фик по анабель и симоне 1

Она видела, как силуэт любимой женщины исчезает, уводимый безжалостными стражами закона.
-Стойте! – Аннабель больше не могла сдерживать свои эмоции, бросившись к Симоне.
Услышав голос юной девушки, Симона поспешно обернулась и, вырвав руки у опешивших от неожиданности полицейских, крепко обняла подбежавшую Аннабель. Девушка нырнула в объятия своей учительницы, пытаясь насладиться каждым мгновением, что им осталось.
-Что происходит? Куда они уводят тебя? – прошептала Аннабель, боясь разжать цепкие руки и с трудом сдерживая слезы.
Симоне было ужасно больно от осознания того, что она может больше не увидеть это красивое личико. Обнять, прижать к себе трепещущее тело
-Все будет хорошо – прошептала она, пытаясь успокоить и себя и Аннабель.
Но, честно говоря, она не верила собственным словам. И лишь подаренные четки придавали ей уверенности. Аннабель отдала свои бусы как раз в тот момент, когда Симону безжалостно схватили и потащили к выходу. Женщина не вырывалась, продолжая сквозь слезы смотреть в ангельское личико любимой. Она хотела, чтобы Аннабель не боялась будущего, хотела, чтобы она запомнила все самые лучшие моменты, а не этот проклятый арест.
Села в машину, пытаясь привести свои мысли в некое подобие порядка. Что теперь будет? Ждет ли ее жизнь за решеткой? Даже если и так, плевать! Она не променяла бы эти счастливые моменты ни на какую свободу. Свободу без любви и чувств. Аннабель стала тем спасительным лучиком, что помог ей забыть об Аманде.
Аннабель.
Я пристально следила за тем, как ее уводили от меня. Возможно, навсегда. Мне было просто невыносимо, но она улыбалась. И эта улыбка была последней каплей, чтобы слезы брызнули из глаз. Я отвернулась, и пошла вдоль по коридору этого ненавистного здания. Мимо учениц, мимо знакомых, но не близких мне людей. Бросила полный отчаяния взгляд на Кэт, что стояла, понуро опустив голову.
Надеюсь, ты довольна собой – подумала я, ускоряя шаг.
Хотелось поскорее очутиться в комнате Симоны. 106 – дверь была приоткрыта. Я медленно вошла внутрь, окинув взглядом скромное убранство. Но стоило мне посмотреть на эту мягкую постель, теплое одеяло и одну единственную подушку, что мы разделили этой ночьюслезы брызнули сами собой. А пачка фотографий, лежавшая на письменном столе! Фото с изображением моего лица. Я улыбнулась, присев на стул и принимаясь пристальнее их разглядывать.
Я, я, еще раз яи ни одной совместной фотографии – я швырнула стопку обратно на стол и истерично закрыла лицо руками – как же больно!
Чья-то рука легла на мое плече, сжав его. Я взглянула на нечаянного свидетеля моей слабости. Колинс.
-Что ты здесь делаешь? – пытаясь совладать с собой, я судорожно сглатывала слезы.
-Это правда? – девушка с чрезвычайной заботой взглянула мне в глаза – Ты и мисс Бредли
-Кэт, да? Она рассказала?
-Аннабель, мне очень жаль, правда – она попыталась обнять меня.
Теперь настал ее черед стать для меня опорой и защитой. Обычно, я приходила ей на помощь и оберегала от всех нападок. Нокакой бы сильной я не казалась для внешнего мира, боль внутри меня оказалась в сотню раз сильнее. И я позволила обнять себя, утешать, гладить по голове и говорить слова соболезнования.
-Я люблю ее - это все, что я смогла прошептать, прежде чем поддаться напору чувств.

Тем вечером я так и не смогла придти в себя, пропустила все уроки, отказалась от вечернего приема пищи. Воспоминания причиняли боль, и желание закрыться у себя в комнате было слишком велико. Однако, я не пошла к себе. Я была в комнате Симоны. Лежала в постели, укрывшись с головойвоздух, каждый вдох приносил мне запах Симоны. Этот тонкий, чувственный аромат ее кожи.
-Аннабель – голос матери Иммакулаты, что стучалась ко мне уже около десяти минут зазвучал еще громче – открой немедленно!
Сейчас, только с кровати встану – пронеслось в моей голове.
-Твоя мать приехала и хочет поговорить с тобой!
Это единственное, о чем я не подумала! Моя мать! Сенатору нее определенный круг связей, возможно
-Она поможет мне – прошептала я, выбираясь испод одеяла и поспешно подходя к двери.
Ладонь уверенно легла на ручку, но, что-то остановило меня.
-Мама?
-Милая – родной голос зазвучал по ту сторону – открой, мы поговорим.
И я подчинилась. Вероятно, впервые за долгое время. Ведь из-за наших «теплых» взаимоотношений, у обеих возникала куча проблем. Да и, честно признаться, я не была золотым ребенком или гордостью матери сенатора. Скорее, пятном на ее репутации.
-Открыла – причитала мать Иммакулата, разводя руками и испепеляя меня взглядом – только вы можете повлиять на вашу дочь.
-В редких случаях – холодно процедила моя мама, входя внутрь комнаты.
Я ожидала услышать крики и недовольные вопли, однако она достаточно спокойно закрыла дверь перед самым носом настоятельницы. Прошла вглубь комнаты, осторожно села на скрипнувший стул, сдержанно пригласив меня сесть напротив нее.
-Она пойдет под суд – ее слова были для меня подобно ушату ледяной воды.
-Мама, не надо! Прошу тебя - я старалась сдерживать эмоции, но это было невозможным для меня.
-Она воспользовалась тобой! Взгляни на себя! Тебе всего семнадцать(в своем интервью Кэтрин Брукс сказала, что через несколько недель Аннабель уже исполнялось 18 лет)
-Пожалуйста! – я осторожно взяла ее руки в свои, успокаивая ее зарождающийся гнев – Ты не понимаешь! Это все я!
-Что? – она нахмурилась.
-Она не виновата в том, что это я полюбила ее.
-Ты любишь ее? – моя мать поморщилась – Такого просто не может быть!
-Мам
-Сначала та девчонка, что укатила в Европпу и бросила тебя – выпалила она, крепче сжав мои руки и пристально взглянув на меня. Ее глаза смягчились, как и голос – милая, это не правильно. Ты достойна большего, ты должна понять.
-Яты не поймешь меня – я вырвала руки, закрыв глаза.
В памяти вновь всплыла улыбка Симоны, которая ни капли не противилась стражам закона, принимая свою участь как должное наказание. Я просто обязана была что-то сделать. Я не могу потерять ее!
-Я хочу домой - прошептали губы – забери меня отсюда.
И она забрала. Дав мне лишь одну возможность перекинуться парой слов с соседками по комнате.
-Надеюсь, ты довольна собой – холодно процедила я, с неприязнью оглядывая Кэт – что, так неприятно тебе стало, что я отказала тебе в бассейне?
-Маленькая Аннабель – ехидно ответила она.
Этот голос заставил мои кулаки сжаться. Уж на этот раз я бы не проиграла. Столько ненависти скопилось внутри меня, что ей просто необходимо было дать выход.
-Аннабель – Колинс взяла меня за руку, оттащив от улыбающейся Кэт – она свое еще получит, а тебе нужно поговорить с матерью Иммакулатой. Она просила тебе передать, что ждет у себя в кабинете.
-Ждет чего? – фыркнула я – Второго пришествия? Я еду домой.
-Нет – покачала головой моя подруга – зайди к ней.
Слишком настойчиво она просила меня, и я не смогла устоять. Оставив вещи на своей кровати не тронутыми, быстро пересекла школьные коридоры и остановилась лишь тогда, когда оказалась прямо перед кабинетом матери настоятельницы.
-Можно? – постучала.
-Открыто.
Я нерешительно вошла внутрь. Шаги гулом отдавались не только в моих ушах, но и эхом от этих серых стен. На фото, что стояло на маленьком столике у кресла, в которое я села, была изображена мать Иммакулата и ее сестра. Мама Симмоныкак же Симона была похожа на свою мать. Те же женственные черты, такие нежные глаза и ласковая улыбка.
-Надеюсь, вы понимаете, что вы натворили – холодно начала настоятельница – по вашей вине
-Моей вине? – перебила я.
-По вашей вине Симона сейчас сидит под стражей. За решеткой. Вы этого хотели?
-Моя вина лишь в том, что я полюбила ее! А вот в том, что она сейчас арестована виноваты только вы!
-Я?
-Именно! Это вы сообщили обо всем моей матери и полиции. Только вы.
-Я должна была! – пыталась оправдаться мать Иммакулата.
-Кому? Мне? Или Симоне? – я вскочила с кресла, руками стукнув по ее письменному столу с такой силой, что она подпрыгнула от неожиданности – В вашей власти было умолчать, но вы поступили иначе!
-Аннабель.
Мне больше нечего было сказать. Покачав головой, я развернулась и вышла, громко хлопнув дверью. Всегда мечтала это сделать.










Приложенные файлы

  • doc 11766679
    Размер файла: 43 kB Загрузок: 2

Добавить комментарий