МСБ

МАСТЕРИЦА СВЯЩЕННОГО БОЯ

Начало

Идея «особого поединка» принадлежит молодой скифской княжне Тате. Приобретя некоторый боевой и духовный опыт, она пришла к мысли, что в ряде случаев схватка может быть очень открытой и предельно рискованной.


«Есть женщины, которых я хочу убить очень честно и очень красиво. И есть женщины, которые хотят убить меня так же».


Суть Священного Боя – схватка двух умелых и интересных друг другу противниц, которые выступают полностью обнажёнными. И дерутся только насмерть: тяжелораненую добивают. Мастерство соперниц подчёркивало минимальное оружие – маленькие, почти игрушечные, клинки. Кроме того, могли применяться удары и приёмы борьбы. Полный вариант Священного Боя предусматривал сравнение длины ножей, предупреждения о намеченных ударах, прощальное слово побежденной и укол милосердия от победительницы.


Первый Священный Бой Тата устроила, спровоцировав именно на такой поединок красавицу Римму, белокурую сабинянку 29 лет. Она тоже любила риск и была еще более чувственна, чем Тата. Римма несколько раз сражалась почти голой, в пояске или плавках, и добивалась победы. После сравнения ножей хитроумная Римма отказалась назвать скифке свой любимый удар, но заметила, что Тата для нее тяжеловата: «Я легко справлюсь с тобой, все это увидят!». Но Римма просчиталась. Она не учла умения Таты бить без оружия. Три попадания кулаком под дыхло парализовали сабинянку и заставили оцепенеть, согнувшисьРимма отчаянно выставляла нож вперед, но Тата отвела его и всадила свой клинок в упругую белую грудь соперницы. Раненая сразу упала в песок – схватка шла на речном берегу. Она могла простонать лишь несколько бессвязных слов, а затем испустила дух.


Стиль


С тела Риммы княжна забрала миниатюрные серебряные клипсы и цепочку с сапфиром. Со временем её коллекция драгоценностей стала обширной. Тата полюбила выходить на поединки богато украшенной. Кроме памятных клипсов, она вдевала в мочки ушей массивные золотые кольца, на запястьях и щиколотках женщины звенели тонкие узкие браслеты, на грудь ниспадало несколько цепочек с камнями, пальцы были унизаны кольцами и перстнями. Если чёрные волосы Таты отрастали – их подстригали перед схваткой так, чтобы оставались открытыми уши и тонкая шея, а на лоб спадала короткая задиристая чёлка. Выступая на смертельный поединок, княжна чуть подводила ресницы и веки, что подчёркивало голубизну ее глаз, а пальцы на руках и ногах покрывала ярко-розовым лаком.


В отличие от амазонок, готовящихся к бою заранее, Тата любила разоблачаться уже на месте поединка. Она не была кокетлива, но ценила любовь и поддержку. Как сказала, чуть подросши, татина старшая дочь, «Маме нравится нравиться, а подругам нравится, что это ей нравится!». Выходя на ристалище, княжна снимала безрукавку и рубашку, затем расстегивала узорчатый пояс и передавала ближайшей родственнице. Прежде, чем взять в руку нож, она прохаживалась и приседала – и для разминки, и для настроения. А перед знаменитым поединком с Исидорой, амазонкой 28 лет, Тата вдруг приподняла руками свои загорелые груди и воскликнула: «Моё сердце с вами, девчонки!». Она очень обрадовалась, услышав в ответ крики восторгаИсидора была рослой и злобной соперницей, но скифка отразила все ее выпады и смертельно ранила под пуп, всадив клинок снизу вверх. После этой победы Тата решила, что её приветствие помогло удаче, и перед каждой схваткой демонстрировала грудь своим поклонницам.


Княжна была эмоциональна, открыта, её на самом деле очень воодушевляла поддержка. Поэтому она приглашала посмотреть на Священный Бой самых юных девушек: Тата любила их горячность и непосредственность, а также считала, что наблюдать схватку голых опытных женщин будет полезно для их становления. Своим соперницам скифка тоже предлагала приходить не в одиночку. Если с чужой стороны были девочки 14-16 лет, то Тата могла пошутить с ними и даже угостить мелкими лакомствами.


Священный Бой Таты завершался так же, как любой другой поединок. Прикончив противницу и забрав ее достояние, красавица сразу же шла окунуться в ближайший водоём, а в сухой местности подруги окатывали ее водой из бурдюка. Во время схватки от сильнейшего волнения тело Таты становилось влажным от пота, намокало оно и по-женскиК тому же скифский обычай требовал очищения водой или огнем после причинения смерти живому созданию. После омовения княжна растиралась, но не одевалась, а принимала поздравления от девушек, наблюдавших поединок. Она долго и всласть обсуждала с ними подробности и ключевые моменты схватки. Тата была открытой и очень общительной женщиной, а главное – разговор снимал ужасное напряжение.


Удар

Римму скифской красавице удалось поразить в грудь, но после победы над опасной Исидорой она решила, что в Священном Бою лучше всего целиться в живот. Скифка объяснила это со свойственным ей чувственным простодушием: «Когда вы деретесь нагишом и даже поясов нет, то кто первая в брюхо саданёт, та и победила. Все девчонки, все женщины на живот слабы. Главное – провести удар, и посильнее! Тогда самый короткий клинок попадет в кишки, при любом сложении. А нож в кишки – это конец. Боль зверская, дыхалка сбивается, на ногах не устоять».


Ещё три победы в Священном Бою красивая княжна одержала именно ударами в живот. Причём длинноногую сабинянку Накулу, тоже мать троих детей, Тата смогла поразить в пуп. Белокурая Накула завершила бой достойно. Она старалась как можно дольше простоять на своих ногах, вцепившись одной рукой за ветку березы, а другой зажав рану. Упав в сочную майскую траву, сабинянка пыталась скрещивать лодыжки, чтобы избежать позорящих ее конвульсий. И даже когда её ноги задергались, а из открытого рта полез язык, Накула еще какое-то время воздерживалась от просьбы о милосердном уколе под грудь


Но однажды к костру Таты подсела ее молодая подруга, скуластая Тайша. Она тоже была из знатного рода и в 20 лет победила нескольких противниц. Девушка осторожно завела разговор о Священном Бое, в котором хотела бы испытать себя, но немного побаивалась – ей не хватало татиной бесшабашности. Похвалив Тату за великолепную победу над Накулой, Тайша поделилась сокровенной мыслью. Сбивчиво, иногда не находя слова, девушка предложила для Священного Боя другой удар – в паховую область соперницы. «Понимаешь, подруга, - шептала она, словно стесняясь собственного голоса, - этоЭто самый женский из женских поединков. И самый честный, самый благородныйТакое взаимное испытаниесравнение, кто же лучше? Если ты попадаешь в большой живот, то это и мастерство, и удачаА вот если проводишь укол в укромный низ То это превосходство, и больше ничего! Никто не скажет, что тебе просто повезло»


Эта идея воспламенила Тату. Ей понравилась и сложность приёма, и его смысл. И то, что нож устремлён в сокровенные органы – в пузырь, а прежде всего – в придатки и яичники, что при сильном прямом ударе можно поразить и матку, моментально уничтожая женское начало На следующее же утро Тата начала тренироваться с Тайшей, изобретая и отрабатывая разные комбинации, которые завершались выпадом в пах. Раз за за разом получалось всё лучше и, наконец, голубоглазая княжна решила, что в следующем Священном бою она будет действовать именно так. А Тайша поняла, что она теперь тоже готова участвовать в таком испытании.


Вызовы


Княжна Тата давно хотела встретиться с агешкой – голой копьеносицей. Так вооружались лучшие из сабинянок и женщины Высокого Тагара. Стремление сражаться и побеждать в наготе очень привлекало Тату. Наконец, выбор скифки пал на тагарку Таюнну. Прежде всего, потому, что ей было не 22, как ей, а уже 38 лет: девушке очень хотелось померяться со зрелой и очень опытной соперницей. Также про Таюнну было известно, что она близка Тате по характеру – такая же открытая, бесхитростная и честная.


На вызов Таты тагарка ответила безусловным согласием. Точнее, условие было одно. Без околичностей Таюнна написала, что у нее есть любовница, 32-летняя Ронни, такая же, как она, жена и мать. Таюнна и Ронни всегда сражаются в паре, обе полностью голые, при этом копье агешки прикрывает подругу от нападений издали, а Ронни с коротким мечом отражает попытки атаковать копьеносицу в упор. «Моя любимая не хуже меня может отстаивать свою жизнь и честь полностью обнаженной», - писала Таюнна, - «и желает Священного Боя не менее страстно, чем я».


Ответом было письмо, в котором Тайша вежливо, но строго вызывала на поединок Ронни. Девушка не сообщила о том, что вступает в Священный Бой впервые, зато намекнула, что ей доставит удовольствие победа над старшей по возрасту соперницей. В переписке также было оговорено присутствие до десяти младших соплеменниц с каждой стороны, правила выхода из схватки, обращения с трофеями и телами. Местом встречи определили пограничное урочище: лощину между каменными выступами, поросшую мягкой травой. По ней протекал ручеек, а зрительницы могли расположиться на скалах, откуда всё просматривалось, как на ладони.


Встреча

В отличие от Таты и Тайши, тагарские женщины выступили на ристалище полностью обнаженными и без обуви. Обе были коротко остриженными брюнетками. Высокая, сухощавая Таюнна оставляла, как и Тата, открытыми уши и шею, демонстрируя серебряные серьги и ожерелье из агатов. У ее любовницы были выбриты виски и затылок, а на лоб клинышком падала чёлка. Сходство подчеркивали крупные носы тагарок: у Таюнны длинный и прямой, у Ронни с горбинкой. Но больше было различий. В отличие от тонко сложенной, но полногрудой Таюнны, её любовница смотрелась гладкой, словно литой. Кожа старшей тагарки была сливочно-белой, у младшей – бронзовой от густоого загара. В отличие от скифок, они не подкрашивались. Обе над выбритыми женскими устьями носили клинышки аккуратно остриженных кудрей. Это показывало их высший статус замужних матерей, что, по тагарским обычаям, не препятствовало нежной любви.
Таюнна подождала, пока Тата разденется и «откроет сердце» своим девочкам, которые ответили ей восторженными криками. Она спокойно подошла к скифке и пожала ей руку. «Я пришла к тебе, - сказала тагарка ровным низким голосом, - и моя Ронни, как договаривались. И еще восемь девушек вон там – она показала на скалы слева – Среди них моя старшая дочь, ее зовут Тинна». Тата предложила сравнить размеры оружия. «Хорошо, - кивнула тагарка, - смотри». Клинок Таюнны был чуть-чуть короче скифского, но шире и массивнее. «Если попадёт в нутро, то прорвёт всё на своем пути», - с тревогой подумала Тата. Но женщина не подала виду. Она чуть улыбнулась строгой тагарке и спросила: «А готова ли Таюнна назвать свой основной удар ножом? Мы ведь будем драться совсем голыми, открытые В такой схватке хорошо знать чужой приём!». Отступив на шаг, тагарка посмотрела в глаза противнице, серые встретились с голубыми. «Я буду бить в живот, - глухо сказала она, - попаду тебе в пуп или рядышком».


Тата побледнела. Она вспомнила мучительный конец Накулы, ее тяжелые корчиНо сильная духом скифка заставила себя отогнать воспоминания. Княжна поняла – это не она, а Таюнна должна испытать страх и смятение перед схваткойТата сжала челюсти, на миг прикрыла векиА потом, не повышая голоса, сказала тагарке: «Ну а я стараюсь бить в пах. Ты высокая – жди мой нож в промежность.». Теперь уже Таюнна не смогла скрыть волнения. Она несколько раз шумно вздохнула. Озираясь, словно ища поддержки, рослая брюнетка облизывала губы. Затем тагарка скрестила руки на мягкой, ниспадающей груди. И вдруг призналась Тате: «Знаешь, я ведь женщина, прежде всего женщинаИ самое слабое у меня – грудь и низ! Твой удар жесток, Тата, очень жестокНо Боги помогут мне избежать его! Доверимся же их выбору, начнем поединок!»


Первая


Княжна думала, что тагарки поцелуются перед первой схваткой или хотя бы перекинутся словамиНо, видимо, они сделали это заранее, когда раздевались. Даже не глянув на любимую, Таюнна приняла боевую стойку. Чтобы вести схватку на одном с Татой уровне ударов, она сильно присела, но почти не расставляя ног. При такой позе заявленный скифкой выпад в пах мог быть реализован только при атаке сзади или с земли. Княжна не побоялась широко развести бёдра, а торс держать почти прямо – она явно провоцировала Таюнну нападать первой. Однако тагарка стала описывать широкую дугу, заходя к Тате с левого бока. Княжна была вынуждена разворачиватьсяИ пропустила момент, когда Таюнна ринулась на сближение. Но выпад в левую грудь княжна успела в последний момент парировать. С лязгом ножи сцепились обрамлениями рукояток. Чтобы обезопасить себя, Тата, охая от натуги, двумя руками подняла клинки над собой. Тоже присоединив к хватке левую руку, тагарка выпрямилась и навалилась на сцепку. Теперь высокий рост был ей в помощь. Таюнна медленно склоняла княжну назад-вниз, а когда она зацепила скифку ногой под коленом, то до падения на спину Тате оставалось мгновение.


И она использовала это мгновение. Убрав левую руку из противостояния, скифка кулаком поразила Таюнну выше пояса. Тагарка охнула – Тата попала в солнечное сплетение. Не мешкая, княжна стала бить туда же, как можно чаще и сильнее. При каждом ударе тагарка подпрыгивала на цыпочках с коротким гортанным «Ыахххх!». Тата почувствовала, что натиск ее руки с ножом ослабел. Скифка решительно выдернула оружие из захвата, но стремительный замах не перешёл в победный удар. Нож поразил воздух: Таюнна, хлюпая ртом, упала на бок и откатилась по траве в сторону Ронни, кусающей костяшки пальцев.


«Таюнна! Вставай! Ты сильная, вставай скорее!!!» - кричали с одной скалы. Молоденькие скифки отзывались свистом и призывами: «Тата! Добивай её!!!». Но не случилось ни того, ни другого. Скорчившись, тагарка приподнялась на локте. «Передых,-простонала она еле слышноТатаПрошу тебяДай передых!» Скифка кивнула, по ее круглому лицу пробежала улыбка. Ронни помогла любимой подняться на ноги. Она отвела Таюнну к высокому серебристому тополю. В тени дерева Ронни втёрла в живот подруги какую-то блестящую мазь и что-то с тревогой шептала ей. Теперь женщины поцеловались, губы в губы. Таюнна вернулась на поляну и сказала противнице: «Ты сильно дерешься, Тата. Бьёшь, как мужчина». Скифка наклонила вбок голову: «Хочешь продолжить без ударов, одними ножами?» Но тагарка сказала, что менять правила она не хочет.


Теперь сближение женщин было прямым и быстрым. Чуть вприпрыжку, обе устремились навстречу друг другу. Тагарка решила перехватить инициативу и нанести Тате пинок в живот. Она выстрелила босой ногой навстречу противнице. Но княжна успела среагировать. Левой рукой она поймала лодыжку Таюнны и дёрнула вверх. С криком агешка заплясала на одной ноге, а Тата резко, без замаха, воткнула в неё нож снизу вверх. Тагарская женщина застонала, громко и отчаянно. Остриё вошло ей в левую ложбину паха, выбритую перед поединком до блеска. Вернув клинок, скифка отпустила ногу соперницы. Стонущая Таюнна бросила своё оружие и беспомощно зажалась. Её узкое лицо было перекошено от боли. Потоптавшись на одном месте раненая, простонала: «Не могу! Ронни, Ронни, я проиграла!». Тотчас же Таюнна опустилась на колени. Агешка поёрзала, поохала и стала быстро ослабевать. Не отпуская ладоней от пробитого места, она уткнулась в траву лицом и грудью. В этой гротескной позе тагарка прекратила двигаться. Она плакала и шумно дышала. Со скалы слышались восторженные крики скифских девочек: «Тата! Наша Тата победила! Отличный удар! Тата сделала ее! Таюнка села на нож! Поймала в низ!». Юные тагарки были ошеломлены, некоторые плакали в голос, а рослая Тинна стенала: «Мама! Моя мамочка! Что с тобой?!»


Тата подошла к раненой. Скифка не устояла перед искушением поставить ей пятку на задранный зад. «Что скажешь мне, тагарка?» - спросила княжна, и в ответ услышала столь желанное признание. Таюнна говорила тихо и медленно, сквозь слезы: «Ты победила меня, княжна ТатаТы лучше дерешьсяО, как мне больноКак стыдноЯ не сумела поразить тебя в животА ты меняВзрослую женщинуСразу в пахКак девчонкуО, Татка, Татка» На этих словах женщина захлебнулась воздухом и стала беззвучно распахивать рот. «Победить знаменитую агешку – это честь для меня, - с достоинством сказала княжна, - Хочешь, я прерву твои муки?». Но тут она услышала быстрые шаги. К прощающимся соперницам подошла Ронни. Её лицо было бледным, на нём еще сильнее выделялся нос «Дай нам побыть вдвоём», - попросила тагарка, и Тата, пожав плечами, отошла в сторону.


Вторая


Тагарка встала на колени рядом с тяжело раненой любовницей. Ронни была вынуждена принять такую же позу, чтобы их лица были рядом. Женщины пытались о чем-то напряженно, сбивчиво шептаться Затем Ронни поднялась на ноги. Когда она подошла к Тате, её лицо было уже другим – исполненным уверенности и силы. «Моя Таюнна сильно ранена тобой, - сказала тагарка, - но она стойкая женщина. Сказала, что будет держаться, пока я не отомщу за её боль!»


Но тут к ним подошла Тайша. Невысокая скифка встряхнула чёрными локонами с медным отблеском, прищурила и без того узкие глаза. «Ты приняла мой вызов, - сказала она Ронни, - и сначала будешь иметь дело со мной». Тагарка смерила девушку взглядом с макушки до ступней: «Тогда покажи свой клинок». Увидев оружие Тайши, она ухмыльнулась: «У ребёнка и оружие под стать, игрушечное!». «Но убьёт оно тебя не понарошку!» - парировала скифка, - «Ты получишь такой же удар, как твоя голенастая подруга!» Ронни подбоченилась, снова окинув девушку холодным оценивающим взглядом. «И не надейся, узкоглазая, меня тебе не свалить даже во сне. Я пробью тебе низ живота за твою самонадеянность!»


Вместо ответа Тайша фыркула и приняла было боевую стойку, но её подозвала к себе Тата. Она погладила юной подруге волосы и шепнула: «Не бесись, будь спокойна. Сначала выруби Ронни, бей в дыхло и по печени. А когда замрёт – ножа ей между ног». Девушка улыбнулась: «Спасибо, Таточка, я так и поступлю». Но поединок пошёл по другому сценарию. Словно услышав советы княжны, Ронни постоянно маневрировала. Она то пятилась задом, то совершала беспорядочные перебежки. Казалось, что тагарка не намерена поражать соперницу, а вышла поиграть с ней в догоняшки. Но в один момент, когда скифка сумела подойти к Ронни на три шага, та взмахнула ногой и попала девушке сбоку по пояснице. Тайша застонала – боль сдавила ей почку. Тагарка тут же рубанула девушку ребром ладони по переносице. «Тайша, Тайша, держись! Мы с тобой!», - кричали ей молоденькие скифки со скалы. Пока Тайша была ошеломлена, противница левой рукой перехватила запястье выше клинка и заскочила ей за спину, высоко заламывая локоть. Девушка машинально подалась вперед, пытаясь вырватьсяНо Ронни контролировала её болью в суставе, и, вдобавок, зацепила ногу Тайши своей.


Несколько секунд они стояли, сплетшись в неравной борьбе. Затем тагарская женщина перехватила нож лезвием к себе. «Давай, Ронни! Без жалости!» - кричали её девушки. Тагарка так и поступила – косо замахнувшись, всадила клинок в загорелый живот скифки. Тайша громко закричала: лезвие по рукоятку вошло ей между пупком и лоном. Раненая согнулась вперед, а Ронни отпустила её правую руку. Тайша нырнула лицом в душистую траву, сжалась комочком и стала перекатываться с бока на бок. «Ну и кто кого?» – иронично спросила ей тагарка. Кочевница не могла ответить – она не владела собой, стонала и извивалась от боли. «Прокричись, я подожду», - холодно сказала Ронни и присела на валун неподалеку от побежденной.


Пауза


Рядом подсела Тата. Её грудь колыхалась от сбивчивого дыхания, на глазах были слёзы. Не глядя на тагарку, женщина сказала: «Пожалуйста, добей мою ТайшуТы же видишь, как она страдает». Тагарка повернула голову: «Да, вижу. Она знала, на что шла. Я предупредила, что буду бить в брюхо». Тата помолчала и снова попросила о том же. Ронни повысила голос: «Ты же сама писала, что побеждённая добивается после признания!». Тата, волнуясь, вскочила с камня. «Да, писала! Но разве тебя не устроит признание из моих уст?!». Тагарка подняла уголки губ: «Вообще-то объясниться должна Тайша. Но она слабенькая, уже ногами дёргаетИз уважения к тебе, приму твои слова и добью её в сердце». Тата, дрожа всем телом, пробормотала, что её подруга побеждена в честном поединке. После этого Ронни, напоказ повиливая мощными бедрами, подошла к умирающей, перевернула ее на спину, как черепаху, и с размаха всадила ей нож под левый сосок. Тайша со стоном дёрнулась и испустила дух.


Тата искренне поблагодарила Ронни. Скифка понимала, что суровая тагарка пошла ей навстречу. «Теперь моя очередь, - сказала она, - я ведь вижу, как тяжко твоей Таюнне». «Не спеши, - отрезала стриженая брюнетка. Она снова подошла к любовнице, которая продолжала в оцепенении упираться в траву бледным лицом и смявшейся грудьюТеперь Ронни легла рядом с ней на бок, гладила слипшиеся волосы, проводила пальцами по заплаканным впалым щекамВернувшись же к Тате, она сообщила, что Таюнна способна продержаться до конца их решающего поединка.
«Наверно, тогда нам не стоит медлить!», - взметнулась княжна. Ей было не по себе от того, что судьба её близкой подруги уже разрешилась, а любимая и любящая агешка Тагара находит в себе силы терпеть и терпетьВдруг она заметила, что лицо Ронни стало мягким, а взгляд – неуверенным. Тагарка протянула ей руку, княжна машинально пожала её Ладонь была мягкой и подрагивала. Карие глаза Ронни смотрели напряженно, вопросительно «Да, - сказала она, - конечноМы сейчас сойдёмся. Голыми, насмерть. Только скажи честно – меня ты тоже хочешь ударить в пах?»


- Да, Ронни. И тебя.


- О, ТатаЭто же самый страшный приём! Все женщины его боятся


- Согласна. Но твоя подруга первой объявила, что хочет ударить меня ножом в пуп. А у меня очень уязвим пуп, клянусь тебе! В Священном Бою я ужасно боюсь пропустить выпад в пупок!


- Ты знаешь, почему Таюнна так сказала?


- А ты знаешь, Ронни?


- Да, знаю. Она же агешкаА агешек, и сабинянок, и наших, стараются поразить именно в пупок! Таюнночка очень, очень волноваласьОна была уверена, что агешку ты решишь бить в пупИ сама объявила такую цель


Несколько секунд женщины молчали. Ронни грызла стебелек ромашки, Тата подпёрла лицо рукамиЗатем она тихо сказала:


- А скажи мне честноТы очень трусишь удара в пах?


- Сильнее всего на свете! Мне от самих этих слов страшно!!!


- Тогда давай договоримсяЯ не буду метиться тебе в нижнее. А ты бы не стала бить меня ножом в пуп


- Я бы хотела такНо это будет нечестно. Перед Таюнной


В это время девочки на скальных выступах замерли в нетерпении. Им еще не случалось видеть такого – сразу три Священных боя подряд! Юные скифки верили в свою княжну, их вдохновила её уверенная победа над агешкой Таюнной. Тагарские девушки горячо поддерживали сильную Ронни, показавшую свои возможности. Оставалось только ждать, кричать и вздрагивать


Развязка


Две голые молодые женщины кружили по вытоптанной поляне. Они не сводили друг с друга глаз, но в этом медленном и смертоносном танце ни одна не приближалась к бездыханной Тайше и оцепеневшей в агонии Таюнне. И княжна, и тагарка были опытны. Обе противницы старались владеть собой, сдерживать эмоцииНо ярость и страх брали своё. И слова Таюнны «Я прежде всего женщина!» относились и к ним. По телу Таты пот тёл ручьями, блестела на солнце и загорелая тагарка. Ронни постоянно пританцовывала, металась, сбивала соперницу с прицела. Она попробовала провести скифке удары ножом в сосок и в низ живота, но они были успешно парированы клинком.


Тата пока не атаковала тагарку оружием. «Хорошо деремся», - попыталась улыбнуться она, демонстрируя присутствия духа. Но её волнение выдавала дрожащая грудь. У Ронни на коричневых венчиках вокруг сосков выступили мурашки, она начала хватать ртом воздух. «Подходи ближе!» - воскликнула тагарка, - «Ты же смелая женщина!». «Хочешь ближнего боя?», - вскинула брови Тата и решительно пошла навстречу противнице.


Ронни осклабилась и хлёстко пнула княжну в живот. Тата не успела перехватить её ногу, и ступня попала скифке ниже пояса. С криком она согнулась, а тагарка подскочила к ней и попыталась схватить левой рукой за вооруженную правую, как это она проделала с Тайшей. Но она недооценила стойкости Таты. Скифка отдёрнула назад правую руку, а левый кулак вбила в пупок Ронни. Стриженная тагарка вскрикнула и начала сгибаться, Тата встретила её движение тройным ударом снизу и сотрясла печень соперницы. Дыхание Ронни было нарушено: со сдавленными короткими хрипами она начала часто-часто хватать воздух ртом, но вдохнуть не получалось


Уже не помышляя об атаке, голая тагарка стала пятиться назад. Она выставила вперед руку с ножом, чтобы не дать Тате приблизиться. Княжна заметила, что вражеское лезвие дрожит. Сделав вид, что опасается сближения, голубоглазая женщина медленно отвела назад левую ногу И вдруг ударила ей по вооруженной руке. Выбитый нож взлетел в воздух и, кувыркаясь, улетел далеко в траву. Не давая сопернице опомниться, Тата рванулась к ней в упор, наступила на ногу и схватила левой рукой за горло. Скифка не сдержала эмоций и зарычала от восторга, когда почувствовала свою власть над гладким смуглым телом Ронни. Дёргаясь, тагарская женщина двумя руками инстинктивно схватилась за татино запястье, пытаясь оторвать пальцы от гортани. А княжна отвела руку с ножом себе за правую ягодицу и нанесла Ронни сильный прямой укол.


Тагарка издала резкий хриплый рёв. Всё лезвие вошло ей под загорелый выпуклый живот. Тата попала противнице чуть-чуть выше маленького клинышка волос, символа женской полноценности. Ронни вдруг посмотрела в лицо скифки: глаза раненой были влажными, растерянными Княжна вырвала из её тела нож. Тагарка тут же прижала ладошки к пронзенному месту и низко, почти на корточки, присела. Помотав бритым затылком из стороны в сторону, она подняла лицо. Со своей скалы поклонницы Таты громко свистели и аплодировали, тагарки подавленно молчали. По щекам Ронни потекли слезы. «Девчонки! – надсадно закричала она, - Я проиграла! Я ранена! Милые, милые! Я не могу больше драться! Мне больно, больно!!!»

Финал


Тата обтёрла нож пучком травы и подошла к стенающей Ронни. «Вот и всё, - сказала она негромко, - Я победила. Ты согласна с этим?». Тагарка несколько секунд одышливо стонала, а потом ответила: «Да, согласна... Продолжить бой я не в силах. Только прошу, помоги мне сначала встать» Тата зашла к ней сзади, обхватила подмышками и, напрягшись, подняла раненую на ноги. Тело тагарки было скользким и мягким. Она простонала: «Хочу к Таюнне». Осторожно ступая, княжна шажок за шажком подвела Ронни к краю поляны, где оцепенела умирающая агешка. Глаза голой героини закатывались, большой рот был постоянно разинут. С помощью княжны Ронни опустилась рядом с ней, сначала встав на колени, затем сев задом на пятки. «Таюнна, прекрасная моя, - надсадно зашептала Ронни, - Прости меня, прости! Я не отомстила за тебя, я тоже побежденаО, как страшно дерется эта Тата! Она и меня ранила в пах! Ужасно, так ужасно ударила, прямо в пузырь попалаКак больноКак стыдно»


Таюнна не отвечала. То, что она жива, выдавала только меняющаяся гримаса и подрагивание ступней. Ронни подняла лицо к Тате: «Теперь отпусти её душу»
Благородная княжна не стала передвигать умирающую. Она подвела агешке нож снизу – рукоятью к земле, остриём к солнечному сплетению. Резко нажав Таюнне между лопаток, скифка насадила её на клинок. Тагарка едва слышно охнула и, распрямляясь, завалилась набок. Длинными ногтями агешка вцепилась в траву, мелко вздрогнула и рывком выпрямила свои стройные ноги. Милосердный удар прервал её муку.


Вернув и обтерев клинок, Тата повернулась к Ронни, которая так и сидела на пятках, дрожа всем телом. «Теперь твой черёд?» - подняла брови скифка. «Теперьда». Княжна приставила остриё под левый сосок побеждённой, но та вдруг обратилась к ней со сбивчивой мольбой. К удивлению Таты, противница просила направить ей нож в живот. «Я и так опозорилась! – всхлипывала брюнетка, - Не провела тебе ни одного удара, а сама получила прямо в мочевой! О Тата, пойми меняЯ хочу погибнуть без поблажкиТак, как тебя хотела сделатьБей мне в пуп!!!»


Встав на одно колено рядом с Ронни, скифка широко замахнулась – и смертельный удар заставил побеждённую дико взреветь. Не в силах сдерживать себя, тагарка громко кричала. Зажав живот, она завалилась набок и её сильные ноги забились в конвульсиях. К радости Таты, они были недолгими. Тело тагарки было ослаблено болью, а дух – стыдом и горем. Подёргавшись немного, Ронни окончательно утратила самоконтроль и, прежде чем умереть, вытаращила глаза и вывалила язык.


Тут же к Тате с возвышенности гурьбой сбежали её юные поклонницы. Девочки наперебой ласкали и целовали свою героиню, затем одни из них стали носить из ручейка студёную воду для омовения, а другие, с разрешения княжны – забирать оружие и снимать украшение с погибшей пары. Тату била мелкая дрожь, короткие чёрные волосы слиплись от пота – с хохотом и прибаутками девушки обливали её с головы до ног. Героиня довольно отфыркивалась и оглаживала смуглое гладкое телоОна не удержалась от соблазна приподнять пальцами груди и демонстративно показать их тагарским девочкам, молча взиравшим с утёса на итоги Священного боя.

Пролог


Моя мама – самая лучшая. Отец боготворит её, мы с сёстрами обожаем её, остальные ей восхищаются и поддерживают во всём. Ещё они друг дружку очень любят с крепенькой Ронни. Мама говорит, что это двойное счастье, когда есть чувство и с мужчиной, и с женщиной.


Мама – самая знаменитая из наших агешек, у неё 47 побед! Я уже видела один её поединок, с сабинянкой Гиланкой. Та тоже была взрослая и высокая, но мама всадила ей копьё в живот, а сама не получила ни царапинки! Правда, теперь она немного волнуется, потому что скифка Тата вызвала маму на схватку голыми с одними ножами, без щитов. Я беспокоюсь за маму, потому что она так ни разу ещё не дралась.


Вчера вечером я слышала, как Ронни успокаивала маму, заодно я узнала, что они будут вместе, потому что и Ронничку вызвала на такой же бой какая-то скифская задира, то ли Таша, то ли Таюша. Наутро я спросила, могу ли я посмотреть, и мама разрешила. Она даже попросила позвать с собой лучших подружек. Я возьму с собой самую верную, Калиду, ещё чёрненькую Протою, с ней заодно ЛилуНу и, наверно, Ритту. Хотя она меня при всех поборола, я обиды не держу.


Вместе посмотрим, как моя мама победит!















15

Приложенные файлы

  • doc 14778984
    Размер файла: 98 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий