интервью АНТОН ДАВИДЯНЦ и МАРТИН МИЛЛЕР


Музыка Здесь.
Отчёт о мастер-классе и фрагменты интервью с Антоном Давидянцем и Мартином Миллером.
Событие организовано и проведено музыкальной студией MELOMANIA
Дословно «fusion» означает «сплав». Как музыкальное направление фьюжн выделяется в конце 1960-х, вобрав в себя свободный джазовый ритм и роковую полновесность. Это стихия Майлза Дэвиса и Mahavishnu Orchestra. Кстати, именно с появлением оркестров фьюжн совершает новый виток и из джаз-рока «переплавляется» в почти ритм-энд-блюзовую мелодическую импровизацию. Это многогранное, сложное музыкальное направление, притом очень интеллектуальное.
В России не найдётся поклонников фьюжна, которые не знали бы кто такой Антон Давидянц. Но не будет лишним ещё раз упомянуть некоторые его проекты.
Бас-гитарист Антон Давидянц (Москва, Россия) – музыкант невероятной творческой силы, известный как в сольной деятельности, так и благодаря множеству совместных музыкальных проектов . Его основной проект - трио Impact Fuze, где заняты также действующий гитарист А’STUDIO Фёдор Досумов и легендарный французский барабанщик Дамиен Шмитт.
Гитарист Martin Miller (Лейпциг, Германия) – техника, свежее звучание, узнаваемая, совершенно особая авторская манера исполнения сделали это имя известным далеко за пределами Германии.
Оба музыканта заняты также в проекте The First Encounter вместе с барабанщиком Алексеем Баевым и джазовым пианистом Алексеем Беккером. Именно этот состав был представлен самарской публике.
Репортаж адресован тем, кто знал и не пришёл или не знал, но так или иначе не попал на мастер-класс, который прошёл в клубе «Здесь» 6 сентября 2012 года. Очень жаль, что вы не увидели, как самарская музыкальная культура делает новый, удивительный и важный шаг!
Концерт в Самаре был уже восьмым в рамках тура.
- Как проходит тур, Антон?
- Приём очень хороший! У нас прошло уже 7 концертов – везде отлично принимают. Становится больше людей, которым в России интересна такая музыка. Мне это очень нравится. Конечно, занимаешься музыкой во многом потому, что чувствуешь - это кому-то кроме тебя нужно. Иначе можно было бы сидеть и играть в стенку. Но люди приходят, тянутся, есть интерес, понимание и делаешь это с большим удовольствием. Мартин вообще очень удивлён количеством людей, которые приходят на концерты к нам, их отдачей.
Анонсы прошли достаточно скромно. Однако уже через час после начала мастер-класса в зал клуба невозможно было войти. Несколько человек тянули шеи, стоя уже в коридоре, внутри зрители теснились плечом к плечу. Впитано было каждое слово, каждая нота – почтенная публика слушала затаив дыхание, в буквальном смысле (хотя клуб, на самом деле, оказался маловат для такого количества посетителей).
Из зала было задано немало вопросов. Кто-то спрашивал о технике игры, о выработке навыков. Кого-то больше интересовал загадочный «чемоданчик Миллера» (что в нём – спросите у тех, кто был на мастер-классе). Но, так или иначе, диалог был живой, рождалась атмосфера творческой лаборатории.
По мнению Антона Давидянца такие мастер-классы - это своего рода творческий трамплин, возможность вдохновить новичка или зрелого музыканта. Возможность увидеть в мастере своего единомышленника.
В перерыве между мастер-классом и концертом нам удалось немного пообщаться с Антоном Давидянцем и Мартином Миллером поискать вместе ответы на те вопросы, которые задают, наверное, каждому музыканту.
- Скажите, как Вы относитесь к критике? Наверняка часто приходится сталкиваться с ней.
- Я здраво отношусь к критике. Если хороший человек, профессиональный музыкант оставляет критику и она объективна, если он отвечает за свои слова и знает, о чём говорит - тогда я обязательно прислушиваюсь. И никогда не обижусь. Даже если он скажет «Извини, но мне это вообще не нравится». Ничего страшного. Я уважаю его мнение.
- Хорошо. Тогда другой вопрос - а что на счёт самокритики? Она сильнее, чем критика со стороны?
- Она огромная.
-То есть планка постоянно выше, чем то, что достигнуто?
-Да, обязательно.
- И не бывает чувства полной удовлетворённости результатом?
- Практически нет. Самокритика является двигателем для того, чтобы расти. Потому, что в тот момент, когда ты садишься и говоришь себе «всё, я крутой», в тот самый момент ты - останавливаешься. И этого я не хотел бы допустить никогда. Все люди разные. Кому-то дано больше, кому-то – меньше, поэтому никто не в праве судить других. Нельзя говорить слабым музыкантам «Вот, вы слабаки». Для начинающих музыкантов это как удар ножом в сердце. Можно просто загубить карьеру человеку. Потому я отношусь ко всем с большим уважением.
- Значит, к новичкам вы относитесь довольно лояльно и дружелюбно?
- Очень дружелюбно. Если люди тянутся и я вижу это – только помогу.
*Антон задаёт Мартину вопрос о самокритике*
- Мартин говорит, что самокритика очень сильная. Он очень критичный человек и по отношению к себе и по отношению к людям, с которыми играет.
- Это больше помогает ему или мешает?
- Это помогает, когда занимаешься сам, индивидуально. Но это мешает порой, когда играешь концерты, живые перформансы. Если вы сильно на чём-то зациклены, сфокусированы, вы не можете этого сделать. Это так же, как ..*общается с Мартином*. Если критика полностью отсутствует, замолчала – он может полностью расслабиться и играть. Просто есть такой момент, я ему сказал сейчас, у музыкантов очень распространённый. Мы можем играть очень здорово, в целом, обычно. Но как только нажимается красная кнопка «запись», все сковываются и начинают играть на 20% своих возможностей, не больше. Это психологический момент. Вот и всё. И дело не в том, что мы не можем играть. Мы можем играть, но это очень сковывает.
- Но это преодолимо как-то?
- Преодолимо только опытом. И больше ничем. Я уже много лет не волнуюсь. Когда я только начинал заниматься музыкой, первые года 2-3 – я трясся. Особенно перед ответственными концертами. Особенно если играл с иностранными артистами. Сейчас я настолько себя знаю, и в себе очень уверен потому, что у меня колоссальный опыт. Потому что я сыграл за 12 лет моей карьеры ну по крайне мере 5000 тысяч концертов. В году 365 дней, занимаюсь я 12 лет и зачастую я играю 2-3 концерта в день. Можно посчитать – сколько ещё предстоит.
- Ведь есть всё равно какой-то результат – освоенный приём, какая-то веха. Как вы отмечаете это для себя? Я умею то-то и то-то. Всё равно же это можно как-то оценить.
- Да, конечно. Я знаю, на что способен. Понимаю свои возможности и знаю свои сильные стороны. Я запоминаю один раз и навсегда - могу послушать, запомнить это и через 10 лет, если меня попросят, сыграю так же, как и 10 лет назад. Помимо этого, я легко вхожу в новые коллективы. Мне не нужно время для притирки. Я просто прихожу и играю сразу, и всё звучит так, как будто я играл в них много лет.
-Таким образом, создаётся некоторый музыкальный диалог?
-Да. В этом смысле я довольно удобный музыкант, со мной легко работать *улыбается*
-А это не зависит от уровня музыкантов?
- Нет, не зависит. Единственный момент - когда музыканты, допустим, слабые, мне конечно немного скучно. Поэтому стараюсь выбирать музыкантов своего уровня хотя бы или сильнее желательно.
Семья у Антона Давидянца – музыкальная. И притом не в первом поколении. Элеонора Теплухина, мама Антона, – активно концертирующая классическая пианистка мирового уровня. Сергей Давидян, дедушка, - известный эстрадный певец, чьим голосом был озвучен, например, фильм «Песни первой любви». В общем, логично предположить, что желание заниматься музыкой у Антона родом из детства.
- Вы хотели стать музыкантом уже в детстве?
- Абсолютно нет. Я ненавидел музыку. Меня заставляли из-под палки заниматься. Я полюбил музыку только в 15 лет. До этого я занимался... «не охота» - это не то слово. Через ненависть. Мне вообще не хотелось быть музыкантом. Конечно, сейчас я благодарен. В основном мама меня заставляла – она очень сильная классическая пианистка. Мой путь был предопределён – у меня почти все в семье музыканты. Но я не хотел играть - я хотел стать доктором. Сейчас я, конечно, люблю то, чем занимаюсь. Но понимаю, что я мог бы заниматься другими вещами тоже.
- И если бы это была не музыка, это было бы…?
- Это была бы медицина и это могли бы быть шахматы. Профессиональные. Я очень хорошо играю.
- Скажите, возникает ли какой-то лично у Вас визуальный ряд, когда слушаете или играете музыку?
- Ничего нет, вообще. И многие мне говорят – как ты так можешь, это неестественно. Кто-то видит, слышит музыку цветами… или кто-то воплощает в своей музыке пейзаж. Всё, что угодно. Но для меня это совсем другое. Прямо противоположные вещи, не связанные никак друг с другом. Для меня музыка – это отдельный мир, ни с чем не сравнимый совершенно. Многие говорят «я вот вдохновляюсь, езжу на море, хожу в лес..». Но я хожу в лес совсем для другого. *снова улыбка* А музыкой могу заниматься в любом месте.
- Это здорово! Может быть, Мартин расскажет, есть ли у него какие-то визуальные ассоциации с музыкой?
*Антон для Мартина снова переводит вопрос*
- Мартин придерживается противоположной позиции – его жизнь отражена в его музыке. И то, что он видит – находит в ней отражение обязательно. На самом деле, если бы он сказал это по-русски, мне всё равно было бы трудно его понимать. Потому что у меня просто другая особенность. Music for me is just music itself. It can be bad, I don't know.
- No! It’s personal, - отвечает Мартин.
Он говорит, что собирается по возвращении в Германию начать там учить русский язык: «Я хочу понимать, о чём у вас тут говорят.» - А каков Ваш метод работы? Импульсивность или усидчивость?
- Ну, тут есть несколько подходов. Кто-то работает по жёсткому плану: «Час я занимаюсь техникой, час – гармонией, разминаюсь..». Разминаться мне, например, сейчас вообще не нужно. Это такая особенность, моя физиология, пластика. И в занятиях я всегда был абсолютно хаотичным. Для меня это естественный процесс, как жизнь. Я не особо строю вообще планы в жизни. Конечно, есть обстоятельства, командировочные, например. Но у меня нет чёткого графика. Это может быть очень плохо, но, во всяком случае, в музыке мне это точно не мешает. Это просто мой подход и всё. Это не значит, что он верный или единственный. Занимаюсь я сейчас, конечно, меньше, чем раньше. Во-первых, потому, что нет времени. Во-вторых, потому что я немножко устал заниматься. Я столько уже занимался в этой жизни, что можно с ума сойти. Я сейчас больше просто исполняю, больше играю. При этом я всё равно постоянно расту. Просто сейчас у меня уже такой уровень владения инструментом, что не обязательно предварительно что-то играть, это мой язык. Мне не нужно практиковать слова, чтобы говорить.
*переводит Мартину*
- Мартин говорит, что у него нет плана. Говорит, что быстро учишься тому, что интересно, захватывает. Если ему что-то неинтересно – он просто не будет этим заниматься. Конечно, есть такие обстоятельства, которые вынуждают что-то планировать. Но вообще он довольно спонтанный, увлечённый человек. Мы улучшаем себя. Растём над собой. Это происходит естественным путём. Вот и всё. Занимаемся, играем и просто становится лучше.
Интервью вышло хорошей дружеской беседой, хотя Антон и Мартин были очень уставшими. Ни во время мастер-класса, ни на самом концерте никто бы и не подумал, что музыканты накануне почти не спали. Спасибо им за то море энергии, которое они подарили нам в тот вечер! Каждый вынес из него что-то своё – новый взгляд, интересную мысль, впечатления и эмоции. Без вдохновения точно не ушёл никто.
После Мартин обратился к фотографу с просьбой: «Можно ли мне получить фото на e-mail? Особенно те, где видно публику. Иначе мне никто не поверит, что было столько народу..». Интерес к качественной музыке вообще и к направлению фьюжн в частности сейчас действительно огромный. На вопрос с чем это может быть связано, Антон Давидянц отвечает, что любая музыкальная культура, пришедшая в Россию с Запада получает какую-то особую чувственность. Европейские и американские музыканты – это педанты в технике и подаче. Разность менталитетов отражается в музыке – русский фьюжн становится пространством диалога: между музыкантами, между слушателями. И, что лучше всего – между культурами. Такая музыка не оставляет тебя равнодушным.
Вместо послесловия.
Можно слушать музыку в интернете, следить за обновлениями в блоге Мартина Миллера или качать видео с концертов Антона Давидянца. Но всё это не заменит живой встречи с их музыкой здесь и сейчас. Это не покажут по телевизору и в репортаже, конечно, невозможно передать всю эту невероятно тёплую и творческую атмосферу мастер-класса. Но я предупреждаю вас, самарские музыканты и меломаны – не пропустите это событие в следующий раз. Они обещали вернуться!

Приложенные файлы

  • docx 14832735
    Размер файла: 25 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий