не хотелось. Не здесь, не сейчас. Ещё будет время для разговоров о жизни, друзьях, воспоминаниях о войне, а в этот интимный момент воссоединения со своей единственной любовью не хотелось волновать самое дорогое на земле существо.

- Гарри... Ты... - Драко замялся, мучительно подбирая слова. - Ты... меня... не хочешь? Тебе все это не нужно? Я и моя любовь...

- НЕТ! Что ты! Ты мне нужен! Очень нужен!!! - Поттер прижал растерянного блондина к себе, целуя его в губы, щеки, веки и лоб. – Мне нужен только ты!

- Но, тогда, почему? Скажи мне, пожалуйста! Это очень важно для меня!

- Я... Драко, может, не надо об этом сейчас?

- Ты... Ты... – Малфой задыхался, сгорая и тая под нетерпеливыми поцелуями. – Мерлин, Гарри... Объясни же мне!!!

- Я... Понимаешь, я болею уже очень давно. Только ты не волнуйся, ладно? Ничего особенного, просто у меня иногда случаются головные боли...

- Мигрень?

- Ну, что-то вроде того... У меня и тогда заболела голова. И я пошел домой, чтобы выпить лекарство, но упал и потерял память.

«Прости меня за ложь, любимый!»

- Это же как надо было удариться, чтобы потерять память?!

- Ну, вот такой я удачливый... Не сердись... Теперь я все помню!

- И только попробуй снова забыть! - Драко уже хотел двинуть Гарри по голове, но передумал: «Это и так его больное место». Он ограничился легким, игривым толчком в грудь. - Знаешь, как мне плохо без тебя?

- Прости... - растерянно прошептал брюнет. «Да, лучше тебе не знать. Ты и так много волновался. И все из-за меня...»

- Ничего... - Малфой уткнулся лицом в плечо аврора.

- Мне тоже было плохо без тебя! Я не помнил, что ты – это ты, но всем существом искал того, единственного...

- Точнее, единственную, - не смог удержаться от подколки Драко.

- Ну... Это... Я же не... - Гарри чертыхнулся про себя, проклиная свое косноязычие.

- Гарри, - Малфой снова растерянно посмотрел на любимого, - если тебе... если тебе нужна девушка... я...

- Не говори глупости! - перебил его Гарри. - Мне не нужен никто, кроме тебя, и будь ты, хоть парнем, хоть магглом... Мне всё равно, как ты не поймёшь?!

- Не кричи на меня, - чуть поморщился блондин.

- Прости! Прости, ангел мой, прости... - Гарри снова начал покрывать лицо Драко поцелуями.

- Твой ангел? - Малфой довольно улыбнулся.

- Да, мой, только мой! Если ещё раз увижу рядом с тобой этого... Забини! Я его прикончу! Кстати, - Гарри враз посерьёзнел и отстранился от Драко, пристально глядя ему в глаза, - что ты делал у этого поганца дома, да ещё почти в голом виде?

- Я... Ну, он же мой друг...

- И ты у всех своих друзей проводишь время в таком виде?!

- Подожди, а откуда ты знаешь?

Гарри осекся, растерянно глядя на блондина.

- Понимаешь... Я следил за Забини, хотел у него про Дафну узнать, - Гарри окончательно смутился.

- И? - строго спросил Малфой.
«Котенок мой, какой же ты милый, когда смущаешься...»

- И ты был там! В спальне и голый!

- Не было такого! - запротестовал Драко. - Точнее, было, но я тогда был один! А как ты умудрился подсмотреть? Там же третий этаж?

- Ну, я... - Поттер снова смутился.

- Что – ты? - блондин требовательно посмотрел на Гарри.

- Понимаешь... Я анимаг... незарегистрированный... - прошептал Гарри, краснея и отводя взгляд. - Только это секрет, даже Северус и Сириус не знают, только ты и Джеймили.

- Джеймили? Твоя девушка?! - Драко попытался отстраниться от Поттера.

- Нет!!! Мерлин, что ты... Она...

- Кто она? - холодом в голосе Малфоя можно было заморозить половину хогвартского озера. - Скажи мне, кто она, и я немедленно отважу её от тебя! Ты только мой, запомни это!

- Не шшшипи... это мое занятие... - головка Джеймили показалась из кустов.

- Джеймили? Я же оставил тебя...

- Тихо! - качнула головой змея. - Что я, сссама не могу найти тебя?

- Это... Что это? - растерялся блондин.

- Повешшливее, молодой человек, - прошипела змея. - Я, всссе-таки, не шшшто, а кто.

- Джейм, не злись, - Гарри автоматически перешел на парселтанг, присаживаясь на корточки и протягивая руку к рептилии.

- Гарри... Может, ты уже объяснишь?

- Гарри! Может, ты нас уже познакомишшшь?

- Вот, - торжественно начал Гарри, поднимая руку с обвившей ее змеёй. - Позволь представить тебе! Это и есть Джеймили – мой верный друг уже много лет. Джеймили, - обратился он к ней, - а это Драко Малфой – человек, которого я люблю больше жизни!

- Сссдравсссствуй... - Джеймили высунула язычок, пробуя воздух на вкус.

- Так вот, кто такая Джеймили, - Малфой облегченно вздохнул и протянул руку: - Можно?

- А не боишься?

- Ну, если она твой друг – не вижу смысла. А еще она такая красииивая, - восхищенно протянул Драко.

- Хм... А вот Северус реагировал более... - Гарри замялся, протягивая руку и давая змее переползти на блондина.

- Я представляю, - хихикнул Драко. - Крёстный просто до ужаса боится змей, правда, об этом мало кто знает. Не понимаю, как можно бояться такую очаровательную змейку. Что это за порода? - он поднес руку к лицу, разглядывая переливчатый узор на спинке змеи.

- Помесь эфы и крайта, - улыбнулся Поттер.

- Ты еще и ядовита, красотка?

- А тебе ссссачем? - змея резко откинула назад голову.

- Тише, Джеймили. Нет, Драко, она не ядовита.

- Хорошо, значит, ты не укусишь меня, если мы с Гарри решим уединиться, правда? - и Малфой лукаво посмотрел на Поттера.

- Гарри? Ты хочешшшь?

- Что – хочу? - Гарри оторвал любящий взгляд от Драко и перевел его на змею.

- Уединитьссся. Ссс этим блондиниссстым красссавчиком, - пояснила Джеймили.

Гарри сразу покраснел:
- Ну, сейчас, здесь неподходящее место, а вообще-то, я был бы не против.

- Как ссскажешшшь, - змея снова переползла к Гарри.

- О чем вы говорили? - заинтригованно уточнил Драко.

- Ну... Она обещала, что не укусит тебя, если ты, например, зайдёшь к нам на чашечку чая и останешься до утра, - отчаянно краснея и глядя куда угодно, только не в глаза блондина, ответил Поттер.

- А ты будешь не против? Если я... останусь до утра?

- Я, уж точно, буду не против, - улыбнулся Гарри и смущенно продолжил: - И если потом ты останешься до вечера, а потом снова до утра, и опять до вечера... Я... Я хочу быть с тобой всегда! Всю жизнь. Драко!

Идея была спонтанной, но казалась правильной и единственно верной. Опустившись на одно колено, взяв руку Драко в свои ладони и глядя прямо в удивлённые серебристые омуты, Гарри тихо спросил:

- Любимый, ты выйдешь за меня?

- Я... - Драко на секунду растерялся.

- О, Мерлин... Я.... - Поттер с ужасом смотрел на блондина. «Он не хочет! Я все разрушил!» - Ты... Я не настаиваю на ответе сейчас. Можешь подумать...

- Дурак! Не смей! Не смей думать, что я отказываюсь! Я по глазам всё вижу. Как ты мог, хоть на секунду усомниться? Я же люблю тебя! И не дам тебе шанс передумать. Еще чего! - Драко опустился на колени рядом с Гарри. - Да! Да! Да! ДА! - целуя в нос, в губы, куда придётся. - Я выйду за тебя, любимый!

Аврор прижал к себе Малфоя, жадно впиваясь в его губы, словно пытаясь заклеймить его этим поцелуем.

Но рядом с беседкой вдруг раздался голос Малфоя-старшего:

- Северус! Северус, где же ты? - лорд, вот уже почти час, безуспешно пытался найти мужа.

Отправившись залечить руку, зельевар исчез где-то в недрах Малфой-мэнор. Отчаявшись его дождаться, Люциус пошел в парк. Из беседки послышались голоса и стоны, а сердце лорда испуганно сжалось. Он ускорил шаг.

- Ах, вот ты где, изменник!

Драко нехотя оторвался от сладких губ возлюбленного, но в шоке уставился на отца, возникшего на пороге.

- Эээ... Драко? - Люциус перевел дух, увидев, что Северуса тут нет, а затем растерянно уставился на присутствующих. - Извини, я думал, что это Северус... А что ты тут делаешь, и... кто это с тобой?

- Я... ммм... Разговариваю... А крестный, кажется, направился в твой кабинет. Наверное, он там, - быстро затараторил Драко.

- Мистер Малфой, - Гарри сглотнул и продолжил. - Мистер Малфой, я хочу просить у вас...

- Поттер, потом попросите. Или Драко скажете, что вам надо, он вам все устроит, - махнул рукой молодожен. - А вот мне сейчас надо найти мужа.

- Иди, папа, иди!

- Но Драко... - Гарри растерянно посмотрел на младшего блондина.

- Тссс... Не говори ему пока ничего, - прошептал Драко.

- Ты... Ты боишься, что передумаешь?

- Нет, просто отец... Он может не понять, - пояснил Драко, глядя вслед уходящему родителю.

- Но нам всё равно придётся ему сказать, ты же знаешь? - Гарри пристально вглядывался в лицо любимого.

- Да. Но не сегодня же? Он и так сильно перенервничал. Давай не будем сегодня трогать их с Северусом?

- Как скажешь, ангел мой. Кстати, твой отец... Это ведь брак по расчету?

- С его стороны – нет, - вздохнул Драко, - а вот Северус...

- Дядя, он... - Гарри замялся.

- Северус просто хотел сменить фамилию, - грустно заметил блондин.

- Ну, это тоже, но... Он не верит, что интерес твоего отца серьезен. Считает, что это просто очередное развлечение. Или прихоть.

- Это не развлечение. Поверь мне, я точно знаю! Он никогда бы не пошел на такой шаг, если бы не относился серьезно к своим чувствам.

- Но... Тогда они оба дураки. Драко, может, он действительно хотел помочь другу? Ну, и немного пошутить заодно?

- Нет! Какие шутки! Если ты сомневаешься в моем отце, значит, ты и в моих чувствах не уверен!

- Нет, что ты! Любимый! Ни секунды не сомневаюсь!

- Ну, тогда, можешь мне поверить. Папа сегодня очень переживал...

- Хорошо, верю. Не будем больше о нем... Ладно?

- Конечно, радость моя, как скажешь! Так чем мы сейчас займёмся?

- Ну, нам стоит вернуться к гостям. Но сначала... - Гарри потянулся к губам Драко.

- Да, любовь моя, - блондин прижался к Поттеру, с готовностью приоткрывая розовые припухшие губы.

Они слились в обжигающе-горячем и невероятно нежном поцелуе, вверяя друг другу себя, свою любовь и клятвы в вечной преданности.

- Надеюсь, не помешал? - язвительную интонацию Северуса невозможно было не узнать.

- К-к-крестный? - растерянно прошептал блондин, отрываясь от Гарри.

- Драко? Это ты? - удивился Северус

- Да, а кого ты думал здесь застать? - собрал все мужество Драко.

- Я думал... А где Люциус? Где твой отец?

- Он тебя ищет. Был тут минут двадцать назад, очень нервничал. Вы что, так и не встретились?

- Нет, - Северус мотнул головой. «Значит, нервничал. Совесть, что ли, замучила... Или Забини предложил что-нибудь крайне интересное...»

- Дядя, знаешь, а он тебя... - Поттер заткнулся под строгим взглядом блондина.

Северус только сейчас заметил племянника:

- Гарри? А ты что тут делаешь? И почему валяешься на полу? Почему на коленях? У тебя снова приступ? - взволнованный зельевар засыпал его вопросами.

- Приступ? Ты знаешь, что с ним? - Драко требовательно взглянул на крестного.

- Конечно. Он знает, что все нормально, - Поттер решил побыстрее сменить тему, и, вспомнив, какие взгляды Северус бросал на Люциуса и Забини, продолжил: - Все хорошо, дядя. А мистер Малфой пошел в свой кабинет. У него там, кажется, какой-то деловой разговор с Забини.

- С кем?! Ну, ты у меня ответишь за это, змеюка белобрысая! - Северус сразу забыл про обжимающуюся парочку, и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, быстро зашагал в сторону дома.

- Зачем ты это сказал? - Драко развернулся к аврору. - Это только испортит все!

- Прости. Я подумал, немножко ревности им не помешает, - пожал плечами брюнет, виновато глядя на своего белокурого ангела.

- Только если они не поубивают друг друга, - вздохнул блондин. - Ладно, сделанного не воротишь. Пойдём к гостям? Или ещё здесь побудем?

Драко немного поёжился. Ночь обещала быть холодной.

- Да, пойдем. Не хватало еще, чтобы ты заболел. - Гарри поднялся на ноги.

- Сейчас... Еще минуточку... - шепнул Драко, снова прижимаясь к брюнету в трепетном поцелуе.

- Милый, так мы никогда отсюда не уйдем, - улыбнулся Гарри, но, внезапно, резко изменился в лице.

Он побелел, как полотно, и непроизвольно вцепился в Драко.

- Что такое? Гарри, что с тобой?!

Поттер закричал, сжимая в руках голову и сползая на землю. Откуда-то сразу же выползла Джеймили, что-то успокаивающе шипя.

- Что, Гарри? Что случилось?! Что мне делать??? - Драко был в панике.

Внезапно в голове раздался незнакомый голос: «Отнессси его в больницу. Ему нужен врач». Блондин, не раздумывая ни секунды, подхватил Поттера на руки и аппарировал в больницу Св. Мунго.




Глава 31.

Северус собрался, было, пойти к Малфою и сорвать ему... приватное общение с юным модельером, но, неожиданно для себя, застыл посреди холла. «Что я творю? Он ведь имеет полное право быть с тем, кто ему приятен. Но его клятва... О, Мерлин...»

Зельевар дошел до гостиной, устало опустился на диван и сжал виски. Вино туманило сознание. «Мне больше нельзя пить, - он покачал головой. - Зачем он заговорил про любовь? Чтобы больнее уязвить? Или он считает, что у него так мало любви, что не стоит даже обращать внимания? Мерлин, Люциус, когда ты прекратишь так мучить меня... Я не понимаю тебя...»

Северус поднялся с дивана и принялся расхаживать по комнате. «Это же полный бред: сначала улыбаться Забини, а потом лезть ко мне! Я ему что – забавная игрушка?»

- Северус! Вот ты где! Наконец-то, я тебя нашёл! Где ты был так долго? Я уже всё поместье обыскал! - раздался за спиной голос Люциуса.

- О, неужели ты сумел, наконец, оторваться от юного мистера Забини?

- А причем тут Забини? - растерялся блондин. - Пойдем. Скоро уже гости будут расходиться.

- Что же ты бросил своих гостей?

- Я тебя искал!

- А куда бы я мог деться?

- Ну... вот я тебе и нашел... Пойдем?

- А что, мистер Забини уже не нуждается в твоем обществе?

- Да причем тут Блейз? Я уже с ним закончил...

- Ах, закооончил...

«Приставка «за» здесь явно лишняя, судя по всему!» - Снейп смерил супруга подозрительным взглядом.

- Ну да! Мы уже все обсудили. Поначалу я не хотел обсуждать бизнес на нашей свадьбе, но сделка перспективная. Она принесет прибыль нам обоим.

- Конечно, выгода – в первую очередь, - неожиданно горько отозвался Северус.

«Выгода – вот и все, что его интересует. Всегда. А я уже почти надеялся, что он, действительно, меня...»

- Северус, да что такое? - Малфой мгновенно оказался рядом с мужем, нежно и тревожно глядя на него.

- Ничего, Малфой. Идем к этой своре гостей, жаждущей зрелищ и поедающей твой хлеб.

- Северус? Что с тобой? - блондин прямо и открыто уставился в агатовые глаза зельевара, готовый признаться сейчас во всем, чём угодно.

- Ни-че-го, Люциус, - процедил Снейп. - Кажется, я уже сказал.

Он пожал плечами и направился к двери.

Лорд в несколько шагов нагнал супруга, хватая его под руку.

- Не забудь – ты должен выглядеть влюбленным. – «Если бы ты, действительно, был влюблен... Я сделал бы, что угодно... даже заавадил бы всю эту толпу, чтобы они тебя не раздражали».

- Я помню, необязательно напоминать. Лучше сам не флиртуй с другими.

- О чем ты? Я ни с кем не флиртую... Если бы ты от меня не бегал целый день, так я, вообще, был бы только с тобой!

- Идем, еще пара часов цирка, и я смогу переодеться.

- Подожди... Как твоя рука?

- Прекрасно. Ни единого шрама не осталось.

- Тогда идем, - Малфой быстро чмокнул мужа в губы и потащил к гостям.

Северус попытался вырвать руку, но у него не было никаких шансов против воодушевленного Люциуса. «Что происходит? Что же ты со мной делаешь, несчастье мое?»

Гости расходились долго. Каждый считал своим священным долгом на прощание еще раз улыбнуться Люциусу, встав слишком близко к нему, дотронувшись до него... Забини к концу вечера осмелел настолько, что решился обнять Малфоя, на секунду повиснув у него на шее.
«Значит, дорогой супруг, так-то ты будешь хранить мне верность?»
Разум, затуманенный алкоголем, пытался, было, напомнить, что их брак – фиктивный, но ревность и злость, разбуженные сегодняшними счастливыми улыбками аристократа, решительно оттеснили его в сторону.

Наконец, Северус остался наедине с самим собой. Едва Люциус, в радостном возбуждении, умчался в сторону супружеской спальни, новоиспеченный Малфой вызвал эльфа и велел принести еще вина. Домовик с тихим «Слушаюсь, сэр» исчез, чтобы вернуться через секунду с серебряным подносом. Устало опустившись на стул в зале, где проходил банкет, зельевар продолжил знакомство с коллекционными винами из – теперь уже своего – подвала.

Спустя некоторое время, он услышал торопливые шаги.

- Северус? Почему ты не идешь в нашу спальню?

- Смею напомнить, что мое знание этого дома не позволяет точно предположить, где именно мне сейчас следует находиться, - не оборачиваясь, пробурчал зельевар, вновь наполняя бокал.

- Что ты делаешь? - блондин недоуменно взглянул на бутылку.

- Думаю, исходя из имеющихся данных, можно предположить, что я – пью, разве нет? - раздражение Северуса продолжало расти, оставляя в душе мерзостный осадок.

- Пойдем! - Малфой подошел к мужу и игриво шепнул на ушко: - Мы можем заняться чем-нибудь более приятным.

- Прекрасно. Тогда возьми на себя обязанности проводника, - Северус хмуро посмотрел на супруга через плечо, нехотя отставив бокал.

- Хорошо, - блондин улыбнулся и потянулся за поцелуем.

Зельевар проигнорировал этот порыв и резко поднялся с кресла. Он на секунду замер, пытаясь преодолеть головокружение.

- Ты в порядке?

- Все нормально, просто устал. Спектакль нынче вечером был крайне выматывающий.

- Спектакль?! - обиженно протянул лорд Малфой.

- А у тебя есть другое обозначение для этого фарса?

- Но... ведь... - Люциус судорожно вздохнул и потянул зельевара за руку. - Впрочем, не важно. Пойдем!

- И к чему столь неприкрытый энтузиазм? - пробурчал себе под нос Северус, вяло следуя за блондином.

Его супруг сделал вид, что не услышал вопрос, и молчал весь путь до дверей в роскошную спальню четы Малфой. «Вот и настал тот миг, которого я так ждал. И теперь наше счастье зависит только от меня», - с этими мыслями блондин вошел в опочивальню вслед за мужем.

- Итак... - Северус застыл, рассматривая королевских размеров кровать.

- Да, мой хороший? - пошловато ухмыльнулся блондин, скользя ладонью по упругой заднице мужа.

«В этом эффектном одеянии зад Северуса, прямо как торт под слоями белоснежного крема. Такой же вкусный и сладкий. Еще немного и...»

- Руку убрал! - гаркнул Снейп. - Или тебе уже не терпится? Так я не держу! А молоденьких мальчиков, думаю, ты знаешь, где найти! - пьяная ревность тут же вытащила на свет свежее воспоминание о приторно улыбающемся Забини, что-то щебечущем Люциусу на ушко.

- Причем тут мальчики? Я не понимаю, о чем ты?

- Даже так? Как упрекать меня в любви к молодой заднице Гарри – это в порядке вещей, а признать собственные грехи – сил не хватает? - прошипел Северус, оттолкнув Малфоя.

- Но я... Мерлин, Северус, объясни мне нормально, что не так?

- Все так, дорогой мой, все так, - яду в голосе мужчины могла позавидовать любая кобра. - Просто я посмел забыть некоторые обстоятельства этого брака.

- Прекрати разговаривать со мной таким тоном! И хватит предъявлять мне какие-то нелепые претензии! - недовольно протянул не ожидавший такого напора блондин.

Он нервно накрутил на палец длинный светлый локон и искоса взглянул на супруга.

- Да, ты прав, сейчас не время. Кажется, у нас были другие планы? - хищно улыбнулся Северус, начиная теснить мужа к кровати.

- Да... Но, может, ты сначала успокоишься? Я попрошу эльфов принести...

- Ну что ты, я спокоен, как никогда. К тому же, чем тебе сейчас помогут эльфы?

- Зелье... Ты очень возбужден. То есть... Я хотел сказать, что ты перенервничал... - Малфой настороженно вглядывался в любимое лицо и отступал назад.

- А в чем проблема? Я – счастливый молодожен, который находится рядом со своим красавцем-супругом. А мой прекрасный белокурый супруг успевает не только нежно целовать меня, но и раздавать авансы всем милым юношам вокруг, к счастью, исключая собственного сына. И то, я не уверен...

- Какие юноши? Что за бред ты несешь? - Малфой нахмурился, но положил руки на плечи мужа и ласково прошептал: - Что случилось, Северус?

- Случилось? - губы Северус искривила неприятная усмешка. - Все замечательно, разве ты не видишь?

- Ну, может, мы уже займемся делом, - жарко шепнул блондин, осторожно целуя зельевара в шею. - К сожалению, твой муж не слишком компетентен в этом вопросе. Может, ты уже начнешь выполнять свое обещание?

- Обещание? Ах, да! - наигранно спохватился Снейп, отходя на шаг, чтобы не чувствовать горячее дыхание. И, резко меняя тон, приказал: - Раздевайся!

- А ты мне не поможешь? - ухмыльнулся Люциус.

- Я сказал – раздевайся!

- Мне не нравится твой тон, - недовольно протянул блондин, начиная, однако, расстегивать мантию.

«Знал бы ты, как мне не нравится твоя лживость, дорогой», - Северус лишь пожал плечами, стараясь не сорваться и не высказать вслух все терзающие его сейчас мысли.

- Да что с тобой? – блондин повысил тон, скидывая рубашку.

- Тебя что-то не устраивает? Неужели? - зельевар, излюбленным движением, вскинул бровь. - Я всего лишь собираюсь выполнить наш уговор.

- Да, но я думал, что это будет... Не так! - Малфой смущенно опустил голову. - Почему ты не раздеваешься?

- Успеется, - отрезал Северус, окидывая взглядом обнаженную дрожащую фигуру. - Холодно?

- Да, но ты, ведь, меня согреешь? - Малфой улыбнулся и сделал шаг к зельевару.

- А разве в наш договор входит этот вид услуг?

- Услуг?! Я не понимаю тебя, - растерялся блондин. – «Что происходит? Он меня не хочет? Я же стою перед ним... голый... А он...»

- О, конечно, извини. Видимо, я выражаюсь недостаточно ясно? Тогда опустим этот момент, нам ведь и так есть, чем заняться? К примеру, отдать должное твоей смелости.

- Да что происходит? - Малфой схватил зельевара за рукав. - Ты явно считаешь, что я в чем-то перед тобой виноват!

- А разве я не прав? - Северус иронически улыбнулся, в очередной раз оттолкнув Люциуса.

- Прекрати издеваться! - Малфой замахнулся для пощечины.

- Ещщще раз попытаешься поднять на меня руку, - зельевар перехватил запястье и сжал его так, что нежная кожа мгновенно покраснела, - еще раз – даже в шутку! – и я стану счастливым вдовцом.

- Прекрати! Мне больно!

- Переживешь, - Северус, все же, разжал пальцы, дав мужу возможность отойти.

Люциус потер руку, выжидательно глядя на любимого.

- На кровать, - отрывисто бросил мужчина, принимаясь раздеваться.

- Я помогу... - Люциус вновь приблизился к зельевару, протянул руки.

- На кровать, живо! - Северус, практически, прорычал эти слова.

Он почувствовал, как алкогольная пелена немного спадает, уступая место глупому, труднообъяснимому желанию присвоить этого роскошного мужчину себе, присвоить его всего – не только юридически, но и физически.

- А если я не послушаюсь? - с неожиданным упрямством ответил блондин, насмешливо выгнув бровь, хотя внутри все больше разгорались неудовлетворенное желание и горькая обида.

- А кто тебя будет спрашивать? - жестко процедил зельевар, наконец-то, выпутавшись из одежды. - Я же должен исполнить супружеский долг?! Ты ведь этого хочешь, дорогой?

- Сомневаюсь, что ты, в таком состоянии, можешь хоть что-нибудь исполнить, - ехидно протянул блондин. - Может, все-таки попросить эльфов принести...

В тот же миг Малфой получил сильный толчок в грудь. От неожиданности блондин плюхнулся на пол и возмущенно зашипел от боли.

- Надеюсь, ты собирался просить у эльфов смазку, иначе тебе крупно не повезло... милый, - зельевар уселся на бедра супруга. Большими, тяжелыми ладонями он прижал к полу плечи Малфоя.

- Но... - Люциус протестующе дернулся, пытаясь скинуть с себя разъяренного мужа.

- Ты этого хотел, значит, ты это получишь, - Северус наклонился, чтобы с силой сжать зубами тонкую кожу под ключицей.

- Я... Да... Не так! - Малфой вздрогнул, пытаясь то ли притянуть, то ли отпихнуть брюнета. Возбуждение, обида, боль, любовь и нежность смешались в его голове в будоражащий коктейль страсти.

- Как заслужил, так и будет! - вскоре уже все тело блондина покрывали яркие отметины, которые наутро приобретут синеватый оттенок.

Малфой застонал сквозь зубы и притянул зельевара за шею, обжигая горячими губами, шепча:
- Северус...

- Не заслужил, - четко проговорил Снейп в эти нежные, даже на вид, губы. - Где смазка?

- Почему? - Малфой вопросительно и неверяще посмотрел на зельевара, обиженно надув губы. - Смазка... на ночном столике...

Северус усмехнулся, глядя на растерянного блондина:

- На колени.

- Но... Я думал... - Малфой как-то странно посмотрел на мужа и слегка покраснел.

- Если мне придется еще раз повторить – тебе же хуже.

- Но ведь...

- На колени! - в голове шумело, а взгляд серых глаз странно волновал кровь.

- НЕТ!

- Сам виноват...

Резким движением Северус перевернул Люциуса спиной вверх, одновременно заклинанием крепко связывая ему запястья. Еще пара секунд потребовалась, чтобы поставить мужа на локти и колени.

Блондин отчаянно дернулся и повернул голову, в серых глазах горел дикий ужас и что-то еще, что уже однажды приходилось видеть Снейпу.

- Отвернись, - зельевар легко открыл флакон и зачерпнул пальцами немного прохладной смазки.

- Северус... Не надо! - блондин дернул обнаженной атласной задницей, пытаясь повернуться.

- Ты же сам настаивал на этом пункте в нашем договоре? - секунду помедлив, Северус начал проталкивать в тесно сжатое колечко мышц сразу два пальца.

Малфой зашипел и дернулся в сторону.

- Но я думал, что я...

- Тыыы? - издевательски протянул мужчина, резко вводя пальцы на всю длину и разводя их, расширяя и растягивая вход.

Малфой задохнулся и прошептал, опустив голову:

- Северус, не надо! Пожалуйста! Я... У меня никогда... Северус...

- Я – первый? Это так волнующе, - в голосе – яд и холод, а руки крепче сжали вздрагивающие бедра, когда Северус, не размениваясь на предварительные ласки, начал входить в прекрасное и неподатливое тело.

Малфой вскрикнул и начал вырываться, повторяя, как мантру:

- Северус... Северус... Северус...

- Замолчи, - полностью погружаясь в жаркую тесноту, не то приказал, не то умолял зельевар. Алкоголь словно испарился из крови, в голове прояснилось.

Люциус дико вскрикнул и замолк, только плечи дрожали, как от рыданий. Северус порывался выйти, но понял, что пока блондин так зажат, это лишь причинит новую боль. «Что же я... Как я мог?..» Прикосновения смягчились, теперь ладони почти нежно гладили напряженные бедра, скользили по пояснице, поджатым ягодицам.

«За что? За что? За что?» - Люциус пытался остановить подступающие слезы, с шумом вдыхая и выдыхая. Но даже боль, которая, казалось, стержнем прошла через все тело, не могла заглушить жгучую обиду.

Надавив ладонью на поясницу, Северус заставил мужа прогнуться, зная, что это поможет хоть немного ослабить боль. Вторая рука скользнула к опавшему члену Малфоя, нежно сжимая его. Люциус вздрогнул и попытался отстраниться.

- Северус... – это имя, произнесенное хриплым тихим голосом, пугало самого Малфоя.

- Шшш, - зельевар продолжил ласкать мужа, стараясь отвлечься от ощущения жаркой тесноты, чтобы не начать двигаться, причиняя Люциусу еще больше страданий.

Постепенно тот успокоился и вновь повернул голову, бросая на Северуса все тот же странный взгляд серебряно-серых глаз, обрамленный ореолом пушистых ресниц, сейчас мокрых от слез.

- Не смотри, - глухо умолял Северус, стараясь не встречаться взглядом с Люциусом. Он понимал, что ласки сделали свое дело и блондин, наконец, немного расслабился, позволяя выйти из себя.

«Он не хочет меня больше видеть?» - серебристый взгляд померк, и Малфой отвернулся, отметив, что боль стала меньше, а собственный член в чужой руке уже ноет от напряжения.

Все, что произошло дальше, в сознании Северуса осталось сумбурным и размытым. Он помнил, как начал двигаться, сначала мучительно медленно. Как искал подходящий угол, не переставая ласкать плоть Люциуса. Как выгнулся под ним блондин, когда зельевар, наконец, задел нужную точку. И все убыстряющийся ритм, и сдавленные вздохи Малфоя. В какой-то миг Люциус выгнулся под ним, невероятно глубоко прогнувшись в талии, коротко вскрикнул, и обмяк в поддерживающих его руках, почувствовав внутри горячую лаву.

- Северус... - последнее, что прошептал он перед тем, как погрузиться во тьму.

Удерживая любовника от падения, Северус позволил себе прижаться губами к мокрому виску прежде, чем развернуть бурную деятельность. Уложив мужа на кровать, зельевар осмотрел его и, матеря сквозь зубы самого себя, быстро произнес заживляющее заклятье. Затем, призвав из ванной полотенце, обтер его влажный живот и бедра, стирая свидетельство произошедшего. Накрыв Малфоя одеялом, Северус бросил на него последний взгляд и спешно вышел из спальни. Он вызвал домовика и объяснил, что как только хозяин проснется, его надо тут же напоить обезболивающим зельем.

Вскоре Северус аппарировал к Хогвартсу.



Глава 32.

Драко ворвался в приёмный покой, практически, в невменяемом состоянии. На руках у него лежал ослабевший Гарри.

- Врача! Срочно! - эхом разнеслось по пустым в этот поздний час коридорам больницы.

- Ангел мой... люблю... - прошептал брюнет, прежде чем содрогнуться от очередного болезненного спазма.

- Шшш, сейчас-сейчас... Гарри... Да что же это... ВРАЧА!!!

К счастью, в эту ночь дежурил тот самый врач, что осматривал Гарри прошлый раз. Он мгновенно оценил обстановку:

- Несите его сюда! Что случилось? Опять приступ? И так скоро!

- Вы... вы знаете, что с ним?! Гарри говорил, что иногда болит голова, но я не знал, что так сильно!!! Вы поможете? - Драко с надеждой взглянул на врача. - Тише, Гарри! Потерпи немного, малыш! Сейчас тебе помогут!

Не слушая его сбивчивых слов, врач стал вливать в Поттера зелья и шептать заклинания. Малфой прижимал к себе любимого, стоя на коленях у больничной кровати и продолжая шептать что-то успокаивающее.

- Отойдите! Вы мешаете!

- Извините, - Малфой еще раз поцеловал брюнета в висок и отстранился, испуганно глядя на его побелевшее лицо. Гарри задергался еще больше и что-то застонал.

Врач чертыхнулся и снова обратился к блондину:
- Ладно, идите сюда! Возьмите его за руку.

- Что с ним? Пожалуйста, скажите!!! Он поправится?

- Не отвлекайте! - сухо оборвал врач.

- Простите, - смутился Драко и крепче сжал руку Гарри.

Вскоре доктор, все же, обратился к блондину:

- Его необходимо погрузить в состояние искусственной комы, чтобы он пережил приступ и не сошел с ума. Мне нужно разрешение кого-нибудь из родственников. Вот вы ему кем приходитесь?

- Я... - блондин растерялся. - Я не... Его дядя муж моего отца! А мой отец муж его дяди! Еще у него, у Гарри, есть крестный... Он мой двоюродный дядя со стороны матери!

- Драко, как ты мог забыть? - простонал Гарри, собрав последние силы. – Доктор, он – мой супруг... почти уже... Драко, не смей... забывать... об этом! Всё будет хорошо! Прости меня... Прости, что заставил волноваться. Я... люблю... тебя...

- Прости, Гарри, любимый... Гарри, только не оставляй меня!

- Все будет хорошо, ангел мой, - Поттер дотянулся до палочки и прошептал, взмахнув ею в воздухе: - Я, Гарри Джеймс Поттер, доверяю Драко Люциусу Малфою все решения, которые касаются моего здоровья и жизни.

Едва вымолвив это, Поттер лишился чувств.

- Гарри! Гарри!!!

- Что ж, мистер Малфой, тогда именно вы должны принять решение насчет искусственной комы. Вы должны знать, что это небезопасно, но иных способов облегчить боль колдомедицине не известно.

Драко испуганно взглянул на Гарри: даже в бессознательном состоянии тот явно испытывал сильные страдания. «Зачем? Зачем ты доверил мне свою жизнь, любимый?»

- Я не дам согласия, пока вы мне не расскажете, что с ним!

- Дорога каждая минута, мистер Малфой. Я отвечу на все ваши вопросы, как только мы введём мистера Поттера в состояние комы, - сухо ответил медик. - Поверьте, сейчас это единственный выход!

- Хорошо, - решение далось с трудом. - Я согласен.

- Спасибо, что поняли всю серьезность ситуации. А теперь, постарайтесь не мешать. Эмили, сюда! Мне нужна твоя помощь!

В палату, буквально, влетела медсестра, тут же, несмотря на все протесты Драко, выставившая его вон. Блондин обессилено сполз по стене на пол, вздрагивая от еле сдерживаемых рыданий.

Спустя почти час, показавшийся Драко вечностью, из палаты вышел усталый врач. Блондин накинулся на него с расспросами.

- Успокойтесь, мистер Малфой. Погружение в кому прошло успешно. Мистер Поттер сейчас ничего не чувствует, а когда приступ прекратится, мы сможем вывести его из этого состояния. А сейчас, давайте пройдём в мой кабинет, и я отвечу на все ваши вопросы.

Малфой кивнул и тут же схватился за стену из-за легкого головокружения. К доктору подошла взволнованная медсестра и сунула ему в руки какие-то бумаги.

- Что это за документы, это для Гарри? Скажите!

Врач повернулся к Малфою и внимательно его оглядел.

- Мистер Малфой, вам необходимо успокоительное зелье. Вы еле держитесь на ногах! Сейчас вы примите лекарство, успокоитесь, тогда и поговорим. - Он обернулся: - Эмили, проводи джентльмена в мой кабинет, а я сейчас приду.

Эмили схватила ничего не понимающего блондина под руку и потащила в комнату. Усадив его в кресло, она чуть ли не силой влила в него успокоительное.

- Спасибо, - Драко кивнул, стараясь не обращать внимания на развешанные по стенам плакаты, красочно иллюстрирующие симптомы разных жутких болезней.

Когда руки Драко почти перестали дрожать, а в голове слегка прояснилось, в кабинет вернулся врач.

Медик опустил на стол тяжелую папку с документами.

- Вы успокоились? Хорошо. Теперь я могу ответить на ваши вопросы.

- Что с Гарри? Он уже здесь был? Почему?

- Давайте по порядку, мистер Малфой. Видимо, вы не в курсе, что мистер Поттер страдает от ликвородинамической психалгии смешанного генеза?

- Это что-то типа мигрени?

- Как бы вам сказать, мистер Малфой... Сравнивать боль при мигрени и при психалгии, это всё равно, что сравнивать младенца и уголовника. Мистер Поттер страдает от боли, сравнимой, разве что, с действием Круциатуса.

Драко побледнел.

- Так вот. Его болезнь длится уже восемь лет, а приступы беспокоят его раза три в год. Я удивляюсь, как он жив и до сих пор не сошел с ума. Для этого приступа было еще рано. Я не мог понять его причину, но все прояснили результаты анализов, которые мистеру Поттеру делали полтора месяца назад.

- И что там? - Драко подался вперед, стараясь не пропустить ни слова.

- В крови пациента обнаружено неизвестное зелье, которое спровоцировало приступ. Оно же могло вызвать кратковременную потерю памяти. Вы не замечали за ним ничего подобного?

- Потеря памяти была, - кивнул Малфой, - но что за зелье могло так подействовать?

«О, нет! Только не... Мерлин, это же не...»

- Вот вероятный список ингредиентов. Два зелья. Одно из них – лекарство, о другом я могу лишь догадываться. Вероятно, их компоненты среагировали между собой, образуя новый состав, который мог неблагоприятно воздействовать на мозг. Для точного определения последствий приема этого состава мне необходимо посоветоваться с зельеварами. Думаю, мистер Снейп мог бы помочь.

- Я тоже зельевар. Разрешите взглянуть?

Колдомедик протянул Драко список. Тот взял его трясущимися руками и вчитался в ровные строчки. Так и есть! Это ЕГО зелье. «Я своими руками обрёк Гарри на муки! Да как я могу жить после этого? Нужно всё исправить! Надо помочь любимому!!!»

- Мистер Малфой, вам знакомо это зелье?

- Нет. Но я могу попробовать приготовить антидот. Только мне нужно узнать, какие именно компоненты могли вызвать реакцию. Расскажите поподробнее обо всех обычных проявлениях болезни, а я попробую выяснить, какие изменения произошли у Гарри.

- Главное проявление – дикие головные боли. Кратковременная потеря сознания во время самого приступа, все нарастающая усталость до...

- Почему вы замолчали? Говорите всё, как есть! - Драко занервничал с новой силой.

- Больных, которых не свела с ума боль, чаще всего добивает именно необоримая усталость. Организм отказывается бороться, зная, что его ждет новая боль.

- О, Мерлин! - только и смог прошептать Драко. - Почему же вы его не лечите? Ведь можно же что-то сделать?!

- Практически, ничего. Мы можем только снять симптоматику и оттянуть приближение следующего приступа.

- Нет! НЕТ! Вы просто не хотите ничего делать! - у Драко началась истерика. - Всегда можно найти выход! Я не позволю ему умереть! И не позволю жить в мучениях! Я немедленно забираю его отсюда! Кругом одни шарлатаны, не желающие спасать, а просто наблюдающие за мучениями Гарри!

- Мистер Малфой, успокойтесь. Вам пациента никто не отдаст, это во-первых, а во-вторых, можете спросить у профессора Снейпа о проявлениях данной болезни и методах ее лечения. Он подтвердит мои слова.

- Нет... Нет... Я найду выход... - приступ агрессии полностью прошел, и теперь осталась только ощущение пустоты и боли в груди. Сжавшись в кресле и обхватив себя руками, Драко, уставившись в одну точку, раскачивался из стороны в сторону. - Я помогу ему... Я придумаю зелье! Ради него я все сделаю... Он должен жить! Он должен помнить...

- Мистер Малфой, поверьте, мы будем только рады, если мистер Поттер поправится. А сейчас, вам лучше пойти домой.

- Нет! Я буду с ним!

- Находясь здесь, вы не сделаете ничего полезного.

- Но я буду с ним. Ему может понадобиться моя помощь. Не забывайте, я отвечаю за него.

- Мистер Малфой, он в коме. Ему сейчас никто не нужен.

- Зато он нужен мне!

- Вы сами собирались работать над зельем.

Драко не успел открыть рот, как в кабинет ворвалась испуганная медсестра.

- У мистера Поттера... Там...

Драко и врач тут же вскочили.

- Что с ним? - Малфой побелел, как полотно.

- Там, в палате... змея! - испуганно воскликнула девушка. - Она не дает приблизиться к больному! Шипит! Я не могу её убрать.

- А, это, видимо, фамилиар мистера Поттера. Все в порядке, Эмили, - врач опустился обратно в кресло.

- Откуда вы про неё знаете? - сощурился блондин.

- При прошлом приступе мистера Поттера познакомились, - усмехнулся доктор. - Однако, ей сейчас не место в палате, а незнакомых она к себе не подпускает. Мистер Малфой, вы не могли бы её забрать, когда пойдёте домой?

- Я никуда не пойду!!!

- Но...

- Я буду с ним. И точка! Только попробуйте мне помешать!

- Дементор с вами, только скандала мне не хватало сейчас.

- Вот и славно! - Драко холодно кивнул. - Не могли бы вы дать мне бумаги с результатом анализа крови. Я хочу их изучить.

- Берите, - пожал плечами врач. - Да, мистер Малфой!

Драко обернулся уже у двери.

- Вы сами сообщите дяде мистера Поттера об очередном приступе? Или нам послать ему сову?

- Нет, я сам сделаю это. Утром. Не тревожьте его сегодня.

- Хорошо, как скажете. Я всё же надеюсь, что вы пойдёте домой сейчас. Вы ничем не можете помочь своему жениху.

- А это мне решать, смогу я ему помочь или нет! - Драко вышел из кабинета.



***

Малфой осторожно зашел в палату и тихо прикрыл дверь. В полумраке комнаты бледное лицо его возлюбленного больше походило на восковую маску. Сердце сжалось, из глаз покатились слёзы. Джеймили, свернувшаяся клубком на хозяйской груди, настороженно приподняла голову, но, увидев вошедшего, успокоилась.

- Не плачь, глупый... - змея качнула головой.

- Ты?.. Я тебя слышу? Но как?..

- Сслышишшшь, - согласно кивнула Джеймили. - Я так хочу. А если бы не хотела, то и не услышшал бы. Люди слишшком глупы. – Она посмотрела на печального, измученного Драко, и тон ее чуть смягчился: - Но это не твоя вина, малышш. Зато ты красивый и нравишшься Гарри.

Драко только устало кивнул головой и присел рядом с кроватью. Джеймили медленно переползла к нему на колени и, попробовав языком воздух, удивлённо прошипела: - Надо же... Ссстранно...

- Что такое? - Малфой погладил рептилию.

- Ничего... Тебе нельссся волноватьсся. Усспокойссся...

Тихое шипение змеи умиротворяло, и Драко немного расслабился.

- Ты можешь помочь Гарри? - Малфой почти незаметно шмыгнул носом.

- Сейчассс я ничего не могу для него ссделать. Но он сспит, и ему не больно. Не волнуйсся...

- Но почему? Почему он ничего мне не рассказал? - Драко снова был готов разреветься.

- Не хотел волновать. Ты же сснаешшь Гарри.

- Не так уж хорошо я его и знаю, как выяснилось, - всхлипнул Драко. - Расскажешь мне о нём?

- А что ты хочешь сснать?

- Какой он, чем занимался после школы, как вы познакомились...

- Мне кажетсся, ты хочешшь усслышшшать совссем другое... Уверена, он любит тебя, ссильно, как никого ещще никогда не любил. А вссе осстальное он ссам расскажет тебе, когда проснетсся.

- Никого? А он многих любил? - несвоевременная ревность вскинула голову.

- Сколько я его сснаю, он никого к ссебе не подпускал близко, даже для дружбы. А тебе он доверил ссвою жизнь.

Драко снова хлюпнул носом, расплываясь в глупой улыбке, но вдруг резко погрустнел.

- Это я виноват... Это я подлил ему то зелье! Я не знаю, как теперь с этим жить, как я смогу посмотреть ему в глаза, когда он очнётся... если очнётся...

- Конечно, очнетссся. А ты не виноват.

- Но я же...

- Ты ведь ссделал это не ссспециально?

- Нет, конечно!

- Тогда не ругай ссебя, а лучшше думай, как ему помочь.

- Я думаю, думаю... Крестный быстрее нашел бы выход, но не идти же к нему сейчас!

- Ты ссам можешшь придумать зелье. Я чувссствую это! Только ты ему поможешшь.

- Ты так в меня веришь? - Драко опустил голову.

- Да, я чувссствую. Я чувссствую будущщее... Ты поможешшь. Не ссдавайсся.

- Ох... - Драко сглотнул и снова потянулся за отброшенными в сторону бумагами. - Спасибо, Джеймили.

- Не за шшшто... - Джеймили снова переползла на грудь хозяина.

А Драко принялся набрасывать расчёты ингредиентов для исцеляющего зелья, изредка поглядывая на Гарри.

Когда уже забрезжил рассвет, Малфой отложил бумаги. Всё тело ломило, а к горлу снова подкатывала тошнота, хотя желудок был пуст. «Да что со мной происходит? Неужели это от нервов?»

- Ты в порядке? - Джемили приподняла голову.

- Неважно себя чувствую. Тошнит.

- Может, ссссходишшь к врачу?

- Нет, сейчас не до того. Надо сначала вылечить Гарри. Мне нужно посмотреть в фамильной библиотеке несколько книг, возможно, там я что-нибудь найду.

- Тогда иди домой.

- Ты приглядишь за Гарри? Только, пожалуйста, не шипи на врачей, а то они не разрешат тебе здесь находиться.

- Конешшно, иди, не волнуйссся.

- Спасибо, Джеймили. Я предупрежу, чтобы сразу позвали меня, в случае чего.

- Я ссама могу тебя поссвать, ессли хочешшь...

- Можешь? Тогда лучше сама, а то не нравятся мне эти врачи.

Змея только усмехнулась:
- Иди уже. И не забудь отдохнуть хорошшшенько.

- Отдыхать я буду потом!

- Нет. Тебе нельсся переутомлятьсся. Это очень вредно. Ссейчасс ты не знаешшь, но поймешшь потом...

- Ты говоришь, как Дамблдор...

- Это тот сстарик? Он очень мудрый, хотя и ссстранный.

- И говорит такими же загадками, как ты.

- Я вижу будущщее, но не могу открыть его тебе. Ещще не время. Проссто поверь мне, ты не должен подвергать ссвоё здоровье опассноссти.

- Хорошо, хорошо. Все, я пошел.

- Удачи в поисках. Да поможет тебе Великая! - напутствовала его Джеймили.

- Пусть мне хоть кто-нибудь поможет, - устало выдохнул Малфой перед тем, как аппарировать в поместье.



Глава 33.

Звук шагов гулко отдавался в коридорах родового поместья.
Драко торопился: на задворках сознания мелькала упрямая мысль, что он видел книгу, которая может помочь Гарри. «Надо непременно её найти, и как можно скорее!»

В библиотеке он сразу начал осмотр стеллажей, но, вспомнив, что надо все рассказать Северусу, вызвал домовика.

- Что прикажете, хозяин Драко? – ушастое создание склонилось в поклоне.

- Молодожёны уже проснулись?

- Нет, мастер. Хозяин Люциус ещё спит.

- Тогда можешь быть свободен.

Решив, что будить крестного не стоит, Малфой стал оглядывать полки. Закусив губу, блондин изучал корешки, не обращая внимания на тихое бурчание в животе. Наконец, взгляд его упал на старинный фолиант с рецептами средневековых зелий. Малфой уверенно потянулся за книгой. «Но у Северуса должно быть более полное издание. Надо к нему наведаться обязательно, а сейчас и эта сойдёт», - и Драко углубился в чтение.

Спустя пару часов блондин отложил книгу и потер глаза. Информации было много, но нужной ему – считанные крупицы. Даже если он найдет что-то еще – сложно будет, опираясь лишь на нее, сделать что-нибудь реально действующее. Чертыхнувшись, Малфой снова крикнул эльфа, от которого узнал, что супруги еще и не думали подниматься.

«Ладно, пусть пока спят, а мне надо к Гарри», - с этой мыслью Драко захлопнул фолиант и аппарировал в Мунго.

Там юный Малфой, чуть ли не бегом, ворвался в палату.

- Ну, как он?

Джеймили лениво приподняла голову.
- Без иссменений. - Внимательно осмотрев Драко с ног до головы, она вздохнула: - Ты так и не сспал? И не ел?

- Нет, мне некогда спать, а есть я не хочу, меня и так всё время тошнит.

- Так и должно быть. Но тебе надо хорошшшо питатьссся, иначе Гарри на тебя рассердитсся, когда просснётсся.

- Не рассердится, – неуверенно протянул Драко.

- Не ссабывай, я вижу будущщщее. – Змея переползла на колени блондина. – Поверь мне, я хочу, чтобы у васс вссе было хорошшшо, а для этого ты должен быть здоров. Ты должен поесть, понял? Иначе я тебя не подпущщу к Гарри.

- Но...

- И не сспорь! Мне лучшше сснать, мальчишшка! Немедленно иди и поешшшь.

Змея грозно зашипела, и Драко пришлось подчиниться.

Впихнув в себя пару булочек и запив соком, Драко с трудом удержал всё это в желудке. Помянув Джеймили не хорошим словом, он двинулся обратно. Уже почти дойдя до палаты, Малфой увидел доктора Гарри, беседовавшего с другим врачом. Не задумываясь, Драко нырнул в стенную нишу и, убедившись, что его не заметили, прислушался.

- Жалко парня, – это был голос лечащего врача, – ему и так в жизни много испытаний досталось, а тут ещё и это. Я не знаю, как ему помочь. Он в очень плохом состоянии.

- А болезнь на какой стадии?

- Это последняя. И даже не знаю, как он до сих пор жив. Восемь лет! Ты только представь, приступы два-три раза в год, без наблюдения врачей, практически без лекарств!

«Мерлин... что они говорят... ЭТО НЕ ПРАВДА!!! НЕ ПРАВДА!!! ГАРРИ НЕ УМРЕТ!!!»

- Сильный парень, – с уважением продолжил второй голос. – А можно хоть что-нибудь сделать?

- Не знаю. Будем надеяться только на то, что у него хватит сил выйти из комы. Боюсь, что искусственный вывод из этого состояния пациент не перенесет. Он очень слаб, даже не успел восстановиться с прошлого приступа. Жаль парня. Только жить начал.

«НЕТ! НЕТ! Я его спасу! Гарри не умрет!» – Малфой вздрагивал в своем укрытии, стараясь не шуметь и глотая бегущие слезы.

Когда голоса стихли вдали, Драко, не помня себя, добрел до стойки медсестры. Руки дрожали. «Северус. Надо ему сообщить. Он придумает что-нибудь. Только не Гарри! Пусть с ним ничего не случится!»

Попросив лист бумаги, Малфой быстро черкнул несколько строк.

- Нужно немедленно доставить эту записку Северусу Снейпу!

Он отправился в палату к любимому.
Джеймили встретила его встревоженным шипением:

- Ты почему такой бледный? Шшто сслучилоссь?

- Они... Они сказали, что он может умереть! – слёзы катились по бледным щекам.

- Кто ссказал?

- Врачи, я слышал, как они говорили о Гарри.

- Они не сснают этого точно.

- Нет, но... – рыдания душили Драко.

- Он ссильный! Он не броссит тебя!

Драко опустился на кровать Гарри, покрывая его лицо ласковыми невесомыми поцелуями, шепча нежные слова и вздрагивая от рыданий.

«Котенок мой... Обещай, что не умрешь! Ради нас! Ради нашей любви! Я знаю, ты справишься! Не бросай меня, молю!»

Рядом раздалось тихое шипение Джеймили, и Драко не заметил, как погрузился в сон.

- Посспи. Ты усстал... Тебе это необходимо, ты должен отдохнуть. Тебе нужно много сссил. Глупый мальчишшшка... Всссе будет хорошшшо. Я вижу будущщее...


***

Северус плеснул в лицо холодной водой и посмотрел в зеркало. Оно честно отразило усталые, покрасневшие глаза на хмуром лице. Ночью зельевару так и не удалось уснуть: стоило закрыть глаза, как он тут же слышал крик мужа и видел его умоляющий взгляд. Больше всего мужчина жалел о невозможности отмотать время назад и самого себя оттащить от Люциуса, который не заслужил такого обращения. Вспышка пьяной, глупой ревности убила все шансы на продолжение нормальных отношений.

«Он имеет полное право меня ненавидеть после такого. Если он и чувствовал что-то ко мне, то теперь все это выжжено моим поступком».

«Северус... не надо... пожалуйста... Я... У меня никогда... Северус...» – тихие умоляющие слова блондина жгли мозг раскаленным железом, вызывая тупую боль в висках. Зельевар тихо застонал сквозь стиснутые зубы и ударом кулака разнес зеркало вдребезги. Видеть себя было просто противно, а боль в кровоточащей руке отвлекала от мыслей.

Усевшись на пол и прислонившись спиной к ванне, Северус начал обрабатывать руку, намеренно не избавляясь от порезов, лишь очищая их от осколков. Очень хотелось наказать себя, заставить мучиться...

Наконец, Снейп поднялся. Он решил переодеться, но в шкафу на глаза ему попалась мантия Люциуса, когда-то оставленная им у зельевара. Скользнув рукой по мягкой ткани, Северус закусил губу, вспоминая нежную, светлую кожу мужа, на которой он вчера безжалостно оставил столько синяков. Чертыхнувшись, зельевар рывком вытянул из шкафа собственную мантию и с грохотом захлопнул дверцу. Он попытался выкинуть из головы видение белоснежной спины с трогательной цепочкой позвонков и соблазнительными ямочками на крестце.

Снейп переоделся и присел на кровать, ногой отпихивая подальше свадебный костюм. Выкинуть из головы образ раскинувшегося на постели Люциуса, который стонет, но не от боли, а от удовольствия, никак не получалось. Как и забыть о виде разметавшихся по подушке светлых волос. Зельевар был готов заавадить себя, чтобы не помнить, как вздрагивал и всхлипывал его муж. А теперь – ничто не исправить. Был шанс все спасти: остаться рядом с ним, молить о прощении, когда он проснется... Снейп почти зарычал, сжимая виски. Его разрывало переплетение жгучей вины, неотступной ревности и желание пойти и утешить, успокоить такого... Черт возьми! Да, любимого человека. Единственного.

Целый день совы приносили поздравления от коллег, знакомых, даже от родителей учеников. Новость о свадьбе разнеслась мгновенно: каждый считал свои долгом пожелать зельевару долгой и счастливой супружеской жизни.

«Долгой и счастливой...» Какая насмешка! Новоиспеченный Малфой с остервенением сжигал каждое письмо, заставляющее его вспомнить о взгляде серых глаз, то ясном, то полном ужаса и боли, о таком родном голосе, то ласково шепчущем нежности, то хриплом от крика, о теле – прекрасном, стройном, желанном и так неосмотрительно чуть не изуродованном.

Северус устало опустился в кресло, прикрывая глаза ладонью. Он пытался привести мысли в порядок. Как быть дальше? Зельевар не был уверен, что Малфой теперь позволит ему приблизиться к себе.

Уже стемнело, когда в кабинет влетела очередная сова. Северус бросил в ни в чем не повинную птицу каким-то тяжелым предметом, но, все-таки, взял принесенный ею клочок бумаги. Записка отличалась от поздравительных писем и музыкальных открыток. Это был листок из служебного блокнота медсестры. Снейп узнал изящный почерк крестника:

«Северус! Мы в Мунго. Ему очень плохо! Врачи говорят, что ты можешь помочь. Ты в курсе, что с ним происходит.
Пожалуйста! Ты нам нужен! Я боюсь его потерять!

Драко»

Всегда аккуратные буквы сейчас плясали в разные стороны, и было ясно, что младший Малфой находился почти в состоянии истерики.

«Он в Мунго? Но... О, Мерлин! Не надо было оставлять его одного!»

Вскоре зельевар уже выскочил из камина в холле больницы Св. Мунго:

- В какой палате лежит Люциус Малфой?

- Простите, но такого здесь...

- Пофессор Сне... простите, профессор Малфой, – лечащий врач Гарри вынырнул откуда-то из-за спины. – Вот и вы, наконец! Мистер Малфой обещал вас известить, но мы ждали вас раньше.

- Что с ним? – Северус почувствовал, как закололо в боку.

- Очередной приступ. Мы были вынуждены ввести его в состояние комы.

«Приступ? Кома... Люц!»

- Вы о моем муже? – зельевар весь подобрался.

- Нет, о вашем племяннике...

- Слава Мерлину, – выдохнул Северус.

Спустя пару секунд он понял, что пытался сказать ему врач.

- Гарри? Что с ним?!

- У него снова был приступ, но не волнуйтесь, его доставили к нам вовремя и...

- А как Люциус себя чувствует?

- Какой Люциус? – не понял доктор.

- Мой муж Люциус Малфой. Это ведь он его привёл?

- Нет, это был Драко Малфой.

- Драко? – от волнения за жизнь мужа Северус совсем забыл, что записка была от крестника. – А, ну да, конечно.

- Вы хорошо себя чувствуете? – насторожился врач.

- Да! - рявкнул Снейп. - Что с моим племянником?

- Он поступил с очень сильным приступом, и мы погрузили его в состояние искусственной комы.

- Вы не имели права делать это без разрешения! Вы должны были немедленно известить меня! – Северус кипел от злости.

- Мистер Малфой сказал, что сам с вами свяжется, и он подписал бумаги на введение мистера Поттера в кому.

- Он не имел права... – начал было Северус, но врач перебил его.

- Имел. Мистер Поттер сам дал ему эти полномочия.

- Не может быть! – опешил Северус.

- Поверьте, все законно. Это происходило при мне.

Северус ошарашено замолчал, а доктор продолжил:

- Сейчас состояние пациента стабильно, но общая картина удручает. Организм очень ослаблен, между приступами прошло мало времени, и он ещё не полностью восстановился.

- Могу я увидеть Гарри?

- Да, конечно. Пойдёмте. Он в VIP-палате на третьем этаже.

Снейп тут же направился к лестнице, бросив на ходу:

- Что стало причиной повторения приступа через такое короткое время?

- Мы обнаружили в анализах мистера Поттера остатки неизвестного зелья. Скорее всего, некоторые компоненты вступили в реакцию с его обычным лекарством и вызвали подобный результат.

- А почему вы не сообщили об этом раньше? Уже больше месяца прошло!

- Ну... – замялся доктор, – понимаете, иногда бывает так, что анализы не сразу доходят к нам из лаборатории...

- Вы, что, их потеряли?! – Северус резко остановился. Заметив смущение врача, он впал в ярость: – Кругом одни идиоты! Потерять анализы! Уму непостижимо! В ваших же интересах правильно определить причину приступа, иначе от этой больницы камня на камне не останется! Вам ясно, идиот вы этакий? Иначе сами пойдете на ингредиенты для зелий! Пущу в расход!

- Да, да, – затараторил медик. – Только не волнуйтесь, сэр, вам вредно. Мистер Малфой тоже видел анализы, и как дипломированный зельевар решил, что дело именно в химической реакции ингредиентов.

- И давно ли мистер Малфой успел ознакомиться с результатом анализов и сделать такой вывод?

- Вчера ночью, после того, как мистера Поттера погрузили в кому.

- Интересно, – Северус распалялся всё больше, – значит, мой крестник почти сутки скрывал от меня состояние Гарри! Ну, я ему устрою!

Гневный монолог зельевара прервал врач:

- Вот палата мистера Поттера. Должен предупредить, что здесь запрещено пользоваться магией, и ещё... эээ...

- Ну, что ещё? – раздраженно спросил Северус, держась за ручку двери.

- Мы не смогли запретить змее мистера Поттера находиться в палате. Мистер Малфой настоял на её присутствии.

- Ясно. У вас всё?

- Да, можете повидаться с племянником.

- Свободны! - прорычал Снейп.

Врач поспешил исчезнуть. Северус гневно посмотрел ему вслед, затем толкнул дверь и замер на пороге: на кровати лежали двое. Зельевар моргнул, стараясь прогнать наваждение, но картинка упорно не желала меняться.

Его племянник лежал на спине, и могло показаться, что он спит, если бы не неестественная бледность всегда смуглой кожи. Рядом, разметав по подушке длинные платиновые локоны, склонив голову на плечо Гарри и заключив его в крепкие объятья, спал Драко. Во сне он хмурился, кусал бледные губы и старался прижать брюнета поближе, в инстинктивном жесте пытаясь защитить и не отпускать любимого ни на миг.

Несколько секунд Северус стоял поражённый, молча хватая ртом воздух и пытаясь прийти в себя от шока.

- Что... – из горла вырвался звук, больше похожий на воронье карканье. Северус откашлялся и попытался снова: – Что?.. Что здесь происходит, дементор всё побери?!



Глава 34.

- Не кричи! – раздалось громкое шипение со стороны кровати.

Джеймили подняла голову, но так и осталась лежать на груди Гарри.

– Не ссмей будить Драко! Ему нужно посспать...

- Но... – зельевар непроизвольно перешел на шепот: – Что тут, вообще, происходит? Почему он спит здесь?

- Это я его уссыпила. Он не сспал больше ссуток, бесспокоилсся, волновалсся, а ему нужно беречь ссебя. Не ссмей его будить, а то покусссаю!

Северус поёжился. Почему-то проверять реальность угрозы Джеймили не хотелось.

- Тогда ты мне объясни, почему Гарри здесь уже почти сутки, а я узнаю об этом только сейчас!

- Мальчик не ссообщщил ссразу, потому шшто не хотел тебе мешшать, а в твоём приссутсствии не было необходимоссти.

- Как это не было? – Северус перешел на такое же шипение: – Я единственный родственник Гарри! Только я имел право принимать решение о введении в кому! А если это повредило Гарри?

- Гарри это было нужно. Ему было очень плохо, хуже, чем раньшше, а я почти не могла уменьшшить боль. А ссейчасс он ничего не чувсствует. Драко вссё ссделал правильно.

Северус вздохнул и сел на стул.

- Но как, как вообще получилось, что Гарри доверил Драко столь важные решения? А если бы этот сумасбродный мальчишка сделал какую-нибудь глупость?

- Не несси чушшь! Драко, сскорее, ссам умрёт, чем поссволит навредить Гарри! Ты ничего не сснаешшь, так что лучшшше молчи! Гарри сснал, кому доверяет ссвою жизнь.

- Я ничего не понимаю... – устало вздохнул Северус.

Через несколько минут зельевар заметил на тумбочке старинный фолиант по запрещённым зельям.

«Драко, ты полный кретин, раз оставил такую опасную книгу на видном месте!»

Осторожно взяв её в руки и внимательно изучив, Северус определил, что она из семейной библиотеки Малфоев. На миг перед глазами встало залитое слезами лицо Люциуса, а воспоминания о содеянном нахлынули с новой силой. Сердце болезненно сжалось: «Как я мог? Как я посмел? Мне был дан редкий шанс – я мог сорвать великолепный цветок, но я грубо растоптал его ногами».

Приступ самокритики у зельевара прервал тихий стон крестника. Во сне Драко прижался к больному еще сильнее, закинув на него еще и ногу, рукой интимно скользнув под одеяло, а губами прижимаясь к шее брюнета.

- Ну, это уже переходит... – разъяренно зашипел Северус, подлетая к постели. – Все гррраницы переходит!

- Не сссмей! Они просссто ссспят!

- Но...

- Не сссмей... лучшшше посссмотри аналиссс...

«Что за повадки! Что отец, что сын...» - зельевар раздраженно вздохнул и стал изучать результаты анализов. Пробежавшись глазами по списку ингредиентов, мужчина сразу же узнал то самое зелье.

- ДРАКО!!!

Блондин даже сквозь сон узнал командный рык крестного и подскочил, распахивая глаза и оторопело озираясь по сторонам:

- Северус? Ты пришел, а я тут... – Драко заметил неоднозначность своей позы и резко покраснел. - Ну, я... Кажется, заснул...

- Как в организме Гарри оказалось это зелье?!

- Он... Я не специально! Я не знал, что так получится! Я не вру, крёстный! Я так боюсь за него... Я... – Драко начал всхлипывать. – Это я во всём виноват! Гарри... Это я дал ему то зелье! Меня убить мало...

- Так, только не реви, я тебя прошу, – Северус недовольно поморщился, присаживаясь на край кровати. – На кой черт ты вообще это сделал?

- Я... я... хотел выяснить, как связаться с Эвансом...

- Эвансом?! Я же тебе, чуть ли не прямым текстом, тогда сказал, что это – один и тот же человек!

- Ты мне прямым текстом сказал, что они любовники!

- ЧТО?

- ДА! Если бы ты сказал, что Эванс и есть Гарри, то зачем мне, по-твоему, понадобилось искать Эванса?

- А зачем ты, вообще, его искал?!

- Я... я его люблю... – Драко уткнулся в ладони и снова разревелся.

- Любишь Эванса? Мерлин, не реви... Ну, все, все... Иди ко мне.

- Северус, пожалуйста, не дай Гарри умереть! Я без него не смогу!

- Все, никто не умрет, обещаю, только прекрати плакать, а то глаза опухнут. – Зельевар погладил крестника по голове.

- Мне всё равно... пусть хоть я весь струпьями покроюсь, лишь бы ему помогло.

- Боюсь, в таком случае, твой папенька меня проклянет. Все, успокойся... Видишь, Джеймили на меня уже шипит.

Змея демонстративно отвернулась:

- Вокруг одни идиоты... О, Великая, пошшшли мне терпения! Люди слишшшком глупы.

Северус закатил глаза, недовольно фыркнул, и достал из кармана большой платок, чтобы вытереть лицо Драко.

- Северус, – все ещё всхлипывая произнес Драко, – как ты думаешь, Гарри сможет меня простить?

- Ну, если уж он доверил тебе свою жизнь, то его уже ничто не разочарует. Что взять с наивного гриффиндорца?

- Он... Он не такой, он не наивный, - прошептал Драко. - Гарри и я... Мы... - и окончательно смутившись, юноша замолчал.

- О, Мерлин... скажи мне, что я подумал не о том?..

- Я не знаю, о чём ты подумал, – вспыхнул Драко.

- Судя по твоему румянцу – о том самом. Ты чем думал?! Этим вот блондинистым предметом на плечах?

- Я люблю его! – воскликнул блондин. – И он меня тоже! Вот! И я не намерен оправдываться! Мы взрослые люди, и оба этого хотели!

- Любит?! Да вы всю жизнь друг друга ненавидели! Он тебя не выносит! И ты его тоже.

- Это не правда! – видя скептический взгляд крестного, Драко поправился: – Ну, может, только чуть-чуть... Но теперь это не важно!

- И откуда такая уверенность? Или вы годами скрывали от нас трепетную страсть?

- Он сказал, что любит! Сам! Первый! А ещё сделалмнепредложение! – Драко опустил голову.

- Что? – Северус оторопело уставился на Малфоя. – Да твой отец голову тебе открутит! Он наследников жаждет!

- Я всё равно выйду за Гарри! А наследники... Я потом что-нибудь придумаю.

- ЧТО ТУТ МОЖНО ПРИДУМАТЬ?!

- Не кричи на него! – Джеймили грозно зашипела. – Не ссмей! Не лесссь! Они рассберутсся, а твой ссупруг не осстанетсся бесс насследников.

- А ты помолчи, рептилия! Что, Драко их с потолка возьмет?! Или на рынке купит?

- Не вмешшивайсся! Они разберутсся без тебя, ссо временем! Ссейчасс это не важно, надо помочь Гарри.

Зельевар чертыхнулся и устало сжал виски.

- Есть предложения?

- ДА! – оживился Драко. – Вот, смотри, в этой книге есть упоминания об одном зелье.

- О каком? Там их с две сотни...

- Об этом! Видишь? – Драко открыл книгу на нужной странице.

- Вижу. И как ты собрался его варить? Мы только месяц будем доставать нужные ингредиенты. – Северус на секунду зажмурился, а потом выдохнул: – Если меня поймают на контрабанде – вытаскивать из Азкабана будешь сам.

- Я всё сделаю! И отец не позволит тебя посадить! – в порыве благодарности Драко прижался к Северусу. – Спасибо, крёстный! И... ты можешь пока ничего не говорить отцу о нас с Гарри? Пожалуйста...

- Драко, ты из меня веревки вьешь, паршивец мелкий, – зельевар погладил младшего Малфоя по голове.

- С чего начнём?

- Со сбора ингредиентов, что логично. И нам нужен, как минимум, еще один зельевар.

- Нет, Северус, сами справимся. – Внезапно Драко зашатался и схватился за крёстного. – Мне... Мне надо срочно идти, извини...

- Что с тобой? – Северус подхватил побледневшего крестника под локоток.

- Тошнит, – только и сумел произнести блондин.

- Так, поднимайся... – зельевар помог ему спуститься с кровати.

Малфой смертельно побелел и зажал рот рукой.

- Давай... – Северус превратил казенный стакан в тазик и сунул его Драко.

Малфой замотал головой, косясь на Поттера.

- Ему сейчас все равно, поверь мне.

Малфой снова упрямо посмотрел на крестного, так напоминая сейчас Люциуса своим трогательно-упрямым видом. Но недуг победил, и Малфой склонился над тазиком. Северус налил воды в другой стакан и стал ждать, пока Драко разогнется.

- Прости... Я... Только папе не говори! – блондин поднял виноватое лицо.

- Это отравление? Съел что-то не то?

- Наверное, – Малфой выпил воду и тут же снова согнулся над тазом.

- Так, ты немедленно отравишься домой, лечиться.

- Со мной все нормально. Это ты иди... Отец, наверное, переживает. – Драко поднял усталый взгляд.

Северус замялся, прежде чем ответить преувеличенно спокойно:

- Он в порядке. А тебе стоит отдохнуть и нормально поспать пару часов.

- Он, наверное, расстроился из-за того, что я тебя выдернул. Иди домой, я тут полежу... Я не оставлю Гарри.

- Не расстроится. Тогда попроси врача, пусть осмотрит тебя.

- Хорошо, – кивнул блондин, лишь бы крестный отвязался. Так хотелось снова прижаться к Гарри, а не слушать нотации.

- Тогда я отправлюсь в Малфой-мэнор, там есть некоторые необходимые компоненты для зелья.

- Хорошо. Ты сказал отцу, что письмо про Гарри от меня?

- Нет. – «Да прекрати же спрашивать про него!»

- Хорошо, тогда не говори ничего. Ладно?

Снейп мрачно кивнул.

- Он вчера был такой счастливый, – блондин едва заметно улыбнулся и присел на край кровати Гарри.

- Мой племянник?

- Нет... Отец. Он... Ну, ты же сам видел...

- Я вернусь через пару часов. – Северус быстрым шагом покинул палату.

- Угу... – пробормотал блондин, снова прижимаясь к любимому и закрывая глаза.



***

Северус аппарировал прямо в Малфой-мэнор. Он собирался поискать кое-что в лаборатории. И больше всего надеялся не наткнуться на Люциуса, который, как он был уверен, сейчас рвал и метал.

В холле к нему тут же подскочил домовик:
- Хозяин... сэр Люциус... – эльф принялся яростно биться об стену.

- Прекрати! Что случилось?

- Хозяин ничего не ест. Хозяин сказал, что прибьет Тоби за уши к стене, если тот вернется с подносом.

- Он сегодня вообще ничего не ел?

Эльф замотал головой и снова стал биться ею об стену.

- Прекрати немедленно! Собери поднос с едой и жди меня у дверей в хозяйскую спальню.

- Хозяин запер дверь и велел никого не пускать! Хозяину плохо... у него температура... А когда температура, хозяин не ест. Тоби всегда знает, если хозяину плохо. Тоби знает хозяина с пеленок. А хозяин не стал пить зелье, которое принес Тоби. Плохой Тоби, плохой! - причитал эльф.

«Температура? И зелье не пил? Дьявол...»
Северус поднялся в «свою» комнату, помня, что оставлял там некоторые зелья, среди которых было жаропонижающее и обезболивающее. Прихватив несколько флаконов, он пошел в спальню Люциуса.




Глава 35.

У входа в хозяйскую опочивальню уже топтался насмерть перепуганный эльф.

Маленькое создание решительно кинулось навстречу:

- Хозяин велел никого не впускать! Он закрыл дверь.

- Мне можно войти. Ты ведь понимаешь, что хозяину нужна помощь?

- Но он закрыл дверь... Тоби плохой! Не смог накормить хозяина!

- Все хорошо. Дай сюда поднос и уходи.

- Тоби может переместить нового хозяина внутрь. Но потом Тоби себя накажет.

- Тоби переместит туда нового хозяина и накажет себя так, как я скажу.

- Вы велите прибить уши Тоби к стене?

- Нет, я велю Тоби рассортировать все мои компоненты для зелий по названию и сроку годности.

- А хозяин покушает? - Тоби подал зельевару поднос.

- Да. Обещаю.

- Новый хозяин не сможет выйти обратно без Тоби... Или пока главный хозяин не снимет заклятье.

- Если что, я тебя позову.

Эльф кивнул; раздался хлопок, и они вдвоем переместились в комнату, но Тоби тут же исчез. Северус поставил поднос на ночной столик и повернулся к кровати. Он подошел ближе и наклонился, чтобы поднять сброшенное одеяло. Выпрямившись, зельевар тихо и восхищенно вздохнул: Люциус спал на животе, раскинув руки, и перед глазами мужчины была та самая трогательная цепочка позвонков. Переведя взгляд ниже, Северус заметил синяки оставленные его пальцами. Отвратительные синеватые пятна на сливочно-светлой коже.

«Какая же я сволочь...»

Малфой блаженно потянулся, выгибаясь и выпячивая круглый зад, и повернул залитое слезами лицо, все еще чему-то улыбаясь во сне. Северус замер, разглядывая мокрые щеки мужа, а затем наклонился, быстро целуя его в висок. Больше всего в этот момент хотелось проложить дорожку из поцелуев по спине Люциуса и поцеловать ямочки на пояснице. Или слизнуть дорожки от слез с его бледных щек и поцеловать припухшие со сна губы. Собрав волю в кулак, зельевар отстранился, накидывая на супруга одеяло. Малфой застонал и вдруг нахмурился.

- Люциус! - Северус осторожно потряс мужа за плечо.

Лорд Малфой открыл глаза, сонно хлопая ресницами и растерянно глядя на мужа. Зельевар отпустил его и отступил назад.

- Добрый вечер.

- Северус? - блондин резко вскочил, тут же шипя от боли.

Он завернулся в одеяло с головой, и сердито посмотрел на мужа.

- Почему ты не выпил зелье, которое я оставил?

- А почему я должен его пить?

- Потому что видно, что тебе больно.

- Больно... - Люциус горько усмехнулся. - Ты об этом... Нет, мне не больно. Зачем пришел?

Блондин вдруг растерянно и нежно посмотрел на супруга.
«Что я говорю? Он же, все-таки, пришел!»

- Мне нужно забрать кое-что из лаборатории. Но меня встретил истеричный эльф, который утверждал, что ты ничего не ел сегодня.

- Я не хотел.

- Значит, ты поешь сейчас.

- Нет.

Северус глубоко вздохнул и потянулся ладонью ко лбу мужа. Малфой удивленно распахнул глаза, глядя на него с какой-то беззащитной нежностью во взоре.

- Прости, я понимаю, что тебе противно, - зельевар прижал ладонь. - У тебя жар.

- И что? С чего, вдруг, такая забота?

- Ты мой друг. Все еще. Я надеюсь.

- Поэтому ты оставил меня тут одного? - блондин опустил голову. - Я понимаю. Тебе, наверное, было со мной противно. А я заставил...

- Я подумал, что находиться рядом с насильником тебе неприятно.

- Нет! Ты не насильник... - блондин вскинул на мужа взгляд. - Это я не смог... доставить удовольствие...

- Я тебя намеренно унизил.

- Зачем?

- Я был пьян и ревновал.

- Ревновал? Почему? - Малфой смотрел с надеждой.

- На нашей свадьбе, пусть и фальшивой, ты слишком много внимания уделял Забини и прочим молодым гостям.

- Но я всем уделял внимание. Это обязанность хозяина. А почему? Почему тебя это волнует? - Малфой притих в ожидании ответа.

- Неважно. Я приношу извинения за свое непростительное поведение.

- Если бы ты пришел чуть раньше, я бы тебя, наверное, проклял, - заметил блондин, откидывая одеяло и потягиваясь.

Алчный взгляд Северуса скользнул по обнаженному породистому телу.

- И все-таки, почему ты меня ревновал? Я ведь, как выяснилось, тебе противен. - Малфой, ничуть не стыдясь своей наготы, растерянно смотрел на мужа.

- Я уже сказал, что тебя это не касается. Ты сейчас позавтракаешь, примешь зелья и вернешься в постель.

- Не касается? Почему, в таком случае, я должен тебя слушать, друг мой?

- Потому что, в противном случае, ты рискуешь слечь уже на несколько недель. А мне сейчас некогда тебя выхаживать.

- Отлично! Умру, оставишь себе фамилию и от меня избавишься! Разве не этого ты хочешь?

Северус глубоко вздохнул.

- А развод тебя чем не устраивает? Мне проще развестись. И найти нового мужа.

- Ты не сможешь! - блондин опустил взгляд.

- Чего не смогу? - угрожающе мягко переспросил Снейп.

- Развестись.

- Думаешь, мне не хватит решимости?

- Нет... прости... - Малфой вздохнул, на что-то решаясь, и дернул супруга за мантию, жадно приникая к его губам.

Северус оторопело замер, а затем отстранил Люциуса.

Малфой растерянно смотрел на мужа, не решаясь возразить.

- Почему мы не сможем развестись?

- Брак нерушимый. Ритуал... Альбус всё объяснит.

- Нерушимый? - голосом Северуса можно было морозить воду.

- Ну да... - блондин попятился обратно к кровати и застыл во всем великолепии своего нагого тела, так и не соизволив прикрыться.

- И кто дал тебе право принимать такое решение в одиночку?

- Это... это тебя не касается! - нахально заявил блондин, повторяя слова мужа.

- Как раз меня это и касается. Ты решил мою судьбу, даже не посоветовавшись!

- Какая разница? Ты ведь согласился на свадьбу?

- Я согласился на фиктивный брак, который можно позже разорвать за ненадобностью.

- За... ненадобностью?..

- Именно! - Северус толкнул мужа в грудь, нависая над ним.

- Зачем? - охнул Малфой, потрясенно глядя на мужа и нетерпеливо облизывая губы.

- А вдруг я полюблю прекрасную женщину и захочу от нее детей? – прищурился зельевар, резко отстраняясь.

- В таком случае, я просто выпью яд, чтобы тебе не мешать.

- Это называется «доведение до самоубийства» и за такое дают три месяца Азкабана.

- Не беспокойся. Я устрою все так, что никто не поймет.

- А может, просто не стоило так поступать?

- Тебе тоже много чего не стоило делать, - хмыкнул Малфой. - Например, напиваться... а потом...

- За изнасилование дают месяц. Могу чуть позже добровольно сдаться аврорам.

- Я не собираюсь писать заявление. Тебе так хочется в Азкабан? И прекрати называть это изнасилованием. Если бы я сам этого не хотел, тебя бы размазало по стенке...

- То есть, тебя устраивает, когда тебя ставят раком на полу и трахают без растяжки? Надо запомнить.

Блондин опустил голову, сжимаясь в центре кровати в защитном жесте и притянув колени к груди.

Северус выдохнул и протянул руки к мужу.

- Прости, я кретин.

Малфой поднял на него потерянный взгляд, тихо бормоча:
- Если тебе... если тебе так нравится, то я... Только не на полу! Или когда не так холодно...

- Могу я тебя обнять?

- Да... Можешь не спрашивать, - Люциус отвел взгляд.

- Тогда иди ближе, не хочу ложиться в одежде на постель.

- Можешь ее снять. Это и твоя кровать, - фыркнул блондин, на четвереньках медленно подползая к краю.

- Не думаю, - Северус завернул мужа в одеяло и крепко прижал к себе.

Малфой покосился на край одеяла и попытался отстраниться.
- Тебе неприятно? Тогда не надо...

- У тебя жар, а ты сидишь голышом.

- Тут тепло... Чары согревающиие, я их применил, когда проснулся. Пол был... такой холодный...

- Прости... прости...

- И ты прости. Я же хотел, как лучше... Только для тебя.

- И чем же «лучшим» мог обернуться для нас нерасторжимый брак?

- Я думал... Дамблдор предложил... Но, ведь, ты, все равно, не собирался разводиться?

- Но я не исключал такую возможность.

- Ну, ты и сейчас можешь не исключать. Если я умру, сойду с ума, или меня посадят.

- Это было бы крайне нежелательно. Тебе надо поесть.

- Не хочу... - Малфой поморщился.

- Надо. - Снейп погладил мужа по голове. - А потом ты примешь зелья и ляжешь отдыхать.

- А ты уйдешь? - блондин прислонился горячим лбом к шее мужа.

- Да, мне надо вернуться в больницу.

- Зачем? - Малфой снова вздрогнул.

- Гарри опять плохо.

- О, Мерлин... Так ты поэтому ушел и не приходил? - Малфой с надеждой взглянул на любимого.

- Нет, я стал противен самому себе, и был уверен, что и ты видеть меня не захочешь.

- А я хочу...

- Я уже понял, что ты неадекватно реагируешь на произошедшее.

- Я-то адекватно... Это ты не понимаешь, - блондин снова прижался к шее мужа – на этот раз, губами.

- Люциус, прекрати, будь добр.

- Почему? - горячие губы скользнули за ухо, а ласковая рука отвела темную прядь от бледного лица.


·- У тебя жар. Ты не соображаешь, что делаешь.

- Ага... - Малфой улыбнулся и прихватил мочку губами, начиная ее посасывать.

- Ты немедленно все съешь, примешь лекарства и ляжешь. В постель. Один. - Северус вздрогнул, отстранил от себя мужа и встал.

- А поцелуй? - глядя на мужа шальными, блестящими от температуры глазами, протянул блондин и снова скинул одеяло.

- Сначала еда и лекарства.

- Нееет... Мне нужен аванс!

- Заранее не плачу никогда и никому.

- Тогда не буууду...

- Прекрати вести себя, как капризный ребенок!

- Не нравится – проваливай!

- Я пообещал несчастному эльфу, что покормлю тебя.

- А что тебе нравится? - не слушая мужа, притворно задумался блондин. - Ах, как же я забыл... На полу... И на коленях...

Люциус медленно сполз вниз и развратно выгнулся, с ухмылкой наблюдая за мужем через плечо. Сияющая светлая грива свесилась до самого пола.

Северус вскинул бровь:
- Жар явно плохо сказался на состоянии твоего мозга. Ну, или того, что ты обычно называешь этим словом.

Он развернулся, собираясь уйти.

- Или лучше так? - Малфой перевернулся на спину и широко развел ноги.

- Немедленно прекрати изображать проститутку и вернись в постель.

- Проститутку?! А какая, к черту, уже разница? Может, мне так хочется?

- А мне – нет. Мой единственный племянник в коме, и мне не до твоих прелестей. Весьма сомнительных. Прикройся.

Снейп стянул с кровати шелковое покрывало и швырнул его мужу.

Малфой опустил голову, тихо шепча:
- Уйди... Пожалуйста...

Северус вздохнул и шагнул к Люциусу, протягивая руку:
- Вставай.

- Пошел к черту! Катись, куда угодно! Ты же занят, а я тебя отвлекаю! УЙДИ! Я что, уже один побыть не могу?! - Малфой всхлипнул, пряча лицо в ладонях.

Северус наклонился, поднимая мужа на руки и укладывая на постель.

- Уйди-уйди-уйди! - противореча своим словам, Малфой вцепился в мужа, тесно прижимаясь всем телом.

Зельевар вздохнул и принялся сцеловывать слезы с бледных щек Люциуса, осторожно укачивая его в объятиях.

- Зачем? За что ты так со мной? - Малфой продолжал всхлипывать.

- Я – идиот. Все, успокойся... Люц...

Малфой потянулся к губам супруга, обхватив его голову руками. Северус позволил мужу поцеловать себя. И этот поцелуй из нежного становился все более жадным; блондин умолял мужа ответить, словно пил его, как умирающий от жажды. Зельевар оторвался от требовательных губ и мягко поцеловал мужа в лоб. Он укутал супруга в одеяло и призвал заклинанием поднос с едой.

- Немедленно. Все. Съешь. Я приду утром и проверю, как ты тут.

- Северус...

- Да? - отозвался тот уже с порога.

- У тебя еще осталось обезболивающее?

- На подносе два флакона: в одном – обезболивающее, а в другом – жаропонижающее.

- Спасибо. И еще...

- Еще?

- Ты помнишь свою клятву?

- Я пока не страдаю склерозом, - Снейп сдвинул брови.

- Ты обещал мне... Хочу еще одну ночь! - заявил блондин, с вызовом глядя на своего зельевара.

- Как только жизнь Гарри будет вне опасности.

- Я подожду...

- Я приду утром. Только чтобы проверить тебя.

- Хорошо... - Малфой потянулся за палочкой и снял с двери заклинание.

- Немедленно прими зелья. - Северус вышел из комнаты.

«Кажется, еще не все потеряно...» - Люциус нехотя принялся за еду, мечтательно вспоминая вкус губ Северуса.

Зельевар прикрыл за собой дверь и привалился к ней спиной.
«Мерлин... Да что с ним? Почему он готов простить мне такое? Почему требует большего? Но... Какие же у него нежные губы! Так, Северус, тебе не об этом надо думать! Не о том, какая у него атласная кожа, и что у его губ солоноватый привкус от слез...»

Снейп тряхнул головой, прогоняя провокационные мысли, и направился в лабораторию.




Глава 36.

Северус медленно шел вдоль полок кладовой, сверяясь с перечнем ингредиентов, которые могли понадобиться для зелья Гарри. Благодаря дружбе с Малфоями, у него всегда была возможность доставать поистине бесценные компоненты. Но, несмотря на удачные поиски, в списке осталось еще с десяток наименований разных компонентов, большую часть которых в Англии легально приобрести практически невозможно.

«А вот это уже проще – шерсть с носа оборотня», - Северус довольно хмыкнул, вспомнив, что сегодня, как раз, полнолуние.

- Ну, что ж, пора нанести визит вежливости Блэку и Люпину, поблагодарить за свадебный подарок и поинтересоваться здоровьем будущей мамаши, - настроение у зельевара заметно поднялось.

Северус запер лабораторию и направился в кабинет Люциуса, где был камин, настроенный прямо на особняк Блэков. Малфой обзавелся им пару лет назад, не объясняя причин.

Натянув на лицо ехидную усмешку, зельевар шагнул прямо в очаг.
Дом на площади Гриммо встретил его тишиной. По крайней мере, Снейпу так показалось вначале.

- Черт! - зельевар отшатнулся от выскочившего из-за дивана волка.

- Ремус?.. - Блэк, в нарядной шелковой пижаме, подчеркивающей его уже большой живот, растерянно замер, оглядывая незваного гостя.

- Люпин, место!

- НЕ СМЕЙ ПРИКАЗЫВАТЬ МОЕМУ МУЖУ! Ремус, укуси его!!! Взять!!!

Люпин укоризненно посмотрел сначала на нежданного гостя, а потом на собственного мужа, тяжело вздохнул и растянулся на полу у дивана. Если бы он мог, то с удовольствием покрутил бы пальцем у виска, но сейчас, в волчьей шкуре, это удовольствие было ему недоступно.

- РЕМУС!!! - рассерженно взревел анимаг, топая ногой.

- Блэк, не ори. Пожалей уши своего вол... мужа, - Северус поморщился.

- Мой дом – хочу и ору! А ты чего приперся? Муж уже совсем затрах...

Ремус предостерегающе тявкнул, почуяв гнев Снейпа.

- Тебя это не касается, Блэк. Я пришел не к тебе.

- Ремус сейчас не может с тобой поговорить, так что, проваливай!

- А кто сказал, что я собираюсь с ним говорить? Мне нужна его шерсть!

Ремус непроизвольно отступил на шаг и спрятался за Сириуса.

- Совсем сдурел?! ПОШЕЛ ВОН ОТСЮДА!!!

- Не ори! Мне нужно всего лишь пятнадцать шерстинок с его носа!

Ремус представил, как больно вырывать шерсть из самого нежного участка тела, и протяжно заскулил.

- Не смей приближаться к его носу! И, вообще, к нему!!! - Сириус успокаивающе почесал мужа за ухом: - Тише, дорогой... Он сейчас уйдет.

- Мне нужна его шерсть! И без нее я не уйду.

- Ремус, иди в комнату! - Сириус загородил мужа собой.

- Блэк, это для Гарри, - Северус привел последний довод.

Ремус немедленно навострил уши и подался вперёд.

- Ремус, назад!!! Если Гарри будет нужно – он сам попросит!

- Вряд ли он сможет сделать это, находясь в коме!

- Какой еще коме?! - Блэк охнул, побледнев и схватившись за живот.

Ремус тут же очутился рядом с мужем, привстал на задние лапы, положив передние ему на плечи, и начал вылизывать лицо Сириуса.

- Так, Люпин, отойди от него, - Северус шагнул к этой занятной парочке, отталкивая в сторону волка и помогая анимагу опуститься на диван. - Дать тебе воды?

- Что с Гарри? - прохрипел брюнет.

- У него снова был приступ.

- Почему так быстро?! Где он?! Ты сказал, кома... Вчера же все было хорошо... - Блэк дернулся, пытаясь встать с дивана. - Мне надо идти.

Ремус заскулил и решительно лёг поперёк коленей Сириуса, мешая ему подняться.

- Тебя сейчас к нему всё равно не пустят.

- Нет... Гарри... - Сириус начал всхлипывать.

- Блэк! Немедленно прекрати истерику! - строго прикрикнул Северус.

- Гарри... Я не уследил. Я виноваааат... - Блэк стал всхлипывать еще громче.

- Да что за наказание сегодня на мою голову! У всех истерика, и всех я успокаивать должен! А ну, заткнулись оба! - рявкнул Северус на анимага и тихонько подвывающего оборотня.

- Не кри... не кричи на ме... меня!

- Если не успокоишься – наложу Силенцио, а волка, вообще, усыплю.

Сириус кивнул, но все еще изредка вздрагивал, поглаживая серую шкуру мужа.

- Так, Блэк, ты сейчас выпьешь чаю с мятой и ромашкой, и отправишься в постель.

- А Гарри? Ты же хотел... Волосы! Зачем тебе волосы Ремуса?

- Не волосы, а шерсть. Мы нашли зелье, которое может помочь Гарри. Это один из необходимых компонентов.

- А ты можешь сделать так, чтобы Рему не было больно?

Оборотень только грустно взглянул на зельевара, подставил ему морду и зажмурился. Сириус обнял мужа за шею, успокаивающе поглаживая оборотня, и умоляюще посмотрел на зельевара:

- Не мучай его долго!

- Дай сюда пасть, - Северус уселся на диван и достал из кармана мантии пинцет и бумажный конверт.

Ремус послушно повернулся к мужчине. Зельевар чертыхнулся и уложил морду волка к себе на колени, быстро произнося незнакомое супругам заклинание. Ремус удивлённо распахнул глаза, когда Северус ухмыльнулся, принимаясь быстро выдергивать пинцетом волоски. Он набирал их, на всякий случай, с запасом, пока заклинание действовало, и Люпину не было больно. Когда процедура была закончена, волк украдкой, пока муж не увидел, лизнул Северусу пальцы, преданно глядя в глаза.

- Что еще надо сделать для Гарри?!

- Зелье мы сварим, а тебе лучше успокоится и позаботится о себе.

Северус потрепал Люпина по загривку и переложил его голову со своих колен на колени Блэка. Оборотень сразу же уткнулся носом мужу в живот.

- Но...

- Так, Люпин, веди мужа на кухню. - Северус покачал головой, поднимаясь с дивана.

- Зачем? Ты еще не рассказал про Гарри!

- Иди-иди, живо!

- Сне... Северус... - Сириус виновато посмотрел на зельевара.

- ЧТО? Да расскажу я тебе, расскажу, только чай в тебя волью, чтобы ты заснул, а не шатался всю ночь по дому!

Мохнатой мордой Ремус мягко подталкивал мужа в сторону кухни.

- Спасибо, - брюнет поплелся к выходу, но в дверях снова обернулся: - Я это... того... Насчет Малфоя...

- На кухню, Блэк!

- Не было у него никаких мальчиков. Это все сплетни про то, что он содержит гей-бордель. - Блэк снова вздохнул и поплелся на кухню.

«Не было? Сплетни... Бордель?! Люц... Дьявол!»
Глубоко вздохнув, Снейп пошел вслед за анимагом.

- Вообще не понимаю, чего ты так дергаешься? - буркнул хозяин дома. - Малфои не изменяют.

- Я не дергаюсь! - Северус бухнул чайник на плиту и взмахнул палочкой так резко, что чуть не спалил всю кухню.

- Да ну? Ты на него так яростно зыркал на свадьбе... Я даже Ремуса так не ревную. Правда, дорогой?

Ремус поднял на мужа недоверчивый взгляд. Он ещё не забыл ту истерику, которую устроил драгоценный супруг два дня назад, когда почтальон принёс им письмо.

- Как я смотрю на своего му... мужа, тебя не касается.

- Ну да, ну да... Как прошла... ммм... первая брачная ночь? - Блэк, наконец, успокоился и ехидно ухмыльнулся.

- Прекрасно. - Северус поставил перед анимагом чашку с чаем, от которого заманчиво пахло мятой и травами.

Блэк принюхался и, довольно улыбаясь, отхлебнул горячий напиток.

- И как ты с ним живешь? - Северус сочувственно посмотрел на